Только я могу это видеть

Глава 1

— …

Едва уловимые звуки постепенно затихали, и Сиина Хикару резко открыла глаза.

«Где это я?»

В голове шумело, перед глазами всё расплывалось.

Сквозь пелену показалось, будто кто-то склонился над ней.

Аккуратный носик, влажный взгляд, гладкие чёрные волосы, беломраморная шея.

Перед глазами маячила хорошенькая девушка.

— Хикари… Хикари…

Вслед за голосом в затуманенном сознании стали всплывать воспоминания.

«Сиина… Хикару?»

Она неуверенно пробормотала это, опустила голову и завороженно уставилась на свои совершенно другие руки.

Новые воспоминания из ниоткуда вливались в её мозг.

Взбалтывая, перемешивая, совершенно не считаясь с тем, что память – это годы накопленного опыта.

Словно трупы разных мёртвых животных закинули в блендер, превращая в единую, перемешанную до состояния фарша массу.

Его звали Чжоу Мин.

Её звали Сиина Хикару.

Память возвращалась.

Он, Чжоу Мин, – программист в игровой компании, обычно отвечавший за обновление новых версий и поддержку старых с часу ночи до шести утра. Хотя зарабатывал он больше большинства сверстников, из-за постоянных переработок и недосыпа его здоровье окончательно подорвалось.

После очередного марафона – непрерывной восемнадцатичасовой смены, когда они выпускали обновление, – он навсегда заснул, прямо уткнувшись лицом в клавиатуру в офисе.

Она, Сиина Хикару, восемнадцати лет от роду, жила в элитном кондоминиуме в районе Тиёда. Её отец занимал высокий пост в крупной корпорации с годовой зарплатой более ста миллионов иен, а мать умерла пять лет назад.

Училась во втором классе старшей школы, здоровьем всегда отличалась слабым. Во время недавнего выездного мероприятия своего кружка она оступилась, сильно ударилась лбом и была доставлена в больницу на поправку.

«Значит, это больница?»

Сиина Хикару нахмурилась и легонько окинула взглядом палату.

Белые стены, чистые простыни, однообразная больничная пижама.

Наконец её взгляд сфокусировался на сидевшей перед ней девушке.

Хасэ Томосэ – одна из её лучших подруг, такая же ученица второго года обучения в Международной старшей школе при Токийском гакугэйском университете и товарищ по кружку.

— Всё в порядке, Томосэ-тян, не переживай. — Сиина Хикару попыталась вести себя как прежде и кротко улыбнулась.

— Ох… — Хасэ Томосэ тяжело ударила себя в грудь, отчего пышные формы дважды качнулись. — Ты меня до смерти испугала! Я-то думала, ты просто болезненная барышня из богатой семьи, но упасть на ровном месте… В аниме пару лет назад такое бы сочли за милую особенность, но в реальной жизни от этого сердце в пятки уходит.

— Видишь же, со мной всё в порядке? Спасибо, что переживаешь, Томосэ-тян.

Улыбка по-прежнему казалась донельзя фальшивой и неестественной, но тело Сиины Хикару словно автоматически запомнило её, выдав без малейших усилий.

— Да пустяки, о чём ты, — Хасэ Томосэ широко и беззаботно отмахнулась, озарив палату сияющей, лишённой всякой тени улыбкой. — Это же я тебя силой затащила в Токийский кружок по изучению фольклора! Если бы с тобой что-то случилось, я бы от чувства вины сгорела. Слава богу, обошлось, а то как бы я смотрела в глаза дяде Сиине?

— Да я… в по… рядке.

Сфокусировав взгляд, Сиина Хикару вдруг заметила кое-что позади Хасэ Томосэ.

— Что… это такое?

— Женщина в костюме медсестры?

— Медсестра из этой больницы?

Она не удержалась и бросила ещё пару взглядов.

Лицо женщины было мертвенно-бледным, глаза – тусклыми, невидящий взгляд устремлён в пустоту.

Розово-красный костюм медсестры потрепался и испачкался, руки безвольно свисали до самого пола, запекшаяся кровь сплошь покрывала конечности, непрерывно сочась каплями с локтей.

«Капает кровь?»

Сиина Хикару уже хотела закричать в голос.

— Ой! — Внезапно вскрикнула Хасэ Томосэ, выронив из рук яблоко, которое она только что собиралась почистить. Оно со стуком упало на пол.

Она тут же нагнулась, чтобы поднять его.

— Кровь!

То, что Сиина Хикару собиралась сказать, застряло в горле, когда она опустила взгляд на пол.

На белоснежном мраморном полу не было ничего, кроме ярко-красного яблока, похожего на сочащуюся кровью каплю.

— А где же кровь?

В голове Сиины Хикару промелькнула дурная мысль, и тело непроизводно забило мелкой дрожью.

Она подняла глаза на Хасэ Томосэ, не смея смотреть в сторону [вещи] за её спиной.

Краем глаза она уловила движение.

Хрусь~~!

Тихий, хрупкий звук.

Голова женщины в костюме медсестры мгновенно вывернулась на сто восемьдесят градусов: рот оказался наверху, глаза внизу, а влажные чёрные волосы повисли до самого пола.

Чёрные пустые глазницы уставились прямо на Сиину Хикару.

Похожие на бездонные пропасти зрачки бешено завращались вверх-вниз.

Почудилось шёпотное бормотание.

【Она видит меня?】

【Увидела?】

【Правда видит?】

— Дрянь дело, дело дрянь, совсем плохо…

Пробирающий до костей холод молнией взметнулся от ступней прямиком в макушку.

Самый первобытный страх, лишённый разума, рождённый в глубинах души, полностью овладел всем существом.

Сиина Хикару остолбенела.

【Она только что точно меня видела.】

【Увидела!】 — именно так.

【Увидела, значит, я смогу…】

【Смогу…】

【Сье… сье… сьесть…】

Словно шёпот из бездны, безостановочно звучал в ушах Сиины Хикару.

А её тело дрожало, не в силах сдвинуться с места, ладони и лоб покрывались холодным потом.

[Монстр] в костюме медсестры с перевёрнутой головой шаг за шагом приближался.

Кап-кап~!

Кап-кап~!

Звук капающей крови становился всё отчётливее, она даже учуяла тяжелый смрад ржавой крови, пропитавшей пол.

— Чего ты замерла? — Раздался у её над ухом звонкий, жизнерадостный голос. Хасэ Томосэ протянула ей почищенное яблоко. — Не хочешь?

— Нет. — Сиина Хикару судорожно передернула плечами, взяла яблоко, откусила сразу добрый кусок и заставила себя перевести взгляд обратно на Хасэ Томосэ.

Жуя, она пробормотала:

— Спасибо, Томосэ-тян… Мгм… м-м… Ну ты и мастерица, у меня в жизни не получалось так аккуратно почистить яблоко.

— Эхе-хе-хе! — Хасэ Томосэ почесала в затылке и смущённо захихикала. — Ты преувеличиваешь, какая я мастерица.

Свернувший набок голову призрак в костюме медсестры наблюдал за возней девочек, похоже, так и не заметив, что на него смотрят.

Наклоненная голова резко встала на место.

А губы продолжали бормотать невнятное бормотание, понятное, пожалуй, лишь одной Сиине Хикару.

【Она меня не видит.】

【Она меня не видит.】

【И она меня не видит.】

【Никто из них меня не видит.】

Оно бесшумно зашагало прочь – шаг за шагом, – постепенно покидая палату Сиины Хикару.

— А-а-а-а-а!! Спасибо, спасибо тебе, Томосэ-тян! Завтра же я угощу тебя пирожными из той кондитерской у станции, бери любые, какие захочешь!

Сердце Сиины Хикару, замершее в груди, наконец-то отпустило.

Она резко рухнула на кровать и крепко обняла Хасэ Томосэ за упругий, подтянутый животик без единой капли лишнего жира.

— Подумаешь, яблоко почистила, стоило ли так радоваться? Эхе-хе-хе! Но раз уж решила угостить, чур, не отказывайся от своих слов!

Хасэ Томосэ глуповато захихикала.

— Ни за что, ни в коем случае!

И в этот самый момент, когда Сиина Хикару всё ещё обнимала Хасэ Томосэ, дверь палаты резко распахнулась – внутрь решительным шагом вошёл солидный мужчина средних лет в строгом деловом костюме.

Позади него ступали двое молодых людей тоже в костюмах, излучавших явную ауру корпоративных элит.

— Хикару, — негромко позвал он, и в голосе прозвучали мягкие нотки.

— Отец… — сорвалось с губ Сиины Хикару прежде, чем она успела задуматься.

— Мгм, судя по всему, тебе уже лучше, — заметив её вид, мужчина заметно сбросил напряжение с плеч.

Он тяжело вздохнул.

— Главное, что всё в порядке.

Сказав это, он слегка откинул голову назад и отдал приказание спутникам:

— Сома, Иссин, ступайте подготовьте всё. Если врачи скажут, что угрозы нет, сегодня же выписываем Хикару.

— Есть, — ответили те с безупречной выучкой и уже через несколько секунд дисциплинированно покинули палату.

— Верно, мисс Хасэ, не могли бы вы тоже выйти? Мне нужно кое о чём поговорить с Хикару наедине.

Разумеется, отказать в такой просьбе старшему Хасэ Томосэ не посмела.

Она показала Сиине Хикару жест, означающий «спишемся в Лайне», вежливо поклонилась её отцу и вышла.

Так в палате остались лишь новоявленный отец Сиины Хикару и она сама.

Сиина Хикару смотрела на своего горе-отца, который явно хотел что-то сказать, но не решался, а сама она в этот момент судорожно пыталась вспомнить: как же, чёрт побери, зовут этого её отца?!

В комнате на мгновение воцарилось молчание.

Неизвестно, сколько прошло времени.

Наконец отец Сиины Хикару заговорил первым:

— Хикари…

Он произнес лишь имя дочери и снова умолк.

А в этот момент Сиина Хикару наконец вспомнила имя этого горе-отца – Сиина Масато.

Вместе с этим именем в её голове всплыло множество воспоминаний о совместной жизни с ним.

Она было обрадовалась, но тут же, почуяв неладное, напряглась.

Потому что образы в её памяти становились всё более странными.

Её отец оказался не просто высокопоставленным сотрудником крупной корпорации, но и влиятельным адептом тайного культа Церкви Уз, а она сама – Сиина Хикару – занимала в этой церкви ранг жрицы Уз, подчиняясь лишь главному жрецу и стоя над тысячами других последователей.

К тому же…

Чем больше воспоминаний всплывало, тем мрачнее становилось лицо Сиины Хикару.

По крупицам выстраивая картину из прошлого, она ясно видела: так называемая Церковь Уз – сборище отъявленных мерзавцев, а её собственная роль жрицы Уз не сулит ничего хорошего.

Подпольный культ: Церковь Уз.

Любимица всех адептов: жрица Уз.

Обремененная священной печатью «Уз» от самого главы.

Чем больше Сиина Хикару размышляла об этом, тем сильнее её охватывал первобытный ужас.

Если… если её выводы верны…

— Да эта хренова Церковь Уз ничем не отличается от какой-нибудь «Ассоциации освобождения индивидов»?

— А эта хренова жрица Уз – разве не общая невеста для всей секты да личная игрушка самого главы?

— Да это же…

Пережив столь шокирующий откат воспоминаний, Сиина Хикару лишилась способности соображать – в голове стояла абсолютная пустота.

Однако, будучи закаленной в прошлом членом рабочей группы самопомощи, она не собиралась раскисать только из-за того, что оказалась в теле хрупкой девушки.

— Подумаешь, сектанты.

Мысленно оскалившись, она пересилила страх – боевой дух человека, привыкшего бороться с трудностями, мгновенно взял верх.

— Отец, — она медленно подняла голову, заставив уголки губ изогнуться в вымученной улыбке, и уже собиралась немного «поработать дочуркой» перед своим горе-отцом, заодно вытянув из него кое-какую информацию о секте…

Как прямо перед ней возникли четыре пустые черные глазницы, встретившись с ней взглядом.

То была голова, расколотая надвое, на которой криво-косо располагались четыре пустые черноты глазниц, источающие сопливую жижу – то ли черное машинное масло, а то ли кровь, – а под головой виднелось иссохшее тело, казалось, обтянутое лишь тонким слоем кожи поверх костей.

【Она видит меня?】

Хриплый, совершенно нечеловеческий голос раздался из расколотой головы, отражаясь в ушах Сиины Хикару.

【Она точно видит меня…】

【Шшш~~~~! Шшш~~~~!】

— А?! Черт!!

Внезапный ужас парализовал Сиину Хикару.

Этому страху невозможно было сопротивляться силой воли.

И всё же крохи оставшегося разума заставили её силой перевести взгляд на Сиину Масато, стоявшего позади монстра.

Она понятия не имела, что произойдет, если он заметит, что она видит эту тварь.

И думать об этом она не смела!

— Хикари, что у тебя с глазами? — С недоумением спросил Сиина Масато, глядя на то, как дочь едва сдерживает слёзы.

Несколько секунд спустя до него, кажется, дошло.

Его взгляд забегал, избегая встречаться с дочерним:

— Прости… но так нужно, всё ради культа… твоя мать…

На этих словах голос Сиины Масато резко оборвался. Он бросил взгляд на согнувшуюся на больничной койке дочь, которая низко опустила голову и не желала смотреть на него, и тяжело вздохнул.

— Ладно… Я выйду, Хикари, приведи себя в порядок.

Шаги Сиины Масато постепенно затихли.

Сиина Хикару, скорчившись на кровати, совершенно не расслышала последних слов отца.

Чудовище, нависшее над ней, наконец исчезло после почти минутного кошмара, позволив ей судорожно выдохнуть.

Именно из-за этого она окончательно потеряла способность сохранять видимость спокойствия, обессиленно уткнувшись лицом в постель, поджав колени и укрывшись одеялом с головой.

Мда…

Как ни стыдно в этом признаваться, но она действительно обмочилась.

…

Спустя добрых десять минут, немного приведя себя в порядок и переодевшись, Сиина Хикару вновь легла на больничную койку – и в её сердце оставалось лишь одно отчаяние.

Из её маленького ротика вырвался долгий тяжелый вздох, не таящий в себе ни капли изящества. Любой, кто взглянул бы на неё сейчас, сразу бы понял, что девочка пережила колоссальное потрясение, за гранью человеческой психики.

— Этот мир болен!

— Этот мир болен!

— Босс, я хочу вернуться на работу!

— Босс, я согласна работать сверхурочно 24 часа в сутки!

— Я больше никогда не буду «лежачим камнем»!

Вопила в мыслях Сиина Хикару. Ни прежний Чжоу Мин, ни нынешняя Сиина Хикару не обладали настолько стальными нервами, чтобы игнорировать подобные кошмары.

— Ради чего вообще меня занесло в этот мир?!

— Какую ошибку я совершила?

— Что такого непростительного я натворила?

И в момент её полного отчаяния мягкий и теплый женский голос внезапно прозвучал у неё в голове.

【Запрос принят.】

【Обнаружено соответствие параметров желания.】

【Проверка статуса ранга.】

【Статус успешно подтвержден.】

【Поздравляем игрока с получением права на участие в игре [Кодовое имя: Х]. Игровой контент активирован.】

【Ззз~~! Ззз~~~!】

【Предупреждение…】

【Обнаружено вмешательство посторонней внешней силы в игру, производится устранение…】

【Устранение…】

【Устранение успешно завершено】

【Игра [Кодовое имя: Х] официально запущена.】

【Здравствуйте, уважаемый игрок.】

【Вы получаете временный жетон.】

【Пожалуйста, для начала совершите призыв начального оператора. Данное действие потребует один жетон.】