Ваше Величество, голос вашего сердца пробивается!

Брак с ужасным «Ледяным Императором» — несмотря на его резкие слова, голос его сердца очень сладок!?

Принцесса Южного королевства Тистие, умеющая читать сердца людей, вышла замуж за Гейзела, императора Северного Королевства, который славится своей возмутительной жестокостью.

Вопреки его безжалостным холодным словам, она слышит голос его сердца, который удивительно мягок — этот разрыв почти заставляет ее умирать от смущения!

Том 1

Глава 1: Пролог

Тистие Лэйси была в замешательстве.

— Что ты делаешь?

[Я только проснулся… почему здесь такая совершенная красота? Она слишком красива…]

Она не ослышалась.

Голос принадлежал ее мужу, который обычно смотрел на нее с презрением — Гейзелу Верси.

Однако Тистие могла слышать не только то, что он говорил, но и то, что он думал.

— П-простите меня, Ваше Величество…

— … Я же просил тебя называть меня по имени, когда мы дома.

— Т-точно, эм, Лорд Гейзел…

— …

[Я был бы не против, если бы она не добавляла почтительное «Лорд» … но, возможно, это было бы слишком поспешно. Это также может доставить некоторые неприятности… какой милый голос! Совсем как чириканье прелестной маленькой птички!]

— Эм, если вы не встанете в ближайшее время, то заставите всех ждать!

Когда Тистие поспешно сболтнула эти строки, брови Гейзела поползли вверх.

Я-я что-то не то сказала?

Она встретила холодный взгляд Гейзела.

— Сегодня я опять вернусь поздно, так что можешь первой ложиться отдыхать.

[Черт возьми! Я так занят в эти дни! Поужинать с Тистие будет невозможно! Как я и думал, я должен связать этого парня Рэнди!]

— Я… я буду ждать вашего возвращения, Лорд Гейзел!

— … Тогда пусть будет по-твоему.

— Она… добрая, слишком добрая… может быть, она ангел?

Наконец Гейзел пошел на работу.

Проводив его, Тистие глубоко и протяжно вздохнула. Ее лицо было ярко-красным — и это, вероятно, было не из-за лихорадки.

Только голос сердца Его Величества звучит так ясно… интересно, почему…

Тистие Лэйси.

Она обладала таинственной силой, которая позволяла слышать голос человеческих сердец.

Между ними был договорный брак. Как обычно, это было сделано по политическим причинам.

Тистие была самой младшей принцессой Лэйси, тропического королевства. У нее были белоснежные волосы и голубые, как летнее небо, глаза.

Ее кожа была совершенно белой. Она была очень красива — впрочем, у большинства жителей королевства Лэйси были огненно-красные волосы и красные зрачки, поэтому внешность Тистие стала незаметной.

Однажды, когда она была еще ребенком, Тистие небрежно ответила на слова, которые пробормотала ее мать. Ее мать посчитала это совпадением — но, поскольку она неоднократно становилась свидетелем таинственной силы Тистие, мать в конце концов начала ее ненавидеть, называя ее «проклятой дочерью» и тому подобное.

Затем разговор о женитьбе дошел до Тистие, которая жила наполовину заключенной жизнью, скрываясь от посторонних глаз.

Брачным партнером был никто иной, как император могущественного Северного Королевства Верси — Гейзел Верси.

После смерти своего предшественника он стал свирепым человеком, который выжил в битве за престолонаследие, охвативший все королевство только своими вооруженными силами. Впоследствии количество сражений, которые он привел к победе, было неисчислимо.

Прозванный гением битвы, он мог использовать все, что угодно — от мечей до копий, луков и даже дрался безоружным.

Он действовал гордо и был беспощаден к своим врагам — как таковой, он был также известен как «Ледяной Император».

Черные как смоль волосы, что были полной противоположностью Тистие, и белая кожа, подходящая для короля Северного Королевства… его глаза были голубыми, как и у Тистие, однако голубизна его глаз была глубокой, как дно темного моря.

Когда Тистие впервые увидела эти его глаза, она невообразимо испугалась.

«… они предлагают заложника? Как бесполезно.»

Тистие вспомнила, что он сказал в тот день, когда она пришла нарядная на свадьбу.

На самом деле Тистие должна была стать шестнадцатой женой предыдущего императора. Однако, поскольку предыдущий император пал, Гейзел унаследовал трон. По какой-то причине он был готов взять Тистие в жены.

По словам Гейзела, Тистие была всего лишь жертвенной пешкой, которую использовали для защиты королевства Лэйси. Верси, всемогущее королевство, которое влавствовало над соседними королевствами одно за другим, претендовало и на Королевство Лэйси. Чтобы показать свою преданность и то, что они не собирались бунтовать, они предоставили ему принцессу.

Но Королевство Лэйси отказалось выдать самых прекрасных, красивых принцесс, которые были старшими сестрами Тистие — и вместо них была выбрана Тистие.

. . . . . .

Придя в себя после слов Гейзела, Тистие направилась в зал, где ее уже ождали все слуги. Дворецкий подошел и зачитал расписание на этот день.

— Леди Тистие, сегодня у нас уроки истории и языка, а после обеда — уроки танцев.

— Благодарю вас, я вернусь в свою комнату и приготовлюсь.

Она поблагодарила дворецкого, который вежливо поклонился и удалилась в свою комнату. Пока она шла по широкому коридору, Тистие снова вспомнила этот вопрос.

Как я и думала, я не слышу голосов остальных… только голос Его Величества — почему?

Таинственная сила Тистие была доступна далеко не всегда. Когда она была маленькой, то могла слышать любой голос, пока они находились рядом, но по мере того, как она росла, ее способности, очевидно, ухудшались.

Было много вещей, которые она не могла слышать в эти дни. Она также не могла слышать голос ясно, если только не сосредотачивалась на цели услышать его.

Кроме того, этот «прием» также требовал необычных поз, таких как высоко поднятая рука и широко отставленная нога, что было невозможно сделать на публике.

С другой стороны, если человек был на той же волне, что и у нее, она могла слышать голос его сердца, даже не концентрируясь.

Однако число людей, разделяющих эти волны, было очень малым.

Обычно Тистие слышала их «голоса» только по случайности.

Но в первый день, когда она приехала в это королевство и встретила Гейзела…

[… это Богиня.]

Потрясенная, Тистие огляделась вокруг.

— Что ты делаешь? Представься.

— П-простите мое невежество. Я — Тистие Лэйси…

[Тистие… какое чистое мелодичное слово. Интересно, что это может значить — цветочная фея? Или место, усыпанное драгоценными камнями? В любом случае, оно замечательно. Я благодарю ее родителей за то, что они дали ей такое красивое имя.]

— …

В конце концов, она не ослышалась.

Голос сердца, который она только что услышала, принадлежал не кому иному, как Его Величеству Гейзелу.

— Должно быть, нелегко было проделать весь этот путь. На сегодня — отдыхай.

[ … хотя я должен был забрать ее сегодня! Этот ублюдок Рэнди! Чтобы он дал мне работу именно в этот день! Из-за этого я могу встретиться с ней только в такое время!]

— С-спасибо вам большое…

— …

[… Как я и думал, это потому, что я немного нервничаю…? Почему именно в такое время я не могу даже произнести ни одной доброй фразы…?]

Тистие осторожно глянула на лицо Гейзела, прислушиваясь к обоим его голосам.

В кабинете у Гейзеля было непроницаемое выражение лица, а взгляд его был прикован к документам — короче говоря, он ни разу не удостоил ее взглядом.

Все слова, которые он произносил, были холодными — если бы она не слышала другого его голоса, Тистие наверняка бы уже замерзла.

Эти слова … были его истинным впечатлением обо мне, верно?

Это был риторический вопрос, после всего услышанного ранее.

Сначала она подумала, не проживает ли по соседству любовница Его Величества, но это была его личная комната. Как бы она на это ни смотрела, они были здесь только вдвоем — Тистие и Гейзел.

Прислушавшись к его словами, Тистие извинилась и ушла отдыхать.

Закрыв тяжелую деревянную дверь, она больше не слышала сердца Гейзела, словно нить была перерезана.

Наконец Тистие вздохнула с облегчением.

Это действительно голос сердца Его Величества… но почему я слышу его так ясно?

Это было слишком живо, и если она не обратит на это пристального внимания, то может принять его слова за действительно сказанное.

Когда она думала об этом, может быть, Его Величество «разделял одну волну» с ней? Но сказать честно, диапазон существующих волн был ужасно велик!

Я чувствую себя виноватой за то, что слушаю его истинные чувства когда мне хочется… но в то же время, почему я так смущена?

Тистие поняла, что ее щеки пылают.

Как только они встретились, он уже назвал ее богиней, ангелом и тому подобное. Хотя на его лице можно было прочесть только одно, «я убью тебя, если ты совершишь хоть малейшую ошибку.»

Что это было за огромное несоответствие между его словами и его истинными чувствами?!

А пока я пойду спать. Начиная с завтрашнего дня, я должна сделать все возможное!

Потирая разгоряченное лицо, Тистие тихо выдохнула. Наконец ее голубые глаза засияли решимостью.

Я больше не в Лэйси. Моя малейшая оплошность может стать источником конфликта…

Каким бы ни было обращение с ней, она никогда не должна выказывать никакого негодования, как бы унизительно ни было. Ее предложили этому королевству в качестве заложницы.

Следовательно, я должна выполнять свою заданную роль.

Тистие поклялась и направилась в отведенную ей комнату.

Глава 2: Глава 1. Жизнь молодоженов полна взлетов и падений (1)

Прошел месяц в тех пор, как Тистие оказалась в Верси.

— Эй.

— Да, что такое, Лорд Гейзел?

— Ты ведь не делала ничего лишнего, правда?

Лица слуг, выстроившихся рядышком у стены, были окутаны тенью. Тистие, сидевшая в конце длинного стола, кивнула, услышав слова Гейзела с другой стороны. Он держал в руке чашку кофе, а его взгляд был прикован к ней. Его глаза, как всегда, были острыми и пугающими.

Однако голос его сердца, прозвучавший чуть позже обычного, говорил о другом.

[Интересно, правильно ли ей передался смысл моих слов… я планировал проинформировать ее, чтобы она не причиняла никаких неудобств, так как, возможно, есть много вещей, к которым ей нужно привыкнуть — в конце концов, она приехала из Лэйси. Я хочу, чтобы она делала все, что захочет, но не ввязываясь ни в какие неприятности.]

— Д-да! Все хорошо!

На мгновение Тистие охватила паника — она подумала, что ее подозревают в попытке поднять восстание против королевства! Но, услышав голос его сердца, Тистие наконец поняла, что суть проблемы заключалась в его слишком экстремальном выборе слов.

Когда Тистие ответила ему улыбкой, Гейзел кратко проговорил:

— Тогда хорошо, — и снова отпил из своей чашки.

После завтрака она, как обычно, направилась в прихожую, чтобы проводить Гейзела.

Облаченный в плащ Гейзел выглядел поистине грациозно — он был воплощением «Ледяного Императора». Плетеные кожаные сапоги с высоким воротом из меха для противостояния холоду. Ноги под плащом были длинными, а талию украшал длинный меч с серебряной гравировкой.

— Что?

— Ах, эм, я просто подумала, что ваш наряд очень вам идет…

— …Ерунда.

[Стой! Прекрати это! Сказать что-то подобное так внезапно, чего же ты от меня ожидаешь!? Ты хочешь убить меня своей милотой?! …Теперь, когда я думаю об этом, может ли кто-то умереть от милоты? Кроме того, если подумать, у нас еще не было медового месяца… можно ли продолжать откладывать его? Что плохого в том, чтобы отдохнуть от работы? Хорошо, я решил, что сообщу этому парню Рэнди.]

— Я… мне очень жаль! Пожалуйста, постарайтесь как следует на работе!

Тистие поспешно прервала голос его сердца.

Если бы Император вдруг сделал необъяснимый перерыв, это оказалось бы большой проблемой для этого парня, Рэнди — более того, все началось из-за слов, сказанных мной по прихоти! Чувствуя свою ответственность, Тистие в отчаянии отослала Гейзела.

С другой стороны, между бровями Гейзела залегла глубокая морщинка. Дойдя до входной двери, он обернулся, прежде чем снова повернуться — лицо у него было такое, словно он проглотил что-то горькое.

На первый взгляд Гейзел, казалось, был в плохом настроении из-за слов Тистие…

…На самом деле это произошло из-за сильного эмоционального конфликта.

Когда Тистие почувствовала облегчение, почему-то решив, что все уже уляглось, Гейзел снова обернулся. Он нежно посмотрел ей в лицо, и его губы слегка приоткрылись.

— … Эм…

— Да?

— … Я вернусь.

Прежде чем Тистие успела понять, что он говорит, Гейзел уже развернулся и ушел. Однако в тот момент, когда за ним закрылась входная дверь, словно эхо, до Тистие донесся приглушенный голос, принадлежавший чувствам Гейзела.

[Нет, я просто не могу назвать ее имя, хотя уже прошел месяц … почему!? Тистие — ее имя, все очень просто, но почему я не могу его произнести? Ну почему!? Как это жалко с моей стороны…]

Услышав эти слова, Тистие открыла глаза, будто также поняла что-то действительно важное.

Кстати говоря, он еще ни разу не называл меня по имени…

Вспомнив только что произошедшую ситуацию, Тистие попыталась использовать ее в качестве основы, чтобы представить эту сцену. Скажет ли он ее имя с улыбкой или, как обычно, со слегка раздраженным лицом? Во всяком случае, у нее бы точно затрепетало сердце услышав свое имя — «Тистие» — из его уст.

Щеки Тистие покраснели.

Отослав Гейзела, она как обычно отправилась на занятия. Поскольку в Верси было много народов, необходимо было выучить каждый язык. Как Императрица, она не испытывала недостатка в знаниях, касающихся истории, культуры и этикета этого королевства.

Закончив послеобеденный урок танцев, Тистие распустила волосы, вытирая пот.

Как и следовало ожидать, трудно все время сохранять одну и ту же позу.

Несмотря на то, что ее королевство было маленьким, Тистие все еще была королевской особой. Таким образом, она изучала виды танцев.

В будущем, когда она будет присутствовать на светских собраниях вместе с Императором, ее будут видеть как «Первую Императрицу», и она будет танцевать с Его Величеством — вот почему она абсолютно не должна демонстрировать неидельное высупление.

Ей помогли переодеться в другое платье и подвели к стойке с зеркалом. Тистие пристально смотрела на служанку, тщательно расчесывающую ее распущенные волосы.

И затем Тистие почувствовала, как служанка осеклась и нечаянно дернула ее локон волос.

— Ах..! М-мне так жаль! — Горничная тут же низко склонила голову.

Немного удивленная, Тистие улыбнулась и покачала головой. Кажется, эту молодую девушку звали Лиззи.

— Лиззи, все в порядке. Это не больно, мои волосы часто путаются. Прости меня…

— И-императрица не должна так извиняться перед другими! Что же мне делать, если ваши волосы повреждены, тогда я…

— Я, я в порядке, тебе незачем так бояться…

— Нет! Его Величество наверняка… О нет, что же мне делать…

Тистие была еще больше озадачена необычным видом Лиззи. Служанка побледнела, как будто только что совершила тяжкий грех. Ее поведение встревожило Тистие. Однако, вскоре она пришла к выводу, что было более важно успокоить расстроенную Лиззи.

…Мне очень жаль, но совсем ненадолго…

Тистие легонько поднесла левую руку к «сердцу» чувств Лиззи. Она слегка согнула пальцы, чтобы лучше настроить свое сердце. Наконец, немного привыкнув, ей удалось хоть и слабо, но по-настоящему подсоединиться к голосу сердца Лиззи.

Ее «сердечность» удалась. (подключение к голосу)

[…Е-его Величество прямо сказал мне, чтобы я никогда не была груба с Императрицей! Мне очень жаль, папа, мама, потому что я, возможно, не смогу вернуться домой… я не знаю, какое наказание меня ожидает…]

Дрожащий голос Лиззи убедил Тистие в чувствах горничной. Вскоре она опустила кисть, повернулась и взяла Лиззи за руку. В этот момент Лиззи была почти в слезах.

— Все в порядке, я ничего не скажу Его Величеству.

— …! Н-но…

— Я не сержусь, так что будь уверена.

Но дрожь служанки не прекращалась. Может быть, потому что руки Тистие были ужасно горячими…

— … Неужели ты так боишься Его Величества?

— …

— Прости, я понимаю, что ты не можешь ответить на такой вопрос…

Тистие изо всех сил старалась успокоить Лиззи, но безрезультатно. Поэтому у нее не было другого выбора, кроме как позвать другую служанку, чтобы та утешила ее.

Еще раз напоминая, Тистие вновь повторила:

— Со мной все действительно в порядке.

Попросив ее опять заколоть ей волосы, она посмотрела на свое отражение в зеркале.

Даже в своей собственной резиденции лорда Гейзела по-настоящему страшатся…

Вокруг Гейзела, Императора Льда, ходило много страшных историй.

За одну ночь он убил тысячи солдат, сбил мириады летящих стрел одним мечом — не будет преувеличением сказать, что Тистие ожидала встретить самого дьявола, когда направлялась в это королевство.

Однако, услышав голос его сердца, она начала сомневаться в этих слухах.

Правда, выражение его лица и тон чаще всего были холодными, но Тистие не была так напугана, потому что в то же время она могла слышать его истинные чувства.

Я думаю, что Лорд Гейзел не так уж плох, как о нем говорят…

Но если бы Тистие попыталась поделиться этим мнением с другими, ей бы наверняка никто не поверил.

Более того, ее доказательства были настолько слабы, насколько это вообще возможно — ‘Мягкий голос его сердца.’

Что же мне делать…

Тистие вздохнула в одиночестве.

Глава 3: Глава 2. Жизнь молодоженов полна взлетов и падений (2)

— Чем ты сегодня занималась?

За обедом раздался холодный голос Гейзела, нарушивший долгое молчание. Теперь он стал возвращаться домой чуть раньше, так что у них появилась возможность ужинать вместе.

— Я изучала язык и историю Исириса. Затем, начиная с полудня, я училась танцевать.

— Мое королевство состоит из многих народов. Если ты собираешься стать Императрицей этого королевства, то только этого от тебя и ждут.

[Даже если она еще не слишком привыкла к своему окружению, у нее уже так много дел… какая послушная жена… она давит на себя … как я и думал, не слишком ли плотный у нее график? Если этот парень Рэнди продолжит делать все по-своему, то Тистие может однажды рухнуть от изнеможения!]

— Фуфу… — улыбнулась Тистие, заработав этим взгляд Гейзела.

— Хм, — это было единственное, что он произнес.

С точки зрения слуг, намекающий Император загонял в угол свою жалкую жену. Они не знали о совершенно другой реальности.

Наконец Тистие перестал есть, и Гейзел отложил вилку. Сопровождающий слуга подошел, чтобы собрать тарелки — и тогда:

— Ты.

Резкий голос Гейзела долетел до нее рядом с Тистие — до Лиззи. Лиззи широко раскрыла глаза, вспоминая случай днем.

Ха!? Я ведь ничего не говорила…

Удивленная Лиззи уже дрожала всем телом. Тистие выдохнула.

— Выйди сейчас же.

— …

— Я должен повториться? Выйди.

— Л-лорд Гейзел, она ничего не сде-

— Умолкни. Я сказал ей исчезнуть.

Тот, кто внезапно прервал ее, был не кто иной, как Тистие, но ответ Гейзела прозвучал холодно. Лицо Лиззи было совершенно бледным, и как только Тистие произнесла эти слова, она бросилась вон из комнаты.

— Лорд Гейзел, зачем же так далеко заходить-

Когда Тистие попыталась возразить, голос сердца Гейзела устремился к ней.

[Эта служанка… ее зовут Лиззи, верно? Цвет ее лица выглядит нехорошо… может, из-за лихорадки. В последнее время в городе произошел тяжелый случай заболевания. Я надеюсь это не выльется во что-то серьезное…]

— Что? Ты идешь против моих слов?

— Нет, ничего…

Она снова опустилась в кресло. Вспоминая недавнюю ситуацию с Лиззи… как это было сострадательно с его стороны.

Я даже не заметила этого, хотя она была рядом со мной…

Возможно, Лиззи возилась с расческой из-за ухудшения своего физического состояния. Хотя Тистие взяла ее за руку, она не заметила, что с горничной что-то не так… Несмотря на это, Гэйзел с первого взгляда понял, что у нее странный цвет лица.

Тем не менее, его выбор слов… но, в целом, он все еще намного лучше меня…

Тистие всплеснула руками, как будто решила что-то предпринять.

Она направилась в спальню для прислуги. Слуги встретили ее неожиданный визит с удивлением, но тут же провели ее в дом, повинуясь ей.

— Лиззи, как у тебя дела?

— И-Императрица!? Почему вы здесь, в таком месте?!

Тистие остановила Лиззи, которая уже собиралась встать с постели. Тистие опустилась на стул рядом с ней. Приглядевшись, она заметила что лицо Лиззи покраснело, а глаза увлажнились… похоже, жар еще не спал.

— У тебя лихорадка, верно?

— Откуда, откуда вы знаете?!

— Его Величество сказал мне.

Если быть точным, сазал в серде, но ей лучше держать это в секрете.

Слова Тистие заставили Лиззи разинуть рот от шока.

— Е-Его Величество…?

— Да. Всякий раз, когда у меня начиналась лихорадка, я пила именно это — этот напиток содержит нектар и травы. Я думаю он поможет, так как способен согревать тело…

Лиззи не находила слов. Она сжала в руках чашку, которую Тистие наполнила из бутылки.

В конце концов из блестящих глаз Лиззи потекли крупные слезы.

— Я… я не могу признаться, что у меня жар… потому что мне могут сделать выговор за то, что я плохо забочусь о своем теле… поэтому я старался молчать и как-то вылечиться…

Ее голос сорвался — Тистие успокаивающе погладила спину Лиззи.

Какое облегчение… благодаря Его Величеству, мне удалось помочь ей, пусть даже немного…

Поплакав еще немного, Лиззи легла на свою кровать, не забыв выпить домашний целебный напиток Тистие. Тистие нежно держала ее за руку, пока она не заснула. Лиззи продолжала бормотать извинения.

На следующий день после того, как у Лиззи спала температура, Гейзел неожиданно объявил за завтраком.

— Сегодня я собираюсь провести осмотр. И ты тоже пойдешь.

— Осмотр… говорите?

— Да.

Тистие невольно прищурилась. Она никогда раньше не сопровождала Гейзела на его работе.

Кроме того, я еще не была в королевском дворце, так как официальное объявление о моей церемонии еще не было сделано, и все же … интересно, можно ли пойти с ним…

В результате выступления Королевы в политике многие исторические королевства пришли в упадок. Именно по этой причине Тистие была убеждена, что Гейзел не потребует ее участия.

— Куда вы собрались?

— Исирис.

Исирис.

Недавно она узнала от репетитора, что он находится на севере Верси и славится своими символическими пейзажами. Тистие оплакивала свою судьбу, ведь она сможет увидеть такие пейзажи только в книгах — по крайней мере, так ей казалось.

Но в то же время Тистие было трудно произнести слова «Я хочу пойти» вслух.

— … Разве я не помешаю вам работать, Лорд Гейзел?

— Ничего не изменится только потому, что я привел еще одного человека.

Тистие вопросительно взглянула на Гейзела, у которого был довольно сложный вид. Однако, услышав голос его сердца, она вскоре все поняла.

[Э-это же альтернатива нашему медовому месяцу! Но не показалось ли ей это чем-то другим? Я что-то путаю? Но если ей не понравится эта идея … если она откажется от медового месяца со мной… Я не смогу прийти в себя еще около трех дней … Рэнди, что я должен говорить в такой момент…?]

Тистие начала выпускать пар. Гейзел заметил это и бросил на нее еще более суровый взгляд.

Когда слуги стали темно-синими, Тистие с радостью ответила:

— Я пойду с вами.

После завтрака Тистие вернулась в свою комнату и сразу же начала переодеваться. Белый плащ из шерсти. На воротнике был мех светлого оттенка. Рукава были драпированы. Поскольку никаких брюк не было в наличии, она искала платье, которое давало бы ей как можно больше свободы движений.

Когда она поспешно вышла, Гейзел уже был там. Он не только закончил готовиться, но и ждал ее на прекрасном черном коне.

В тот момент, когда Тистие почувствовала себя ошеломленной его высотой, Гейзел протянул руку — она почему-то показалась ей знакомой…

…когда он протянул руку к Тистие, как бы приглашая ее, слуга бросился к маленькой лестнице. Поднявшись на пару ступенек, Гейзел усадил ее на эту самую лошадь. Когда она села, руки Гейзела обвились вокруг нее, а глаза впились в Тистие.

— Ты когда-нибудь ездила верхом?

— Несколько раз с моим учителем … но ездить на таком большом коне, — впервые…

— Тогда тебе лучше постараться изо всех сил не упасть.

Смех Гейзеля звучал так, словно он насмехался над дураком. Но тут, как обычно, послышался голос его сердца…

[Когда она так близко, она ужасно мила… она еще хорошо пахнет… не говоря уже о том, что она легкая… она действительно человек!? А что, если она на самом деле ангел или фея!? Я имею в виду, что просто так затащил ее на свою лошадь, ей может не понравиться этот жест? Она не должна упасть — я не должен позволить ей упасть, даже если это будет означать для меня смерть…]

— Д-да!

Ответ Тистие странно оборвался на полуслове, потому что она покраснела от шквала его истинных чувств.

Как только все успокоилось, Гейзель медленно пнул лошадь в бок.

Копыта издали слабый звук, когда лошадь побежала против холодного ветра. Даже несмотря на то, что было седло, сидеть на спине лошади было очень неустойчиво, не говоря уже о том, что она сильно тряслась. На мгновение она свернула влево, и Тистие рефлекторно ухватилась за грудь Гейзела.

— Ох! — Тистие украдкой взглянула на Гейзела, гадая, не сочтет ли он ее невежливой.

Он приподнял брови и сказал:

— Как слабо.

Нормальная леди могла бы рассердиться на такого эгоистичного человека.

Но Тистие, которая слышала голос его сердца, отчаянно старалась не рассмеяться.

[Тистие, только что, Тистие, она, она обняла меня!!! Н-нет, она случайно это сделала, не будь таким тщеславным, я. Она потеряла равновесие, поэтому протянула руку, и я оказался ближе всего к ней. Я был для нее как стена — или перила лестницы… не слишком ли лошадь быстра? …но, на самом деле, это не так уж и плохо… вернее, хорошо! Я хочу оставить все так, как есть!]

— … над чем ты смеешься?

— Ах нет, ничего.

— Значит, эта скорость для тебя ничего не значит? Тогда я могу ускориться еще немного.

Затем Гейзел надавил шпорами на лошадь, еще больше ускоряя ее бег.

Глава 4: Глава 3. Жизнь молодоженов полна взлетов и падений (3)

Пока солнце сияло над головой, Гейзел и его свита наконец прибыли к месту назначения, Исирису.

Гейзел, натянувший поводья и остановивший лошадь, спрыгнул на землю. Повернувшись, он молча протянул руку Тистие. Она немного испугалась из-за высоты, но все же взяла его руку. Затем, даже более энергично, чем она ожидала, ее быстро потянули вниз.

— Это место, Исирис…

Из-за открывшегося перед ней пейзажа Тистие невольно перевела дух.

Вдалеке виднелись туманные горы — они словно пытались воссоздать образ спины белой лошади! Озеро, окруженное пышным зеленым хвойным лесом, покрылось легкой белой рябью. Из-за того, насколько прозрачной была вода, были видны спинные плавники плавающих рыб — Тистие следила за ними глазами.

— Это озеро Нагама. Как только наступит зима, оно замерзнет до самого дна.

— Все озеро!?

— Да.

Тистие подошла к краешку воды и заглянул вглубь озера — дно его было темно-синего цвета, что затрудняло проникновению света. Из-за его таинственной красоты ее сердце невольно упало в обморок. В то же время Тистие вспомнила вчерашний урок.

Говорили, что на Исирис сильно влияют четыре времени года — особенно зима. Зимой Исирис становился очень холодным, опасным для жизни миром. Летом жители Исириса зарабатывали на жизнь земледелием, а зимой — охотой и ремеслами. Это было маленькое королевство без больших городов, только несколько деревень в горах.

— Если пересечь эту гору, то можно попасть в Йензи.

— Йензи…

Йензи был огромным Королевством, сравнимым с всемогущим Королевством Верси. Она читала, что торговые пути Йензи были хорошо развиты из-за того, что он выходил к морю, и что он обладал редкими драгоценными камнями и тканями, которые не могли быть найдены в Верси.

Впечатление, которое она получила, увидев настоящую вещь во плоти и крови, по сравнению с впечатлением, которое она получила от книги, было беспрецедентным.

— Чего ты так удивляешься, иди сюда.

К тому времени, как Тистие заметила это, Гэйзел уже нес их багаж, идя впереди у озера. Когда она в спешке погналась за ним, то увидела за деревьями особняк. Архитектура имела белое оформление. Она была очень впечатлена количеством толстых колонн, украшенных цветочными узорами, которые были выстроены вдоль и поперек.

— Лорд Гейзел, это место…

— Это моя вилла.

— Эээ!?

— Пошли.

Она последовала за Гейзелом, который шел не останавливаясь.

Действительно, Исирис был одним из королевств, захваченных Верси во время войны. Неудивительно, что здесь была вилла, предназначенная для Императора Гейзела… мало того, что она была похожа на его главную резиденцию, она была еще и больше.

И снова Тистие вспомнилась власть, которой обладал Гейзел.

— …Ваше Величество Император, мы приветствуем вас.

Когда они вошли на виллу, их встретили слуги, отвечавшие за это место. Пройдя комнату, на лице Тистие снова отразилось восхищение.

— Озеро прямо перед нами!

В комнате находилось окно с одной стороны стены. За ним был устроен большой балкон, откуда открывался вид на озеро. Там же стояли небольшой, но симпатичный диван и столик. Когда Тистие открыла окно, освежающий ветерок, струящийся по поверхности воды, ворвался в комнату, заставляя ее чувствовать себя так, словно она буквально плыла над озером.

В сравнении с Тистье, которая была так взволнована, что потеряла дар речи, Гейзел, поставив свой багаж на пол, сразу же направился к двери.

— Мне нужно кое-что посетить. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи слугам.

— Ах, да! Счастливого пути!

— …Да.

Пока Тистие улыбалась и провожала его взглядом, Гейзел не сводил с нее глаз.

Как только он открыл дверь, она, как обычно, «услышала» его.

[Наглость этого парня Рэнди! Какая часть этого всего — обмен медовому месяцу?! Есть ли кто-нибудь еще, кто мог бы раздавать столько работы, кроме него!? Подумать только, мне придется оставить Тистие одну… что же это за медовый месяц!?]

Как только дверь закрылась, голос его сердца оборвался. Печальный монолог Гейзела невольно заставил Тистие улыбнуться.

Кстати … я все думаю, почему он все время так пристально смотрит на меня?

Даже с таким выражением лица, возможно, он не был злым, но у него было плохое зрение вместо этого…

И все же люди вокруг нее всегда говорили, что у Гейзела суровый вид — какое расточительство.

Тистие счастливо улыбнулась — ладно, когда-нибудь я спрошу у него причину!

Работа Гайзела заняла больше времени, чем он ожидал — вскоре после захода солнца он вернулся на виллу. После позднего ужина они вернулись в свою комнату и сразу вышли на балкон. В отличие от дневного времени, влажный, холодный ветер ласкал ее щеки — Тистие довольно щурилась.

Небо было затянуто дымкой, облака плыли вокруг убывающей луны.

— Спасибо вам за вашу сегодняшнюю тяжелую работу.

Тистие поставила стакан перед Гейзелом, который молча сидел на диване.

— Что это?

— Яшка — так называется этот местный ликер. Пожалуйста, выпейте, сколько захотите.

Наконец она налила янтарную жидкость в стакан.

Заметив, что на поверхности появляются маленькие пузырьки, Гейзел поднял стакан. В тот момент, когда он прикоснулся к нему, Тистие уже широко улыбалась.

— На вкус, как вода.

— Н-но я слышала, что он довольно сильный…

Выпив, он передал ей стакан. Тистие немного отпила.

Однако в тот момент, когда напиток коснулся ее языка, сильный привкус углекислого газа, а также высокая концентрация алкоголя напали на нее — ее рот немедленно открылся.

— Я, кажется, не смогу выпить слишком много…

— Слабо.

Гейзел ухмыльнулся и взял стакан и бутылку из рук Тистие. Довольно скоро он уже выпил второй стакан. Но как только стакан опустел, его рука почему-то остановилась.

Когда Тистие забеспокоилась, она услышала голос его сердца — хотя и чуть более слабый, чем обычно.

[Черт возьми… разве это был не косвенный поцелуй?! Ну, Тистие этого не понимает, так что все должно быть в порядке, верно? Не то чтобы я хотел, чтобы это случилось, но что, если она так думает? Что, если она чувствует себя неловко!?]

Чтобы он беспокоился о таких вещах! Тистие смутилась.

Гейзел, не подозревая, что она услышала его дилемму, продолжал пропускать все новые и новые стаканы, словно пытаясь скрыть свою суетливость. Из-за того, как быстро он выпил ликер, Тистие забеспокоилась за него. Она тихо встала и направилась к кувшину с водой, стоявшему в комнате…

Вы уже устали из-за своей работы, поэтому, пожалуйста, не переусердствуйте…

Однако, вспоминая особняк, они редко проводили время вместе, только вдвоем, как сейчас. Поэтому она подумала, не стоит ли ей остаться с ним еще немного.

Вернувшись на балкон, Тистие стряхнула с себя беспокойство и сосредоточилась на пейзаже, слабо выражая свое восхищение. Дул слабый ветерок, и облака, закрывавшие небо, медленно рассеивались. Затем поверхность воды превратилась в зеркало — появились две серебряные луны: в небе, а также на поверхности озера.

Взглянув вверх, она увидела звездное небо прямо над головой, как будто оно могло поглотить ее в любой момент. Луна, принявшая форму идеального круга, ярко светила.

Внизу она могла видеть ясное отражение луны на покрытой рябью поверхности озера. Тистие была очарована прекрасными пейзажами.

— …замечательно, не правда ли?

Внезапно Гейзел заговорил с ней. Тистие вернулась в реальность.

— Д-действительно, это поистине чудесное зрелище!

— Сейчас осень, но весной пейзажи Исириса еще более живописны. Повсюду распускаются бесчисленные цветы.

Тистие вдруг представила себе землю Исириса, сплошь покрытую разноцветными цветами. Снежный ковер, который сейчас покрывал землю, превратился в ковер ярких цветов. Представив себе всю красоту этого зрелища, она инстинктивно улыбнулась.

— Я уверена, что это выглядит прекрасно. Я очень хочу вернуться в это место и увидеть его своими глазами, хотя бы один раз.

— Действительно. Мой отец тоже был загипнотизирован этой красотой… было бы неплохо, если бы это было все.

— … Вы хотите сказать, что это еще не все?

— Именно потому, что эта земля так прекрасна, мой отец хотел сделать ее своей, и потом захватил Исирис.

Услышав, что тон Гейзела стал тверже, Тистие немедленно замолчала. История Исириса, которую распутал ей ее репетитор, была еще свежа в памяти Тистие.

Бывший Император, который был также отцом Гейзела — покойный Дилф Верси. Его правление было наполнено долгой историей вторжения и колонизации. С огромными инвестициями, которые он делал в свою армию и вооруженные силы, он захватил королевства, соседствующие с Верси.

Он был Императором с самым высоким показателем колонизации — именно поэтому родина Тистие, Лэйси, подчинялась ему.

Она знала, что Исирис — одно из захваченных им королевст, но кто бы мог подумать, что причина в этом?

— …Это также неоспоримый факт, что я делю кровь с этим человеком.

— Лорд Гейзел тоже… хочет захватывать власть над другими королевствами?

Сразу же после этих слов Тистие пожалела и устыдилась своей ошибки. Однако Гейзел, казалось, ничуть не рассердился и вместо этого пробормотал слабым голосом.

— …кто знает?

Ответ был столь же ненадежен, что и тот, который выговаривает потерявшийся ребенок, пытаясь найти своих родителей. Гейзел после этого закрыл рот, но голос его сердца тихо вливался в грудь Тистие.

[Я… не хочу в конечном итоге стать таким же, как и тот человек.]

Он не хотел ни красть чужой родной город, ни портить живописный пейзаж.

[Но даже я не могу убедить себя, когда говорю это. Теперь, когда фракции в королевском дворце переходят серьезные изменения, говорить о таком понятии публично было бы только возмутительно… тогда что же мне делать?]

Глава 5: Глава 4. Жизнь молодоженов полна взлетов и падений (4)

Тистие мягко взглянула на Гейзела, который молча опустил глаза. Его металлические темно-синие глаза были затенены веками, а длинные ресницы отбрасывали мрачную тень.

Несмотря на то, что внешне он был элегантен и красив, как подобает всемогущему Императору Верси, в глазах Тистие он выглядел очень хрупким и подавленным…

… Интересно, Его Величество всегда сталкивается со всем в одиночку…

Решившись, Тистие села на диван рядом с ним и взяла его за руку.

— Лорд Гейзел, я на вашей стороне. Так что, пожалуйста, берегите свои чувства. Не относитесь к ним легкомысленно.

— …

Закрытые глаза Гейзела медленно открылись. Его темно-синие глаза смотрели прямо на Тистие.

Это был не тот взгляд, который он обычно показывал. Сейчас его взгляд был взглядом совершенно сбитого с толку человека, который не мог даже придумать, что сказать, и в то же время был занят своими собственными чувствами.

Однако вскоре на его лице появилась уверенная улыбка.

— … Даже без твоего ведома, я уже знаю.

«Уфф» заметив вновь обретенную радость Гейзела, Тистие облегченно выдохнула.

Словно вспомнив что-то, Гейзел свободной рукой пошарил у себя под курткой. Затем он достал маленькую, покрытую тканью коробочку.

— Открой ее.

Тистие взяла коробку и сделала, как ей было сказано. В шкатулке лежало серебряное кольцо. В верхней части кольца был инкрустирован красивый светло-зеленый драгоценный камень.

— Носи его.

— Э!? Н-но, что-то такое драгоценное…!!

— В Йензи, похоже, этот камень может быть обменян только между членами королевской семьи.

Его слова заставили глаза Тистие выпучиться.

— Т-тогда это делает его еще более ценным…! Это, я не могу… я буду беспокоиться…

— Неужели ты думаешь, что я позволю женщине, которая станет моей женой, носить то, что может носить и любой другой?

— Н-но это же…

Не успела Тистие договорить, как Гейзел уже взял ее за левую руку. Со скоростью света украшение скользнуло на безымянный палец Тистие. На ее руке сверкнуло кольцо.

— Не смей снимать его, когда вздумается — это приказ.

— Х-хорошо.

[Если какие-нибудь невежественные люди приблизятся к Тистие, эта штука будет действовать как отпугиватель насекомых! Ах, но не слишком ли велик этот драгоценный камень? Я узнал, что Тистие любит утонченность… возможно, кристалл Икса или агатовый Аквамарин сделают ее счастливее — хорошо, я вызову торговца, как только мы вернемся! Это ведь должны быть любимые камни Тистие, верно? Я прикажу торговцу сделать еще два или три украшения из этих камней!]

— Я вам очень благодарна! Этого подарка уже предостаточно!

Если я дам ему раздумывать дальше, все наверняка выйдет из-под контроля…

… Уставившись на свою левую руку, которая теперь была украшена кольцом, Тистие счастливо улыбнулась.

Возможно, удовлетворенный результатом, Гейзел нежно переплел пальцы Тистие со своими. Со спрятанной рукой в его ладони, лицо Тистие запылало. Внезапно, все еще держа ее руку в своей, Гейзел толкнул Тистье вниз.

— …Лорд Гейзел!?

Гейзел приблизился к Тистие, что потеряла равновесие и упала на спину.

Завораживающее и прекрасное зрелище, которое представляли его глаза и его нос — Тистие могла только открывать и закрывать рот, как будто она забыла, как дышать.

Лицо Гейзела постепенно приближалось, когда он положил руку на щеку Тистие. Ее сердце колотилось, как утренний колокол, она даже не знала, какое выражение лица показывает в этот момент.

Ч-что же мне делать!? Мы, мы теперь пара, так что поцелуи должны быть нормальным делом, н-но! Я никогда не делала этого раньше! Это будет мой первый! Что же мне делать!? Или мне лучше просто не шевелиться!?

Таким образом, лицо Гезела опускалось, и когда она закрыла глаза, Тистие приготовила свое сердце и ждала…

…?

Однако после долгого ожидания не было ощущения, что их губы соприкасаются. То, что пришло, было голосом сердца Гейзела.

[Она … все еще опасается меня?]

Л-лорд Гейзел?

[…Неудивительно. Во-первых, ты пришла ко мне не потому, что тоскуешь по мне.]

Когда Тистие открыла глаза, прямо перед ней были глаза Гейзела. Красивый, металлический, темно-синий цвет — раскалывающийся образ звездной ночи Исириса — казался одиноким.

— Чего ты ожидала?

— Э-это…

— … как бесполезно. Я собираюсь спать.

Гейзел отпустил Тистие и встал — и когда она подумала, что он собирается лечь в постель, ей показалось, что он хочет покинуть из комнату.

— Л-лорд Гейзел, куда вы собираетесь идти…

— Завтра нам придется рано вставать. Я буду спать в другой комнате.

— Н-но…

Тистие не могла вымолвить ни слова.

По правде говоря, с того момента, как она приехала туда, и до настоящего времени они всегда спали в разных комнатах. Дело было в том, что работа Гейзела продолжалась до поздней ночи, а Тистие, возможно, еще не привыкла к новому окружению.

Но сейчас у них был медовый месяц.

В какой-то степени Тистие подготовила себя.

…Однако, похоже, Гейзел передумал, увидев, как Тистие съежилась после того, как он просто притворился, что целует ее.

«Давай спать вместе!» по правде говоря, сказать это вслух будет действительно неловко…

Возможно, заметив, как глубоко задумалась Тистие, Гейзел снова улыбнулся — это была его обычная неприятная улыбка.

— Если ты так хочешь, чтобы тебя обняли, я не против обнять тебя?

— Я, я в порядке!

—о нет!

Она была спровоцирована и инстинктивно сказала это!

Однако вместо того, чтобы обидеться, Гейзел, казалось, подавлял смешок.

[Как я и думал, она очень милая… я действительно хочу обнять тебя… но я не хочу пугать тебя…]

Она покраснела, услышав голос его сердца. Тистие внимательно вгляделась в лицо Гейзела. Выражение, которое он сейчас демонстрировал — на нем не виднелось никаких следов того жестокого образа, называемого Ледяным Императором. Может быть, это и был настоящий Гейзел.

— Тогда позже.

— Ах, Лорд Гейзел, подождите…

— Это еще не все?

— Эм, у меня есть только одна просьба…

— Хм?

Тистие глубоко вздохнула в сторону, казалось бы, ошеломленного Гейзела.

— Я… я хочу, чтобы вы называли меня по имени!

— …

На мгновение воцарилась долгая тишина, как будто все звуки в мире были украдены.

К-как я и думала, не слишком ли странно просить об этом ни с того ни с сего?! Но все же…!

… И все же ей хотелось услышать свое имя, произнесенное его губами.

Конечно, она не могла произнести это вслух. Тистие оставалось только ждать ответа Гейзела. Однако первым пришел не его ответ, а голос его сердца.

[Она хочет… чтобы называл, по имени…? Я… я? Я!? Называл чье имя? Имя Тистие — да, я его уже знаю. Я ни разу не назвал ее по имени, она может быть недовольна этим — но, чтобы вдруг попросить о такой вещи! В такой момент! Не слишком ли она мила!? К чему она клонит!? Что ты хочешь, чтобы я сделал!? Как я и думал, должен ли я просто обнять ее прямо сейчас…]

— Ох!!! — Услышав последнюю часть, Тистие вскрикнула и протянула обе руки к Гейзелу, как бы говоря ‘я сдаюсь!’

Она думала, что таким образом сможет блокировать голос его сердца, но… это было бесполезно, голос его сердца продолжал плыть в ее голове.

— П-простите меня, как я и думала, будет лучше, если вы просто забудете то, что я сказала-

— Тистие.

Низкий, твердый, как сталь, голос.

Гейзел окликнул Тистие по имени. Его голос заполнил паузу, созданную слабым, журчащим звуком, который издавало озеро. Его голос был добрее, чем она себе представляла — слаще, до такой степени, что Тистие сначала не поняла, что ее зовут.

— Тистие.

— Д-да!

— Тистие.

— Да…?

— Тистие?

— Д-достаточно уже…

— …Тистие.

Казалось, он намеревался дразнить девушку, которая вся покраснела сверху донизу. Гейзел несколько раз звал ее по имени — и в конце концов, держась за живот, он рассмеялся.

— Ваше Величество! Простите меня! Пожалуйста, сжальтесь!

— Я буду звать тебя по имени, пока не устану. Тистие—

— Пожалуйста, просто перестань уже…!

Глядя на Тистие, зажавшую уши обеими руками, Гейзел с восторгом повторял имя любимой жены.

Глава 6: Глава 5. Вечеринка по случаю помолвки — это поле битвы (1)

Прошло уже шесть месяцев с тех пор, как Тистие прибыла в Верси.

— Ваше Величество Императрица, вы выглядите поистине великолепно.

— Большое спасибо, Лиззи… но это прекрасное платье… интересно, подходит ли оно мне…?

— Что вы такое говорите! Такое платье просто предназначено для вас, потому что сегодня вы играете главную роль!

В зеркале Тистие увидела, как Лиззи крепко сжала кулак. Тистие озабоченно нахмурила брови.

Оправившись от болезни, Лиззи начала заботиться об окружении Тистие. Когда Тистие спросила дворецкого, Лиззи, похоже, прониклась восхищением к личности Тистие, которая пришла к ней в тот вечер. Лиззи очень хотелось помогать ей.

И хотя я случайно узнала о ее болезни только благодаря Лорду Гейзелу… по какой-то причине я чувствую себя виноватой.

В то же время в чужом королевстве Верси Тистие искренне была благодарна за общество Лиззи. Раздался стук в дверь, и на пороге показался дворецкий.

— Ваше Величество Императрица, я пришел сопроводить вас.

— Спасибо, сейчас подойду.

Тистие старалась следить за каждым своим шагом — она не хотела повредить высокие каблуки. Сегодня Тистие Лэйси, новая Императрица, впервые появится на публике.

Королевский зал был переполнен людьми.

Элегантная музыка, которую играл оркестр, эхом разносилась по всему помещению. Здесь присутствовало большое количество гостей — будь то королевские аристократы, дипломаты или посланцы из других королевств — каждый со своими собственными слухами и секретами.

В центре зала, около трона, находилась низкая лестница. С потолка спускался балдахин из тонкой ткани. ‘Ледяной Император’ Верси высокомерно восседал на троне, установленном над мощеным полом, устланным красным бархатным ковром.

— …

Наконец один из его приближенных подошел к Гейзелу и что-то прошептал. Гейзел распрямил ноги и медленно встал. Самая большая дверь в коридоре открылась, словно в ответ на его движение. Шумные голоса прервали свои диалоги, и все взгляды были немедленно украдены ею.

В зал вошла красивая женщина с величественной внешностью.

Привлекательные серебристые волосы. Длинные ресницы того же цвета, похожие на бантики. Цвет ее круглых глаз был точной копией лазурного летнего неба. Ее губы были похожи на распускающиеся розы, а чистая кожа еще больше подчеркивала ее очарование. Ее величественная внешность была обликом снежной богини.

На ней было темно-синее платье, и на первый взгляд оно казалось простым. Тем не менее, как только люстра осветила ее наряд, тот факт, что он был сделан из специальной, дорогой ткани, был очевиден для глаз.

Украшения и драгоценности, хотя и казались небрежно приготовленными, были первоклассными. На пальце у нее было кольцо с большим драгоценным камнем. Каждая из этих безделушек была действительно достойна того, чтобы ее носила Императрица всемогущего Королевства Верси.

Несмотря на пронзительный взгляд ее окружения, Тистие продвигалась вперед в спокойной и элегантной манере, но за этим, казалось бы, ясное выражение скрывалось на ее лице.

— Ааах! Здесь, здесь столько людей…!

Она знала, что придет много людей — но не настолько же! Но Тистие скрывала свое потрясение под своей решительной осанкой — несмотря на это, она задавалась вопросом, как долго сможет продолжать держаться.

Каблуки слишком высокие, корсет давит, что же мне делать…

И тут же пришла помощь. Гейзел, находившийся наверху, подошел к Тистие.

Вид у Гейзела тоже был более праздничный. Его черная одежда была расшита серебряной нитью, а грудь блестела от нескольких медалей, украшавших ее. Его малиновый плащ, сшитый из бархата, был украшен мехом черной пантеры, который колебался при каждом шаге.

— Тистие.

Ее окликнули по имени. Тистие, что все это время смотрела вниз, наконец подняла голову. Наконец она увидела знакомое лицо и не смогла удержаться от улыбки. Дыхание всех окружающих мужчин остановилось в тот момент, когда они увидели выражение лица Императрицы. Она превратилась из величественной в прекрасную.

Возможно, заметив атмосферу, Гейзел взял Тистие за руку и уставился на нее своим обычным острым взглядом.

— Слишком медленно.

— Извините, но я все еще не привыкла ходить в них…

— Во время вечеринки не хохочи.

— Не х-хохочи, говорите…

[Это безнадежно, разве она не знает, какая она милая!? Если она снова покажет такую улыбку, что, если кто-то влюбится в нее!? Что же мне делать, когда это случится!? Ну, очевидно, я не прощу ни одного мужчину, который посмеет влюбиться в нее. Будет очень неприятно, если к ней прицепятся какие-нибудь вредные насекомые… Рэнди, ты не мог бы еще немного ограничить число гостей? Ты должен был запретить неженатым мужчинам посещать эту вечеринку!]

Уши Тистие загорелись, когда она «услышала» его. Если так будет продолжаться, ее лицо станет ярко-красным.

Ваше Величество, вы меня переоцениваете…

На ее родине никто не стал бы хвалить внешность Тистие.

В Лэйси блестящие рыжие волосы были определением красоты — что было полной противоположностью внешности Тистие. На любых светских мероприятиях, благодаря упомянутой внешности, она всегда выделялась. На самом деле, всякий раз, когда Тистие вспоминала о мероприятиях своей родины, все, что она могла вспомнить, был болезненный шепот, который ей приходилось терпеть.

Вот почему, готовясь к этой вечеринке, она бросила себе вызов — насколько плоха она может быть!? Однако реакции, которую ожидала Тистие, не последовало… и она почувствовала себя несколько растерянной.

Ну, это, наверное, потому что Его Величество рядом со мной…

Поэтому в присутствии Императора никто не осмеливался сказать что-либо плохое о Тистие… Возможно, Гейзел пришел за ней в ожидании, что кто-нибудь скажет ей что-нибудь грубое… Его рука, обнимавшая ее, была теплой.

В конце концов, вернувшись на трон под балдахином, Гейзел наконец отпустил Тистие. Вскоре после этого аристократы, которые надеялись поприветствовать Императрицу, начали собираться внизу.

Несмотря на это, Гейзел лишь мельком взглянул на них, прежде чем позвать кого-то у задней части трона.

— Ван, Люксен.

— Да!

После короткого отклика, двое мужчин встали позади нее. Пройдя мимо Гейзела, они поклонились Тистие.

— Рад познакомиться с вами, Ваше Величество Императрица, я Ван Альтранца. Я друг детства Его Величества. Это действительно большая честь для этого рыцаря — стоять перед вами.

Первым, кто назвал себя, был оживленный юноша. С красивыми золотистыми волосами и голубыми глазами, его хорошо тренированное тело было заметно под его одеждой. Стоя перед Тистие, Ван улыбнулся — как улыбается влюбленный.

— Я слышал из слухов, что вы действительно прекрасная принцесса.

— Говорить такие вещи немного—

Тистие, что пыталась отрицать услышанное, была напугана ужасной атмосферой, исходящей позади нее.

Она не слышала голоса сердца Гейзела, но, судя по лицу Вана, который, казалось, очень сожалел о произнесенном, выражение лица Гейзела было легко угадать.

Т-то что я делаю, это же не считается для него «хохотом»…?

Она должна была сменить тему разговора! Тистие повернулась к другому мужчине. Человек с прилежными манерами низко поклонился.

— Меня зовут Люксен Малер. Для меня большая честь познакомиться с Вашим Величеством Императрицей.

Мужчина, что поклонился с нежной улыбкой, был намного старше Тистие.

Волосы у него были серебристые, а глаза голубые, как тонкий лед. На пальце у него было золотое кольцо, украшенное красным камнем, что говорило о том, что он женат. Он был в очках — неужели у него слабое зрение? Он смотрел на Тистие сквозь упомянутые очки.

— Лорд Люксен, да? Я буду под вашей опекой.

По его словам, все предшественники Люксена были назначены королевскими помощниками — обязанность, которую Люксен унаследовал, когда Гейзел стал новым Императором. Он также был человеком, способным помогать Гейзелу в политике.

— Честно говоря, есть еще один человек, который является королевским помощником, к сожалению, он сейчас в командировке.

— Еще один королевский помощник…?

— Да, его зовут Рэнди Гете.

— Ах! Тот парень Рэнди!

Воскликнув это, Тистие сглотнула. К счастью, Гейзел, похоже, ничего не заметил. Если бы он услышал, то удивился бы, откуда она знает об этом Рэнди?

Это имя того парня, которого всегда поражает недовольство голоса сердца Его Величества… сколько раз он уже жаловался на него?

В конце каждого представления музыка, которую играл оркестр, менялась, отчего Ван поднимал брови и счастливо улыбался

Глава 7: Глава 6. Вечеринка по случаю помолвки — это поле битвы (2)

— …Боже, вот-вот начнется.

Возможно, из-за появления сегодняшнего «главного героя», Тистие, церемония превратилась в светское мероприятие. Затем бальный зал был использован по своему первоначальному назначению. Внизу гости пожимали друг другу руки и здоровались с партнерами.

Тистие восхищалась гламурной атмосферой, когда кто-то появился перед ней—

Тистие моргнула. Когда она подняла голову, Гейзел стоял прямо перед ней, протягивая руку.

— В-Ваше Величество?

— …

Не понимая, что означает его пристальный взгляд, Тистие начала метаться. Ван, наблюдавший за всем происходящим, послал спасательную шлюпку.

— Ваше Величество, я думаю, что если вы хотите пригласить ее на танец, вы должны сделать это более красиво.

— Э?! Вот что он имел в виду!?

— …

Ван был прав — Гейзел бросил на него острый взгляд, прежде чем взять Тистие за руку.

— Просто иди уже сюда.

— Д-да!

Можно сказать, что ее стащили с трона вниз по лестнице. Когда люди внизу заметили их, как и ожидалось, все расступились и открыли им путь. Тистие стояла посреди зала.

…П-перед всеми этими людьми…!

Все будет хорошо — за последние полгода она много тренировалась. Тистие выровняла дыхание. Не в силах выдержать напряжение, кончики ее пальцев подрагивали. Однако большая рука Гейзела крепко сжала ее ладонь.

— Ваше Величество…?

— Не бойся. Никто не будет смеяться над тобой.

Затем, словно ожидая начала танца, Гейзел уставился вдаль, его взгляд был непоколебим. От этих неожиданных слов глаза Тистие расширились. Но она выпрямилась и встала рядом с Гейзелом.

После этого началась песня, требующая от нее изящных и тонких вращений — нужно было большое мастерство танцовщицы, чтобы уметь поспевать делать красиво такие сложные движения. Точно рассчитав время, Гейзел сделал первый шаг.

Удивительно… как будто мое тело движется само по себе…

Хотя и без большого усилия, движения Гейзела позволяли свободно манипулировать телом Тистие. Конечно, ее практика сыграла свою роль, но танцевальное мастерство Гейзела было совсем на другом уровне.

Темп песни постепенно ускорялся, и среди людей стали появляться те, кто не мог угнаться за ритмом.

Благодаря естественному движению партнера Тистие, подол ее платья затрепетал, словно окутывая и ее и его фигуру яркими красками.

[Как удивительно со стороны Его Величества Гейзела…]

[Интересно, согласится ли он потанцевать со мной…]

[Лэйси? Почему он должен быть с принцессой, которая родом из такого далекого королевства…]

Иногда, когда она невольно слышала голос чьего-то сердца, Тистие слегка переживала. Возможно, заметив ее душевное смятение, Гейзел тихо пробормотал.

— Куда ты смотришь?

— А-а?

— Смотри на меня. Тебе нельзя смотреть ни на кого другого.

— Да… — ответила Тистие голосом, который, казалось, сливался в шуме. В глубине души она кричала—

—даже если это не голос его сердца, я так заволновалась, когда Его Величество произнес это…

Тистие вздохнула, когда поняла, что мелодия сменилась на нежную, сигнализируя об окончании танца. Когда она закончилась, взгляд Гейзела стал мрачным.

— Потом станцуй с Ваном.

— Х-хорошо.

— Двух песен должно быть достаточно. После этого уходи, убегай, что сочтешь нужным.

Возможно, Гейзел заметил, как устала Тистие после церемонии.

— Я поняла.

Когда она ответила на это замечание, то услышала голос сердца Гейзела.

[Как же близко… она слишком близко, мое сердце готово остановиться… я рад, что практиковался каждый раз, когда заканчивал работу… я не должен опозорить Тистие, несмотря ни на что!]

Его Величество тоже практиковался в танцах…!?

Тистие была еще более потрясена продолжением его голоса сердца, который раздался вскоре после этого.

[Ее миловидность уже делает ее опасной на расстоянии — это просто нечто, что нельзя увидеть вблизи! Она слишком мила, у меня болят глаза… в то же время я не знаю, когда у меня будет еще один шанс быть так близко к ней… Я хочу получше ее рассмотреть…]

Перед изумленной Тистие Гейзел бросил на нее короткий взгляд. Она не знала, что сказать — когда Тистие, покраснев, отвела взгляд, Гейзел тут же отпустил ее руку. Затем он прикрыл лоб рукой, словно что-то вытерпел. Наконец он поднял голову и произнес.

— Никудышне.

— Ч-чт—!?

Он сказал нечто совершенно противоположное тому, что думал в глубине души! Как только Тистие это услышала, ее взволнованное возбуждение мгновенно улетучилось. Она поняла, что за последние полгода он не произнес ни единого честного слова.

Почему вы такой злой…? Если бы вы сказали мне, что на самом деле думаете, вместо этого, я бы… я бы, конечно, была счастлива…

Ее мысль показалась притянутой за уши, и Тистие покачала головой. Нет, она не могла себе представить, что будет с ней, если произнесенные Императором слова станут такими же красивыми, как его внешность… в данный момент, даже если это был всего лишь голос его сердца, она едва выдерживала.

Если бы эти слова голоса сердца были произнесены прямо из его уст… конечный результат несомненно стал бы катастрофическим.

— …Леди Тистие? С вами все в порядке?

— Д-да! Простите.

Когда ее внезапно окликнули по имени, Тистие инстинктивно ответила. Затем Ван, который с тех пор стоял перед ней, громко расхохотался.

Не успела она опомниться, как началась следующая песня.

— Пожалуйста, не удивляйтесь. Это прямой приказ Его Величества.

— Ах, понятно, я буду на вашем попечении.

— Я тоже… если можно, вашу руку, пожалуйста.

Следующая песня, которая начала играть, была расслабляющей, в две четверти. Когда Тистие протянула руку, Ван притянул ее к себе.

— Прошу прощения.

Их бедра соприкоснулись, заставляя Тистие немного заволноваться.

У Вана был иной подход, чем у Гейзела, было очевидно, что он привык обращаться с женщинами. Тистие взглянула на него. Нос у него был прямой, а глаза сродни зимнему небу. Заметив, по-видимому, взгляд Тистие, Ван посмотрел на нее и улыбнулся.

— Фуфу, кажется, вы взволнованы.

— Ах, простите меня за мою дерзость…

— Нет, нет, для меня, как для рыцаря, большая честь вот так смотреть на взволнованное лицо Вашего Величества Императрицы.

Услышав это, Тистие перестала спорить и решила сосредоточиться на танце. Поскольку это был более легкий танец, чем раньше, можно было услышать болтовню других.

Возможно, эта песня не была обращена к искусству танца, а была предназначена для общения.

— Что вы думаете о Королевстве Верси? — Ван тихо заговорил с ней.

— Это очень холодное место. Тем не менее, довольно удивительно видеть, сколько усилий было приложено, чтобы сделать его теплым.

— Я понял, с другой стороны, Королевство Лэйси — королевство, в котором тепло круглый год, не так ли?

— Вы знакомы с Королевством Лэйси?

Ван улыбнулся Тистие, на лице которой появилось радостное выражение. Его лицо было мягким — таким, что если бы она не разговаривала, ее сердце, несомненно, пропустило бы удар.

— Более того. Моя мать родилась в Лэйси.

— Боже! Вот как?

— Какое-то время я также жил там.

Она никогда не думала, что встретит кого-то, кто проживал в Лэйси в таком всемогущем королевстве! Песня почти закончилась, когда Тистие радостно рассказывала ему о знаменитых туристических местах Лэйси.

— Большое вам спасибо. Я навещу их, если когда-нибудь Его Величество даст мне свое разрешение.

— Я тоже вам благодарна. Мне было так весело.

Расставаясь, они поблагодарили друг друга. Следуя указаниям Гейзела, Тистие отвернулась к окну. Однако, видя в этом какую-то возможность, мужчины начали собираться вокруг нее.

— Ваше Величество Императрица, не потанцуете ли вы со мной в следующий раз?

— Простите, но я хочу сделать перерыв.

— Тогда как насчет вина? Я принесу его вам.

Несмотря на то, что она категорически отказывалась, мужчины продолжали приглашать ее — довольно скоро Тистие ощутила, что не поспевает за темпом этих разговоров. Затем женщины, наблюдавшие, как Тистие окружают мужчины, начали сеять свои сплетни.

Глава 8: Глава 7. Вечеринка по случаю помолвки — это поле битвы (3)

— … она что, из Лэйси? То маленькое, неизвестное королевство — кто-нибудь вообще знает о существовании такого места?

— В любом случае, это королевство редко освещается. Я уверена, что статус того королевства не высок.

— Во-первых, она должна была стать подарком для предыдущего Императора, верно? Тогда зачем Его Величество Гейзел…

По мере того, как летели разные слова, их презрение становилось все более слышимым для ушей Тистие. Но она не могла отрицать ни одного сказанного слова.

Все, что они говорят, правда… я была всего лишь пленницей… как таковая, я не должна была становиться Императрицей…

С того самого дня, как она приехала сюда в паланкине, ее постоянно критиковали.

«Зачем позволять принцессе из такого маленького королевства, как Лэйси, становиться Императрицей?»

Тистие и сама удивлялась.

Ее зрение начало искажаться. Тесное платье и жара в зале заставляли ее чувствовать себя неуютно. Однако, даже если бы она хотела убежать, она не могла бы и двинуться из-за толпы.

Я не могу так опозориться.

Пока Тистие пыталась удержать свое лицо—

— —эй, что это вы делаете?

Низкий и холодный голос Гейзела заставил всех замереть. Только Тистие улыбалась, глядя на него так, словно его существование было для нее лучом света.

— В-Ваше Величество Император, видите ли, у нас просто небольшой разговор с Ее Величеством…

— Кто дал тебе на это разрешение?

— Ах, эм…

— …И группа женщин вон там.

Его металлические темно-синие глаза обратились к собравшимся дамам. Его неумолимо острый взгляд стал еще более острым, словно сильнее заточенным. Сама Тистие никогда не была объектом такого ужасающего взгляда.

— Только что, что вы сказали?

— …

— Вы что, не услышали меня? Я спросил, что вы только что сказали?

Женщины переглянулись — никто не осмелился дать ответ. Увидев это, Гейзел потянулся к длинному мечу, висевшему у него на поясе. Напряженная атмосфера распространилась в одно мгновение.

— Понятно, значит, у вас проблемы с ушами, да? Это значит, они вам больше не нужны.

— В-Ваше Величество?

— Я отрежу их для вас — встаньте на колени.

Поскольку он был Императором, никто не был достаточно храбр, чтобы остановить его. Собравшись в одном месте, женщины то и дело бормотали извенения кланяясь. Но гнев Гейзела не утихал — и он болезненно передался Тистие.

[Кто дал вам право дурно отзываться о Тистие!? Ее втянули в брак, который она никогда не хотела, и ей пришлось приехать сюда совершенно одной!! Какой дурак смеет думать, что кто-то захочет оказаться в таком положении!?]

…Ваше Величество…

[И все же Тистие осталась рядом со мной. Даже несмотря на то, что она была одна. Это должно быть очень мучительно для нее, я знаю, но все же я не могу не быть счастлив из-за этого факта! … Черт возьми! Как это бесит! Как я не смог защитить ее от этих людей!?]

Глядя, как Гейзел стискивает зубы, Тистие решительно схватила его за руку. Гейзел удивился и невольно опустил рукоять меча.

— Ваше Величество, они не сказали обо мне ничего плохого.

— Хо?

— Все говорили о моей родине, о Лэйси, правда?

Женщины кивнули. Гейзел некоторое время смотрел на них, не веря своим ушам, а потом перевел дух и взял Тистие за руку.

— На этот раз я прощу вас всех, но следующего раза не будет.

Гейзел удалился вместе с Тистие, оставив позади ошарашенную толпу.

Сзади почувствовалась облегченная атмосфера, пока Тистие пересекала зал вместе с Гейзелом. Когда входная дверь открылась, по длинному коридору прошли два человека. Гейзел большими шагами направился вперед и вскоре выпалил.

— Зачем ты их покрыла?

— Что вы имеете в виду?

— То, что случилось раньше. Ты должна просто разозлиться.

— Это…

Тистие улыбнулась Гейзелу, ожидавшему ее ответа.

— Ваше Величество уже рассердились вместо меня, так что все в порядке.

Конечно, сама предыдущая ситуация была безрадостной. Но в тот момент, когда она поняла, что Гейзел действительно сердится, на долю секунды она почувствовала только радость. Поначалу Гейзел, казалось, был расстроен таким ответом.

— …Ты слишком мягка.

— Даже если так, Ваше Величество добры ко мне, так что этого уже достаточно.

Услышав это, Гейзел, казалось, забыл, что он собирался сказать дальше. Он выдохнул, словно сдаваясь, остановился и повернулся, встав перед Тистие.

Интересно, что случилось?

Когда Тистие подняла голову, Гейзел вдруг положил руки ей на плечи. Когда она уже собралась сопротивляться, Гейзел наклонился вперед, и его лицо приблизилось к ней.

А?! Ваше Величество, почему так внезапно…?

Тистие поспешно закрыла глаза — но после долгого ожидания поцелуя не последовало.

…?

Наконец она почувствовала, как волосы коснулись ее шеи, и заставила себя открыть веки. Гейзел прислонился лбом к ее шее.

[Я, я не могу… когда она сказала это, мои руки начали двигаться сами по себе! Кроме этого, я просто не могу этого сделать, это просто не то, что кто-то сделал бы в коридоре! Но когда она говорит что-то подобное, я не могу оставаться воспитанным мужчиной… или, скорее, как я должен с этим справляться!?]

— Ваше Величество, если мы не вернемся в ближайшее время, разве все не будут обеспокоены!?

Тистие отчаянно пыталась убедить его, пока его мысли не приняли тревожное направление. Наконец Гейзел неохотно поднялся и глубоко вздохнул.

Его брови нахмурены сильнее, чем обычно…

— Я вернусь после того как закончу свою работу. Тебе следует первой отправиться в главную резиденцию.

— Да. Сделай все возможное.

— …Мне не нужно этого говорить.

[Я не хочу идти… я хочу вернуться домой вместе с ней прямо сейчас…]

Услышав напоследок опечаленный голос его сердца, Тистие вдруг улыбнулась.

---

П/п: Заметили, он разозлился не потому что «как вы смеете обижать мою возлюбленную», а именно из-за ее чувств…

Глава 9: Глава 8. Вечеринка по случаю помолвки — это поле битвы (4)

Как велел ей Гейзел, Тистие направилась прямиком в главную резиденцию в задней части королевского дворца. Но когда она шла по коридору, то услышала, как кто-то разговаривает за углом. По-видимому, это был гость, участвовавший в сегодняшней вечеринке.

— Вы ведь тоже видели ее, не так ли? Ее Величество Императрицу.

— Я видел ее, видел! Теперь я понимаю, почему Его Величество полгода прятал ее!

Когда она поняла, что они говорят о ней, Тистие небрежно ускорила шаг. Мужчины, которые не знали о ее присутствии, продолжали вести разговор.

— Конечно, на нее приятно смотреть, но… ходяд слухи, что из Йензи прибудет еще одна Императрица.

…а?

Тистие вдруг остановилась за колоннами.

— Похоже на то. С тех пор как умер предыдущий Император, появилась возможность укрепиться. Если это произойдет, говорят что другая Императрица станет Первой Императрицей.

— Ну, это же очевидно. Она родом из Йензи. Если бы она стала Второй Императрицей вместо этого, началась бы война…

Из Йензи прибудет новая Императрица…

Для Йензи было вполне естественно послать Императрицу, чтобы построить хорошие отношения с новым Императором. Как они и говорили, разница в национальном статусе между Йензи и Лэйси, родиной Тистие, была слишком велика. Восточный центр власти, Йензи, не будет удовлетворен приобретением положения Второй Императрицы.

Мужчины принялись критиковать то одно, то другое насчет Гейзела.

— Интересно, как долго это королевство будет процветать? Новый Император, конечно, силен в бою, но разве его личность не ужасная? Другой наследник был убит, а трон был узурпирован — также было много вассалов, которые сбежали из-за его высокомерия.

— …Я благодарен, что Лорд Люксен все еще здесь. Что бы случилось, не будь его рядом… ну, я также слышал, что остались и многие предшественники. Но в королевском дворце ходят одни только жалобы на Его Величество Гейзела.

— Непобедимый рыцарь-лидер тоже ушел в отставку — более того, этот талантливый человек, вероятно, сбежал из Верси…

— … Мы больше не должны уклоняться от проблем. Похоже, что Император менее агрессивен в войне и расширении своей территории, чем покойный Император… наш новый Император — Его Величество, его точка зрения важна, но я уверен, что он на самом деле глуп—

Тистие, до сих пор молча слушавшая их, при этих словах вышла и величественно предстала перед ним. Поскольку Императрица внезапно оказалась перед мужчинами, они поспешили исправить свое поведение.

— …Простите меня, немного вашей болтовни попало мне в уши. Только что вы говорили о Его Величестве?

— В-Ваше Величество Императрица! Нет, я—

— Я понимаю, какую тревогу вы оба должно быть испытываете после смерти предыдущего Императора, но разве не поэтому мы должны поддержать Его Величество Гейзела?

Высокомерного и презрительного Императора.

Действительно, отношение, которое он обычно демонстрировал, было далеко не уважительным.

Однако он не мог себя хорошо выражать. Он также не мог контролировать выражение своего лица — несмотря на это, он думал о королевстве больше, чем кто-либо другой. Вот почему он каждый день работал допоздна.

Тистие, каждый день ожидавшая возвращения Гейзела, знала это лучше, чем кто-либо другой.

— Нет никакой необходимости в конфликтах, если королевство может развиваться без беспорядочной войны. Его Величество сейчас отчаянно пытается изменить это королевство.

— Я понимаю, все именно так, как сказала Ее Величество Императрица. Конечно, мы искренне готовы сделать все возможное ради этого королевства…

Мужчины отдали честь и поклонились Тистие. Однако, возможно, из-за того, что нервозность Тистие нарастала, начали прослушиваться голоса мужских сердец, хотя и прерывисто.

[Но все же… наш нынешний Император…]

[Чтобы приспособиться должным образом… такая неприятная вещь…]

Услышав это, Тистие проглотила слова, которые хотела сказать следом.

—сколько бы Тистие сейчас ни говорила о Гейзеле, они ответят только тем, что будут повторять сказанные ею слова только потому, что она была выше по статусу — а это ничего не будет значить.

Что я должна была сказать? Его Величество усердно работает в одиночку, он хочет, чтобы это королевство было свободным от конфликтов…

Мужчины внезапно выпрямились и застыли — они глядели на что-то позади Тистие.

Она думала, что же случилось, и обернулась. Там стоял Гейзел с холодными глазами, скрестив руки на груди. Он окутал весь двор льдом. В темноте его металлические темно-синие глаза сфокусировались на мужчинах.

— Е-Его Величество Император…!

— Д-доб-добрый вечер! Мы благодарны вам за сегодняшнее приглашение!

В то время как мужчины сильно дрожали, Тистие была сбита с толку.

Возможно ли, что он подслушивал мой с ними разговор!? … Слышал ли он, что говорили эти люди, а также то, что мне не удалось убедить их в обратном…?

Однако Гейзел встал перед Тистие и тихо вздохнул.

Внезапно, пока она размышляла, ее подняли за талию и плечи.

— В-Ваше Величество!?

— Я забираю ее с собой.

Сказав это, Гейзел повернулся и пошел к особняку, держа на руках Тистие. Его шаг был широк, и из-за его роста она сильно раскачивалась. Однако, благодаря твердой силе его рук, Тистие не была напугана.

Когда он открыл дверь, а Тистие все еще пребывала в таком смущающем положении, слуги быстро отводили свои взгляды. Тистие наконец заметила ее состояние и попыталась пошевелить руками и ногами, но Гейзел сразу же направился в спальню на втором этаже.

Дверь жестко распахнулась, и Тистие была брошена на кровать. Торопясь встать, она увидела, что Гейзел уже снимает плащ и куртку.

— В-Ваше Величество, эм…

— Гейзел.

— Л-лорд Гейзел, эм, в предыдущем разговоре, это было—!

— Я же сказал тебе вернуться в особняк, почему ты не послушалась?

Ах— Тистие не знала что сказать.

— Простите… я услышала довольно волнующий разговор…

Гейзел продолжил, расстегивая пуговицу на воротнике.

— Разговор шел обо мне?

Он взглянул на нее и прямо задал вопрос. Когда Тистие кивнула, он снова вздохнул.

— То, что они сказали, правда. Мое положение не очень хорошее.

— …

— Есть много людей, которые предпочитают методы предыдущего Императора.

— Но Ваше Величество не разделяет этого мнения, верно?

Твердый взгляд Тистие был решительно встречен взглядом Гейзела.

В конце концов он фыркнул и сел рядом с ней.

— Я не настолько жалок, чтобы ты беспокоилась за меня.

— Это, наверное, и правда…

Гейзел улыбнулся, увидев, как Тистие с сожалением опустила голову. Он взял ее руку и нежно поцеловал кольцо, которое она носила.

— Я извиняюсь за то, что пришел поздно.

Именно в этот момент Тистие вспомнила, что лежит на кровати Гейзела. Он медленно наклонил к ней голову и твердо сказал — возможно, потому, что заметил, как Тистие начала ерзать, думая, что они все еще будут спать в своих спальнях.

— Начиная с сегодняшнего дня, это твоя спальня.

— Э!?

— Вечеринка окончена, никто ничего не скажет.

Затем Гейзел осторожно потянулся к волосам Тистие. Когда она подумала, что он тянется к ее ушам, его палец вместо этого провел вниз по ее подбородку. Увидев приближающееся лицо Гейзела, Тистие решила — вот оно!

Некоторое время назад мы стояли в коридоре, но теперь, когда мы одни… Н-нет причин смущаться…

Она закрыла глаза и рот.

От кровати донесся скрип, и дыхание Гейзела омыло ее лицо. Но в этот момент Тистие вспомнился предыдущий разговор.

«…из Йензи прибудет еще одна Императрица…»

Глава 10: Глава 9. Вечеринка по случаю помолвки — это поле битвы (5)

— …Тистие?

Прежде чем она заметила это, обе ее руки уже были протянуты, отталкивая Гейзела.

Когда Гейзел вдруг подал голос, Тистие подняла лицо, словно вспомнив что-то.

— …П-простите меня, Лорд Гейзел! Это…

Тистие поспешно убрала руки с его груди. Возможно, она невольно заставила его подумать, что отвергает поцелуй. Хотя на этот раз она была полна решимости сделать все как следует.

Я знаю, что мне лучше не думать об этом, но все же…

Находясь перед притихшей Тистие, Гейзел, казалось, был поглощен своими мыслями. Однако вскоре его обычный неприятный смех вернулся — он нежно коснулся пальцами ее лба.

— Больно же!

— Ты боишься?

— Я, все совсем не так…

— Будь уверена, я не буду тебя держать… На сегодня хватит, спи.

Гейзел оттолкнул ее прежде, чем Тистие успела возразить. Он быстро откинулся на свою половину кровати и повернулся к ней спиной, когда лег. В этой ситуации они действительно просто спали бы вместе в буквальном смысле. С сожалением и некоторым облегчением Тистие расстегнула платье. Между тем слова тех людей медленно разъедали ее сердце.

Но я также не хочу слышать ответ…

Что толку, если она соберется с духом и прямо спросит его?

Какая принцесса приедет, придется ли мне отказаться от должности Первой Императрицы, что будет с Гейзелом и так далее…

… возможно, потому, что она на самом деле не хотела слышать ответа, ни один из этих вопросов не выходил из уст Тистие. В конце концов, голос сердца Гейзела отозвался эхом в ее ушах.

[Опять же, я в конечном итоге пугаю ее… я никуда не гожусь…]

— больно же.

Тистие жалела об этом еще больше. Ее долг как королевы — утешать Гейзела, но даже если она и сознавала это, казалось, что ее чувства — нет.

И все же Тистие осторожно дотронулась кончиками пальцев до его спины, надеясь показать, что Гейзел тут ни при чем. Его широкая и крепкая верхняя часть спины поднималась и опускалась от спокойного дыхания.

— …Спокойной ночи, Лорд Гейзел.

В ту ночь яркая белая луна освещала подоконники их спальни. Рядом с Тистие, которая спала легким и нежным сном, медленно проснулся Гейзел.

— …

Красивые, серебристо-белые волосы были разбросаны по кровати. Тистие счастливо спала, демонстрируя свою блестящую белую кожу. Жаль, что он не видит ее голубых глаз, но Гейзел слегка рассмеялся — я не должен ее пугать.

Интересно, почему ты всегда говорила только то, что я хотел услышать…

Когда Гейзел прервал прием пораньше и уже собирался вернуться в особняк, он услышал, что кто-то разговаривает во дворе. Он хотел было, как обычно, отмахнуться, но тут появилась Тистие и принялась их упрекать.

Гейзел, смотревший на нее, на мгновение слегка удивился, но не смог сдержать улыбки при виде отчаявшейся Тистие.

Вспомнив лица тех людей, когда он отправлял ей спасательную шлюпку, ему пришлось сильно прикусить губы, чтобы не показать своего удовольствия…

— Хе-хе.

Только ради меня, хотя она была одна.…

Во время бала она тоже была такой.

Сколько бы люди ни говорили о ее внешности и обстоятельствах, она продолжала улыбаться. Как Императрица и жена Гейзела, она вела себя безупречно.

Теперь, когда он подумал об этом, когда эти люди начали пускать свои слухи, он был тем, кто стал эмоциональным — это потому, что я чувствовал себя так, будто меня оскорбляют?

Гейзел, не скрывавший своего счастья, собрал волосы спящей Тистие. Они струились по его ладони, гладкие, как шелк из ниток. Гейзел поцеловал ее кончики волос — если это нехорошо делать когда она бодрствует, то я заслуживаю хотя бы этого, верно?

— Взамен я буду тем, кто будет любить тебя.

Пробормотал Гейзел и уставился на Тистие, прежде чем закрыть глаза, словно молясь.

—это случилось, когда Тистие была еще юна.

В то время Тистие обладала очень сильной способностью слышать голос сердца, и эмоции и мысли ее окружения передавались ей без разрешения.

Однажды Тистие по ошибке откликнулась на голос сердца матери, и удивленная мать впоследствии презирала ее, называя ‘дитя дьявола’.

С тех пор Тистие жила не в замке, где жили ее сестры, а в дальнем углу башни.

Ей разрешалось только входить в свою комнату и обходить башню, гулять по маленьким садам. Это было место, в котором люди даже не проходили мимо. За исключением нескольких солдат эскорта и смотрителей, дни Тистие проходили без происшествий.

Однажды в саду заблудился странный мальчик. Мальчик с красивыми черными волосами и голубыми глазами был удивлен, увидев Тистие. Она вцепилась в волосы обеими руками, когда мальчик велел ей не прятаться.

Что же мне делать? Что, если меня не любят?

Тистие покачала головой в отношении мальчика, который наблюдал за ней по каким-то таинственным причинам.

— Почему ты прячешь волосы?

— Потому что они уродливые, в отличие от моих сестер…

— Это неправда. У тебя красивые волосы.

На этот раз настала очередь Тистие широко распахнуть глаза. Мальчик сказал это прямо, усаживаясь в углу сада. Она недоумевала, что случилось, но когда Тистие подошла к нему, он только сверкнул глазами, словно говоря ‘заткнись’.

— Уходи уже. Оставь меня одного.

Его тон был холоден. Мальчик молча уставился в землю. Выражение его лица было суровым — он казался сердитым, и Тистие попыталась немедленно уйти—

— но тут голос его сердца тихо заплясал в тишине.

[Мама… почему ты умерла?]

Он плакал — это было слишком душераздирающе.

[Я стал одинок… никто больше не скажет, что любит меня…]

Словно попав в безвыходное положение, Тистие невольно взглянула на мальчика.

Однако он ничего не сказал. Словно в маске, он был лишен всякого выражения — не похоже, чтобы он плакал. Но когда дело доходило до настоящего отчаяния, Тистие знала, что некоторые люди не прольют ни слезинки.

Тистие тоже не любила мать и презирала сестер… но она знала, что если заплачет, то только еще больше разозлит мать… но, сдерживая слезы, она лишь удвоила свою печаль.

Печаль, которую источает человек, может быть исцелена только человеком.

Испытав это, Тистие не хотела, чтобы мальчик чувствовал то же самое. Вот почему, она…

— …?

Когда Тистие проснулась, Гейзела уже не было в спальне. Чувствуя некоторое одиночество, она вспомнила конец только что увиденного сна — правда, оставалось неясным, что она сделала в итоге.

Я вчера сделала кое-что грубое в отношении Его Величества…

Она осторожно протянула руку к тому месту, где прошлой ночью спал Гейзел — тепло исчезло. Когда Тистие почувствовала это, она могла только ругаться в одиночестве.

Я, даже если я одна — я буду рядом с Его Величеством.

До тех пор, пока Гейзелу не придется сражаться в одиночку в этом ужасном месте под названием Королевский дворец.

Однако молитва Тистие не сбылась.

. . . . . .

Через несколько дней после вечеринки Люксен посетил особняк. Войдя в гостиную, он приказал всем остальным, находившимся в комнате рядом с Тистие, удалиться. Как только они остались вдвоем, он быстро перешел к делу.

— …Я хочу, чтобы вы расстались с Его Величеством.

Некоторое время назад прошел слух о Йензи, который хотел предложить вторую императрицу. Однако для принцессы королевства с такой огромной мощью стать второй императрицей считалось неприемлемым. Казалось, что сколько бы Люксен ни советовал Его Величеству, он только качал головой в ответ на это предложение. Люксен вздохнул.

— Я понимаю, что Его Величество испытывает к вам жалость, но если оставить все как есть, это может привести к дипломатическим проблемам с Йензи.

Слова Люксена имели вес — он говорил как мудрый человек, давно вовлеченный во внутренние дела Верси. Тистие поняла, что она не ошиблась.

— …Ситуация вокруг Его Величества сейчас очень плохая. Вскоре после падения предыдущего Императора он игнорировал все мнения своих вассалов. Бессердечный человек не получит сердце человека, если не попытается понять его.

— …

— Предыдущий Император, Лорд Дилф, был ужасным человеком, но он очень хорошо умел завоевывать сердца своих подданных. Многие люди все еще поддерживают его. Тем временем эгоистичное поведение Его Величества ухудшит его отношения с Йензи…

Вывод был ясен без дальнейших расспросов — перед Тистие молча положили лист пергамента.

— Хотя и временное, но это письмо от королевства, которое гарантирует мир Лэйси. По крайней мере, пока правит Его Величество Гейзел, Верси не станет воевать против Лэйси. Пожалуйста, примите это. Я бы хотел, чтобы Леди Тистие поддержала мир между двумя королевствами.

Хотя тон Люксена был мягким, его намерения были ясны.

Рассеянно глядя на красный камень на своем кольце, Тистие осторожно взяла письмо.

Чтобы гарантировать, что в будущем не будет никаких споров относительно Лэйси, вот моя цель.

Теперь упомянутая цель была в ее руках. Если бы это была Тистие с полгода назад, она была бы искренне счастлива и выслушала бы его предложение, но—

— Я хочу защитить Гейзела.…

Она вспомнила профиль Гейзела, когда они еще были в Исирисе, когда он сказал «Я… не хочу быть таким же, как тот человек.»

Он также много раз называл ее по имени — «Тистие». По иронии судьбы, в глубине души он просто беспокоился о ней. Он все ждал, когда Тистие наконец привыкнет к новой обстановке. Она не должна показывать этого на своем лице—

— тем не менее, слезы переполняли сердце Тистие.

Я… Я…!

По правде говоря, ей не хотелось уходить.

Но если она действительно думает о Его Величестве, то остается только одно действие.

Глава 11: Глава 10. С сегодняшнего дня адрес неопределен (1)

Приветствие Тистие по возвращении к Лэйси было маленьким письмом, полным комплиментов и насмешек.

— Как мы уже говорили, роль первой Императрицы Верси изначально не предназначалась тебе!

— Не говоря уже о том, что ты должна была стать утешительной платой для их предыдущего Императора, верно? Только не говори мне, что ты искренне думала, будто Его Величество заботится о тебе?

— …Отвратительный цвет глаз и волос, как обычно. После этого иди куда-нибудь, где мы тебя не увидим, хорошо?

Пока король передавал письмо с данью, было слышно, как перешептываются старшие сестры.

Но Тистие осталась непреклонной и поклонилась, прежде чем уйти.

Разумеется, уединенная башня была подготовлена к ее возвращению. Во время отсутствия Тистие, казалось, что это место было оставлено без присмотра — ковры и занавески были пыльными. Когда она открыла окно, подул влажный ветер, типичный для южных королевств.

… Хотя и недолгое, но это было очень приятное время.

Тистие осторожно посмотрела на свою левую руку. На ее безымянном пальце блестел ярко-зеленый камень. На самом деле, она задавалась вопросом, должна ли она была просто оставить это кольцо—

— однако она чувствовала, что вместе с ним она потеряет и воспоминания о Гейзеле. Поэтому она не смогла его оставить.

Быть любимой Его Величеством, я… счастлива.

Она мягко коснулась драгоценного камня, который отражал свет. Лицо Гейзела, угрюмо говорящего, «Не смей снимать его, когда вздумается,» занимало мысли Тистие, как будто это было вчера.

Немногие мужчины предпочитают женщин, которые когда-то уже были замужем.

Не говоря уже о том, что она была замужем за Императором всемогущего Королевства Верси. Это вкупе с тем, что никто в Лэйси не находил ее внешность приятной, заставляло Тистие быть уверенной, что она проведет остаток своей жизни в этой мрачной комнате. Тем не менее, Тистие не жалела ни об одном из своих решений.

Теперь было ясно как день, что принцесса Йензи станет Первой Императрицей.

Конечно, тогда она поддержит Гейзела. Просто веря в это, Тистие чувствовала, что сможет преодолеть всю печаль, которая придет в будущем.

Однако уже на следующий день произошла внезапная перемена.

Рано утром дверь в комнату Тистие распахнулась настежь. В комнату торопливо вошли стражники королевского дворца. Кровь отхлынула от их лиц.

— Скорее, идем с нами! — Один из них схватил Тистие за руку.

Не понимая, что произошло, Тистие побежала в тронный зал королевского дворца.

Она была потрясена, когда увидела человека, стоящего там — это был ее отец; нынешний Король, Королева, Наложница, ее сестры…

И Гейзел.

Надев свой обычный черный плащ, он сжимал в руке свой любимый длинный меч.

— Наконец-то ты пришла.

— Я забираю ее с собой.

— Х-ха, Ваше Величество, что вы…!

Как только он это сказал, Гейзел повернулся и зашагал прочь по красной ковровой дорожке. Ему больше нечего было там делать. На его пути стражники подняли свои копья, чтобы остановить его — однако, когда один из них сделал взмах, их копья разлетелись, как будто были игрушечными.

Никто из других присутствующих не осмеливался пошевелиться из-за необычайного ужаса, исходившего от Гейзела. В конце концов они вышли через вестибюль и направились прямо к королевскому дворцу.

У входа в город была привязана любимая лошадь Гейзела. Усадив Тистие в седло, он тут же оседлал лошадь.

— …Ваше Величество, эмм…

Вскоре после того, как Тистие произнесла эти слова, вороной конь Гейзела пустился в галоп. За ними гнались люди Лэйси, но расстояние постепенно увеличивалось — вскоре никого из них уже не было видно.

Когда лошадь набрала скорость, Тистие закричала.

— Лорд Гейзел! Зачем вы это делаете!?

— Это должен быть мой вопрос!

От слов Гейзела, холодных и тихих, у Тистие перехватило дыхание. Когда она попыталась возразить ему, голос его сердца ворвался в ее сознание.

[Наконец-то, наконец-то я встретился с ней…! Я так скучал по ней… Я действительно рад, что она в безопасности… но, кажется, она выглядит немного нездорово? Может быть, это усталость? Почему ты исчезла с моей стороны? Как я и думал… она ненавидела меня все это время…]

— Я, я…

Гейзел ловко подогнал лошадь одной рукой. Другой рукой он обнимал Тистие. Лошадь неслась с огромной скоростью, и все, что могла делать Тистие, это отчаянно держаться, чтобы не упасть.

Лошадь стремительно неслась через пески пустыни, что окружали Лэйси. Между двумя королевствами — Лэйси и Верси, — было значительно огромное расстояние, поэтому они не могли пересечь весь путь за один день.

В предвкушении заката солнца Гейзел направился в маленький городок.

Это место, известное как город, где останавливались путешественники и искатели приключений, было усеяно на каждом шагу магазинами. Здесь царила совсем другая атмосфера, непохожая на королевскую столицу Верси. Когда они молча шли по переулкам, она заметила женщину, одетую в откровенную одежду.

Поверх своего одеяния Гейзел надел плащ, защищающий от песка, а Тистие, прежде чем войти в город, надела такой же. Причина заключалась в том, чтобы не дать их чертам раскрыться.

Они миновали игорные залы и красочный городской пейзаж — Гейзел направлялся к бару. Второй этаж бара, казалось, был простым местом для ночлега. Хозяин был лысым и плотного телосложения. Он протянул Гейзелу ключ от номера.

— Вы двое направляетесь в Верси? Похоже, что королевство сейчас находится в смятении из-за отсутствия своего Императора.

— Понял.

Тистие наблюдала за этим обменом репликами со шквалом чувств. В конце концов Гейзел больше ничего не сказал и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

Предоставленная комната состояла из простой кровати, письменного стола и стула. Гейзел сел на кровать и велел также усесться Тистие. Но она заколебалась и встала лицом к лицу с Гейзелом. В комнате воцарилась напряженная тишина.

Тистие, наконец, открыла рот.

— …По какой причине вы все это сделали?

— «По какой причине», ты спрашиваешь?

— Потому что в данный момент я больше не имею к вам никакого отношения, Лорд Гейзел…

— Это ты ушла, по своему велению. Я не помню, чтобы когда-нибудь разводился с тобой.

Ужасающий, но нетерпеливый взгляд Гейзела заставил Тистие разозлиться.

— Это… но я делаю это для Вашего Величества!

— Кто так решил?

— Любой бы так сделал! По сравнению с вами, кто действительно важен для народа, я этого не достойна…

Тистие почувствовала, что из ее глаз текут слезы. Однако она даже не потрудилась вытереть их. Вместо этого она предпочла говорить о том, что было у нее на уме.

— Я должна была быть отдана предыдущему Императору… как простая заложница… Ваше Величество, вы взяли меня в жены, потому что пожалели меня, верно?

Капли пронизывали сухой деревянный пол.

Хотя я никогда не хотела говорить ничего такого…

По правде говоря, она была счастлива — очень счастлива.

Гейзел, с которым она надеялась встретиться, внезапно предстал перед ней. Мало того, что его присутствие шокировало всех, оказалось, что единственной целью его приезда было забрать Тистие.

Но он был Императором Верси. Он не должен быть слишком милостив к принцессе Лэйси.

— Я недостойна титула «Первой Императрицы». У Вашего Величества должен быть более приятный, более замечательный человек, стоящий рядом на вашей сто—

Она не смогла произнести последнюю часть своего предложения. И снова в комнате воцарилась тишина. Потом Гейзел вздохнул.

— Это все, что ты хотела сказать?

— «Это все» — ах…!?

Прежде чем Тистие успела заметить, ее уже обнимал Гейзел. Стоя перед его ослепительной нагрудной пластиной, Тистие недоумевала, что же ей делать. Несмотря на это, Гейзел сжал сильнее руки, которые обнимали ее.

— Не пойми неправильно. Я никогда не брал тебя из жалости и не делал этого из презрения. Я хотел, чтобы ты стала первой Императрицей — потому что это была ты.

Теперь настала очередь Тистие смутиться.

— П-потому что это была я?

— Именно. Возможно, ты этого не помнишь, но я уже бывал в Лэйси и там я повстречал тебя.

Эти слова напомнили ей о сне, который она видела на днях. Черноволосый мальчик, которого она тогда встретила — это был молодой Гейзел!

— Я потерял свою мать и отправился в Лэйси с помощью Вана. Для меня в то время присутствие матери было абсолютно всем…

Гейзел, который не умел выражать свои чувства, не проронил ни слезинки на похоронах матери. Наверное, многие взрослые при виде этого шептались, «какой страшный ребенок.» Но невозможно, чтобы маленький ребенок не грустил после потери своей матери.

Гейзел просто не знал, как выразить эти эмоции.

— Я не знал, что делать, и бродил один. Тогда я и встретил тебя.

Белая кожа, как снег, и блестящие волосы, словно лед. У большинства людей в Лэйси были только огненно-рыжие волосы и глаза — так что Гейзел с первого взгляда был очарован ее красотой.

Однако перед таким Гейзелем она вдруг попыталась скрыть свою внешность, поэтому Гейзел случайно выпалил — «прекрасна.»

— Тогда, даже в те тяжелые времена, я не мог признаться себе, что мне больно, что мне грустно — я был совсем один и все время сдерживал слезы. …Я был таким слабым ребенком.

Никто не знал об истинных чувствах Гейзела. Сам он пытался отвлекать себя, чтобы не поддаваться им.

Тот, кто заметил, а потом поддержал сердце Гейзела, была, вероятно, Тистие, и только Тистие.

— В тот день ты спасла меня. С тех пор все, чего я хотел — это увидеть тебя снова, хотя бы один раз.

Голос Гейзела стал тише, но объятия его стали крепче.

В то же время голос его ничем не украшенного сердца лился в грудь Тистие.

[Как я был счастлив в то время… ты не знаешь, что это ты поддерживала мое сердце тогда, все это время… с того дня ты стала смыслом моей жизни. Я все еще надеялся, что когда-нибудь смогу снова встретиться с тобой — по правде говоря, с того самого дня я всегда… всегда любил тебя.]

— Лорд … Гейзел…

Возможно, потому, что он услышал ее тихий голос, Гейзел наконец расслабился. Однако он, похоже, не собирался выпускать ее из своих объятий. Глядя на Тистие, он прямо сказал ей…

— Я люблю тебя. Я никогда не приму в жены никого, кроме тебя.

Глава 12: Глава 11. С сегодняшнего дня адрес неопределен (2)  

Тистие отражалась в металлических темно-синих глазах Гейзела. Возможно, почувствовав серьезность его взгляда, она мягко опустила ресницы.

— …А как же Йензи?

— Я отклоню их предложение. Есть и другие способы укрепить национальные связи, кроме брака.

— А если поступят предложения из других королевств? Есть еще дочери влиятельных аристократов, верно?

— Я все равно откажусь от них. Мне никто не нужен, кроме тебя.

Услышав его слова, Тистие мягко положила руку на грудь Гейзела.

Ту-дум, ту-дум — под пальцами раздавался определенный ритм, и Тистие прижалась лбом к его груди. Она обвила руками тело Гейзела и крепко обняла его.

— …Тистие? Ты что, плачешь?

Подняв голову, Тистие энергично затрясла головой. Гейзел улыбнулся ей и, прежде чем поднять лицо, положил ладони ей на щеки.

— Не ври.

— …Но… но…

Гейзел нежно поцеловал ее ярко-красные глаза. Потом он поцеловал ее в слезы, которые вот-вот потекут по щекам — потом в щеку, потом в лоб…

…Полная радости и смущения, Тистие приняла дождь поцелуев от Гейзела.

[О нет, я не хочу, чтобы она плакала… но… это нормально, я думаю? В конце концов, она все еще слишком мила, и я ничего не могу с этим поделать…]

— …возвращайся со мной домой, Тистие.

— …Да.

Когда она наконец перестала плакать, Гейзел мягко улыбнулся. Наконец, она притянулась к нему еще ближе. Он положил руку ей на щеку и наклонил голову наискосок. Тистие приняла его действие естественно и тихо закрыла глаза.

Почувствовалось мягкое ощущение соприкосновения губ. Выдох, немного горячий, коснулся ее лица. Вскоре его губы отодвинулись.

— …

Глаза обоих дрогнули.

Из-за позднего, но растущего напряжения, Тистие все еще была взволнована — в конце концов, она вспомнила о том, что здесь была только одна кровать.

… Ч-что мне делать с этого момента? Конечно, то, что должно произойти дальше…

Однако, когда она попыталась посмотреть на Гейзела, то поняла, что не может этого сделать из-за смущения. Все то время, пока Тистие размышляла о том, как дальше поступить, Гейзел вложил в его объятия еще больше силы. Тистие удивленно подняла на него взгляд.

— Л-лорд Гейзел…?

— …

Она начала беспокоиться, потому что Гейзел молчал. Вскоре после этого Тистие тихо позвала его. Но ей не потребовалось много времени, чтобы услышать противоречивый голос его сердца.

[Ах… нет, нехорошо. Сейчас это нехорошо. Потому что я, я уже так нервничаю… развитие событий до этого момента было совершенно неразумным, и наше будущее все еще далеко… мне будет плохо, если я заберу первый раз Тистие в таком месте… нехорошо…]

— В-Ваше Величество!

После того как Гейзела позвали во второй раз, он наконец пришел в себя. Когда он заметил Тистие, моргающую глазами, он отделился от нее — как будто ничего не случилось.

— …Уже скоро наступит завтрашний день, отдохни сегодня.

По какой-то причине Гейзел пытался выбраться из комнаты, как будто что-то терпел. Тистие поспешно кивнула.

— Отдохну… но где вы будете отдыхать, Ваше Величество?

— Я немного остужу голову, а ты можешь лечь в постель.

Гейзел быстро скрылся в коридоре. Тистие продолжала смотреть ему в спину, но в конце концов уныло опустилась на кровать. Вскоре она уже держалась за лицо, издавая беззвучный крик

— что же мне теперь делать!?

На следующий день они снова помчались в Верси.

Возможно, из-за вчерашнего она сначала чувствовала себя немного неловко, но, возможно, из-за чувства открытости, вызванного разговором по душам, Тистие прислонилась к Гейзелу с чуть большим спокойствием, чем прежде.

Город, в котором они остановились в тот день, располагался в оазисе на границе пустыни и зеленых зон. Окруженный живой природой и водой, он славился своими великолепными пейзажами. Похоже, это была торговая база для каждого королевства.

— Это город Утака. На слиянии Востока и Запада; база торговли и паломников.

Когда собирались люди, собирались и деньги — Утака был очень богатым городом. Здесь находились уличные артисты и барды, и люди были оживленными. Миновав рынок на главной улице, виднелась в ухоженная мощеная дорога, которая удваивалась в ширину.

Широкий водный путь проходил через центр — он был украшен сверкающими цветами, как будто для того, чтобы раскрасить его. Цветы были ослепительно красными и оранжевыми, как в экосистеме Лэйси.

Судя по всему, он был сделан для того, чтобы развлекать взоры туристов. Разводились не только растения, но и различные животные. Тистие вдруг остановилась на углу.

— Лорд Гейзел, что это за животное?

— Это китоглав…

Не имея никакого интереса к светло-красному фламинго или красочному тукану, Тистие вместо этого сосредоточилась на огромной птице с перьями простого цвета.

Его перья были голубовато-серыми. У него были толстые и длинные ноги, несмотря на это, казалось, что он не причинит большого вреда, если ударит ими. Его невысокий рост заставил Тистие посочувствовать ему.

Но его лицо было самой характерной чертой. Прекрасный клюв и острые глаза. Глаза были особенно ясными, и в данный момент они смотрели на нее. Он не двигался с тех пор — он все еще жив?

— Чем-то он похож на вас, Лорд Гейзел…

— …

Когда Тистие радостно сообщила ему об этом, Гейзел повернулся и посмотрел на китоглава. Может быть, потому, что птица заметила его пристальный взгляд, она тоже уставилась на него.

[Я… похож на эту недружелюбно выглядящую птицу, которая, я даже понятия не имею, о чем думает…? Что может она иметь в виду под этим…?]

— Я, я прошу прощения! Давайте двигаться дальше!

Неожиданно голос его сердца прорвался к ней, и раскрасневшаяся Тистие начала толкать Гейзела в спину. Тистие и Гейзел — у которого все еще оставались вопросительные знаки в голове — отправились в одно из самых больших жилых помещений в городе.

На парадном входе стояли ворота, что были украшены золотыми и серебряными декорациями растений. Здание было построено с фонтанами, украшенными южными папоротниками, а также искусственными водопадами — здесь была совершенно другая атмосфера, чем в Верси и Лэйси. Похоже, это был постоялый двор, предназначенный для богатых; например, для удавшихся купцов и аристократов.

— Лорд Гейзел, можно ли выбрать такое чудесное место…

— Утака — нейтральный город, там не будет никакой опасности.

Она имела в виду в финансовом смысле, но когда она думала об этом, Гейзел был Императором королевства — могущественного королевства, к тому же. Для него было вполне естественно останавливаться в такой гостинице — вчерашний номер с одной кроватью был ненормальным.

Я все время беспокоилась о том, что если в следующей комнате, где мы остановимся, тоже будет только одна кровать… но, похоже, нет поводов для беспокойств…

Тистие положила руку на грудь, чтобы успокоить сердце, но в то же время она чувствовала себя немного… одинокой.

Она тут же тряхнула головой, отгоняя подобные мысли. Однако, миновав приемную и войдя в отведенную комнату, Тистие не нашлось, что сказать.

…Здесь всего одна кровать!

Это была роскошная комната — полная противоположность вчерашней. Она состояла из двух комнат соединенных между собой; одна сторона с диваном и столом, а другая с великолепной кроватью королевских размеров с балдахином, где могли бы спать двое взрослых… но…

— Простите меня, но это единственная свободная комната. Я подумал, что это не будет проблемой, так как вы двое, кажется, пара.

— Я поняла…

Носильщик ушел, сказав:

— Пожалуйста, отдыхайте.

Пока Гейзел снимал свою одежду, в которой путешествовал, Тистие была в растерянности — где ей стоит быть, и стояла у входной двери. Затем Гейзел с сомнением склонил голову набок.

— Что ты делаешь?

— Я… я просто хотела узнать, где мне остановиться…

— Садись, где тебе нравится. Что еще более важно, ты должна подготовиться.

— … Подготовиться?

Расстегивая рубашку, которая была застегнута до самого верха, чтобы песок не попал внутрь, Гейзел ответил.

— Давай вместе примем ванну.

---

П/п: Обойду стороной их поцелуи и остальную милоту, здесь и так все ясно; я хочу перейти к части с китоглавом, хе-хе

Китоглав (или королевская цапля)

Глава 13: Глава 12. С сегодняшнего дня адрес неопределен (3)

Уставившись на статую льва, выставленную в центре, Тистие выдохнула. Погрузившись в теплую воду, она увидела на поверхности несколько видов роз.

Ванна была настолько просторной, что в нее могла войти семья из трех человек. Но из-за того, что было так рано, рядом с Тистие никого не было. Вместе с журчанием воды она закрыла свое красное лицо обеими руками.

Я неправильно поняла его слова…

Отчаянное сопротивление Тистие было напрасным. Место, куда привел ее Гейзел, было зоной горячих источников для гостей.

Она вспомнила, что Гейзел с готовностью отправился в мужскую ванную, заявив, «Потом можешь вернуться в комнату,» перед входом, который разделял мужскую и женскую зоны,

Удивительно, но кажется, Гейзел любит горячие источники…

Поскольку на ее родине в Лэйси круглый год стояла тропическая ночь, она никогда не утруждала себя посещением горячих источников. В лучшем случае это была просто холодная ванна или проточная вода.

С другой стороны, в Верси, королевстве Гейзела, был холодный климат. Поэтому значительные ресурсы требовались только для того, чтобы согреть воду. Было также лишь несколько возможностей использовать огонь для других целей, помимо камина и приготовления пищи.

Использование такого количества горячей воды только для того, чтобы принять ванну, считалось бы пустой тратой… Но, честно говоря, я очень благодарна…

Покинув Верси в полном одиночестве, она никогда не прерывалась на пути, чтобы отдохнуть в близлежащих городах. До тех пор, пока Гейзел не приехал за ней в Лэйси.

Она слышала,что возвращение в Верси было довольно трудным. Хотя она ничего не говорила Гейзелу, казалось, что Тистие накопила усталость, даже не заметив этого. Прислонившись к краю ванны и прислушиваясь к журчанию льющейся воды, пушистая и спокойная атмосфера вызвала у Тистие сонливость. Но потом она открыла глаза.

Ч-что же мне делать? Мне стоило лучше заботиться о своем теле!

Прежде чем войти в ванну, профессиональный персонал тщательно вымыл ее тело, но ее кожа была немного обожжена из-за неразумных дней ежедневных бедствий. Сияние на кончиках ее пальцев, которое раньше там было, потому что они полировались в королевском дворце, исчезло.

Н-но все же, это не то, что может наверняка произойти… Его Величество, возможно, устал от долгого путешествия, и есть еще завтра, но, если все же…

Среди аромата роз, щекочущем ее нос, Тистие паниковала в одиночестве.

После того как все было обдумано и сделано, она снова тщательно вымыла тело, а затем и волосы. Ее слегка влажные волосы были перевязаны лентой, и она вышла из ванной в простой домашней одежде. Прошло уже немало времени, и Гейзел наверняка скоро вернется в свою комнату. Тистие нерешительно зашагала по коридору.

За окном приближался закат, и солнце, садившееся за внешней стеной, исчезало — небо начинало окрашиваться в индиго.

Все будет хорошо. Я должна быть чистой, и от меня не должно пахнуть чем-то странным…

Она украдкой принюхалась. Сердце и дух Тистие ожили, когда она вдохнула запах розовой воды. Затем она постучала в дверь комнаты.

В тот момент, когда она увидела Гейзела, читающего книгу на диване, сердце Тистие подпрыгнуло.

— Как медленно.

— Я… мне очень жаль…

Его слова прозвучали резко, но Гейзел весело приветствовал Тистие. Он указал подбородком куда-то вдаль. Возможно, потому, что он заметил, как неловко чувствует себя Тистие, не зная, где встать.

— Извините…

Было бы действительно неловко держаться близко друг к другу, поэтому Тистие села на диван, оставив небольшое расстояние между ними. Обе ее руки были сложены на коленях — не выдержав молчания, она украдкой взглянула на Гейзела, сидящего рядом.

Его темные волосы слегка намокли, отчего стали еще более блестящими. Возможно, погруженный в текст, его металлические темно-синие глаза были опущены. Ресницы у него были длинные. Его белая кожа слегка блестела, и от нее исходил неповторимый аромат, который невозможно было подавить, даже несмотря на то, что он был мужчиной.

— —что?

Не успела она опомниться, как Гейзел уже уставился на нее — возможно, он заметил, что она смотрит на него. В его темно-синих глазах был какой-то жар, от которого у Тистие перехватило дыхание.

Решив, что это, вероятно, знак, Гейзел положил книгу на стол и протянул левую руку к ее щеке.

Тистие невольно закрыла глаза.

Однако кончики пальцев Гейзела скользнули по ее щекам, к волосам, которые завязала Тистие. Лента, которой она их перевязывала, была развязана, и влажные волосы упали ей на плечо.

В тот момент, когда она почувствовала холод на своей коже, Гейзел немедленно приблизился к ней и обхватил ее губы — как будто желая полностью поглотить их.

— —мм.

Его левая рука легла ей на шею, а другая обхватила талию Тистие, поддерживая. Несмотря на то, что он должен был находиться в той же ванне, Тистие смутно сомневался в этом, потому что температура его дыхания была другой.

Гейзел сменил позу и снова принялся целовать Тистие, словно пытаясь ее подзадорить. От влажного шума у Тистие запылали уши. Вскоре Гейзел глубоко вздохнул, а затем приподнял Тистие.

— В-Ваше Величество!

— Я же просил называть меня «Гейзел».

Он холодно улыбнулся, и они направились в спальню. Тистие держалась за Гейзела, который почему-то выглядел счастливым. Затем ее бросили к спинке кровати, и Тистие отчаянно попыталась встать. Словно для того, чтобы предотвратить это, Гейзел накрыл ее своим телом.

Комната была залита теплым оранжевым светом, но темные волосы Гейзела заслоняли его. Он прижал запястье Тистие к кровати и снова накрыл ее губы своими.

П-подождите, подготовка моего сердца все еще…!

[Тистие…]

В его сердце сладко прозвучало ее имя. Ее разум еще больше помутился.

Казалось, все тело Гейзеля излучало тепло. Он выдохнул от боли, ища освобождения.

Тистие собралась с духом, чтобы посмотреть на него в ответ, но как только она решилась, то снова закрыла глаза.

Лицо Гейзела постепенно приближалось, и оно опустилось прямо на ее шею. Тистие издала короткий стон, но заметила нечто странное.

Тело Его Величества горячо… нет, не слишком ли горячо!?

Она поспешно попыталась сесть, но Гейзел даже не пошевелился. Если быть точным, он не мог встать. Он прижался лбом к плечу Тистие.

Ээ!? Крича в своем сердце, Тистие изворотливо сумела выбраться.

Затем, по-видимому, что-то не поняв, Гейзел перевел лихорадочный взгляд на Тистие.

— Куда… ты идешь…?

— Ваше Величество! Это ужасно! У вас жар!

Сознание его притупилось, и Гейзел отчаянно попытался обнять Тистие, но даже его руки были ужасно горячими. При ближайшем рассмотрении его лицо и шея были ярко-красными. В конце концов Гейзел потерял сознание, обнимая ее.

Ч-что же мне делать?! Неужели он простудился!? Или это тепловой удар!?

Она вспомнила, как, войдя в комнату, едва могла расслышать голос сердца Гейзела. Возможно, жара уже убила его мыслительный контур…

— Ваше Величество!? Ваше Величество! Пожалуйста, помогите! Кто-нибудь—!!

Руки Гейзела, обхватившие талию Тистие, держались крепко — возможно, потому, что он использовал всю свою оставшуюся силу. Не в силах вырваться, Тистие, запутавшаяся с ним на мягкой постели, отчаянно искала помощи извне.

---

П/п: Боже, как все же все начиналось-то горячо… и продолжалось тоже!

А тут бац и жара оказалась намного жоще (╯ ͠° ͟ʖ ͡°)╯┻━┻

Глава 14: Глава 13. С сегодняшнего дня адрес неопределен (4)

— …обезвоживание организма.

— Мне очень жаль.…

— Возможно, он устал. Я уверен, что он поправится, если хорошенько отдохнет.

В конце концов, их спас сотрудник, который ворвался, думая, что у них был грабитель, когда Тистие закричала. Поклонившись доктору, Тистие подошла к лежащему на кровати Гейзелу.

Возможно, потому, что лекарство и жидкость, которые он принял, подействовали, он крепко спал. Однако, его щеки были все еще разгоряченные. Тистие взяла полотенце со лба Гейзела и окунула его в ледяную воду на подносе.

Я уверена, что он переутомился…

Сжимая полотенце, Тистие чувствовала себя виноватой перед его вниманием. Теперь, когда она подумала об этом, в отличие от нее, которая возвращалась к Лэйси в запряженной лошадьми карете, Гейзел мчался к ее родному городу на одной лошади днем и ночью. Тот факт, что его состояние ухудшилось, может быть доказательством того, что он не делал никаких перерывов в пути.

Но даже в этом случае я думала только о себе.…

Подавленная до такой степени, что терзала себя, Тистие тихо прилягла. Затем к ней мимолетно донесся голос сердца Гейзела.

[Тистие…?]

— …Ваше Величество?

Когда она поспешно подняла голову, глаза Гейзела были слегка приоткрыты. Его глаза казались затуманенными — как будто он еще не совсем проснулся. Тем не менее он протянул левую руку и взял серебряную прядь волос Тистие, упавшую на край кровати.

Тистте наблюдала за его жестом, как сбитый с толку ребенок. Хотя сам он был немногословен, голос его сердца лился рекой.

[Я рад… ты действительно здесь, да…?]

Выражение его лица было таким же недружелюбным, что и всегда, но голос его сердца звучал спокойно, с оттенком облегчения. Осторожно потянув Тистие за кончик волос, он посмотрел ей прямо в глаза.

[Я думал… ты снова исчезнешь с моей стороны…]

В конце концов Гейзел закрыл глаза — возможно, потому, что снова почувствовал сонливость. Его рука, запутавшаяся в ее локоне, тоже потеряла силу — она соскользнула в сторону.

[Пожалуйста… я умоляю тебя… не исчезай снова с моих глаз без единого слова…]

— …

В конце концов, она больше не могла слышать голос его сердца. Таким образом, Тистие осторожно положила левую руку Гайзела, которая упала сбоку, обратно на кровать. Бормоча извинения, она любовно сплела свои пальцы с его.

Когда она решила развестись с ним, Тистие вернулась в Лэйси, не сказав Гейзелу ни слова. Гейзел, вернувшийся в свою резиденцию, должно быть, был по-настоящему потрясен внезапным исчезновением Тистие—

—до такой степени, что даже сейчас оно все еще преследовало его во сне.

— Да. Я никогда больше не покину вас.

Она взяла большую ладонь Гейзела и прижала ее к своей щеке. Он все еще был немного горячим — впрочем, это была та же самая рука, которой мужчина будет орудовать мечом. С таинственным чувством удовлетворения Тистие смотрела на Гайзела со смехом, который в то же время был похож на плач.

Когда Гейзел проснулся, в комнате уже царил полумрак. В окна лился лунный свет, поэтому внутренность комнаты все еще была видна — хотя и едва.

Черт… я потерял сознание…

Ванна была приятной уставшему телу. Поскольку он не был уверен, что будет делать, когда вернется в комнату, то принимал ванну дольше обычного.

Когда он расслабился в комнате, пытаясь охладить свое пылающее тело, Тистие вернулась. Однако его воспоминания о том, как он держал ее на диване, остались нетронутыми.

По-видимому, я не сделал ничего ужасного.

Уставившись на свою левую руку, Тистие обнимала его за плечи. Она заснула, прислонившись к кровати. Гейзел невольно улыбнулась, когда он поправил ее взъерошенную челку.

…Либо она беззащитна, либо я не воспринимаюсь как мужчина…

Он приподнялся, стараясь не разбудить ее. Он осторожно отпустил ее руку и убрал волосы Тистие за ухо, прежде чем, наконец, нежно поцеловать ее в висок. Во сне Тистие издала тихий звук, и Гейзел почувствовала, как его тело слегка разгорячилось.

На данный момент возвращение в Верси является главным приоритетом.

Гейзел тряхнул головой, чтобы прийти в себя, и выдохнул.

Он посмотрел на кровать, которая была слишком широка, чтобы он мог спать в ней один, а затем на Тистие, которая заснула в такой позе, которая, скорее всего, вызовет дискомфорт в ее теле.

На следующее утро, когда она проснулась, Тистие была как в тумане.

Ха!? Что?! Почему?! Что это за ситуация!?

Она ясно помнила. Она должна была сидеть на стуле рядом с кроватью, но по какой-то причине сейчас она была на кровати — и ее обнимал сзади Гейзел.

Она тут же опустила глаза — к счастью, хотя оно и было взъерошено, на ней все еще было платье, и все под ним было на месте. Подтверждая это, удерживая смущение, Тистие тут же окликнула Гейзела, находящегося позади нее.

— Ваше Величество, что-

— …Ге,

— Ге?

— Гейзел…

— Лорд Гейзел, подождите!

Она никогда этого не знала, потому что никогда не просыпалась первой, но ей казалось, что Гейзел по утрам чувствует слабость.

Кроме Тистие, которая отчаянно пыталась разбудить его, он что-то бормотал, прежде чем вернуться в мир сна.

В то же время его объятия тоже стали крепче — это становилось невыносимо!

В отличие от того, как она себя чувствовала, внешность Гейзела выглядела расслабленной — его ключицы были видны вместе с оголенной грудью и тугим животом — Тистие сразу же отвела взгляд. Вид его обнаженной кожи был слишком силен, так что ей пришлось даже закрыть глаза.

Н-но когда же я легла в кровать…!?

На самом деле Гейзел, проснувшись среди ночи, просто положил ее на кровать, чтобы Тистие не причинила вреда ее телу. Но казалось, что он бессознательно обнял ее.

Не зная этого, Тистие в панике пыталась вырваться из объятий Гейзела.

— Лорд Гейзел! Проснитесь, пожалуйста, проснитесь!

[Как мягко… и приятно пахнет…]

— Не засыпайте снова!

В конце концов, можно было услышать только голос его сердца. Тистие попыталась схватить его толстые руки, обхватившие ее талию, и стряхнуть их. Роскошная кровать сильно качнулась, и Тистие постепенно начала потеть.

Когда Тистие уже собиралась вылезти из постели, дверь открыла горничная, которая несла завтрак. Перепуганная Тистие и руки Гейзела, обхватывавшие ее за талию, — такое неловкое зрелище!

Горничная, со всезнающим взглядом, тотчас же закрыла дверь с милостивой улыбкой, как ангел божий. В каком-то смысле эта горничная была компетентна.

— Ах, подождите! Вы неправильно поняли! Это недоразумение!

Готовая умереть от смущения, Тистие отчаянно кричала.

Глава 15: Глава 14. С сегодняшнего дня адрес неопределен (5)

— …Почему ты так расстроена?

— Я не расстроена.

[Это потому, что у меня жар? Или это потому, что я положил ее на кровать без разрешения, или…]

— —!

Двое, что покинули Утаку, снова ехали на вороном коне в сторону Верси. Принимая во внимание усталость лошади, днем они прибавляли скорость. Перед заходом солнца они останавливались в соседних деревнях и хорошенько отдыхали.

Как и ожидалось, номера были не так хороши, как в Утаке, но там было много красивых гостиниц, а в самом номере было две кровати.

Каждый раз Тистие нервничала, но, возможно, из-за усталости, накопившейся за долгое путешествие, и из-за того, что однажды он уже упал от напряжения, намерение Гейзела вернуться в Верси стало для него главным приоритетом. В итоге, они никогда не спали вместе.

Затем, через несколько дней, легкий снег начал покрывать поверхность земли. Когда конь еще немного пробежал, ворота Верси наконец показались как раз в тот момент, когда солнце уже клонилось к закату.

Однако, когда они оба слезли с черного коня, перед ними двумя, собирающимися войти, встал солдат натягивая поводья.

— Простите, но вы Император Гейзел?

Именно в этот момент Тистие почувствовала ужасное предчувствие.

Она не могла ясно слышать голос сердца солдата. Однако из-за тревожных эмоций, которые излучал солдат, она бессознательно отреагировала.

— …Ты, глупец, понимаешь, что говоришь?

— Прошу меня извинить—

В этот момент Тистие потянула за руку Гейзела, стоявшего рядом с ней. Из-за резкого движения Тистие Гейзел отступил на шаг. Именно в этот момент солдат направил свое копье на него.

— Мятежник Гейзел Верси — был отдан приказ схватить вас.

Из-за слов солдата, другие солдаты, которые подошли, также все сразу направили свои копья. Гейзел тут же схватил Тистие за руку и помчался к городу.

— Ваше Величество, что происходит…?

— …

Выражение лица Гейзела было суровым, поэтому Тистие проглотила свои слова. Они пробирались по глухим переулкам, ожидая, что солдаты пропустят их. Тем не менее, число солдат постепенно увеличивалось, и голоса, ищущие их обоих, приближались то тут, то там.

Что же мне делать… с таким темпом…

Тистие глубоко вздохнула. Затем из-за угла переулка какая-то женщина окликнула прячущихся двоих.

— Ваше Величество, Императрица, вы в порядке?

— …Лиззи!?

В ответ на голос Тистие, Гейзел мгновенно принял нужную позу. Но женщина по имени Лиззи была на их стороне — чтобы доказать, что у нее нет оружия, она повернулась к ним и показала ладони.

— Я рада, что вы в безопасности…

— Лиззи, что именно произошло?

— Предшественники в королевском дворце взбунтовались…

Гейзел молча слушал эти слова.

— Все они осуждают Его Величество Гейзела и отвергают его… слугам главной резиденции было велено удалиться.…

— Они … отвергли Его Величество!?

Тистие побледнела.

— Это… это потому, что Его Величество отправился за мной?

— … Я так не думаю. Однако этот инцидент стал переломным моментом.

Шаги солдат становились все громче. После того, как Лиззи покрыла Тистие плащом, она мягко подтолкнула ее сзади.

— Когда вы пройдете сюдой, то окажетесь по другую сторону городских ворот. Вы можете сбежать оттуда.

Гейзел потянул Тистие за руку. Поблагодарив Лиззи перед уходом, Тистие в отчаянии направилась к вышеупомянутой дороге.

Они развязали веревку, привязывавшую черного коня к стене, и тут же оседлали его спину — к сожалению, один из оставшихся солдат заметил их.

— Я нашел их!

Прислушиваясь к крикам солдат, Гейзел подопнул коня ногой в бок. Лошадь понеслась галопом с поразительной скоростью и оставила город позади.

Тистие почувствовала некоторое облегчение. Но вскоре за ними погналась пара лошадей.

— Тц.

Гейзел изо всех сил пнул лошадь, но расстояние между ними все уменьшалось. Мгновение спустя Гейзел вдруг натянул поводья, и лошадь громко заржала, прежде чем остановиться.

Она не заметила этого из-за снега, но высокие скалы расстилались перед ними — они не могли продолжать двигаться вперед. Тем временем сзади подошли солдаты — один из них крикнул Гейзелу.

— Лорд Гейзел, пойдемте с нами.

Однако Гейзел снова пнул лошадь и побежал к утесу. Он держал тело Тистие удивительно крепко, прежде чем прошептать тихим голосом.

— …ни за что не отпускай меня.

Она слышала расстроенные голоса солдат в отдалении, и в следующий момент Тистие поняла, что ее тело плывет — сильная дрожь непрерывно атаковала ее тело.

— —!!

Гейзел спускался вниз по крутому утесу. Так как их угол был почти близок к падению, импульс продолжал увеличиваться, и его было невозможно контролировать. Ее тело было так сильно наклонено, что она уже не могла сказать, где вверх или вниз — следуя его словам, Тистие прильнула к телу Гейзела.

Копыта лошади упали на снег.

. . . . . .

Очень усталая лошадь неуклюже переступала с ноги на ногу по холодной северной земле.

Окруженное хвойными деревьями место, где не светило солнце, было похоже на мир, состоящий только из черного и белого. Не было никаких признаков животных, не говоря уже об огнях, которые сигнализировали о существовании домов.

Гейзел раскачивался на спине лошади, сознание его притуплялось. В его объятиях Тистие, все еще пребывавшая в оцепенении, почувствовала холод. Даже если бы она захотела обнять его, даже в кончиках ее пальцев не осталось ни капли силы — их коснулся мороз.

— Тистие…

В конце концов Гейзел рухнул на землю, все еще держа Тистие. Черные волосы и плащ разметались по белой снежной поверхности.

На его щеках начали собираться крупные снежинки.

Глава 16: Глава 15. Если это ради человеческой жизни, ничего не поделаешь (1)

Тистие проснулась от потрескивания огня. Она медленно приподнялась. Камин был единственным источником света в комнате — ничего не было видно, кроме нескольких деревянных ящиков у стены.

Окружание походило на старую горную хижину. Тистие на мгновение отвлеклась, но когда поняла, что Гейзел лежит чуть дальше от нее, тут же бросилась к нему.

— Лорд Гейзел…!

Она нежно коснулась его тела.

Оно было ужасно холодным на ощупь — несмотря на это, его дыхание было стабильным; он был жив. В глубине души Тистие почувствовала облегчение.

— … он все еще спит.

Внезапно послышался тихий голос.

Когда Тистие обернулась на него, то увидела крепкого мужчину с пышной бородой. В правой руке он держал небольшой топорик — Тистие тут же насторожилась.

— Однако он в безопасности. Отдыхай.

— …а вы кто?

— Ты так смотришь на своего благодетеля?

Мужчина вздохнул и подбросил в камин дрова, которые держал в другой руке. Пламя вспыхнуло вновь, поднимаясь, как новое дерево, раскачиваясь и освещая тусклую комнату. Очевидно, он был не из Верси.

— Я, я очень сожалею… это потому, что есть некоторые обстоятельства…

— Ну, разумеется. Вы, ребята, решили отправиться в горы в таком наряде, это просто ненормально.

После этих слов Тистие взглянула на их одежду. Поскольку они просто путешествовали, то были не только инкогнито, но и в лохмотьях. Она, наконец, вспомнила их положение.

Преследуемые солдатами, мы спрыгнули со скалы…

Казалось, что Тистие потеряла сознание от удара при падении. После этого Гейзел, вероятно, пришпорил лошадь, чтобы ехать дальше — как далеко они на самом деле уехали?

— Спасибо, что спасли нас… и, пожалуйста, скажите мне, где мы находимся?

— Это Исирис. Тем не менее, есть только несколько небольших поселений на окраинах Севера.

Исирис.

Сердце Тистие слегка расслабилось от знакомого названия. Конечно, она все еще была настороже, потому что, в конце концов, Исирис все еще принадлежал Верси.

Однако она также слышала, что на севере Исириса трудно передвигаться — особенно в течение нынешнего сезона. Кроме того, трудно было достать продовольствие и припасы. Если так, то гонец из королевской столицы еще может прибыть.

Это хорошо, тогда… не похоже, что нас сразу найдут…

Несмотря на это, когда Гейзел проснется, им некуда будет идти.

Мы не можем вернуться в столицу Империи… и не можем вернуться в Лэйси…

Тистие посмотрела на крепко спящего Гейзела и выдохнула, словно что-то решив.

— Эм… я хотела бы попросить вашего понимания…

— …Что?

— Только до конца зимы… не могли бы вы позволить нам остаться в деревне?

. . . . . .

Из-за входной двери послышался звук падения чего-то тяжелого. Когда Тистие услышала его, она тут же бросилась ко входу.

Гейзел открыл дверь снаружи и тащил за ногу по земле большого оленя.

— Добро пожаловать домой! Удивительно, какая большая добыча!

— Да. Я нашел его случайно — мне очень повезло.

— Это тоже большая удача! Я скоро приготовлю рис!

Поначалу Тистие, которая никогда не видела сырой оленины, вздрагивала, увидев кровавую, гротескную текстуру. Однако, в результате борьбы в такой суровой обстановке, она недавно привыкла к ней. Тистие вспомнила эти дни, пока Гейзел переодевался в зимние одеяния.

Крепкого мужчину звали Дита. Он рассказал им, что живет в деревне Исирис вместе со своей дочерью.

— В деревнях вполне естественно помогать друг другу — имейте это в виду.

Дита любезно одолжил им одну из своих неиспользуемых хижин. Поэтому Гейзел представился как Зелл, а Тистие — Тиста, и они стали жить как молодая пара.

— Охота — это мужская работа. Захваченная добыча затем будет разделена.

В деревне были и старики, и молодежь, и особенно приветствовали Гайзела, который был молод и хорошо сложен. Дита, казалось, был лидером. Гейзел спокойно изучал охотничьи приемы и орудия — он часто получал любопытные взгляды из-за своего статуса новичка.

С другой стороны, именно Анри руководила обучением Тистие — она была вышеупомянутой дочерью Диты. Ей было лет семь-восемь — симпатичная довчушка с привлекательными черными волосами.

— Пока папы охотятся, задача женщин — сохранять еду и создавать продукты для продажи в городе!

На месте встречи, куда ее привезли, собранный урожай был высушен. Были также выполнены такие задачи как изготовление паркетов. Поначалу большинство интересовалось необычным цветом волос Тистие, но когда появилась женщина, которая, казалось, была их предводительницей, все разом закрыли рты.

Тистие много раз расстраивалась из-за непривычной работы, но все равно отчаянно училась ее выполнять. Таким образом, Гейзел и Тистие решили спрятаться и поселиться в небольшом поселении в Исирисе.

— Тистие.

После ужина Гейзел остановил Тистие, которая уже закончила уборку. Он встал с дивана перед камином, чтобы присесть на корточки и посмотреть как она справляется.

— Я… то, что я сказал ранее, я имел в виду. Ты можешь просто вернуться в Лэйси, если хочешь.

Тистие улыбнулась, глядя на Гейзела. Говоря это, он закрыл глаза.

Она медленно покачала головой.

— … и, как я уже сказала, я не вернусь.

— Тебе не нужно заставлять себя оставаться со мной. Я больше не Император — будь то власть или богатство, у меня их больше нет.

Его слова заставили грудь Тистие сжаться.

— Лорд Гейзел, причина, по которой я хочу остаться с вами, не имеет к этому никакого отношения.

— …

— С тех пор как вы приехали сюда, вы стали чаще разговаривать со мной, Лорд Гейзел. Я также могу быть с вами дольше, чем когда я была в королевском дворце — вот почему я действительно счастлива.

В последнее время Тистие чувствовала, что голос сердца Гейзела слышится все реже.

Конечно, он все еще звучал более живо, чем все другие голоса сердец, которые она когда-либо слышала, но, возможно, потому, что у самого Гейзела было больше времени, чтобы выразить то, что он думал. Пока он находился в королевском дворце, на него, вероятно, давили, чтобы он был более почитаемым, чем предыдущий Император, и поэтому он думал, что никогда не должен показывать свои истинные чувства. Его высокомерное отношение и слова были сродни его силе.

Однако в этой деревне, где личность Гайзела была неизвестна, ему не нужно было скрывать их. Гейзел мог стать самим собой — что давало положительный эффект.

— Я понял…

Гейзел спокойно взглянул на Тистие, и та тихонько рассмеялась. Уголки его рта слегка приподнялись, когда он сказал, «Я пойду первым отдыхать.» И он направился в спальню.

Глава 17: Глава 16. Если это ради человеческой жизни, ничего не поделаешь (2)

— Итак, насчет Тисты и Зелла, кто влюбился первым?

Анри сделал такое невинное замечание, что рука Тистие перестала двигаться. Затем, возможно, потому, что у нее была такая интересная реакция, другие женщины, которые работали, также участвовали в разговоре.

— Мне это тоже немного любопытно! Такого замечательного человека, как Мистер Зелл, трудно найти, не правда ли!? Где вы познакомились, ребята?

— Как я и думал, это было в столице империи версии? В такой маленькой деревушке, как эта, мы все знаем друг друга с самого детства—только теперь нас встречают с новыми свежими лицами.

— Эмм… это…

По-видимому, в Исирисе даже информация из столицы Империи поступала с трудом. Кроме того, прошел всего год с тех пор, как гейзел унаследовал трон. Тистие не знала, как ответить на их вопросы.

— Эй, кто из вас влюбится первым?

— Я думаю, это я.…

Сначала у нее сложилось впечатление, что он страшный император. Однако, поняв, что его намерения сильно отличаются от выражения его лица, она увидела его таким, каким он был—человеком, который боролся с тяжелой ответственностью, возложенной на него его предшественниками.

Несмотря на это, он все еще хотел, чтобы его королевство процветало—без ненужного кровопролития.

Именно это и привлекло к нему Тистие.

Но Его Величество сказал, что встретил меня еще в детстве, верно? Тогда, разве это не значит…

Когда это было сказано так, это означало, что первым влюбился Гейзел, а не Тистие. Но та их встреча в Лэйси произошла десять лет назад!

…Не означает ли это также, что все эти десять лет он продолжал любить одного и того же человека?

Когда лицо Тистие вспыхнуло, женщины тепло посмотрели на нее. С другой стороны, те, кто уже был замужем, возбужденно смеялись, «ах, для меня тоже было такое время…» затем одна из женщин похлопала ее по плечу.

— Как прекрасно! Мне тоже нужен такой муж, как мистер Зелл!

— Я не думаю, что у тебя получится, в конце концов, ты должна быть такой же невинной, как Тиста.

— Это неправда! Я думаю, что женщинам тоже нужна настойчивая сторона!

Женщина, сжав кулак, повернулась к Тистие.

— Тиста, ты не должна все время быть такой пассивной!

— П-пассивной?

— В самом деле! Иначе он устанет от тебя!

— Я не думаю, что это возможно!

Еще одна женщина вмешалась в разговор и улыбнулась. Поначалу Тистие растерялась, но, услышав голос их руководительницы, все снова принялись за работу.

Вернувшись домой и приготовившись к ужину, Тистие начала вспоминать тот разговор.

… быть настойчивей…

Конечно, Гейзел всегда брал на себя инициативу. Даже после того, как они начали понимать друг друга, они спали в разных постелях. Возможно, он ждал, пока Тистие привыкнет к новому окружению.

Однако даже поцелуями руководил Гейзел, а не Тистие… как сказала та женщина, должна ли Тистие взять инициативу в свои руки?

Я… не хочу, чтобы он устал от меня…

. . . . . .

— Я дома.

Как раз в это время Гейзел открыл дверь. Тистие, предававшаяся таким мыслям, внезапно вернулась к реальности. Она тут же пошла поприветствовать Гейзела.

На плечи его черной мантии навалился снег, и Тистие еще раз поняла, как холодно на улице.

— С возвращением, спасибо за сегодняшнюю тяжелую работу.

— Да.

Когда Гейзел спокойно ответил, изо рта у него вырвался белый вздох. Тистие нежно посмотрела на губы Гейзела, принимая его плащ.

Обычно он был саркастичным и злым, но бывали и моменты, когда он был страстным. Заметив, что она коснулась собственных губ, Тистье невольно отвела взгляд. Она почувствовала, что у нее горят уши и щеки.

Н-на что я смотрю…!?

Тистие покачала головой, вешая его плащ на стену. Затем Гейзел прищурился, увидев ее странное поведение.

— У меня что-то на лице?

— Н-нет! Ничего! Я сейчас же подам рис!

После ужина Тистие закончила уборку и подошла к камину. Гейзел необычно спал, лежа на диване.

Казалось, что он не мог хорошо спать некоторое время после прибытия сюда из-за нервозности и бдительности, но, вероятно, из-за дней работы на холоде, его усталость была на пределе.

Тистие аккуратно укрыла крепко спящего Гейзела одеялом. Несмотря на прибавившийся вес, Гейзел не просыпался.

Должно быть, он очень устал.…

Тистие присела на корточки перед Гейзелом, чувствуя спиной жар пылающего камина. Его длинные ресницы отбрасывали длинные тени на его щеки.

Даже брови, которые часто имели вертикальные морщины, теперь были расслаблены. Линия его носа была прямой и красивой. Тистие снова покраснела, когда ее взгляд опустился ниже — к его губам.

Если это произойдет сейчас, я, возможно, смогу это сделать…

Поджав губы, Тистие вздохнула. Она положила кончики пальцев на край дивана и осторожно наклонилась ближе к Гейзелу.

Их губы вот-вот должны были соприкоснуться… однако вместо этого сначала ее кончик носа коснулся лица Гейзела.

—!?

Удивленная, Тистие поспешно отошла от Гейзела и встала на некотором расстоянии. Несмотря на это, Гейзел все еще не просыпался.

Встряхнув головой, Тистие снова села рядом с Гейзелом.

Кто бы мог подумать, что это будет так сложно!

Она привыкла не думать об этом слишком много и даже полагала, что привыкла к этому! Но теперь она чувствовала себя неловко, потому что даже не могла сделать это как следует. Сделав один вдох, Тистие собралась с духом и приблизилась к губам Гейзела.

Ее лицо мягко приближалось к его приоткрытым губам, но…

Охваченная страхом, Тистие сумела лишь поцеловать Гейзела в щеку, а не в губы.

Однако это длилось лишь очень короткое мгновение — она не была уверена, удалось ли ее губам коснуться его или нет — несмотря на это, Тистие уже отпрянула назад. Ее сердце громко стучало, переполненное неописуемыми чувствами.

Д-достаточно! Сделать большее, чем это, было бы невозможно для меня!

Прикрыв рот тыльной стороной ладони, Тистие бросилась прочь. У нее закружилась голова — должно быть, лицо совсем покраснело! Она убежала в свою спальню, чтобы спрятаться.

Гейзел, который, как полагалось, спал на диване, приоткрыл веки. Его лицо мгновенно покраснело. Моргнув несколько раз, он тут же вспомнил, что только что произошло.

…Подождите, что она имеет в виду под этим?

Сегодня он чувствовал себя очень усталым и помнил, как задремал на диване. Тистие подошла и некоторое время наблюдала за ним. Не в силах устоять перед желанием уснуть, он просто оставил ситуацию как есть — именно тогда Тистие подошла к Гейзелу.

Я боялся, что удивлю ее, если вдруг вот так проснусь…

Однако, тот, кто удивил Тистие был никто иной, как она сама, когда она — по каким-то причинам — дотронулась до его лица носом.

Гейзел забеспокоился, но все же притворился спящим, молясь, чтобы все поскорее прояснилось.

Словно отвечая на его молитву, Тистие снова приблизилась к нему. Гейзел отчаянно пытался успокоить свой разум — он чувствовал ее тихое дыхание и даже то, как она сглатывает.

Наконец Гейзел почувствовал, что над его головой опускается тень. В этот момент ее намерения по отношению к нему были уже кристально ясны.

Тистие была очень женственна, и если он сейчас проснется, она, возможно, никогда больше не попытается поцеловать его — оправдываясь, Гейзел продолжала притворяться спящим. Это было мягкое прикосновение… к его щеке, а не к губам.

Мягкое и влажное ощущение прямо на щеке. Рядом с Гейзелом, который крепко зажмурился, послышались ее торопливые шаги. В конце концов, присутствие Тистие полностью исчезло, и спокойствие вернулось.

Н-нет, не то чтобы я был разочарован, но все же…

Гейзел не мог перестать думать об этом — откуда или от кого она взяла эту идею?

Лихорадочное ощущение продолжалось, пока он осторожно дотрагивался кончиками пальцев до своей щеки — прямо там, где раньше были губы Тистие. Она поцеловала его — и это была ее собственная инициатива.

… Нет, сейчас не время об этом беспокоиться… мне нужно подумать о том, что делать после окончания зимы, а также о будущем Тистие.

В сердце Гейзела царило смятение.

Однако мышцы его лица были расслаблены, как обычно, а может, и больше, потому что Гейзел старался не выдать улыбки.

---

П/п: На всякий случай, если появился вопрос, почему Тистие не услышала его мыслей. Как говорилось ранее, когда они начали жить здесь и обустроились, она стала слышать сердце Гейзела все реже. А это в свою очередь было связано с тем, что здесь он свободно мог озвучивать свои мысли и не держать все эмоции в себе. Ну и способность Тистие заключается в чтении сердец, а не мыслей (что как раз скорее всего относится к невысказанным чувствам, а не лишь мыслям)

Глава 18: Глава 17. Если это ради человеческой жизни, ничего не поделаешь (3)

Две недели спустя зима в Исирисе стала еще более суровой.

Гейзел был хорошим охотником по натуре — он владел и мечом, и стрельбой из лука. Он, казалось, хорошо сошелся с молодежью своего возраста, и его также не боялись как ‘Ледяного Императора’.

С другой стороны, Тистие, которая поначалу часто расстраивалась из-за своей неуклюжести, начала демонстрировать некоторые успехи. Анри даже похвалила ее работу, сказав, ‘как мило!’

Мало-помалу она начала привыкать к жителям деревни. Тистие, которая понимала такие вещи, всерьез ждала возвращения Гейзела. Даже сегодня он охотился.

— … Я дома.

— Добро пожаловать домой!

Такой обмен словами уже вошел в привычку. В последнее время Гейзел также стал чаще улыбаться. Он не был разговорчив, как обычно, но короткими фразами рассказывал Тистие, куда ходил в тот день и на что охотился.

Поначалу это была вынужденная жизнь, но она также понимала, что их теперешний образ жизни позволял ей больше соприкасаться с истинным «Я» Гейзела, чем когда они жили в королевском дворце, и поэтому Тистие была счастлива.

Похоже, Гейзел думал о том же. Покончив с ужином, они сели рядышком на диван, и он заговорил.

— Эй, Тистие.

— Да?

— Я думаю, что поселиться здесь было бы неплохо… конечно, только если ты разделяешь мое мнение.

Тистие, сидевшая рядом с ним, перестала вязать и уставилась на Гейзела. Она не знала, был ли это свет, отраженный от камина — но, может быть, он покраснел?

— Честно говоря, я тоже так думала…

В ответ на слова Тистие глаза Гейзела слегка расширились, и он тихо улыбнулся.

Жить вот так—

… отказаться от своих титулов Императора и Императрицы и жить как мужчина и женщина.

Это звучало по-настоящему прекрастно.

Рука Гейзела лягла на руку Тистие.

Прежде чем она осознала это, его лицо приблизилось — затем их губы мягко соприкоснулись.

Она не знала, длилось ли это мгновение или вечность.

Тистие выдохнула, открыв рот, и Гейзел наклонился еще ближе, целуя ее во второй раз.

…!

Гейзел положил руки ей на щеки, что удивило Тистие. Кончики его пальцев были холодными, как будто вся сердцевина ее тела была охвачена пламенем.

Правая рука Гейзела скользнула вниз по шее Тистие и погладила ее по плечу, груди и талии.

М-мы собираемся это сделать?!

Когда Тистье, испугавшись, втянулась внутрь, Гейзел наклонился вперед, не давая ей вырваться.

Наконец, ее губы разжались, а из него вырвался вздох жадности. Тистие глубоко вздохнула, увидев красоту Гейзела, который находился прямо перед ней.

В камине потрескивали дрова.

Прежде чем она успела это заметить, Гейзел уже сидел на ней. Его сухие черные волосы щекотали ей ключицу.

Третий поцелуй опустился на ее шею. Тистие не смогла скрыть дрожь, когда ее коснулись его влажные губы, температура которых отличалась от температуры ее тела.

Лизнув ее кожу языком, Гейзел приподнял лицо и верхнюю часть тела. Чтобы избавиться от «помехи», он убрал ее ниспадающую челку.

Красивый мужчина стал еще более красивым, потому что свет падал на его спину. Его голубые глаза, напоминавшие темное море, смотрели на Тистие, полные любви.

— Тистие…

Хья!!

В совершенно ином смысле слова Тистие забоялась Гайзела.

Отчаянно отвечая на четвертый поцелуй, она действительно не знала, что делать — в этот момент раздался звук яростного стука в дверь.

Рука Гейзела резко остановилась. Когда Тистие заглянула ему в лицо, он выглядел ужасно мрачным…

— …Гость.

[…Почему, в такое время…]

— Д-да!

Чтобы отвлечься от голоса сердца Гейзела, которого она уже давно не слышала, Тистие привела в порядок свой наряд и бросилась к двери.

Когда она открыла дверь, там стоял Дита. Он говорил быстро, не переводя дыхания.

— …Анри приходила сюда?

— Анри? Нет, не приходила.

— …Понятно.

— Что-то случилось?

К разговору присоединился и Гейзел. Дита выглядел необычно.

— Она не вернулась домой… нет другого места, где искать ее, кроме горы.

— Я тоже помогу.

Вслед за Гейзелем, который быстро облачился в зимнее пальто, Тистие тоже надела плащ. Когда они вышли, мужчины уже собрались на открытом пространстве деревни. Они были заняты изучением карты.

— Лучше разделиться и искать ее, поэтому давайте разделимся на три группы.

Гейзел сделал предложение вместо Диты, потому что он был слишком расстроен.

Указывая на карту, он направился прямо к этой точке и велел им быть осторожными с некоторыми долинами и утесами. Тистие вспомнила, что Гейзела когда-то называли ‘военным гением’ из-за его мастерства.

Должно быть, он уже запомнил всю нашу округу…

Ребята, слушавшие наставления Гейзела, похоже, пришли к тому же выводу и восприняли его слова всерьез. Как только две другие группы уйдут, последнюю возглавит Гейзел. Потом Гейзел сказал Тистие:

— Ты должна вернуться. Это будет опасно.

— Хорошо, я поня—

Прежде чем Тистие успела закончить, она широко раскрыла глаза. Она поспешно зажала уши руками, что привело Гейзела в замешательство.

— В чем дело?

— Только что… ее голос…

Тистие сосредоточилась еще больше. Точно так же Гейзел и другие мужчины стали прислушиваться — правда, они могли слышать только шум ветра, который был похож на вьюгу — невозможно было услышать ни одного человеческого голоса.

— Ты ослышалась?

— Нет, я была уверена…

Тистие наконец поняла — голос, который она услышала, был голосом сердца. Она не была уверена, что это голос анри, но это был голос, отчаянно жаждущий помощи.

Что же мне делать, глядя на сложившуюся ситуацию… но что, если я ошиблась?

Тистие обеими руками ударила себя по щекам — не было времени колебаться!

— Пожалуйста, следуйте за мной, нам нужно кое-куда пойти.

— Что ты…?

— Пожалуйста! У нас нет времени!

Похоже, Гейзел уловил, как необычно и растерянно ведет себя Тистие. Остальным было приказано идти по намеченному ранее маршруту, и только они вдвоем пошли в направлении, указанном Тистие.

Ступая по снегу, она отчаянно концентрировала свое ‘сердце’.

Я больше не слышу тебя… ну где же ты…

Тистие отчаянно искала голос сердца Анри, когда подул сильный порыв ветра. Однако, вероятно, из-за погоды, даже если ей показалось, что она что-то услышала, это быстро заглушил звук сильного снега.

Когда Тистие вытянула руки и ноги, чтобы получить более четкий результат, Гейзел странно посмотрела на ее необычное поведение.

— Тистие?

— М-мне очень жаль! Пожалуйста, не думайте слишком много об этом!

На карту была поставлена человеческая жизнь — у нее не было времени смущаться. Когда Тистие снова подняла руку, ее тряхнуло порывом ветра, и она отшатнулась — именно тогда голос сердца Анри стал яснее.

Значит ли это, что мы подходим ближе?!

Тистие энергично обернулась, но позади нее был только Гейзел, который наблюдал за ней, а с другой стороны был заснеженный пейзаж.

Но вскоре голос сердца Анри устремился к ней, как волна.

[Хол… одно…]

Как я и думала! Где-то здесь!

Тистие сконцентрировалась еще больше, чтобы устранить фоновые шумы. Ее затошнило, голова закружилась, но ей было стыдно, потому что она все еще переживала за себя в таком затруднительном положении.

Затем Тистие шагнула в сторону Гейзела. Он уступил ей дорогу. Затем, как ни странно, голос сердца, который она до сих пор отчетливо слышала, стал туманным.

— Нехорошо! Ваше Величество, вы должны стоять там!

Вдруг приказала Тистие Гейзелу. Когда Гейзел вернулся на прежнее место, голос сердца Анри снова донесся до нее.

[Помо … гите.]

По-видимому, присутствие Гайзела повлияло на слышимость сердец Тистие. Однако, несмотря на ясный голос, она не знала точного направления и расстояния.

Стоя перед Гейзелом, Тистие несколько раз протягивала руки, чтобы услышать голос сердца Анри. С другой стороны, Гейзел мог только защищать от метели Тистие, которая, как ему казалось, танцевала на холодных заснеженных полях.

…Это было действительно странное зрелище для стороннего наблюдателя.

Еще немного! Но что же мне делать!?

Глава 19: Глава 18. Если это ради человеческой жизни, ничего не поделаешь (4)

Потеряв равновесие, рука Тистие случайно коснулась талии Гейзела. Именно в этот момент голос Анри зазвучал так громко, что Тистие увидела вспышку.

— …Тистие, что ты делаешь?

— Не двигайтесь!

Поняв, что он ничего не может с этим поделать, Гейзел решил промолчать и сложил руки на груди. Не было сомнений, что голос сердца стал более живым в тот момент, когда Тистие коснулась тела Гейзела — таким образом, она выдвинула гипотезу.

Может быть, с помощью лорда Гейзела голос сердца будет передаваться яснее?

Гейзел был совместим с особыми способностями Тистие — четкий голос его сердца был тому доказательством. Может быть, если голос сердца пройдет через его тело, Тистие сможет услышать его более отчетливо?

Тистие обняла Гейзела — не было времени колебаться!

— Прошу прощения! Пожалуйста, извините меня!

Она обняла Гейзела и прижалась к нему так крепко, как только могла—

— Гейзел почувствовал, что умирает.

[Тистие—!!! Я счастлив…! Я так счастлив… !! Но сейчас не время для этого, не так ли!? Уже ясно, что случится с Анри в такой мороз, если мы не спасем ее немедленно — н-но! Тистие никогда раньше не обнимала меня…!! Это всегда я—..!!]

— Успокойтесь, Лорд Гейзел!

Хотя на самом деле он ничего не сказал — почему она так на него обиделась? Таким образом, Гейзел закрыл глаза и рот — казалось, он тоже пытался успокоить свое сердце.

Не ведая о своем внутреннем смятении, Тистие продолжала отчаянно искать голос сердца Анри.

Как насчет этого!? Анри, где ты!?

[Отец, помоги мне…]

Услышав чистый голос сердца Анри, Тистие открыла глаза. Она сразу определила направление и расстояние и быстро отпустила Гейзела.

— Лорд Гейзел, сюда!

— Понял.

[Что, черт возьми, происходит…]

Голос сердца Анри донесся с холма. Хотя, из-за снега, Тистие не знала реальной высоты земли. Несмотря на это, она направилась прямо в хвойный лес, двигаясь по прямой без малейшего колебания. Вскоре она остановилась, встала на колени и закричала:

— …Анри!

— Т… Тиста…

Гейзел уставился на место издали — это был крутой склон, там были видны большие корни деревьев. Земли не было видно, и никто не мог выжить после падения оттуда.

Среди деревьев показалась плачущая фигура Анри. Вероятно, ее ноги поскользнулись на снегу, и она упала.

— Анри! Мы скоро тебе поможем!

Гейзел привязывал веревку, которую держал под рукой, к дереву, когда Тистие крикнула подбрадривание. Убедившись, что веревка достаточно прочная, он немедленно спустился по склону к Анри. Иногда дул сильный ветер, сотрясая Гейзела, словно пытаясь помешать ему.

Все это время Тистие держала руки вместе и молилась. Но Гейзелу удалось добраться до Анри без всякой опасности.

— Теперь все в порядке.

— Зе…лл.

Когда Гейзел обнял ее, Анри заплакала, как будто ее терпение было на пределе. Гейзел нахмурил брови, не зная, что делать, но в конце концов начал потирать Анри по спине.

— Все хорошо, можешь плакать. Ты, должно быть, испугалась.

Из-за мягких слов Гейзела Анри заплакала еще сильнее. Тистие, наблюдавшая за ними с вершины утеса, в облегчении приложила руку к груди.

Когда они вернулись на площадь, первая поисковая группа уже вернулась. Когда они увидели Анри, прижавшуюся к Гейзелу и громко плачущую, раздались крики.

Анри, которая затем заснула, была передана Дите и немедленно доставлена к врачу.

Все вздохнули с облегчением и похвалили друг друга за успехи. Кто-то спросил у Тистие.

— Откуда ты узнала точное место?

— Эмм… как бы это сказать…

Тистие отшутилась, назвав это совпадением — Гейзел молча уставился на нее. Вскоре Дита вернулся, низко кланяясь всем, чтобы выразить свою благодарность.

Особенно по отношению к Тистие и Гейзелу. Его голос был не только низким, но и выражал самое почтительное и благодарное отношение на Версианском стилю.

— Она вот-вот получила бы обморожение, но, тем не менее, ее жизни ничто не угрожает.

— Я очень рада…

— Я действительно спасен… и все благодаря вам, ребята.

Когда он поднял голову, взгляд Диты был таким, словно он смотрел на что-то ослепительное. Затем он с глубоким уважением обратился к Гейзелу:

— Когда-нибудь я обязательно отплачу тебе тем же.

Обычно молчаливый Дита серьезно посмотрел на него — Гейзел сначала казался немного смущенным. Однако через некоторое время он улыбнулся в ответ.

Это была не обычная саркастическая улыбка, которую он показывал слугам, но та, которая глубоко выражала его благодарность — это была действительно нежная улыбка.

— Это мы должны отплатить тебе, в конце концов, ты позволил нам остаться в этой деревне — спасибо, правда.

Тистие была ошеломлена тем, что только что сказал Гейзел. Обычно он произносил свою фразу самым холодным тоном! Даже Дита удивился.

— Так ты можешь смеяться. — Уголки его рта тоже поползли вверх.

Тогда другие деревни, прослышавшие, что Гейзел открыл свою другую сторону, стали окружать его.

Пожалуйста, остановись — казалось, именно это и пытался сказать Гейзел. Наконец-то он повел себя по-взрослому; как молодой человек на пике своего роста — Тистие улыбнулась, чувствуя гордость.

Через несколько дней Анри снова встала на ноги. Вместе с Дитой Анри посетила дом Гейзела и, глядя на него сверкающими глазами, выразила огромную благодарность.

— Зелл! Когда я вырасту, ты женишься на мне!?

— Ха?

— Ты был так красив, когда спас меня! Поэтому Тиста будет твоей первой женой, а Анри — второй! Как это звучит!?

Неожиданное предложение ошеломило Гейзела. Он уставился на Тистие растерянным, машинальным взглядом. Однако Тистие была занята тем, что смотрела на Анри, думая о том, какая она милая.

Плечи Гейзела поникли.

[Не будешь ли ты ревновать, хотя бы немного…?]

А!?

Хотя она чувствовала себя неполноценной по отношению к принцессе Йензи, она никак не могла сердиться на такую маленькую девочку, как Анри! Гейзел с очень серьезным лицом ответил ей:

— Мне очень жаль, но моей женой всегда будет Тистие, и только она.

— Эээ? — Анри поджала губы.

Тем временем Тистие покраснела. В самом деле, он обещал, что не примет никакой другой королевы, и что он также будет защищать ее.

Я счастлива, но это также немного смущает…

Тистие невольно улыбнулась, увидев, что Гейзел извиняется перед Анри с таким серьезным видом.

Прошло около трех месяцев с тех пор, как они поселились в деревне. День был такой ясный, что вчерашняя метель казалась ложью. Отражение в свежем снегу, покрывавшем землю, больно резало глаза.

— Я пошел.

— Да. Удачи.

Такие разговоры вошли у них в привычку. И сегодня Гейзел тоже будет охотиться.

После инцидента с Анри, казалось, что жители деревни стали относиться к ним более благосклонно. Возможно, когда закончится зима, им позволят остаться здесь.

Это было бы замечательно…

Тистие представила, как они вдвоем будут жить в этой деревне, пока не состарятся, и смущенно рассмеялась. Ей нужно было немедленно идти на встречу, иначе она опоздает.

— перед двумя появилась знакомая фигура.

Человек, казалось, блуждал в глубине леса и рухнул на снег от усталости. Гейзел встал перед Тистие, чтобы защитить ее, но вскоре ослабил бдительность и бросился к мужчине. Тистие немедленно подошла к мужчине и осмотрела его.

У него были светлые волосы и серебристо-голубые глаза — это был не кто иной, как Ван Альтранса, представившийся другом детства Гайзела.

— …Ваше Величество.

— Ван! Почему ты здесь?

Из-за крика Гейзела Тистие насторожилась.

— Почему вы здесь?! Неужели для того, чтобы схватить Его Величество!?

Но, несмотря на все их опасения, Ван выглядел немного странно. Даже если он прибыл прямо из столицы империи, его внешний вид был изрядно потрепан. Его красивое лицо было изранено, и когда Ван увидел Гайзела, его глаза сузились от счастья.

— Ваше Величество… вы в безопасности… какое облегчение…

— Что тебе нужно? В зависимости от твоей причины…—

Ван покачал головой в стороны, глядя на мрачное лицо Гейзела. Когда Гейзел наконец отпустил свою пугающую ауру, напряжение спало. Глаза Вана наполнились слезами.

— Пожалуйста… помогитете нам.

— Что случилось?

— На столицу империи напало королевство Йензи!

Из-за его слов Тистие и Гейзел уставились друг на друга.

Глава 20: Глава 19. Услуги стоит возвращать (1)

То, что они увидели, поднимающееся из королевской столицы, было черным дымом.

— …несколько дней назад на стенах произошел внезапный взрыв. Воспользовавшись этим, затаившаяся армия Йензи вторглась в город.

Слушая рассказ Вана, Гейзел, казалось, о чем-то задумался — это длилось мгновение, показавшееся вечностью. Глядя на его профиль, Тистие тревожно кусала губы.

Даже услышав, что Гейзел упал со скалы после того, как его назвали мятежником, Ван не думал, что Гейзел мертв. Поэтому некоторые люди делали все возможное, чтобы тайно обнаружить его местонахождение. Несмотря на это, никакой информации получить не удалось. Позже, когда большинство из них направилось в Исирис на поиски Гейзела, началась атака со стороны Йензи.

Пока Ван стоял на страже, королевская столица была захвачена. Ван не видел никаких шансов на победу без Гейзела, поэтому он сам отправился к Исирису и в конце концов нашел их.

— Я знаю, что это очень эгоистичное желание… мне очень жаль, но я действительно нуждаюсь в силе Вашего Величества…

Единственное, что они сказали Дите, было то, что у них есть срочное дело в королевской столице. Она думала, что их поймают, но Дита отнесся к этому более спокойно, чем она ожидала.

Слова, которые Дита сказала Тистие: » …когда ты вернешься, ты должна снова вернуться к своей работе.»

— она была очень рада это слышать. Она держала эти слова в голове.

Сначала Тистие посоветовали остаться в Исирисе. Однако она настаивала на том, что будет помогать раненым и направлять жителей. Тистие настаивала, что им нужна дополнительная рабочая сила.

Гейзел настойчиво пытался остановить ее, говоря, что это опасно, на что Тистие возразила:

— Я не хочу быть первой Императрицей, которая прячется во время национального кризиса.

При условии, что она никогда не покинет его, Гейзел в конце концов неохотно признал ее желание.

— Сколько солдат на нашей стороне?

— Около двух тысяч — подкрепление уже в пути. Они не дают врагу проникнуть в замок, но я не знаю, как долго это продлится…

Лучник из Верси наблюдал за закрытыми городскими воротами. Глядя на фигуру вдалеке, Ван повел их к потайному ходу, ведущему внутрь.

Многие части ворот были разрушены, повсюду валялись камни и огненные стрелы. Горожане прятались по домам. По улицам бегали только солдаты. Раненых солдат уложили на обочине дороги — ужасное положение заставило Тистие ахнуть.

— Ван, куда это ты собрался!?

Когда они обернулись на внезапный сердитый голос, человек, который, казалось, был лидером рыцарей, бросился к ним. Однако, когда предводитель рыцарей увидел Гейзела, его лицо нахмурилось.

— Ваше Величество Гейзел…

— Простите меня, капитан, но я думал, что нас одних будет достаточно…

Пока дул легкий ветерок, Тистье спокойно наблюдала за движениями Гейзела. Однако, когда он повернулся к предводителю рыцарей, тот склонил голову.

— Мне очень жаль, что я вернулся только сейчас.

— …Ч-что вы говорите…

— Возможно, ты и не собираешься подчиняться мятежнику, но если мы не защитим королевство сейчас, Верси погибнет. Вот почему, прости меня, но мне нужен твой помощник.

Предводитель рыцарей растерялся — он не ожидал от Гейзела таких серьезных слов. На мгновение он растерялся, но, коротко выдохнув, быстро поклонился ему.

— Это разочаровывает, но с такой скоростью я теряю уверенность в том, что я один смогу защитить королевство…

— …

— Поэтому, Ваше Величество, пожалуйста, одолжите мне свою силу.

— И мне тоже!

Ван, стоявший рядом с ним, тоже поклонился.

Гейзел поднял голову и что-то пробормотал, глядя на ворота замка. Направление ветра, количество солдат и прочее были проверены им визуально. Вскоре после этого были даны инструкции.

— Достаньте весь порох из королевского дворца, затем поставьте таз с водой у ворот.

— Вода, таз?

— Есть вероятность, что враг попытается прорыть подземный ход, а не прорваться через фронт. Обращайте внимание на поверхность воды и следите за ее движениями.

— Понятно!

Кроме того, Гейзел отдавал приказы солдатам, находившимся поблизости, один за другим. Сначала за ними следовали только Ван и капитан. Но другие солдаты, которые слышали его блестящие предложения, постепенно также начали собираться.

Когда они впервые взглянули в лицо Гейзелу, они были смущены. Однако вскоре они решили, что лучше всего просто следовать его приказам, если они хотят противостоять атаке Йензи. Один за другим солдаты стали присоединяться к нему.

Удивительно…

Эта сцена напомнила ей поиски Анри — и снова она стала свидетельницей военного таланта Гейзела.

В конце концов, все командиры подразделений собрались под его командованием. Наконец-то была создана совершенная командная система — тем не менее;

— — кто сказал, что кто-то из вас может оставить свой пост!?

Крикнул солдат, очевидно посланный из королевского дворца. Он протолкался сквозь строй и прямо сказал Гейзелу, стоявшему в центре.

— Лорд Гейзел, как посланец, я передаю вам следующее: воздержитесь от эгоистичных поступков!

Его одеяние отличалось от рыцарского мундира. Тистие была знакома его одежда — он был одним из специальных охранников, нанятых в королевском дворце для защиты членов королевской семьи и аристократов. Этот посланец, возможно, был проинструктирован одним из аристократов.

— Н-но, с такой скоростью…

— Это приказ: любой из вас, кто осмелится последовать словам мятежника, будет изгнан!

Капитаны пытались возразить, но гонец отказался их слушать.

Очевидно, весть о возвращении Гейзела достигла королевского дворца. Несмотря на то, что они были в таком ужасном положении, гонец был послан сюда, чтобы вбить гвоздь в гроб.

Глядя на капитанов, которые не знали, за кем из них последовать, Гейзел, скрестив руки на груди, произнес только одно слово:

— Ха?

Холодность его тона была абсолютным нулем, любой, кто услышал бы это, застыл бы на месте. Как будто голос шел со дна преисподней. Сила гнева в его металлических темно-синих глазах была выше, чем когда-либо. Капитаны и даже Тистие, стоявшая ближе всех к нему, были в ужасе.

Разумеется, специальный охранник, увидевший это, тоже пришел в ужас. Но поскольку он находился под строгим командованием, то отчаянно возражал дрожащим голосом.

— Э-это приказ! К-кроме того, лорд Гейзел больше не Император, Вы…!

— Дерьмо — это единственное, что выходит из твоего рта, как я вижу.

Хииии—! Специальный охранник съежился.

Гейзел оставил капитанов с последними инструкциями.

В конце концов, когда отряды ушли, Гейзел подошел к Тистие. В то же время он крикнул, «Ван!» который нес в отдалении таз с водой.

— Я иду в королевский дворец.

— А?

Когда Ван издал удивленный, странный голос, все трое быстро направились к королевскому дворцу по проселочной дороге. Гейзел шел, продолжая говорить раздраженным тоном.

— Как будто есть время для внутреннего конфликта, когда королевство находится в кризисе! Кроме того…

— Есть что-то еще?

— Скорее всего, кто-то руководит этим вторжением.

По мнению Гейзела, скорее всего, на стороне Верси были предатели. После первой внезапной атаки вторжение произошло слишком быстро. Вражеская техника против обороны замка также была слишком точной.

— Если мы не схватим этих предателей, все повторится снова.

— Но как мы это сделаем? У нас вообще есть время на допрос?!

Тистие поняла доводы Вана. Она думала, что предположение Гейзела было верным, но как, черт возьми, они поймают предателей за такое короткое время?

Время не бесконечно, поэтому мы не должны тратить его впустую — но…

Тистие открыла глаза, как будто случайно на что-то наткнулась.

— В-Ваше Величество, возможно, есть способ…

Гейзел и Ван, не замедляя шага, выслушали стратегию Тистие. Поначалу у Гейзела между бровями залегла глубокая морщинка, но в конце концов он коротко одобрил ее.

Наконец все трое добрались до комнаты в королевском дворце, где собрались подданные.

— … пойдем.

Затем Гейзел с грохотом распахнул плотно закрытую дверь.

Глава 21: Глава 20. Услуги стоит возвращать (2)

В зале заседаний собрались бывшие вассалы Гейзела.

Эрцгерцог, семья эрцгерцога, маркграфы… глядя на обломки того, что раньше было дверью, они поддерживали испуганные выражения лиц.

Гейзел огляделся, прежде чем открыть рот, он был очень спокоен.

— Вы все командиры. Тогда что вы здесь делаете?

— В-Ваше Величество, Гейзел…

— Э-это ошибка! Он больше не Император! Не говоря уже о том, что он все еще осмеливается показываться здесь!

— Что-то вроде титула Императора я отдам тому, кто его захочет, но сейчас не время для этого!

Очевидно, не все они были против Гейзела. Некоторые завидев его явно вздохнули с облегчением. Впрочем, большинство из них по-прежнему презирали Гейзела, как осторожно подметила Тистие.

— Враг уже за углом! Неужели вы все собираетесь умереть как собаки в своем собственном королевстве!?

— Н-но…

В конце концов, человек за круглым столом встал.

— Успокойтесь, Лорд Гейзел.

— Люксен.

— Мы не находимся во власти угрозы. Мы уже отдали приказ о подкреплении соседних королевств, я уверен, что если мы продержимся еще немного…

— —и ты действительно думаешь, что замок продержится до тех пор? Как глупо.

— …

— Позвольте мне сказать вам, что на обратном пути в Верси я не видел никаких войск. Никаких подкреплений не будет.

Присутствующие немедленно подняли шум. Наконец Тистие сосредоточилась.

— Ч-что вы сказали!? Но как же!?

— Т-тогда мы просто отдадим еще один приказ на подкрепление! Сделайте это сейчас же!

— Это бесполезно, сколько бы раз ты ни говорил, подкрепление не придет.

— Ч-что, черт возьми, вы имеете в виду?!

— Потому что само вторжение было организовано с самого начала одним из вас здесь.

Сейчас!

Тистие закрыла глаза.

В темноте она представила себе растение, похожее на плющ, растущее у нее под ногами. Осматривая сердца всех людей в этой комнате — эмоции присутствующиъ постепенно снизошли на сознание Тистие, которое значительно расширилось благодаря ее уровню концентрации.

Свет мрака. Свет страха. Свет сомнения.

Однако, как она и думала, целей было слишком много.

Двигать рукой или ногой было бы бессмысленно, потому что то, что она сейчас делала, не было «слышаньем», в котором можно было услышать только какой-то определенный голос.

—что же мне делать? Я должна его найти!

Как раз перед тем, как войти в эту комнату, Тистие попросила Гейзела,, чтобы после того, как он предъявит обвинение, он дал ей немного времени.

Это было потому, как она думала, что прямое обвинение вызовет некоторое волнение в сердце предателя.

Теперь это единственный шанс для предателя расстроиться, но несмотря на это…

… на самом деле читать сердца множества людей оказалось труднее, чем думала Тистие.

Одной из причин, почему это было трудно, вероятно, было то, что она сама не хотела использовать свою силу. Потому что она будет вторгаться в личную жизнь других — это было действительно отвратительно. Только потому, что Анри была в ужасном положении, она была готова использовать ее раньше.

—точно!

Тистие вдруг что-то вспомнила.

Пожалуйста, одолжите мне свою силу!

Тистие осторожно схватила за рукав стоявшего перед ней Гейзела — ей действительно хотелось молиться. На мгновение Гейзел изобразил удивление, но ничего не сказал и осторожно отошел в другое место, чтобы скрыть действия Тистие от своих подданных.

Тем временем подданные встревожились из-за замечания Гейзела и начали поднимать шум.

— П-предатель, сказал он!? Кто же это, черт возьми!?

— Секрет нашей защиты был раскрыт Йензи, нет никаких сомнений, что это один из вас!

— Н-не я!

— И не я!

Они произнесли несколько громких фраз, и диапазон эмоций, которые могла получить Тистие, дрогнул, прежде чем он расширился. В то время как она понимала, что ей стало легче воспринимать их эмоции, трудно было ухватить твердое доказательство.

Нет, голоса их сердец отдаются эхом! Моя голова вот-вот расколется!

Поскольку эмоции в их сердцах были более сильными, чем произносимые ими слова, Тистие чувствовала, что ее изнутри безжалостно пронзают.

Чувствуя себя брошенной среди продолжающегося громкого оркестра, Тистие отчаянно искала эмоции предателя, приложив руку ко лбу, пытаясь облегчить головную боль.

Тошнота поднялась из глубины ее живота, и пот залил все ее тело. Затем Гейзел внезапно стряхнул рукав, который держала Тистие.

—!

Как само собой разумеющееся, голоса сердец рассеялись, и шум в ее голове на мгновение прекратился. Однако она должна найти предателя! Несмотря на это, Гейзел снова сжал руку Тистие.

А…?

Их пальцы переплелись. В отличие от того, когда они ехали верхом или когда он передавал сумку, их пальцы были связаны. Длинные пальцы Гейзела сплетались с пальцами Тистие, и его ладонь передавала тепло ее ладони.

А??? Эм, Ваше Величество???

Тистье в отчаянии взглянула на него — он обнимал ее, как страстный возлюбленный! Затем из того места, где их ладони исоприкасались, донесся тревожный голос сердца Гейзела.

[Ты в порядке?]

Тистие посмотрела на него и вздрогнула.

Глаза Гейзела, полные устрашения, не отрывались от его людей. Но каким-то образом он все же заметил, что Тистие чем-то страдает. Даже в такой ситуации он все еще пытался защитить ее. От его доброты у нее потеплело в груди.

Гейзел сжал руку Тистие, как бы выражая свой предыдущий вопрос. Осознав, что ее самый сильный союзник все это время был рядом, Тистие снова закрыла глаза и сосредоточилась на всей комнате.

Она снова представила себе плющ, раскинувшийся повсюду в темноте, покрывающий пол и стены — все, даже сердца людей.

…Я поняла.

Из-за тесного контакта с Гейзелом ее точность увеличивалась. Несмотря на это, кровеносные сосуды в ее голове пульсировали — такова была цена ее силы.

У всех на устах звучали обвинения и клевета, а вместе с ними — удивление и гнев.

—чувство шока, страха—

—среди этих людей только один питает такие эмоции, которые непропорциональны всем остальным.

—но на данный момент этот человек испытывает удовольствие.

Этот человек наслаждается этим хаосом.

Тистие медленно открыла глаза. Она была уверена, что этот человек находится в поле ее зрения.

Она отвела руку Гейзела назад, как бы говоря, что с ней все в порядке.

— …Ты предатель, Люксен Малер.

Глава 22: Глава 21. Услуги стоит возвращать (3)

Во-первых, люди были в недоумении от кого это произнес. В конце концов они поняли, что голос принадлежит Императрице, которая стояла рядом с Гейзелом. Они смотрели на своего Императора, полные страха.

Люксен, которого обвиняли, сначала был удивлен, но вскоре показал мягкую улыбку.

— Боже мой, неужели это Леди Тистие? А как насчет вашего возвращения в Лэйси?

— Я прошу прощения за то, что нарушила то обещание. Письмо, которое вы дали моим родителям, будет возвращено в случае необходимости. Но я хочу остаться рядом с Его Величеством.

— Значит, вот оно как… так или иначе, Лорд Гейзел больше не Император. Будь по-вашему.

— … Разве не ты изгнал меня, Люксен?

Глаза Люксена, которые когда-то были прищурены, слегка расширились. Его взгляд был острым — он был полон поразительной силы, которая напоминала всем о том времени, когда еще правил покойный Император Дилф.

— Я не могу этого отрицать. Однако это была не только воля этого человека.

— …

— Лорд Гейзел. Сколько бы предложений мы, вассалы, вам ни предлагали, вы все равно их отвергали. Вы отказываетесь учиться у покойного Императора, Лорда Дилфа, и даже отвергаете его обычаи. Что касается расширения вашего собственного королевства, вы слишком небрежны.

— Ты называешь вторжение в другие королевства «расширением королевства»? Не говоря уже о том, что каждое из этих предложений было в основном ограблением территории других королевств.

— Но благодаря этому мы сможем расти как нация — как и всегда. Конфликт, например, война, — это необходимая сила, чтобы помешать другим королевствам выступить против нас.

— —какой ценой? Интересно, сколько культуры и и земли было потеряно из-за того, что мой отец продолжал вести войны!

— Вы все еще наивны. Вот почему вы должны просто оставить все нам.

Ха, Люксен сплюнул.

Затем он переключил свое внимание на Тистие, которая наблюдала за всем разговором. Он приподнял уголки рта, демонстрируя усмешку.

— Конечно, из-за растущего недовольства Лордом Гейзелом в королевском дворце его изгнали, но это не имеет никакого отношения к этому вторжению, не так ли?

Нехорошо, Тистие становилась все более нетерпеливой.

Люксен признал, что он фактически убрал Гейзела с императорского трона. Однако он отрицал, что имеет какое-либо отношение к нападению Йензи.

Что же мне делать? Но…

Судя по эмоциям, которые она только что уловила, не было никаких сомнений, что именно этого и добивался Люксен.

Однако его голос сердца был единственной основой для Тистие. В качестве объяснения это вовсе не было надежным доказательством. Возможно, потому что он не видел возражений, Люксен продолжил голосом, который вызывал сочувствие.

— По какой причине меня называют предателем? Есть ли какие-то веские доказательства?

С торжествующим видом Люксен улыбнулся.

Действительно, очень нехорошо. С такой скоростью ему это сойдет с рук. Тистие отчаянно гадала, есть ли что-то, что она могла бы использовать, чтобы определить связь между ним и Йензи.

Тем не менее, она не могла просто так найти его с неба…

— Э-это…

— И это все?

— …

— Тогда в следующий раз, когда вы будете говорить, подумайте… вы согласны, бывшая Ее Величество Императрица?

Ха-ха-ха, со смехом Люксен гордо поправил пальцами очки.

Что-то… хоть что-нибудь подойдет!? Чтобы вывести Люксена, любые улики—

Когда Тистие прикусила губу, она посмотрела на Люксена, мы уже зашли так далеко, и я просто позволю ему вот так уйти?

Именно в этот момент Тистие заметила блеск, который внезапно появился в поле ее зрения — она была удивлена, увидев это.

…!

Когда Тистие отпустила свою руку, которая дежалась за Гейзела, она поспешно посмотрела на свою левую руку. Возможно, удивленный тем, что его внезапно стряхнули, Гейзел удивленно оглянулся.

— Ти, Тистие?

— …нашла.

Сказав это, Тистие вытащила кольцо, которое носила на безымянном пальце. Держа его перед собой, она сказала Люксену, громко смеясь.

— Это кольцо я получила от Его Величества. Похоже, что драгоценный камень, прикрепленный здесь, является очень дорогим и продается только королевской семьей Йензи.

— …И что с того?

— Люксен, камень такой же, как на вашем пальце, верно?

Все сразу переключили свое внимание на руку Люксена. На пальце у него было тонкое золотое кольцо, в центре которого поблескивал огромный светло-зеленый драгоценный камень.

— Я не знаю, о чем вы говорите, это обычный изумруд, который я купил у торговца, который часто посещал город—

— Нет, это не просто драгоценный камень.

Тистие снова взяла кольцо. Когда она получила его от Гейзела в лунную ночь, и когда она смотрела на него во время своего пребывания в Лэйси, он был такого же красивого светло-зеленого цвета, как и сегодня — поэтому она не заметила этого.

— Когда я впервые встретила вас, камень на вашем кольце был красным.… Даже когда мы обсуждали мое расставание с Его Величеством, оно было красным.

— …Ну и что? Что вы собираетесь с этим делать?

— Тогда я этого не понимала, но… так вот, ваша драгоценность и моя — также «зеленого цвета» — вы понимаете, о чем я говорю?

Смех начал исчезать с лица Люксена.

— Поскольку само кольцо такое же, я сомневаюсь, что вы поменяли камень. Поэтому это означает, что изменился сам цвет драгоценного камня — вполне естественно так думать.

— …

— Возможно, это своего рода драгоценный камень, который меняет цвет в зависимости от интенсивности света, который он получает. Например, свет солнца и луны, свет свечей.

Наконец, Тистие схватилась за зацепку. Кольцо, которое она держала в руке в память о Гейзеле.

Первое сокровище, которое она получила от Гейзела—

—не может быть, чтобы это помогло мне сейчас, в Верси…

— Если вы все еще не верите в это, можете сравнить с моим. Я хочу сказать, что в Верси не должно быть драгоценных камней, которые меняют цвет.

— …

мЗачем вам такая драгоценная вещь?

— …В-вы ошибаетесь.

— Это потому, что у вас есть какая-то связь с королевской семьей другого королевства, а именно с Йензи?

В комнате воцарилась тишина.

— Это, это просто совпадение, просто у меня есть это кольцо…

Смятение Люксена, который побледнел и начал оправдываться, было очевидно для всех. Гейзел, который в это совсем не верил, покачал головой и глубоко вздохнул.

— Люксен Малер.

— В-вы ошибаетесь! Ваше величество, это…!

Гейзел подошел к все еще беспокойному Люксену и схватил его за шею. Его красивая внешность тоже была переполнена гневом. Не будет преувеличением сказать, что один его взгляд мог убить.

— —хватит оправдываться!

— Хииии—!?

— Неужели ты всерьез думаешь, что все еще можешь уйти…?

Люксен, наконец, изменил свое отношение, когда до него дошло, что у него действительно не осталось никаких шансов. Спокойная и умная внешность Люксена разбилась вдребезги, и он начал выкрикивать эгоистичные слова.

— Р-разве вы все тоже не убийцы?!

— Что?

— Именно! Почему меня обвиняют?! Даже если теперь у вас есть повод напасть на Йензи в ответ… !!

Глава 23: Глава 22. Услуги стоит возвращать (4)

Услышав его возмутительное заявление, Тистие нахмурилась.

Гейзел также продемонстрировал недовольство и показал горькое выражение лица по отношению к Люксену. Однако Люксен совсем не понимал, что он сделал плохого.

— Ты хоть понимаешь, что говоришь?

— Ну конечно! Я правая рука лорда Дилфа!

С его воротником, схваченным Гейзелом, Люксен все еще демонстрировал блестящий, ледяной взгляд.

— Ваш предшественник, покойный Император, он был поистине образцовым правителем, наш лорд Дилф… с его подавляющей жестокостью он разграбил и захватил много королевств — и каждый раз, каждый раз, мы росли как нация!!! Причина, по которой Верси зашла так далеко — это все благодаря мощи Его Величества Дилфа, а также войне!!!

— Ты, ты всерьез говоришь это сейчас…?

— Совершенно верно! Его Величество Дилф был серьезен — он намеревался править всем этим континентом, но он умер, не сумев свершить до окнца свою мечту…!!

Отчаяние заструилось в уголках глаз Люксена, принимая форму слез. Их прекрасное сияние, похожее на чистую воду, отражало безумие и заблуждения прошлого.

— Потому, что это моя обязанность — превратить это королевство в сильнейшее королевство в мире, для того, чтобы исполнить волю Его Величества Дилфа! Для этого нам нужно заявить права на Йензи и все остальные королевства! Мы должны взять их под свой контроль!

Душераздирающий крик Люксена возвестил конец сцены.

Другие вассалы, окружавшие их, боялись потерять свое положение, поэтому они не осмеливались ничего сказать. Ван, стоявший рядом с Тистие, тоже был в смятении после услышанного.

В конце концов Гейзел прервал тишину.

— Ты когда-нибудь задумывался, сколько жизней будет потеряно из-за этого?

Затем Гейзел грубо отпустил Люксена. Внезапно потеряв опору, он потерял равновесие и упал на ковер. Глядя на него сверху вниз, Гейзел спокойно, но с достоинством произнес:

— Я отказываюсь быть таким же Императором, как мой отец.

— …К-как же так…

— Я также отказываюсь осуществлять какую-либо бессмысленную агрессию и вторгаться на другие территории.

— Как, как вы можете говорить такое…?

— Если ты хочешь смеяться надо мной из-за того, как глупо я выгляжу как Император, то смейся! Я терпел это до сих пор, но с меня хватит!

Гейзел поднял голову и уставился на съежившихся людей.

— Покойный Император Дилф — мертв! Я буду защищать это королевство своими собственными способами. Любой, кому они не понравятся, должен изгнать себя из этого королевства!

Люди, которые просто наблюдали за ходом события, начали дрожать. Гейзел даже не взглянул на Люксена, который все еще лежал. Он направился к выходу из зала заседаний.

— У нас нет времени! Любой из вас, кто хочет следовать за мной, сделайте это!

Гейзел вернулся на поле боя, даже не оглянувшись. Ван поспешно погнался за его спиной. С другой стороны, лорды, оставшиеся позади, казалось, испытывали замешательство.

— …Ч-что же нам теперь делать?

— М-может быть, нам стоит помочь Его Величеству…

— Но…

Казалось, они наблюдают друг за другом, ожидая, что кто-то сделает первый шаг. Увидев это, Тистие тихо спросила их. Если слова Гейзеля были сродни кипящей магме, то слова Тистие были сродни чистому ледяному озеру.

— …Разве вы еще не все решили?

— Ваше Величество, Императрица…

— Я тоже пойду, извините.

Точно так же они молча наблюдали за удаляющейся спиной Тистие. Затем молодой герцог встал и выскочил в коридор. Наблюдая за ними, еще один и два аристократа, хотя и растерянные, направились к своему Императору. Большинство аристократов исчезло из зала заседаний. Все, что осталось — это Люксен, который потерял энергию, чтобы даже встать, и мог только стоять на коленях.

Капитаны каждого подразделения поприветствовали троих, вернувшихся на поле боя.

Они собрались на полуразрушенной башне. Внизу бегало много версийских солдат. Когда Тистие немного отвела взгляд, армия Йензи уже пробиралась вдоль стены замка. Она было примерно в два раза больше, чем количество их солдат. Гейзел коротко спросил одного из капитанов.

— Ситуация?

— Намного лучше, чем раньше, но количество солдат здесь в подавляющем большинстве недостаточное.

— Есть много раненых… неясно, смогут ли они продержаться до тех пор, пока не прибудет подкрепление…

— Если бы только бывший рыцарь-командор был здесь…

Увидев расстроенных капитанов, Гейзел слегка приподнял бровь.

— Подкрепление не придет. Мы можем только действовать, чтобы управиться с ними самостоятельно.

— Что…? Что вы хотите этим сказать?

Однако, прежде чем Гейзел успел объяснить, у ворот раздался взрыв. Оказалось, что Йензи прибегла к их последнему оружию. Несмотря на очевидную нехватку времени, Гейзел воткнул меч в землю и громко закричал рыцарям.

— —Слушайте внимательно! Я восьмой Император Верси, Гейзел Верси! Отныне ваши жизни будут вверены мне!

Услышав его голос, все солдаты в замке направили на него взгляды. Некоторые не знали, что Гейзел вернулся, а некоторые были удивлены, что Император, которого заклеймили как мятежника, стоял там.

Однако появление Гейзела, когда он стоял в развевающемся черном плаще и держал свой клинок, убивший бесчисленное количество врагов, — это было действительно достойно воплощенного Бога войны, который обладал и восхитительным мужеством, и благородством.

Глаза, смотрящие из щелей между черными волосами, были тускло-сапфирового цвета; того же цвета, что и драгоценный камень бога. Поистине, великолепный синий цвет. Из глубины его глаз исходили сильные эмоции, которые могли быть гневом или решимостью. Рыцари и солдаты Верси были в благоговейном страхе перед его красотой и подавляющей мощью.

— Если мы падем здесь, следующими жертвами станут ваши семьи. Если вы хотите защитить своих близких, то вы должны стоять прямо! Вы меня услышали?!

— Да!!!

Короткий, но мощный ответ эхом отозвался в стенах замка. Увидев, как изменились лица солдат, Гейзел сказал Вану, стоявшему позади него:

— Отведи Тистие в часовню.

— Понял.

— Ха!? Ваше Величество, но я…

— Ни в коем случае. Спрячься там до моего возвращения.

Однако, когда Тистие остановилась, Гейзел взял ее за руку. Затем он поцеловал кончики ее пальцев — и в тот же миг зазвучал голос его сердца.

[Я люблю тебя. Я обязательно вернусь к тебе. Живым.]

— Ваше Величество…

— Здесь опасно. Быстро, вперед!

Ван дернул ее за руку и увел. Тистие убежала, оставив Гейзела позади. Она чувствовала, что до самой последней секунды Гейзел пытался удержать ее — вот почему она почувствовала, как кто-то будто дернул ее за кончик волос.

Затем Гейзел повернулся к капитанам и направился к полю боя.

Глава 24: Глава 23. Услуги стоит возвращать (5)

Двор был в ужасном состоянии разорения.

Прорвавшись через главные ворота, армия Йензи атаковала сразу — казалось, что ее перехватила примерно половина армии Верси.

Когда Версийские солдаты падали на заднем плане, Гейзел продемонстрировал свою мощь — словно в него вселился дух Льва. Одним взмахом его длинного меча многочисленные враги, пытавшиеся напасть на него, были сметены разом. В конце его боевого мастерства — а это было зрелище — солдаты противника падали один за другим.

Версийские солдаты вокруг него были в благоговейном страхе.

— Ах, удивительно…

— В-верно, Его Величество — военный гений…

Капитанам вспомнился такой анекдот, когда они имели дело с вражескими солдатами — после смерти бывшего Императора, Его Величества Дилфа, произошла битва за трон с участием братьев и племянников.

Чтобы обеспечить победу, обмен информацией относительно внутренних дел имел решающее значение между аристократами. Когда битва с участием вооруженных сил, наконец, началась, Гейзел, самый младший из братьев, который также не проявлял ни малейшего интереса к власти, атаковал в одиночку — и именно так он получил место Императора.

На этом его достижения не заканчивались.

Верси, потерявшая своего великого правителя, была повержена в смятение — в конечном итоге она стала мишенью для других королевств. Недовольство, которое эти королевства питали к Верси, было вполне естественным — в конце концов, они были порабощены ею. Воспользовавшись этой возможностью, бесконечные армии вторгались одна за другой. Рыцарей посылали вокруг границы каждый день и делали все возможное, чтобы поддерживать оборону.

Но в какой-то момент, после того как Гейзел взошел на трон, он подал им стратегию. В результате конфликты, происходившие в различных частях королевства, постепенно прекратились. Ко времени коронации Гейзела в качестве следующего Императора говорили, что он вернул Верси в ее первоначальное стабильное состояние.

По этой причине некоторые рыцари называли Гейзела ‘гением войны’.

Однако после того, как он стал Императором, он стал отказываться от всего, что было связано с войной. Он также демонстрировал высокомерное отношение к своим подданным.

По-видимому, это не сулило ничего хорошего аристократам, поэтому анекдот, связанный с Гейзелом, начал искажаться как свидетельство их страха перед ним.

Гейзел, который даже не знал об этом, вытер кровь с меча, продолжая сражаться.

…Их очень много.

Скосив нападавших сбоку врагов, Гейзел выдохнул. Было ясно как божий день, что Версийских солдат оттесняют назад.

Но сдаться он не мог.

Если я не смогу отстоять нашу землю, то Тистие…

Снова появились несколько вражеских солдат, Гейзел развернулся и с изяществом нанес удар врагу за спиной. Однако, не подозревая о присутствии солдат рядом с ним, Гейзел получил удар в бок. Он застонал и принял прежнюю позу, но его длинный меч больше не был в его руке.

…Тц!

Даже если бы он попытался дотянуться до своего меча, он был бы атакован, когда согнулся бы. В тот момент, когда Гейзел был растерян, рыцарь из Йензи замахнулся большим мечом в лоб Гейзела.

—черт.

Загадочным образом лезвие замедлило движение, отразившись в глазах Гейзела. Он осторожно прикрыл глаза перед тенью меча.

В глубине своих век он мог вспомнить ее серебристые волосы.

Ее лицо, когда она счастливо улыбалась.

Мне очень жаль. Было бы лучше, если бы я мог сказать это тебе лично.

Тистие… Я… Тебя…

Дзинь—!

Услышав лязг металла, Гейзел вдруг открыл глаза.

Меч, который должен был обрушиться на него, был заблокирован гигантским топором. С резким криком рыцарь Йензи был повержен.

Глядя в спину внезапно появившемуся человеку, Гейзел не находил слов.

— …Почему ты здесь?

Крепкие плечи с густой бородой закрывали его лицо — это был тот самый человек, который помог Гейзелу в Исирисе — Дита.

— Я же сказал. Я обязательно отплачу за все.

— Мы тоже здесь!

Когда он огляделся, то увидел не только Диту, но и мужчин из деревни.

Навыки людей, которые встречали суровую зиму через охоту, были огромны, они были лучше, чем у обычных рыцарей. Свирепые люди собрались — они сбивали врага с ужасающей точностью, используя свои луки.

— Ваше Величество, вы в безопасности?!

Ван, сопровождавший Тистие, появился перед Гейзелом и подал ему упавший меч. Однако в тот момент, когда Ван увидел, что Дита размахивает топором, на его лице появилось недоверчивое выражение.

— Л-лорд Дита…!

— Ван, ты знаешь этого человека?

— Да ведь это же легендарный рыцарь — Дита Цервантес, непобедимый рыцарь-капитан, внесший огромный вклад в правление покойного Величества Дилфа!

— Дита Цервантес…

— Когда Его Величество вернулся сюда, большинство рыцарей предыдущего поколения были заменены. Это может объяснить, почему вы его не знаете. Предводитель рыцарей Дита внезапно ушел в отставку и никто не знал о его местонахождении…

Уничтожив бронированных солдат с помощью своей огромной силы, Дита наконец повернулся к Гейзелу. Его острый взгляд проник в глаза Гейзела. Казалось, что бывший капитан еще не совсем отошел от дел.

— По правде говоря, я никогда не собирался возвращаться сюда снова.

— …

— Безрассудный поход, расширение королевства… этот Дилф был безнадежен.

— Значит, ты был знаком с моим отцом…?

— Это были отвратительные отношения. Когда я услышал, что он умер, я подумал, что этому королевству пришел конец.

Дита победил врага, который попытался напасть сзади, одним ударом локтя. Гейзел также ловко развернулся, отражая атаки слева и справа, прежде чем окончательно сбить атакующих солдат на землю.

Перед лицом все увеличивающегося числа вражеских солдат Дита удовлетворенно приподнял уголки рта.

— Но пока ты здесь, это королевство может быть не таким уж плохим.

Солдаты Йензи окружили их, но Гейзел и Дита стояли прикрывая друг другу спины. Благодаря их обмену непробиваемыми тактиками, вражеские солдаты отбрашивались один за другим — при виде этого отчаянного зрелища боевой дух противника падал.

Вскоре вражеский солдат отступил. Потом еще один. Охваченные страхом, вражеские рыцари начали отступать. Гейзел, видя это развитие событий, взревел, как зверь, из глубины своего горла, как бы объявляя конец.

— Мы взяли верх! Солдаты, сокрушите врага немедленно!

Пока поднималась пыль, отовсюду доносились крики. Затем армия Йензи, наконец, обнаружила, что не может поддерживать фронт, и отступила, рассеявшись повсюду.

Гейзел, весь израненный, смотрел на спины их доспехов, когда они бежали туда, откуда пришли — к разрушенным главным воротам. Переместив взгляд, он увидел Диту, который тоже был весь в ранах. Дита тяжело дышал, и в этот момент его плечи вздымались и опускались. Когда он вновь глянул на Гейзела, он ухмыльнулся.

Оглядываясь назад, Гейзел увидел капитанов рыцарей, Вана, а также рыцарей, получивших тяжелые ранения.

Не успел он опомниться, как герцоги и графы, которые должны были находиться в зале заседаний, тоже оказались там. Все они были одинаково ошеломлены.

Гейзел медленно повернулся вперед, прерывисто дыша. Внизу раскинулся город Верси. Хотя следы битвы были видны повсюду, но солдат Йензи больше не было. Гейзел поднял меч и закричал изо всех сил, его черные волосы заплясали в воздухе.

— —Победа за нами!!!

УААААА—!

Голоса, полные радости и облегчения, раздавались по всему замку, казалось, без конца.

Глава 25: Глава 24. Ваше Величество, голос вашего сердца пробивается! (1)

Весна наконец-то пришла в Верси.

Ледяной снег постепенно таял, превращаясь в чистый ручей, который впадал в лес. Просыпались дремлющие животные, начинали прорастать зеленые растения.

Черная лошадь медленно ступала по такому освежающему лугу. Те, что сидели у него на спине, были Тистие и Гейзел.

— Ты не устала?

— Нет, я в порядке.

Теплый ветерок погладил ее по щекам, и Тистие, слегка сонная из-за легкой поступи лошади, поспешно подняла лицо, отвечая Гейзелу. Было слышно, как он посмеивается.

— Мы не торопимся, так что давай сделаем перерыв.

Гейзел натянул поводья и остановил вороного коня. Привязав его к ближайшему дереву, он снял Тистие с седла и помог ей спуститься на землю.

Гейзел небрежно последовала за Тистие, чье тело дрожало, потому что ей пришлось долго терпеть тряску.

— Эмм, сколько времени это займет?

— Я думаю, что мы доберемся до деревни ночью, но не знаю, позволят ли нам снова воспользоваться этим домом…

— Я бы хотела немного расслабиться, если смогу.

Гейзел изобразил нежную улыбку — казалось, он тоже согласился. Они направлялись к небольшому поселению на севере от Исириса. Они собирались встретиться с бывшим лидером рыцарей, Дитой Цервантес. После вторжения в Йензи «Император» Люксен был задержан за разжигание внешнего конфликта.

В обмен на разглашение информации, касающейся снаряжения Верси, структуры стен, внутренних дел и положения рыцарей, он подписал контракт с Йензи.—

—если бы Верси была уничтожена той войной, Лаюсен был бы принят как высший гражданин Йензи.

Люксен не только притворялся союзником Йензи, но и раздобыл повод для нападения на соседнее королевство. Независимо от того, какое королевство победит, Люксен не будет в невыгодном положении.

С потерей Люксена, главы предшественников, власть в королевском дворце полностью сместилась. Местные герцоги и графы, а также аристократы и рыцари присягнули на верность Гейзелу.

С другой стороны, Гейзел также извинился за свое грубое поведение до тех пор и начал открыто прислушиваться к мнению своих подданных. Он также заявил о своих желаниях во внутренних делах, дипломатии, и про планы на будущее с использованием документов и диаграмм. Он терпеливо объяснял все.

Этого некогда одинокого Гейзела, которому приходилось бороться со всем в одиночку, больше не было.

Конечно, были некоторые аристократы, которые высмеивали Гейзела как обладающего «слабой дипломатией» по сравнению с бывшим Императором Дилфом. Но Гейзелу, похоже, было все равно.

Когда Тистие спросила, что привело его к такому преображению, Гейзел усмехнулся и вспомнил о жизни в Исирисе.

— Когда живешь в горах, особенно среди зимы, ты ничего не можешь сделать один. Выискивая следы животных, бродя по окрестностям, расставляя ловушки… Все это время я был убежден, что если ты хочешь, чтобы что-то было сделано правильно, ты должны сделать это сам. Именно в этой деревне я понял, что есть вещи, которые я не могу сделать сам.

Благодаря перемене самого Гейзела, Верси тоже постепенно развивалась в новом направлении.

Между тем обсуждался также вопрос о том, может ли Дита Цервантес, проявивший свою мощь в недавней битве, снова вернуться в Верси. Но рыцари отнеслись к этому пессимистично. В прошлой, когда Дита собирался уходить, рыцари склонили головы, чтобы предотвратить это, но безрезультатно.

Пока все пребывали в подавленном настроении, Гейзел поднял руку, «Тогда я сам поговорю с ним.»

Сделав перерыв, они вдвоем прогуливались где-то, когда наткнулись на красивое озеро. Это было озеро Нагама, которое они посетили во время своего медового месяца.

— Какая ностальгия…!

— Да.

Снежные горы, видневшиеся вдалеке, становились темно-зелеными, а озеро наполнялось глубоким синим цветом. Вокруг их ног цвели разноцветные цветы, словно празднуя их возвращение.

Тистие осторожно подняла левую руку и посмотрела на сверкающий драгоценный камень на безымянном пальце. Увидев сверкающий светло-зеленый свет, Тистие вспомнила воспоминания полугодичной давности.

Хотя прошло совсем немного времени, много чего случилось…

Она получила кольцо на балконе виллы, и по дороге домой из свадебного путешествия, она была довольно подавлена из-за отсутствия развлечений. Она также однажды ушла от Гейзела, в результате чего он преследовал ее всю дорогу до Лэйси.

Теперь эти воспоминания стали для нее чем-то драгоценным.

— Лорд Гейзел, большое вам спасибо.

— Что ты вдруг это говоришь?

— Эмм, я благодарю вас за многое!

Гейзел с сомнением наклонил голову глядя на смеющуюся Тистие. Наблюдая за происходящим, Тистие пробормотала про себя:

Я чувствую, что со временем я перестал слышать голос твоего сердца…

Когда они впервые встретились, голос сердца Гейзела был навязчиво громким — но в последнее время, мало-помалу, он начал исчезать. Конечно, это могло быть из-за того, что ее мастерство снижалось. Но прежде всего, вероятно, потому, что Гейзел научился правильно выражать то, что было у него на уме.

Сразу после того, как они поженились, ни один из них не мог быть честным друг с другом.

Однако теперь, когда они могли должным образом открыть свои сердца друг другу и больше не сдерживали себя, возможно, больше не было никакой необходимости прислушиваться к его истинным чувствам.

Если так пойдет и дальше, то в один прекрасный день она, возможно, совсем не сможет услышать голоса его сердца.

Но сейчас меня это вполне устраивает…

Наслаждаясь ароматом нежных цветов, Тистие вдруг вспомнила старую историю, которую рассказал ей Ван.

—’Держите это в секрете от Лорда Гейзела’. Ван постоянно напоминал ей об этом. Он выглядел таким счастливым, когда говорил это.

— Честно говоря, Его Величество Гейзел вовсе не был заинтересован в том, чтобы стать Императором.

— Правда?

— А потом появились два его брата. Отношения между этими двумя были действительно плохими, и казалось, что война может вспыхнуть в любой момент. Затем, внезапно, Его Величество Гейзел вступил в схватку и сокрушил обе стороны — в то время у него была одна лишь лошадь.

— О-он сумел сделать это в одиночку!?

— Ну, не то чтобы там было большое количество солдат в первую очередь. Затем, благодаря свирепому духу Его Величества Гейзела, оба брата были полностью подавлены и в конечном итоге отказались от своих прав наследования.

Он слишком удивительный, пробормотала Тистье.

— В-вот почему распространились слухи о том, что Его Величество Гейзел убил своих братьев…

— Они еще не умерли, просто удалились в отдаленный район… но с тех пор я не перестаю задаваться вопросом, что побудило Его Величество к этому.

— Может быть, потому, что он не мог позволить двум своим братьям захватить это королевство?

— Его Величество не такой уж честный человек, однако я наконец вспомнил об этом. Что взволновало сердце Его Величества и заставило его сделать то, что он сделал.

Что-то, способное тронуть сердце Гейзела, ‘Ледяного Императора’…? Это совершенно секретный разговор!

Тистие с нетерпением ждала последующих слов Вана.

Глава 26: Глава 25. Ваше Величество, голос вашего сердца пробивается! (2)

— Это вы, леди Тистие.

— …я?

— Изначально предполагалось, что вы станете супругой лорда Дилфа, верно? Но, прежде чем свадьба состоялась, предыдущий Император скончался. В это время в королевском дворце разгорелся небольшой спор о том, что с вами делать.

Тистие тоже об этом слышала.

Первоначально ее, скорее всего, вернут на родину, но Лэйси по какой-то причине отказалась — вероятно, потому, что отец хотел, чтобы она выполнила свое первоначальное предназначение — стала заложницей.

Но Его Величества Дилфа больше не было. Другими словами, у Тистие больше не было никакой цели — для нее не было места ни в Верси, ни в Лэйси.

— Тогда на некоторое время мы решили позволить вам сохранить статус будущей супруги и позволить будущему Императору решать, что с вами делать. Если вы понравитесь новому Императору, ты станете его супругой. Уже на следующий день его величество Гейзел участвовал в битве за престолонаследие.

Постепенно видя конец рассказа, Тистие слегка покраснела. Глядя на нее, Ван усмехнулся.

— Однако, когда Гейзел, ставший следующим Императором, объявил, что вы станете ‘Первой Императрицей’, в королевском дворце поднялся шум.

— Ах, как я и думала…

— Если говорить о ‘Первой Императрице’, то в идеале этот титул должен быть присвоен кому-то из королевства, столь же могущественного, как Верси. Однако Его Величество Гейзел проигнорировал это общепринятое правило и сделал вас ‘Первой Императрицей’ по своему собственному желанию.

М-мне жаль… почему-то Тистие почувствовала себя виноватой.

Глядя на съежившуюся Тистие, Ван прищурился, словно вспоминая что-то, и покачал головой.

— Впервые Его Величество так отчаянно жаждал чего-то, поэтому я был счастлив.

Короче говоря, это была история отчаянного желания Гейзела сделать ее своей женой. В конце он подмигнул «это секрет, хорошо?»

— Его Величество Гейзел не из тех, кто свободно выражает свои чувства, но на самом деле он очень добрый человек. Вот почему с этого момента, пожалуйста, позаботьтесь о нем как следует.

— …Что случилось?

Вызванная Гейзелом, Тистие вернулась к реальности.

— Н-ничего…

Она нервно засмеялась, прежде чем подойти к озеру. Был солнечный день. Солнце в разгар весеннего сезона было ласковым. Ветер создавал рябь, раскачивал цветы, которые цвели у ее ног, и заставлял серебряные волосы Тистие развеваться.

…Красный к оранжевому, желтый к пурпурному — ослепительный пышный зеленый пейзаж поглотил их. Зрелище было сродни огромному океану всевозможных цветов.

—согласно ее желанию, она наконец-то вернулась в Исирис, как раз весной.

Перед ней расстилался захватывающий дух пейзаж.

Впечатленная, Тистие медленно повернулась к Гейзелу.

Он тоже смотрел на Тистие. Как только их взгляды встретились, они, естественно, улыбнулись друг другу. Вскоре после этого Гейзел открыл рот, как будто вспомнил что-то.

— —Точно.

— …?

Гейзел стоял рядом с Тистие, его рука потянулась к ее талии, прежде чем крепко обхватить ее. Внезапно обняв Тистие, Гейзел пробормотал с чрезвычайно серьезным видом:

— У меня есть кое-что сказать тебе.

— К-к чему это!?

— …

Словно сломанная игрушка, Гейзел застыл на месте. Пока истие была озадачена, голос его сердца, отсутствовавший долгое время, отчетливо звучал.

[Тц! Момент прекрасен, но слова отказываются выходить! Я уже говорил их раньше, но это больше потому, что я ощущал импульс… Если я этого не скажу, это никогда не будет передано Тистие!]

Ч-что?! Что именно он пытается сказать?!

Она задавалась вопросом, что бы это могло быть — невозможно, он пытался развестись с ней или что-то в этом роде?!

Пока Тистие молча смотрела на него, брови Гейзела нахмурились еще сильнее.

Через некоторое время, Гейзел выдохнул и, странно понизив голос, произносил слова по одному.

— Я…

— Д-да?

— Тебя,

— …

— …Люблю.

Тихо, но отчетливо Гейзел сказал ей об этом, и через некоторое время он не только опустил глаза, но и прикрыл рукой нижнюю половину лица.

Тистие увидела, как покраснели шея и лоб Гейзела… краснота дошла даже до ушей!

Поняв смысл его слов, Тистие на мгновение широко раскрыла рот, а через секунду ее щеки приобрели ярко-красный оттенок.

Э- это был не голос его сердца… Его Величество, лично…

Пока она отчаянно пыталась успокоить свое сердце, Тистие не знала, что делать. Затем, когда ее сердце успокоилось, она посмотрела прямо на Гейзела и ответила:

— Я, тоже…

— …

— Лорд Гейзел, я лю, лю…

Однако в конце концов она не смогла закончить фразу, потому что Гейзел обнял ее. Возможно, потому, что он не хотел, чтобы она видела его застенчивое лицо, его хватка стала сильнее.

— Твоего первого ответа вполне достаточно. Нет необходимости подчеркивать это еще раз.

— Н-но…

Пока Тистие пыталась успокоить свое сердце, до нее донесся голос его сердца.

[Ч-черт возьми! Я не могу! Для меня это невозможно! Тистие только что сказала мне, что она, она л-любит меня… это слишком опасно для моего сердца! Дай мне немного успокоиться…!]

Д-до такой степени!?

Закричала мысленно Тистие, не зная, что делать с нахлынувшими на нее чувствами.

Затем, если слова были бесполезны, она решила обнять его за широкую спину.

То ли он заметил намерения Тистие, то ли просто не хотел оставлять никаких пробелов, но Гейзел придвинулся к ней еще ближе. Между слоями ткани, которую они носили, их тепло передавалось друг другу. Гейзел кончиками пальцев поднял подбородок Тистие, прежде чем уронить поцелуй на ее губы.

Гейзел рассмеялся, увидев ее состояние — она запыхалась, и уши у нее тоже были ярко-красные. Тистие надула щеки, глядя на него, но в конце концов тоже начала смеяться, зараженная его смехом. В мире, окутанном ледяным белым снегом—

—наконец-то пришла весна.

Глава 27: Глава 26. Ваше Величество, голос вашего сердца пробивается! (3)

Мать Гейзела была добрым человеком. Она была принцессой из одного из королевств, разрушенных покойным Императором Дилфом. Ее прекрасные серебристые волосы и ухоженный вид напоминали Лилию.

Однако даже когда она стала Королевой, ее тело и сердце были слишком слабы. После родов Гейзела из-за ее болезненного состояния она была прикована к постели.

— Ты не плакал. Молодец, Гейзел.

В тот день, когда он вернулся домой после того, как был ранен в ссоре во время тренировки с мечом, его мать сказала с улыбкой.

Из-за слов матери Гейзел почувствовал гордость — он был уверен, что у него очень сильное сердце.

—Я сильный. Я никогда не буду плакать. Я могу сделать все сам.

Гейзел, несмотря на то, что был самым младшим среди своих братьев, прилагал огромные усилия во всем, что делал — даже больше, чем его братья.

Особенно в том, что касается боевых действий. Возможно, у него был природный талант — этот талант продолжал развиваться только благодаря его усилиям. Примерно в это же время он впервые встретил Вана, который представился ему рыцарем.

Как бы то ни было, братья Гейзела его недолюбливали. Каждый раз его доставали. Более того, сторонники его братьев — все эти дворяне и их дети — также издевались над ним. Жизнь во дворце стала казаться Гейзелу удушливой.

И все же, он каждый день ходил к матери. Когда Гейзел приезжал в гости, она всегда обнимала его и говорила, ‘Я люблю тебя’. Полагаясь только на эти слова, Гейзел продолжал выживать каждый день.

Но однажды зимой его мать внезапно умерла. Он смутно помнил, что сказал доктор — это из-за простуды. Похороны его матери, поскольку она была его наложницей, были очень скромными.

«Если бы ее сын был немного выше по линии наследования, все было бы по-другому» — такие бессердечные слова были слышны. Но до ушей Гейзела ничего не доходило. Провожая мать, покоившуюся в гробу, и читая прощальные слова, Гейзел не проронил ни слезинки.

Вопреки ожиданиям, он знал все о приготовлениях к похоронам и о должной вежливости. Он так хорошо исполнял свой долг, что трудно было думать о нем как о обычном мальчике.

— —Вы видели лицо третьего принца?

— —Его взгляд был таким холодным, ему хотя бы было грустно?

Поведение Гейзела могло показаться взрослым странным. Хотя они и воздерживались говорить это прямо, внутри они соглашались и высмеивали Гейзела ‘—какой ужасный мальчик’.

Гейзел чувствовал их мысли , но по отношению к себе он был неумолим.

Я сильный. Я могу жить, не полагаясь ни на кого другого.

Держась за слова своей покойной матери, Гейзел отчаянно двигался вперед. Даже когда похороны закончились и он остался один перед могилой матери, Гейзел не плакал.

Он просто не мог позволить себе плакать.

После смерти матери его положение в королевском дворце было еще более скомпрометировано.

Внезапно Гейзелу был отдан приказ покинуть королевский дворец и поселиться в семье местного герцога. За кулисами, возможно, его братья также сыграли свою роль в этом решении.

Гейзел, понимая, что он не может отказаться, с двусмысленным ответом согласился. К сожалению, однако, из-за внезапности приготовления семьи герцога не могли быть завершены вовремя — как таковой, Гейзел на время потерял свое место.

Ожидая, пока герцог закончит приготовления, Гейзел решил последовать за Ваном — своим другом детства — в соседнее королевство на юге, которое называлось Лэйси.

В конце долгого путешествия Гейзел обнаружил, что Лэйси была полной противоположностью Верси. В то время как Верси постоянно боролась с холодным климатом, Лэйси была царством летней влажности и тепла.

Он вспомнил, что у большинства жителей Лэйси были огненно-рыжие волосы — это было очень странное зрелище, учитывая, что Верси была домом для людей с разными цветами волос.

Некоторое время Гейзел жил в доме родственников Вана. Их замешательство относительно того, как обращаться с Гейзелом, который был принцем, было очевидным.

Гейзел вел себя не так, как дети его возраста. Он был спокойным и тихим ребенком, поэтому и другие дети, и слуги держались от него на расстоянии. Гейзел понимал, что он отчужден, но, несмотря на это, не показывал этого на своем лице.

Тем не менее, его дискомфорт постепенно нарастал, и однажды Гейзел, который переполнился негодованием, выскользнул из дома.

Все будет в порядке, если я вернусь к вечеру…

Затем Гейзел направился к городу один, запоминая незнакомую, чужую землю.

Рынок, уставленный яркими фруктами и рыбой, которых он никогда не видел. Оживленный порт. В конце улицы виднелось нечто похожее на королевский дворец Лэйси — две огромные башни.

Из-за сложности вышивок Лэйси, а также иностранного языка, которым обменивались ее жители, Гейзел постепенно утратил представление о времени. До той свободы и открытости, которые он наконец обрел, он, без сомнения, был немного неосторожен.

К тому времени, как он это понял, Гейзел окончательно сбился с пути. Оглядевшись вокруг, он видел слишком много людей, чтобы определить его первоначальное направление. На Гейзела накатила волна тревоги.

Что же мне делать…

Страх начал распространяться, когда все дороги показались ему одинаковыми. Он не знал, как вернуться домой. Несмотря на это, даже если бы он решил сидеть спокойно, никто бы не пришел. Гейзел отчаянно пытался восстановить свои воспоминания.

Затем его внимание привлекла стена одной из башен. Это была одна из башен сбоку от королевского дворца. Если он пойдет к одной из башен, то сможет вернуться на главную улицу.

Я пойду. Это лучше, чем сидеть здесь и ничего не делать.

Гейзел немедленно выдвинулся. Он часто поднимал глаза к небу, ориентируясь на башню. Расстояние оказалось больше, чем он думал. Пробежав немного, он смог добраться до узкой дороги, которая вела к башне.

— …Я все еще не вижу главной улицы… может быть, мне сначала нужно добраться до центра.

Хотя это было недалеко от королевского дворца, в окрестностях было всего несколько человек. Он шел через густой лес, исцарапанный ветвями деревьев — сколько времени прошло с тех пор, как он покинул дом? Сглотнув, Гейзел отчаянно подавил свой страх.

В любом случае, я не могу повернуть назад.

Он был один в этой чужой стране. В таком случае, если никто не найдет его, что с ним будет?

Я понял, все верно, я… один.

Хюю, хюю — иссохшее дыхание сочилось из него. Его зрение было затуманено потом.

После клятвы держать сердце сильным, осознание того, что он был совсем один, наконец, пришло в этот момент. У него больше не было матери. Его отец тоже никогда не заботился о нем.

Его братья всегда видели в нем только препятствие.

У меня нет никого…—

—У меня есть только я сам.

В конце концов, путь тьмы закончился. Казалось, что Гейзел заблудился и попал в сад. Хотя он находился недалеко от королевского дворца, ни солдат, ни стражников видно не было.

Неужели это действительно так закончится? Неужели я умру, и никто никогда меня не найдет?

Перепуганный Гейзео увидел что-то в колышущейся тени листвы.

— …?

Тем, что появилось, была девочка. Она казалась немного младше Гейзела. Ее голубые глаза были одновременно круглыми и милыми. Поскольку она была удивлена внезапным появлением Гейзела, ее глаза расширились.

Но больше всего его поразили ее волосы — серебристый оттенок, который он еще не видел ни у одного жителя Лэйси.

Глава 28: Глава 27. Ваше Величество, голос вашего сердца пробивается! (4)

Они такого же цвета… как волосы моей матери… Гейзел на мгновение остолбенел.

Заметив его, девочка вдруг спрятала волосы обеими руками. Гейзел, не в силах понять ее внезапный поступок, медленно наклонил голову.

— Почему ты прячешь волосы?

— П-потому что мои волосы уродливы… она отличается от волос моих сестер и всех остальных…

‘’Уродливы’? Когда речь зашла о цвете ее волос, Гейзел растерялся, пытаясь понять смысл ее слов. Блестящие шелковистые волосы — даже сейчас они ярко блестели, греясь на солнце.

Хотя они того же цвета, что и волосы моей матери… Гейзел немного рассердился.

— Это неправда. У тебя красивые волосы.

Он пожалел, что в его голосе прозвучал намек на разочарование.

Несмотря на это, девочка только смотрела на Гейзела, не мигая. Она не выглядела шокированной. Немного успокоившись от такого развития событий, Гейзел забился в угол кустарника.

С тех пор как он понял, что заблудился, он бежал без остановки.

Подошвы его ног, а также колени, болели. Возможно, заметив его усталость, девочка всмотрелась в лицо Гейзела. Возможно, она с подозрением относилась к человеку, который внезапно появился там.

— Немедленно покинь это место. Я хочу, чтобы меня оставили в покое.

Была ли она хозяйкой этого сада?

Разве это не означает, что она была частью королевской семьи? Разве она не упоминала о своих сестрах?

В королевской семье Лэйси есть только принцессы, — смутно подумал Гейзел, — может ли она быть одной из принцесс Лэйси?

Сестры, да…

У самого Гейзела были старшие братья — точнее, сводные братья, и они ненавидели Гейзела.

Должно быть, ее лелеют родители и сестры… такая мысль заставила сердце Гейзела сжаться от одиночества.

Мама… почему ты должна была умереть…

Сердце Гейзела наконец признало это.

Теперь я совсем один… никто больше не скажет мне ‘я люблю тебя’…

Когда мать была рядом, она всегда обнимала его и говорила, что любит.

«Я люблю тебя.»

Но его матери больше не было. Ее нигде не было в этом мире.

Несмотря на то, что именно она была причиной силы Гейзела — его самоуверенности, — теперь эта прсичина пропала.

Его отчаяние заставило его чувствовать себя, как если бы в середине его сердца образовалась большая дыра. Однако, несмотря на то, что он чувствовал себя раздавленным волной эмоций, ни одна слеза не упала из глаз Гейзела.

Именно тогда он осознал, что не то чтобы он не плакал — он не мог.

Я… я даже потерял свою собственную человечность? Девочка присела на корточки рядом с ним.

Странный вид Гейзел, не плачущий и не кричащий, только тупо уставившийся в землю, — неужели ее это совсем не смутило?

Как только Гейзел отвернулся, она вмешалась:

— А, эмм…

— …?

— А меня будет достаточно?

— Что?

Девочка ответила робким, но нежным взглядом.

— Вместо этого я буду тем, кто любит тебя.

— …

— Так что не плачь… — Девочка обняла Гейзела.

Ее слова произвели на Гейзела слишком сильное впечатление. Все слова, которые были накоплены в его сердце — все стало чистым белым.

Почему, хотя я и сам не мог этого выразить — как тебе удалось понять?

Он не проливал слез. Как могла эта девочка понять его горе?

У нее были сильные, но в то же время теплые, мягкие и удобные объятия — впервые Гейзел прослезился. Переполненный эмоциями, он дал волю этим эмоциям — еще одной, еще двум, — как будто его сеть была разорвана. В тот день Гейзел впервые плакал перед кем-то.

В объятиях девочки, которая была младше его — но он уже давно забыл, что такое стыд, — он только и делал, что плакал. Когда ему было трудно дышать или когда он всхлипывал, девушка сильно похлопывала его по спине.

Как долго они оставались в таком состоянии?

После того как Гейзел проплакал до тех пор, пока слезы не высохли, он, казалось, заснул там. Когда Гейзел медленно проснулся, девочка, которая обнимала его раньше, тоже устала. Прислонившись к Гейзелу, она тоже погрузилась в мирный сон.

—Ты осталась со мной…

Он дал ей отдохнуть и накрыл ее своей курткой. Глядя на умиротворенное лицо девочки, Гейзел принял решение. Он взял прядь ее серебристых волос и поцеловал ее, словно молясь.

—Теперь моя очередь защищать ее.

Девочка, которая подарила ему тепло, хотя он был для нее всего лишь незнакомцем.

Он хотел когда-нибудь отплатить ей той же благодарностью. Если кто-то посмеет ее запугать, он избавится от этого обидчика. Если она в беде, он поможет ей. Несмотря ни на что, он будет сражаться за эту девочку. …И если она заплачет, он будет обнимать ее.

Точно так же, как она поступила с ним в тот день.

…Даже если я так решил, то нынешний я недостаточно хорош, так что же мне делать? Отец Гейзела, Дилф, сражался с королевствами по всему континенту.

Лэйси была далеким королевством, но кто знает, когда и как его дьявольская рука достигнет этого места.

На войне эта девочка может потерять родителей и кончить так же, как Гейзел. Эта девчока и сама может пострадать, и, самое главное, кто захочет, чтобы их родину захватили?

…Мир без войны…

В то время Гейзел не сразу думал, как это сделать.

Солдат охранник, который, наконец, прибыл позволил Гейзелу благополучно вернуться в свою обитель. Приехав в местный герцогский особняк, Гейзел сразу же навел справки о королевской семье Лэйси. В то время он не спрашивал ее имени, но, судя по слухам, она не была старшей среди своих братьев и сестер.

Что означает… как я и думал, она Тистие… Тистие Лэйси?

Несмотря на то, что она была самой младшей принцессой, что-то определенно было странным. Она никогда не участвовала в светских мероприятиях, и в основном с ней обращались как с несуществующей принцессой.

Он хотел встретиться с ней снова, но поскольку ни Гейзел, ни она не принадлежали к королевской семье, договориться о встрече было нелегко.

У Гейзела не было другого выбора, кроме как продолжать усердно работать, пока не наступит идеальное время. Он изучал тактику, овладел боевыми искусствами и продолжал жить в сельской местности, пока не стал респектабельным молодым человеком.

Через несколько дней после того, как Гейзел получил известие о смерти своего отца, он услышал эту роковую новость.

Тистие Лэйси, она сейчас в Верси…!

Гейзел с мечом в руке бросился на поле боя, где находились два его брата. Его единственным спутником была одинокая лошадь.

Мальчик, который хотел быть сильным, вырос неуклюжим в выражении своих чувств — однако он выполнит это обещание.

Даже если та девочка забыла о нем.

—Конец 1-го тома—

Том 2

Глава 1: Глава 28. Свадебная церемония — довольно сложная задача (1)

В Верси, весна длилась лишь короткое время.

В отличие от Лэйси, где круглый год стоял мягкий климат, половину года Верси была окутана снегом и льдом. Поэтому слова руководителя церемонии были вполне разумны.

— Через полгода… с этого момента?

— Да, иначе было бы трудно ориентироваться в снегу.

Глава двора, контролировавший официальные события в королевстве, неохотно кивнул. Глаза его были покрыты тонкими белыми бровями, выражения лица не было видно — но, судя по голосу, казалось, что он обладал мягким характером.

Вдруг Гейзел, сидевший рядом с ней, сказал Тистие, сидящей на диване и смотрящей на него:

— Хотя это было официально объявлено, есть различные вещи, которые последуют после этого.

— Я знаю, но чтобы все было так грандиозно…

Смущенная Тистие уставилась на пугающего Гейзела. Со своим обычным бесстрастным лицом он просматривал материалы.

На первый взгляд Гейзел, как обычно, казался равнодушным. Но уже давно Тистие прислушивалась к его голосу сердца, который выдавал его предвкушение, волнение и радость.

[Наконец-то пришло время… у нас еще не было надлежащей церемонии… это будет хорошая возможность сообщить королевской семье и аристократам других королевств… Поскольку это случается раз в жизни, я хочу самые лучшие наряды и украшения! Что ж, даже без аксессуаров Тистие и так прекрасна! Нет, дело не в этом, а в лице нации…]

— …

Надеюсь, наряд будет не слишком броским…

… сказанное ею желание может и не сбыться, размышляла Тистие.

У них было совещание по поводу свадьбы.

Тистие и Гейзел были связаны политическим браком. Меньше чем за год они прожили очень приятную жизнь новобрачных.

Однажды Тистие вернулась на родину после того, как ее брак якобы был расторгнут. Но после того, как недоразумение было улажено, она вернулась в Верси — только для того, чтобы Гейзел был заклеймен как мятежник и изгнан.

…Она была, вероятно, единственной Императрицей в мире, которая должна была пережить холодную зиму Исириса и должна была обрабатывать сырое мясо оленя.

Из-за различных внутренних конфликтов в Верси их надлежащая свадебная церемония была отложена — понимая это, тоном, который не был ни сожалением, ни отрицанием, руководитель церемонии сказала.

— Первоначально она должна была состояться весной, но…

К тому времени, когда Тистие покинула Лэйси и впервые приехала в Верси, ее брачная анкета была заполнена. После этого должна была состояться свадебная церемония, на которой должны были присутствовать аристократы… однако в результате вышеупомянутых конфликтов упомянутая церемония так и не состоялась.

Конечно, нельзя сказать, что Тистие не мечтала о настоящей свадебной церемонии с Гейзелом.

Однако в тот день Гейзел был занят реорганизацией новой администрации и переменами в своем королевстве. Бывали времена, когда он был так занят, что не мог вернуться в особняк.

Тистие не могла не волноваться — что, если он в конце концов переутомится?

— С Вашим Величеством все в порядке? Нет необходимости для вас напрягаться…

— Твое беспокойство излишне, потому что я не настолько слаб.

Когда Гейзел прищурился, Тистие проглотила следующие слова. Его тон был таким же, как обычно, но она чувствовала его доброту — это заставляло ее сердце согреться.

Чуть позже голос его сердца случайно проскользнул в сознание Тистие.

[Церемония уже отложена на полгода… что, если то же самое произойдет снова? Просто простая форма брака заставляет меня беспокоиться… Я хочу, чтобы ее быстро признали моей законной женой… и вряд ли это произойдет… но, если Тистие снова исчезнет из-за недоразумения, я не буду знать, что делать…]

…В последнее время я все чаще слышу голос сердца Его Величества?

Он упорно работал с остальными предшественниками, чтобы сформулировать новую систему. Может быть, из-за стресса и разочарования Гейзел много жаловался в своем сердце.

После того, как он закончил свою речь, настала очередь Тистие спросить главу церемонии.

— —Эмм, тогда как насчет меня? Что мне теперь делать?

— Надеюсь, вы поможете мне подготовить все необходимое для свадьбы. Самыми важными вещами были бы тиара и платье.

— Тиара и платье.…

— Да, тиара будет вручена Его Величеством Ее Величеству во время церемонии, и нет нужды говорить, что платье должно быть предназначено для свадьбы.

Когда она просмотрела доступные материалы, то узнала о черновых набросках свадьбы. Как и ожидалось, когда дело доходило до свадьбы Императора и Императрицы, нужно было предпринять много шагов.Начиная с предварительной подготовки, а также банкета после церемонии — все было спланировано очень тщательно…

Среди них кульминационный момент, казалось, был самым ярким.

Тиара с большим количеством роскошных драгоценностей будет поднята над женой, Императрицей, руками Его Величества Императора.

Она символизировала Его Величество Императора, делящегося своим величественным сиянием с любимой женщиной — желая счастья друг другу, а также счастья их детям в будущем.

— Что касается платья, то мы тщательно подбираем портного, поэтому, пожалуйста, подождите немного. Сегодня мы обсуждаем драгоценные камни, которые будут использоваться для тиары.

Затем руководитель церемонии положила несколько листов бумаги перед Тистие и Гейзелом. По-видимому, это был документ, в котором говорилось о различных видах драгоценностей, которые должны быть инкрустированы в тиару. Каждая страница содержала цветную художественную иллюстрацию, а также описание страны происхождения, карат, твердость и расщепляемость.

— Как и ожидается, первая Императрица должна носить что-то подобающее ее статусу, поскольку она является фигурой власти в Верси. Драгоценные камни, которые мы приготовили здесь, все особого качества. Возможно, мы могли бы выбрать драгоценные камни, используя любимый цвет и форму первой Императрицы в качестве основы.

— Ох, хорошо…

Она взяла один документ, как ей было сказано.

Рубин голубиной крови был похож на спелый фрукт. Освежающий турмалиновый цвет Атласии, будто чистый поток был кристаллизован в твердую форму. Конечно, был еще документ, относящийся к королю драгоценных камней, алмазу — его было много видов: например, розовый и канареечный.

Если бы она была обычной леди, то могла бы судить по единственной иллюстрации или потребовать драгоценный камень, который никто никогда раньше не использовал. Но на родине с Тистие никогда не обращались как с Леди. Поэтому у нее был самый минимальный опыт ношения дорогих украшений.

Интересно, какой из них был бы лучшим выбором… мне было бы легче, если бы цена не была слишком дорогой…

Но, независимо от того, на что бы она положила глаз, все камни были дорогими, тем не менее…

Или, скорее, можно сказать, что такие драгоценности не будут распространяться на общем рынке.

Она взглянула на Гейзела, ища поддержки. Опершись локтем на подлокотник дивана, он казался несколько отстраненным. Его взгляд тоже был холодным.

Глава церемонии, увидев его, пришел в ужас:

— Ну, в таком случае, было бы лучше, если бы мы получили женскую точку зрения, прежде чем принимать решение…

В отличие от Тистие, которая слышала голос его сердца.

[Хм… как я и думал, единственный драгоценный камень, способный выразить невинную прелесть Тистие — это алмаз, в то время как цвет турмалина Атласии соответствовал цвету глаз Тистие… если бы они были соединены вместе, тиара, несомненно, стала бы красивой. Ах, я хочу посмотреть, как она ее наденет. Я хочу посмотреть, как она ее наденет!!! А потом, может быть, я закажу еще три таких же тиары… ну, самое главное-это то, что хочет Тистие… но, если Тистие будет ее носит, разве не все драгоценности подойдут?]

Ваше Величество… вам это нужно больше, чем мне…

Не говоря уже о том, не слишком ли он ее хвалил?

Глава 2: Глава 29. Свадебная церемония — довольно сложная задача (2)

В конце концов, глава церемонии начал холодно потеть, когда между бровями Его Величества Императора появились морщины.

«Это плохо!» — вероятно, так она думала.

Многие люди в королевском дворце все еще верили, что Гейзел — ужасный Император.

Чтобы изменить атмосферу, Тистие весело спросила Гейзела:

— Какой камень вы рекомендуете, Ваше Величество?

— …Тот, кто будет носить его, — это ты. Ты должна выбрать то, что тебе нравится.

Тяжело вздохнув, глава еще больше потянулась.

Конечно, профиль Гейзела создавал впечатление, что он нисколько не заинтересован в выборе драгоценностей. Неудивительно, что это пугало.

Однако на самом деле он чуть не выпалил: «Если ты хочешь использовать все драгоценности для своей тиары, я тоже не возражаю…»

Поэтому я не должна поручать эту задачу Его Величеству…

Сдавшись обращаться к нему за советами, Тистие взглянула на камни один за другим. Увидев одний из них, Тистие остановилась.

— М-м, а этот подойдет для тиары?

— Да, да, конечно. Это драгоценный камень под названием «Леванит».

Тистие была в восторге — она впервые слышала о леваните. В описании можно было увидеть изображение глубокого, голубовато-фиолетового камня. Он не был таким блестящим, как другие. Можно сказать, что он был относительно простым по сравнению с другими сверкающими драгоценными камнями.

Однако Тистие не могла не увлечься глубокой и таинственной атмосферой камня. Превыше всего—

— Это руда, которую можно найти только в восточном городе Левалии, она символизирует «ночь Левалии».

— А, ночь Левалии…

Действительно, это было именно то, что подразумевал его символизм. Камень был цвета звездного неба после долгого захода солнца. Гейзел взглянул на драгоценный камень, который выбрала Тистие.

Он спросил, слегка приподняв бровь.

— …Ты уверена? Там могут быть более великолепные цвета.

— Да, этот вполне подойдет.

Представив себе настоящий леванит, который она никогда прежде не видела, Тистие счастливо улыбнулась.

— … Потому что этот цвет напоминает цвет глаз Вашего Величества, которые я люблю…

Услышав это, глава церемонии сначала удивился, а потом улыбнулся.

Тистие немного пришла в себя и вдруг повернулась к Гейзелу.

Человек, о котором шла речь, Гейзел, не бросал на нее ни злобного взгляда, ни презрения. Он просто опустил лицо и прикрыл его рукой.

Затем голос его сердца быстро ворвался в ее разум.

[Ладно. Успокойся. Я не должен неверно истолковывать это. Она сказала, что ей нравится цвет моих глаз, а не я. Даже если так, я действительно счастлив. Но, цвет моих глаз… есть ли кто-нибудь, кто выбирает драгоценные камни на основе такого милого стандарта? Ну, есть один прямо передо мной. Если бы она выбрала самый дорогой или даже все драгоценности, ущерб не был бы таким большим… Я не ожидал, что меня внезвпно поразят под таким углом…]

«Внезапно поразят»? Что он хочет этим сказать?..

Не говоря уже о том, что голос его сердца быстро лепетал.

Она подумала, не заболел ли он, и с беспокойством спросила Гейзела.

— Ваше Величество, что вы думаете?

— —разве я не говорил тебе выбирать то, что ты хочешь?

Наконец, убрав руку, Гейзел снова открыл свое лицо. Он показал на нем спокойное выражение, как обычно. Однако щеки его вспыхнули, и, словно желая отвлечься, он повернулся к главе церемонии.

— Тогда распорядись насчет этого камня.

— Понятно. Он прибудет примерно через две недели. Я буду тем, кто доставит его сюда. В это время, пожалуйста, подтвердите фактический товар еще раз.

Поскольку глава церемонии действовал мудро, он собрал документы, которые были разложены на столе. Сверху были помещены документы с подробным описанием леванита. Затем глава вышел из комнаты в веселом настроении.

Когда в комнате остались только они вдвоем, Тистие выдохнула.

— Я до сих пор с трудом в это верю… свадебная церемония…

— Раньше мы всегда были в центре событий.

Это была неожиданная перемена для Тистие, которая еще месяц назад разгребала снег перед горной хижиной в Исирисе.

Тем не менее, было правда весело обсуждать приостановленную церемонию.

Кроме того, в последнее время она могла проводить время с Гейзелом, который обычно был занят. Это была также небольшая привилегия, дарованная свадьбой.

— Ваше Величество, вы были заняты в последнее время, вы в порядке?

— Нет проблем. Что насчет тебя? Ты не перетомляешься?

— Я в порядке, все ко мне хорошо относятся.

После того как Гейзел был смещен с трона Императора, все слуги особняка также были уволены. Однако после триумфального возвращения Гейзела ему удалось снова завербовать их. Таким образом, Тистие чувствовала себя непринужденно.

Конечно, Лиззи была включена в число этих слуг. Она заботилась о Тистие даже больше, чем раньше.

— Тогда все в порядке — что еще важнее…

Гейзел схватил Тистие за запястье, прежде чем притянуть ее ладонь к себе. Затем он поднес ее ближе к лицу, прежде чем поцеловать. Горячее дыхание Гейзела ощущалось на ее коже. Плечи Тистие задрожали.

Увидев ее реакцию, Гейзел усмехнулся.

— Когда мы остаемся вдвоем, я же просил тебя называть меня Гейзел, разве нет?

— Я… мне очень жаль, Лорд Гейзел…

К внезапной перемене настроения Гейзела лицо Тистие вспыхнуло.

Он притянул ее еще ближе, нежно коснувшись кончиками пальцев ее подбородка.

— Я скучал по тебе.

— Я-я тоже…

— Вижу.

Гейзел накрыл губы Тистие, не давая ей больше ничего сказать. Положив руки на грудь Гейзела, она отчаянно ответила на поцелуй. В конце концов Гейзел отстранился, вздохнув и покраснев.

Глава 3: Глава 30. Свадебная церемония — довольно сложная задача (3)

— По правде говоря, я хочу чаще возвращаться домой.

— Я понимаю, что мы сейчас находимся в критическом положении, поэтому, пожалуйста, не беспокойтесь обо мне.

— …

Тистие намеревалась дать решительный ответ, но по какой-то причине лицо Гейзела стало пустым. Она склонила голову набок. Затем голос его сердца отозвался эхом, более тихим, чем обычно.

[Я рад, что ты понимаешь мою работу… Я вижу, я единственный, кто чувствует себя одиноким? Я очень хочу, чтобы она сказала, «Я скучаю по тебе» или «Пожалуйста, вернись домой». Ну а нынешние Тистие уже достаточно добра, поэтому я просто жадничаю, если честно…]

Услышав это, у Тистие перехватило дыхание.

То есть я тоже хочу сказать эти слова, но мне нельзя быть эгоистом…

Она знала, что Гейзел занят, у него почти не было времени вернуться домой или даже поспать. Вот почему Тистие мирилась с одиночеством. В ее обязанности входило обеспечить ему хороший ночной отдых. Однако оказалось, что Гейзелу также одиноко. Голос сердца был голосом чувств, которые он подавлял.

…Но она не могла взять назад то, что только что сказала.

В конце концов рука Гейзела соскользнула с подбородка Тистие. Тистие рефлекторно взяла его за руку. Внезапно перед Гейзелом, чьи глаза расширились, Тистие открыла рот. Ее лицо стало свекольно-красным.

— Л-лорд Гейзел!

— Что?

— П-пожалуйста, закройте глаза!

— А, хорошо…

Несколько раз моргнув, Гейзел спокойно последовал указаниям Тистие. Его длинные ресницы затрепетали, а холодные голубые глаза были скрыты.

Н-на этот раз точно!

Она медленно наклонилась вперед. Тем самым облик Гейзела становился все ближе и ближе — Тистие тут же захотелось сбежать. Однако это был единственный способ донести свои чувства до него. Таким образом, она выдержала смущение и наклонила голову вперед. В конце концов она прицелилась в тонкие губы Гейзела.

Стараясь не применять силу, она протянула руку к подбородку Гейзела. Его ресницы слегка дрогнули, но он не открыл глаз.

Я, я должна наклонить лицо, тогда…

Стук ее сердца становился все громче. Она также была удивлена гладкостью его кожи, которая была непохожа на мужскую. Словно решившись, Тистие придвинула свое лицо ближе.

… Возможно, прежде чем завершить действие, ей не следовало закрывать глаза.

Тистие закончила тем, что поцеловала Гейзела в щеку — под глазом, а не в губы.

Как и ожидалось, у нее не хватило смелости для второй попытки, и в то же время Гейзел решительно открыл глаза, когда Тистие отстранилась.

— …Тистие? Только что…

Уф! Я снова потерпела неудачу!? Ух, что мне сказать…

Отчаянно ломая голову, которая, казалось, сходит с ума от жары, Тистие выпалила слова, которые имела в виду.

— Т-так я вас прощаю!

Сказав это, Тистие поспешила закрыть рот.

Что мне теперь делать?!

Он был ее мужем, конечно, но он также был Императором, и только что она говорила так, как будто он был просто близким другом. Увидев Тистие, которая съежилась, как маленький зверек, Гейзел наконец произнес.

— …Я решил.

— …А?

— Сегодня я обязательно вернусь.

— Лорд Гейзел?

— Что бы они ни говорили, я возвращаюсь домой. Поэтому жди меня и не засыпай.

Гейзел обнял Тистие, которая все еще дрожала. Она обняла его за шею. В мгновение ока они поменялись местами. Когда она прижалась к нему, он крепко поцеловал ее, нисколько не заботясь о ее смущении.

[Интересно, сколько эта особа будет дразнить меня, прежде чем удовлетворится… или она, возможно, не осознает своих действий? Просто удивительно, как ни один мужчина никогда не влюблялся в нее. Мне не особо нравится королевская семья Лэйси, но я думаю, что должен поблагодарить их за это.]

Л-лорд Гейзел…

Прежде чем она заметила это, ее тело уже откинулось назад, казалось, что ее, скорее всего, придавят. Она отчаянно напрягла мышцы, но не могла одолеть Гейзела. В конце концов он победил, и лицо Тистие покраснело.

Затем раздался стук в дверь.

— …Лорд Гейзел, у меня срочное дело от Лорда Рэнди. Он хочет, чтобы вы немедленно вернулись в королевский дворец.

— …

Перед Тистие стоял Гейзел с застывшим лицом. Даже если она не могла слышать голос его сердца, было очевидно, что он испытывает сильный конфликт и агонию.

— …Ваше Величество.

— …Я понимаю.

Гейзел ответил таким голосом, словно ему пришлось проглотить раскаленное железо, прежде чем он поднялся и медленно встал. Тистие тут же перестроилась и встала с дивана. Затем широкая ладонь Гейзел опустилась на голову Тистие.

— Ты помнишь обещание?

— Д-да.

— Сначала поужинай, а потом приходи вечером в главную спальню.

Гейзел погладил ее по голове. Потормошив челку Тистие, он тут же вернулся к своему обычному выражению лица и вышел из гостиной. Тистие, оставшаяся одна в этой комнате, привела в порядок свои растрепанные волосы, прежде чем постепенно покраснеть от шеи до лба.

Г-главная спальня, значит ли это…?

Хотя она уже была довольна встречей с Гейзелом после долгого времени, думать, что это приведет к такому быстрому развитию событий…!

Тистие так смутилась, что присела на корточки.

---

П/п: Ну, сдается мне, что это ничем незакончится. Ну то есть, вы видите? Да она же вообще как потерянная в этом смысле, куда уж больше! Привыкай, деточка, привыкай и учись скорее. Тебя даже муж свой почти ругает в мыслях за твое непонимание!

Глава 4: Глава 31. Свадебная церемония — довольно сложная задача (4)

Она почти не помнила, что ела в тот день на ужин.

Несмотря на ошеломление, ванна в тот вечер длилась вдвое дольше обычного. Вместе с Лиззи она тщательно выбрала свою самую симпатичную ночную рубашку. Однако, когда подошло время ложиться спать, не было никаких признаков возвращения Гейзела.

Ей было интересно, что происходит, но она поверила в их обещание и решила отправиться в главную спальню. В руках она держала фонарь и маленькую корзинку.

Хозяйская спальня располагалась рядом со спальней Гейзела. На самом деле его комнату и хозяйскую спальню разделяла только дверь. Она не могла подтвердить это, потому что комната была заперта, однако, не было никаких признаков кого-то в комнате.

Какая просторная кровать…

Кровать в гостинице Утаки была впечатляющей, но кровати там были украшены великолепными украшениями и балдахинами, которые были воспоминаниями об истории Верси.

При одной мысли о том, что именно там обычно спит Гейзел, сердце Тистие бешено заколотилось. Почему-то она чувствовала себя виноватой за то, что сидела на аккуратно застеленной кровати. Поэтому она решила сесть на трехместный диван сбоку.

Она посмотрела на часы.

Слуги уже закончили свою работу, но Гейзел все еще не вернулся из королевского дворца.

В конце концов, он очень занят… Надеюсь, он не переусердствует…

До начала нового дня оставалось около двух часов. Тистие решил почитать книгу, чтобы убить время.

— …Тистие.

Тихий зов разбудил Тистие.

Когда она поспешно подняла голову, Гейзел, с его темными волосами, озабоченно посмотрел на нее. На коленях у нее лежала раскрытая книга. Видимо, читая, она заснула.

— Я… простите, Лорд Гейзел! Я намеревалась остаться и ждать!

— Нет, это я виноват, что заставил тебя не ложиться так поздно…

Сколько было времени? Тистие взглянула на часы.

Дата скоро изменится. Конечно, если бы его работа обычно заканчивалась примерно в это время, ему было бы удобнее остаться в королевском дворце, а не возвращаться в главную резиденцию.

— …Нет никакой необходимости для вас беспокоиться.

— В конце концов, я же обещал тебе, что вернусь сегодня.

С мимолетной улыбкой Гейзел осторожно заправила прядь волос Тистие за ухо. Такой интимный жест… Тистие сложила обе руки вместе, чтобы скрыть свою застенчивость, Кстати…

— Лорд Гейзел, вы хорошо поели?

— Я?

— Эм, вы каждый день поздно приходите домой, и я беспокоюсь, что вы мало питаетесь.

Перед притихшим Гейзелом Тистие показала корзину. Когда она сняла крышку, оказалось, что корзина была набита бутербродами с красивыми поперечными разрезами…

— …Я подумала, что было бы неплохо, если бы вы поужинали.

Она нежно протянула еду. Гейзел лишь загадочно уставился на нее.

Однако довольно скоро он взял бутерброд из середины и сел рядом с Тистие, жуя его. Маленький бутерброд исчез из рук Гейзела всего за два укуса. Немного насладившись вкусом, он радостно пробормотал:

— …Восхитительно.

— Правда?! Это хорошо, я не очень уверена в своем мастерстве…

— …Уверена?

Тистие, внезапно выпалившая это, прикрыла рот рукой. Однако Гейзел уже все слышал и теперь недоумевал, что происходит.

Вместо того чтобы перенаправить свое понимание, Тистие призналась.

— Поскольку лорд Гейзел должен был вернулся через некоторое время, я подумала, не могу ли чем-нибудь помочь… поэтому, я сделала эти бутерброды после обучения у шеф-повара.

— …

Тистие, которая постепенно краснела, пока объясняла, и Гейзел, застигнутый врасплох.

Как я и думала, это не хорошо, в конце концов?

Однако Гейзел схватил корзинку и принялся жадно поглощать бутерброды один за другим. Тистие была ошеломлена.

— Ло-Лорд Гейзел?! Если вы съедите столько сразу—

— После того, что ты сказала, неужели ты думаешь, что в мире есть человек, который мог бы устоять перед тем, чтобы съесть все?

— Но…

Хотя и сделанное вручную, оно все же было любительским блюдом. Кроме того, они были немного приплюснуты — ей было неловко и жалко. Для Тистие бутерброды были не так уж привлекательны. Гейзел, съевший последний кусок, выдал волнение, охватившее его сердце.

[…Думая об этом, кажется, что это может быть первый раз, когда кто-то готовит для меня. Моя мать не готовила, и меня совершенно не волновала еда…]

Лорд Гейзел…

Она слышала о прошлом Гейзела. Его мать рано умерла. Его детство прошло в другой семье.

Не было никаких подробностей, о которых можно было бы говорить, потому что на самом деле не было ничего особенного. Но, учитывая неблагоприятное окружение Гейзела, это было вполне естественно.

Печаль, которая была у Гейзела в прошлом, никогда не заживет до конца его жизни… но, конечно, я могу изменить ее в будущем…

Подумав об этом, Тистие сжала руки и спросила:

— С-спасибо… если хотите, я могу сделать еду для вас снова?

— Я благодарен, но… разве это не было трудно подготовить?

— Вовсе нет! Я приготовила их с полным намерением, чтобы Лорд Гейзел все съел!

Гейзел, выслушав замечание Тистие, глубоко вздохнул. Он схватился за лоб.

[Я знаю… Я не это имел в виду. Честно говоря, я вообще не об этом. У меня не было никакого намерения… тем не менее, мое сердце сейчас в смятении…]

— Лорд Гейзел?

— Нет, ничего, тогда, пожалуйста, сделай их снова для меня.

— Хорошо!

Глава 5: Глава 32. Свадебная церемония — довольно сложная задача (5)

Глядя на Тистие, улыбающуюся от счастья, Гейзел прищурил глаза. Поставив пустую корзину на стол, он поднял ее, все еще сидевшую на диване.

Ее тело внезапно поплыло, Тистие, у которой ушла опора из-под ног, поспешно схватила Гейзела за грудь.

— Тогда, может быть, мы сделаем это?

— В-Ваше Величество!? Эм—

— Гейзел.

Весело напомнил ей Гейзел. Затем они подошли к кровати, стоявшей в центре комнаты. Гейзел осторожно положил Тистие на простыню, прежде чем расстегнуть свою куртку и сбросить ее с кровати.

Надев рубашку, он сел рядом с нервничающей Тистие.

Но, подготовка моего сердца…!

Яростный скрип кровати заставил ее смутиться — она хотела, чтобы шум не достиг ее ушей. Тистие ждала, что сделает Гейзел.

Он нежно обнял Тистие и ласково перебрал пальцами ее серебристые волосы.

— Тистие…

Затем он крепко обнял ее тело, склонившись к ее плечу. Его мягкие черные волосы щекотали ключицу Тистие. Ее голос внезапно сорвался.

Она вдруг почувствовала, как ее прижимают к простыне. Тяжесть крепкого тела Гейзела начала давить на Тистие. Его тепло передавалось через рубашку — она была такой горячей, что Тистие больше не могла скрывать своего потрясения.

А теперь, что я должна делать…!?

Тистие очень нервничала, однако, сколько бы она ни ждала, следующего его шага не последовало.

Гейзел перестал двигаться. Тистие вглядывалась в его лицо, гадая, что же произошло.

Длинные ресницы Гейзела давно сомкнулись. Обнимая Тистие, он тихо дышал.

Может быть, он заснул?

Через некоторое время она пыталась сесть. Но вместо того, чтобы встать, она почувствовала себя еще более сонной. Отчаянно создавая брешь, Тистие удалось вырваться из его рук.

Затем она потянулась к его волосам. Хотя его волосы производили впечатление холодного человека, они были удивительно шелковистыми на ощупь. Это успокаивало ее. Тистие улыбнулась, глядя на спящее лицо Гейзела.

Как я и думала, он измотан…

Видимо, усталость и изнеможение взяли верх над желанием. Она была уверена, что сегодня он работал еще усерднее, чем обычно, чтобы вернуться домой. Тистие погладила Гейзела по голове. Если бы он не спал, это оказалось бы для нее невозможным — но в этот момент ей удалось найти в себе мужество.

Почему-то он выглядит мило…

Несмотря на облегчение, Тистие в то же время испытывала душевное смятение. Чтобы Гейзел мог спокойно отдохнуть, она хотела полностью вырваться из его объятий. Однако, что бы она ни делала, Гейзел, который должен был спать, не проявлял никаких признаков пробуждения.

Тистие постепенно забеспокоился.

Может быть … опять!?

Тистие, знавшая, насколько он силен, даже когда спал, понимала, что сопротивление бесполезно.

— Спокойной ночи, Лорд Гейзел…

Она несколько раз погладила Гейзела по волосам, словно успокаивая элегантную черную пантеру. В конце концов, она закрыла глаза, прижимая его к своей голове.

Проснувшись на следующее утро, Тистие оказалась в его объятиях.

Не успела она опомниться, как на ее плечи набросили пушистое одеяло. Это было намного теплее, чем спать в одиночестве. Тистие попыталась очнуться от сна, но застыла на месте при виде открывшегося ей зрелища.

…Лицо Его Величества так близко!

Прошлой ночью она не возражала, потому что он находился к ней спиной. Однако в данный момент она твердо была повернута к его лицу.

Она задумалась, когда он сменил позу, и почувствовала легкое подозрение. Постепенно она немного отдалилась. Затем, возможно, заметив движение Тистие, глаза Гейзела распахнулись.

Она мельком увидела его прекрасные темно-синие радужки.

— Тистие?

— Лорд Гейзел…

Когда Тистие подняла глаза, Гейзел вдруг открыл рот. Однако вместо того, чтобы отпустить ее, он вложил в свои объятия еще больше силы и притянул ее еще ближе.

Он с удовольствием коснулся губами ее серебристых волос. Тистие, чье лицо уже некоторое время было прижато к его груди, не могла понять, что происходит.

Наши тела… так близко…

Несмотря на то, что их тела разделяли слои рубашек, его вырез был широко открыт — его обнаженная кожа была слишком велика для ее глаз! В то время как Тистие была ошарашена гибким ощущением его мышц, Гейзел наконец открыл рот.

— …Доброе утро.

— Доброе утро…

— …Хм.

[Проснувшись утром, я первым делом увидел Тистие… как чудесно…]

Гейзел вдруг улыбнулся прямо у нее на глазах. Голос его сердца тоже звучал счастливо. Тистие мгновенно покраснела.

Заметил ли он?

Гейзел вдруг положил руку вокруг ее шеи. Затем он скользнул пальцами между ее волосами, поворачиваясь вверх. Прежде чем она успела что-то сделать, ее рот был заблокирован. Тистие поспешно закрыла глаза.

Глава 6: Глава 33. Свадебная церемония — довольно сложная задача (6)

Его губы слегка приоткрылись, и Гейзел осыпал ее поцелуями. В конце концов Тистие пришлось отодвирнуться от недостатка кислорода. Наконец буря поцелуев закончилась.

Однако в выдыхаемом воздухе, видимо, содержится желание. Тистие подняла глаза на Гейзела.

Возможно, он тоже заметил ее взгляд. Однако он вдруг закрыл глаза — между бровями образовалась глубокая морщина. Голос сердца Гейзела, отчаянно пытавшегося взять себя в руки, донесся до Тистие.

[Я не могу… через час будет утренняя встреча… Рэнди также сказал мне не перегружать организм Тистие до тех пор, пока церемония не закончится. Даже если это всего лишь церемония, я не хочу, чтобы с ней что-то случилось.…]

Он беспокоится обо мне?

Тистие задумалась — но снова покраснела, поняв скрытый смысл.

Действительно, если мы переборщим, я не смогу надеть заказанное платье. Сама церемония может оказаться под угрозой…

Все, чего хотел Гейзел, — это уважать этот план. Проведя некоторое время в агонии, он отпустил Тистие. Уголки его рта слегка приподнялись, когда он с сожалением погладил ее волосы.

— Прости, что я заснул.

— Все в порядке. Хорошо ли вы спали?

— Да.

Боясь опоздать, Тистие тоже проснулась. Гейзел присел на край кровати и подобрал брошенный вчера пиджак. Желая быть с ним как можно дольше, Тистие вскочила с кровати и встала рядом с Гейзелом.

— Вчера я уладил нынешние вопросы. Отныне я смогу возвращаться домой.

— П-правда?!

Гейзел усмехнулся, услышав Тистие — она казалась более довольной, чем он думал.

Он привел в порядок челку Тистие, которая растрепалась после того, как она вскочила. Потом он легонько поцеловал ее в лоб. С нежной улыбкой, которую он никогда не показывал перед своими подчиненными, она услышала голос глубокого сердца Гейзела. Это было, как если бы он был обвинен в совершении тяжкого преступления.

[Полгода… неужели я смогу так долго терпеть?]

В-Ваше величество…

Не в силах ответить, Тистие изо всех сил старалась сохранить сложный вид, но внутри она упивалась радостью и смущением.

Прошло две недели с того момента, как на собрании обсуждали свадебную церемонию. Получив известие от главы о прибытии драгоценного камня для тиары, Тистие направилась в гостиную.

Гейзел, похоже, проводил встречи в соседнем королевстве. Сегодня встреча будет только с Тистие наедине. Как только она вошла в комнату, кроме главы, там оказался еще кто-то, с кем она была знакома.

— Ван! Почему ты здесь?

— Его Величество специально проинструктировал меня. Мне приказано сделать все возможное, чтобы помочь Первой Императрице. Вы можете думать обо мне как об эскорте?

— Эскорт, говоришь?

Ван, ответивший утвердительно, взглянул на главу церемонии. Когда Тистие села на диван, ей осторожно вручили шкатулку, которую держала глава.

Затем, словно услышав хорошие новости, глава церемонии с улыбкой помахала рукой.

— Прошу прощения за ожидание, Ваше Величество Императрица — тем самым я представляю вам Леванит.

— Вау… — Тистие вздохнула, как только Ван открыл крышку.

В центре алой бархатной обивки лежал большой драгоценный камень. Он был темно-синего цвета, как ясное зимнее ночное небо, — он был намного ближе к цвету глаз Гейзела, чем представляла себе Тистие.

Камень, имевший овальную форму, в зависимости от интенсивности света мог быть фиолетовым, золотым или белым.

— Кто бы мог подумать, что у этой штуки действительно чудесный цвет. Если это так, то я уверен, что это удовлетворит Ваше Величество Первую Императрицу.

— Да… Он действительно красивый…

Тистие не была настолько уверена в себе, чтобы дотронуться до него своими руками. Несмотря на это, прекрасный драгоценный камень все еще оставлял Тистие безмолвной, когда она смотрела на него некоторое время.

Говорили, что красивые вещи обладают силой. Этот драгоценный камень под названием леванит действительно притягивал сердца людей — казалось, он обладал величиной очарования.

Мужчины, похоже, испытывали те же чувства, что и Тистие — и глава церемонии, и Ван были очарованы этим блеском, в конце концов, глава церемонии прочистила горло, когда она взяла документы и прочитала их вслух.

— —поэтому на основе этого камня будет создан дизайн. У вас есть что-нибудь на примете?

— Простите, но я не очень хорошо знакома с этим всем… Если возможно, я не хочу ничего слишком кричащего…

— Я понимаю. Я передам это.

По-видимому, некоторые проекты уже были подготовлены, и она привезет эти прототипы в течение нескольких дней. По указанию главы церемонии Ван снова закрыл крышку. С сиянием леванита, таким образом, находящегося в коробке, напряжение, казалось, сломалось.

— Тогда я немедленно перенесу его в королевское хранилище. После того, как детали будут решены, мы подготовим его.

— Хорошо, большое спасибо.

— На меня возложена такая огромная ответственность. Даже я сам боюсь таскать его с собой в таком виде.

Ван усмехнулся.

Гейзел, которого здесь не было, беспокоился о Тистие. Тем не менее, она никогда не думала, что он когда-нибудь доверит рыцарю национальное сокровище. Тем не менее, это было действительно обнадеживающим для Тистие. Кто-то, с кем она была знакома, был рядом, когда она разговаривала с главой церемонии. Она должна будет поблагодарить Гейзела.

— Кстати, когда вернется Его Величество?

— Он сказал, что вернется домой вечером. Я сказал ему, что он не должен колебаться и остаться, но он остался глух ко мне.

Ван опустил брови, однако его тон был таким, как будто ему было весело.

Интересно, сказал ли ему Гейзел что-нибудь прошлой ночью? Тистие тут же смутилась—

—как я и думала, вчерашний инцидент был для него слишком тяжелым?

— Его Величество строго приказал мне следить за состоянием Ее Величества Императрицы. Однако сначала я должен позаботиться об этом. Поэтому я ненадолго покину главную резиденцию.

— П-прости, будь осторожен.

Чувствуя, что чрезмерная заботливость Гейзела с каждым днем становится все хуже, Тистие схватилась за лоб. Хотя было бы лучше иметь рядом надежного человека, она чувствовала себя виноватой за то, что часто вовлекала Вана.

Как только Его Величество вернется, я скажу ему, что все в порядке…

Почувствовав что-то по выражению лица Тистие, Ван и глава церемонии дружно улыбнулись.

Глава 7: Глава 34. Свадебная церемония — довольно сложная задача (7)

После урока и чаепития после обеда Тистие смотрела в окно, когда солнце начало клониться к закату. Края далеких гор были красновато-золотыми, в то время как свет, проникающий в комнату, был немного теплым.

Его Величество должен скоро вернуться…

Взгляд Тистие вернулся к книге, которую она держала в руках, прежде чем снова взглянуть на окно. Она поспешно опустила взгляд на страницу, но поднимала лицо при каждом малейшем шорохе. В конце концов Тистие вздохнула, как будто сдалась.

Ничего хорошего, я не могу сосредоточиться, несмотря ни на что…

Тут уж ничего не поделаешь. Тистие закрыла книгу и отбросила ее в сторону, прежде чем немедленно встать. Выйдя из комнаты, она направилась в вестибюль первого этажа, куда Гейзел должен был прийти первым.

Затем она заметила Ван, который шел туда через коридор на втором этаже. Возможно, он пришел охранять Тистие.

— Ван, Его Величество еще не вернулся?

— …Пока нет.

Тистие наклонила голову в ответ на несколько мутного Вана. Чувствуя, что его походка несколько неустойчива, она осторожно подбежала к нему.

— Ты в порядке? Ты где-то плохо себя чувствуешь?

— Тистие…

— …Ван?

Ван поднял голову, его серебристо-голубые глаза пристально смотрели на Тистие. Его обычной небрежности не было — выражение лица было напряженным, как будто он стоял перед своей возлюбленной.

Тистие почувствовала тлеющий жар в глазах Вана, и ее охватило ужасающее чувство страха.

Ван… ведет себя не так, как обычно? …Это чувство…

Она не слышала голоса его сердца, но чувствовала его явно взволнованные эмоции. Навстречу галлюцинациям, похожим на шум, Тистие неуклонно отступала шаг за шагом.

Затем, преследуя Тистие, Ван сократил расстояние.

— Мне очень жаль… Но я …

— Да?

Когда Тистие спросила в ответ, Ван решительно покачал головой. Когда он снова поднял лицо, его выражение превратилось в страдальческое, почти на грани слез.

Ван несколько раз повторил, «Это неправильно, это неправильно…» — и схватил Тистие за плечи. Как бы то ни было, ее прижали к стене коридора, скрыв от посторонних глаз. Не говоря уже о том, что Тистие не могла пошевелиться.

— Нет, я не хочу предавать Его Величество…

— Ван! Возьми себя в руки! Что с тобой случилось?!

— Тистие, я…

Однако слова остались незаконченными, когда из-под его бока появилось лезвие.

— —!?

Острие клинка мягко коснулось горла Вана. Эти двое немедленно переключили свое внимание.

Когда Тистие подняла голову, за спиной Вана стоял Гейзел. Его лицо было ужасающим, как у посланца ада. Все еще неподвижный, Ван тоже обернулся. Острое лезвие все еще было на его сонной артерии. Ван ни на секунду не мог ослабить бдительность.

Сохраняя эту позу, Гейзел осторожно заговорил.

— Тистие, иди сюда.

Проскользнув под боком Вана, как было велено, она спряталась за спину Гейзела. Ван поднял руки и опустился на колени, выражая то что сдался. Гейзел поднял меч и направил его на Вана.

— Медленно повернись. Сделаешь хоть одно подозрительное движение, и я тебя прикончу.

Поняв, что его жизненный кризис еще не закончился, Ван обернулся, слегка дрожа.

Затем Гейзел вытянул свою длинную ногу, чтобы ограничить движения Вана. Нога Гейзеля оказалась рядом с Ваном, поймав его у стены.

Это было похоже на романтическую сцену между женщиной и мужчиной, часто встречающуюся в романах. Однако, если бы была хоть малейшая ошибка, не говоря уже о стене, человек тоже был бы уничтожен.

— Ван Альтранза.

— …

— Если у тебя есть объяснение, я выслушаю?

Голос Гейзела, склонившего голову набок, был холоден. Его запугивание даже заставит невиновных признать свою вину. Вскоре после того, как Тистие открыла рот, чтобы остановить его, Ван пристально посмотрел на Гейзела и признался:

— Я влюблен в нее!

— …

— Я обязательно сделаю ее счастливой, вот почему—

Бум!

Незнакомый звук заставил Тистие подпрыгнуть. Это было похоже, как если Йензи вновь вторглись.

Однако звук разрушения раздался прямо перед ней. Это произошло совсем рядом с лицом Вана, и причиной тому было не что иное, как кулак Гейзела.

Гейзел рассмеялся, глядя на Вана, вжимающегося в стену. Тистие в очередной раз осознала, каким бы красивым ни было его лицо, он действительно страшен, когда злится.

— Я понял. Тогда поединок.

— Ах, я, я…

Ван прислушался к шуму падающих камней. Неужели он окончательно потерял себя от страха? Он вдруг упал. Когда Гейзел вытащил из стены кулак, Тистие бросилась к нему.

— Эм, Ваше Величество, это совсем не так.—

— Я понимаю, ты хочешь сказать, что Ван не в себе?

— Т-так вы понимаете?

— Этот парень очень хорошо умеет оставаться профессионалом. Он не из тех, кто путает общественные и частные дела. Поэтому очень маловероятно, чтобы он обращался к тебе как к Тистие.

— Ну, раз уж вы об этом заговорили…

Конечно, если бы это был Ван, он всегда обращался бы к ней официально. С момента их первой встречи он всегда называл Тистие «Ее Величество».

Она была в очередной раз поражена проницательностью Гейзела. Такие мелочи он мог заметить сразу.

— …Тогда что же с ним только что случилось?

— …Ну, возможно, это какое-то заклинание, но разгадать его на удивление легко.

Если его не развеять, какова будет судьба Вана? Тистие слегка встревожилась. Гейзел опустился на колени и потряс Вана за плечи. Несколько раз качнув головой, он наконец открыл веки. В отличие от прежнего, его взгляд был сосредоточенным.

— П-простите меня!! Я, что я наделал!!

— Ты не спишь?

— Мне ужасно жаль…! Я готов искупить этот грех своей жизнью…!

— В этом нет необходимости, просто расскажи мне, что именно произошло.

Слова Гейзела заставили Вана замолчать. В то же время он, казалось, испытал облегчение.

Глава 8: Глава 35. Свадебная церемония — довольно сложная задача (8)

Дворецкие и слуги, услышавшие шум, извинились за то, что закрыли на него глаза. Тистие и остальные перешли в гостиную.

Напротив Тистие и Гейзела, сидевших рядом на диване, стоял измученный Ван. Он казался подавленным.

— На самом деле… Я действительно не знаю. Я помню, как вернулся сюда, чтобы защищать леди Тистие по приказу Вашего Величества…

Ван объяснил, что, выйдя из гостиной, он направился в сокровищницу королевского дворца.

Он отчетливо помнил, как вернулся и поздоровался со слугами после того, как подтвердил сохранность драгоценного камня у главы церемонии.

— Внезапно я почувствовал, что мой слух окутан туманом. Я подумал, что не смогу встретиться с Первой Императрицей в такой ситуации, и попытался повернуть назад… однако, собираясь уходить, я столкнулся в коридоре с леди Тистие. Я сразу же почувствовал, что встретил свою судьбу и потерял контроль над собой… Ваше Величество? Эмм, ваш взгляд пугает…

— …Понятно.

Слушая показания Вана, Тистие задумалась.

Утром с Ваном все было в порядке. Естественно было думать, что по дороге из королевского дворца что-то случилось.

Его Величество упоминал что-то о заклинании… но стоит ли сразу делать выводы?

Заклинание — нечто, также известное как магия.

Таинственная сила, превосходящая человеческий разум. С помощью магии кто-то мог создавать огонь и ветер из ничего — и даже манипулировать сердцами людей. Она слышала слухи о таких «магах» на континенте далеко от Верси, но никогда не встречала ни одного.

В конце концов, Ван низко поклонился в сторону Тистие.

— Я напугал Ее Величество Императрицу, мне очень жаль…

— Н-не надо кланяться! Ты никак не мог знать…

— Леди Тистие…

Гейзел, вокруг которого витала пронзительная атмосфера, серьезно уставился на Вана, который проливал эмоциональные слезы, полные волнения.

— Ван.

— Д-да?

— Если ты действительно намереваешься похитить Тистие, сначала сообщи мне. Тогда мы устроим дуэль.

— Как я уже сказал, вы ошибаетесь!

Наблюдая с горькой улыбкой, как они спорят, Тистие обдумывала новую информацию.

Из королевского дворца Ван направлялся в особняк…

Если действительно назревало что-то плохое, то место находилось слишком близко к Тистие и Гейзелу. Она испытывала неописуемое беспокойство. Однако Тистие осторожно прижала руку к груди, чтобы успокоиться.

Через три дня после замешательства Вана.

Тистие пришла в гостиную после того, как с ней связалась глава церемонии. Гейзел тоже присутствовал в тот день, он сказал, что его работа уменьшилась. По другую сторону дивана сидела глава. На столе лежали несколько предметов и знакомая коробка. Шкатулка с леванитом…

— Простите за опоздание, но вот чертежи тиары.

— Ух ты! Все выглядит великолепно…!

Все рисунки подчеркивали красоту леванита. Там была диадема, имитирующая королевскую корону, тонкая диадема с маленькими бриллиантами, обрамляющими основу, а также одна с каплевидным кристаллом на лбу.

Увидев их, Гейзел тоже затаил дыхание.

[Я вижу… До сих пор я не очень заботился о женских аксессуарах, но когда я думаю, что Тистие будет носить их, они все выглядят драгоценными… что ж, что бы мы ни выбрали, оно все равно будет бледнеть по сравнению с натуральной миловидностью Тистие.]

В голове Его Величества, интересно, как я выгляжу…

Чтобы Император не смутился и не расстроился, Тистие спокойно и внимательно изучала рисунки. В конце концов, выбрав дизайн, глава церемонии вдруг вспомнила.

— Кстати, Его Величество еще не видел его, верно?

— О чем ты говоришь?

— Я говорю о настоящем леваните.

Сказав это, глава открыла крышку коробки.

Как и прежде, камень испустил ослепительный удар, словно настаивая на своем существовании. Гейзел, обычно не проявляющий никакого интереса в ювелирном деле, возможно, был удивлен. Он продолжал смотреть на камень.

— Это… конечно, удивительно.

— Согласна. У Ее Величества хорошие вкусы.

Несмотря на смех главы, Гейзел все еще серьезно смотрел на леванит. Тистие тоже улыбнулась, увидев, как его темно-синие глаза встретились с драгоценным камнем того же цвета.

Но он действительно красивый… прямо как глаза Его Величества…

В конце концов, обсудив детали выбранного ею дизайна, глава вежливо покинула приемную, унося леванит. Когда они остались вдвоем, Тистие спросила Гейзела:

— У Вашего Величества еще осталась работа?

— Да, но скоро все закончу.

— Значит, вы вернетесь сегодня пораньше?

— Да.

Тистие улыбнулась, как распустившийся цветок. По отношению к такой легкой для понимания Тистие Гейзел не смог сдержать смеха. Тистие последовала за Гейзелом к двери, и он направился к работе.

Затем Гейзеь, который уже собирался взяться за дверную ручку, вдруг повернулся к Тистие. Он молча, но пристально смотрел на нее.

…?

Она не слышала голоса его сердца.

Тистие улыбнулась, гадая, скоро ли он вернется. Пока Гейзел, казалось, что-то обдумывал, Тистие слегка вздохнула. Ей показалось, или глаза Гейзела были похожи на глубокое море, только что колыхнувшееся синим пламенем?

Тистие, не выдержав тишины, окликнула его.

— Ваше Величество? Вы в порядке?

— …Н-нет, ничего.

Гейзел покачал головой, словно отгоняя что-то. Несколько раз он разжимал и сжимал веки.

Нежно погладив Тистие по голове, он произнес,

— Я пойду.

И твердыми шагами направился в прихожую.

Его Величество, кажется, сегодня немного отличается от обычного…?

Пока она смотрела на его спину, Тистие забеспокоилась о чем-то.

Глава 9: Глава 36. Свадебная церемония — довольно сложная задача (9)

Наступила ночь, а тревога Тистие все еще не покидала ее.

Что мне делать… пойти сегодня в главную спальню?

К ужину Гейзел еще не вернулся в свой особняк. После подтверждения с дворецким, казалось, что Гейзел намеревался вернуться после еды в королевском дворце.

Не то чтобы у него были какие-то дела дома, он этого и не обещал.

Но ей все еще хотелось, чтобы Гейзел вернулся. В конце концов, она хотела проводить с ним больше времени, пусть даже совсем немного.

Однако если бы она пошла в хозяйскую спальню, хотя он и не звал ее, казалось бы, она чего-то ждала. Тистие тряхнула головой, отгоняя назойливые мысли.

Не то чтобы я ожидала чего-то особенного — нет, это не главная проблема!

Была еще одна причина, по которой она хотела увидеть Гейзела.

Это касалось того дня — Гейзел всегда засматривался на Тистие, но сегодня что-то было не так. Это было, как если бы Гейзел кратковременная терял сознание.

Вот почему она либо шла в спальню, либо спокойно ждала его утром. Пока Тистие бичевала, Лиззи зашла к ней в комнату, чтобы помочь переодеться. Лиззи видела, как Тистие бродила по комнате, схватившись за голову. Ее глаза расширились, как будто она только что столкнулась с редким зверем.

— Ваше Величество!? Что случилось?!

— Прости, Лиззи! Я немного подумала о…

Оказавшись замеченной, Тистие решила рассказать Лиззи о своих бедах. Можно сказать, что Лиззи была ее единственной знакомой женщиной. Служанка была напряжена только в начале, но к концу ее взгляд стал отстраненным.

Поняв это, Тистие забеспокоилась. А?

— Хм… это будет проблематично, если я пойду в комнату Его Величества, верно?

Выдохнув, Тистие серьезно посмотрела на Лиззи, ожидая ее решения.

Лиззи несколько раз кивнула с закрытыми глазами, затем осторожно сжала руку Тистие обеими своими.

— —Пойдемте.

— Э?

— Идем! Сейчас же! В главную спальню! Ну же!

— А? А?

Лиззи открыла шкаф, начиная выбирать одежду с большим энтузиазмом, чем раньше. Тистие была в ночном платье с тонкой кружевной каймой и сидела перед зеркалом. Лиззи говорила тихим голосом, расчесывая серебряные волосы Тистие.

— В этом нет необходимости, Ваше Величество, чтобы беспокоиться о такой вещи. Я уверена, что Его Величество будет очень рад.

— Это так?

— Разве вы не пара? Тогда, пожалуйста, наберитесь смелости!

— Д-да…

После обильного умывания розовой водой Лиззи спросила, не нужно ли проводить Тистие в спальню. Однако смена Лиззи скоро закончится. Тистие отказалась, сказав, что все в порядке. Конечно, она также была смущена.

Лиззи немного подбодрила ее.

— Хуф! — Тистие решительно направилась в хозяйскую спальню.

Внутри комнаты, наполненной тихим воздухом, она чувствовала гордость от того, что находится в комнате лорда королевства. Сидя на том же диване, что и в прошлый раз, Тистие глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

Я подожду немного, и если будет слишком поздно, я уйду…

Она не собиралась беспокоить Гейзела. Поскольку она не собиралась задерживаться надолго, Тистие не взяла с собой книгу. Поэтому она оглядела комнату.

Затем внезапно послышался звук отпираемой двери. Тистие так удивилась, что спрыгнула на пол. Вскоре дверь в хозяйскую спальню открылась, и вошел Гейзел. Но когда он заметил Тистие внутри, его глаза расширились.

— Тистие?

— Я, я прошу прощения! Вы не звали меня, но я действительно хотела увидеть Ваше Величество…

Некоторое время Гейзел был поражен, но, слушая Тистие, начал расслабляться. Подойдя к ней, он легко поднял ее. Обратившись к расстроенной Тистие, он радостно улыбнулся.

— Как редко ты приходишь ко мне.

— Я… я думала, что буду вам мешать…

— Как можно это считать помехой, если жена посещает нашу общую спальню?

Гезел осторожно положил ее на кровать, накрытую простой простыней, и поцеловал. Когда их губы разошлись, их взгляды встретились. В этот момент глаза Гейзела загадочно блеснули. Он немного прищурился. Тистие подумала, не тревожит ли его что-нибудь. В то же время он положил руку на ее плечо.

— Как красиво…

— В-Ваше Величество?

— Серебристые волосы, голубые глаза…

Тистие не могла поверить своим ушам. Это был не голос его сердца — но его настоящий голос, произнесенный прямо из его уст.

Что вдруг говорит Его Величество?!

Конечно, Гейзел и раньше выражал свои чувства — но лишь несколько раз. Это был очень редкий опыт. После этого он на какое-то время переставал с ней разговаривать. Однако нынешний Гейзел шептал ей ласковые слова без всяких колебаний.

Помимо Тистие, которую смущало происходящее, Гейзел вдруг признался в любви.

— Я люблю тебя.

Ээээ—!?

Тистие поняла, что ее прижимают к кровати и она полностью накрыта Гейзелом. Из-за полумрака комнаты красивые черты лица и темные глаза Гейзела излучали неистовую сексуальную привлекательность.

Я, я готова, но это просто…

Тистие вспомнила прошлую ночь. Хотя ситуация была схожей, но Гейзел, должно быть, удалился из-за предложения Рэнди. Если так, то, может быть, и в этот раз не стоит перебарщивать?

Однако, предавая мысли Тистие, Гейзел наклонился и прикусил ее губу. Вместо его обычной нежности — поцелуй голодного зверя, тот самый, от которого у Тистие помутился рассудок.

Глава 10: Глава 37. Свадебная церемония — довольно сложная задача (10)

Это больно…

Гейзел, наконец прекративший ошеломляющий поцелуй, вытер рот тыльной стороной ладони и встал, выдыхая горячий воздух. Столкнувшись с такой чарующей внешностью, Тистие приготовилась к собственной гибели.

— … Все в порядке?

Спросив об этом Гейзела, Тистие растеряласаь—

—Что-то было не так с ним сегодня.

Он не только показал свою любовь к Тистие, но и спешил в этом. Однако, учитывая, как долго он терпел ее, это могло быть нормальным для мужчин. Затем Гейзел слегка нахмурился. Возможно, он был настроен скептически из-за молчаливой Тистие.

— Что случилось? Ты чем-то недовольна?

— Н-нет, Ваше Величество, но как бы это сказать…

Именно в этот момент

[Остановись!]

Ваше Величество!?

Тистие широко раскрыла глаза от неожиданного громкого голоса. Она взглянула на торопливого Гейзела перед ней. Он продолжал смотреть на нее сверху вниз, как будто голос из прошлого принадлежал кому-то другому…

Но это определенно был голос сердца Его Величества…

Затем, в быстрой последовательности, гнев Гейзела ударил по ушам Тистие.—

[Ублюдок! Что ты делаешь с Тистие?! Быстро! Отошел от нее!]

Ч-что происходит…?

Хотя голос сердца Гейзела говорил это, человек перед ней продолжал страстно смотреть на нее. У него даже был такой вид, будто он о чем-то спрашивает. Поскольку саид Гейзел возвышался перед ней, Тистие никак не могла убежать.

Однако, после того, как она осознала о его дискомфорте, Тистие была теперь начеку.

Если подумать, сколько бы раз я ни обращалась к нему «Ваше Величество», он меня не отчитывал…

Если бы это был обычный Гейзел, ее бы поправили. Однако нынешний Гейзел ни разу не указал на это.

А главное, она не думала, что Гейзел, решивший в прошлый раз не переутомляться и сдерживаться, пойдет против собственных слов…

Тогда тот, кто сейчас передо мной… кто он?

Фальшивый Гейзел вдруг рассмеялся, возможно, заметив перемену в Тистие. Хотя она знала, что он не Гейзел, выражение его лица было таким же. Его улыбка, которую она любила, была такой же. Тистие было немного грустно.

— Все будет хорошо, предоставь все мне.

— !

Тистие попыталась высвободиться, но его руки крепко прижались к ее плечам, не давая ей пошевелиться. В конце концов фальшивый Гейзел разжал губы и укусил Тистие за шею.

Вдруг, правая рука фальшивого Гейзела неестественно отдернулась от плеча Тистие. В следующее мгновение Гейзел ударил себя кулаком по правой щеке.

— Ваше Величество!?

Из-за громкого ударного звука Тисите пришла в изумление. Конечно же, Гейзел рухнул на кровать из-за травмы и потерял сознание. Тистие высвободилась и поспешно проверила его.

Через некоторое время ресницы Гейзела затрепетали.

— В-вы в порядке?

— …Да.

Глаза Гейзела, которые были открыты, были такие же ясные цвета, как обычно. На какое-то время Тистие позволила себе почувствовать облегчение. Когда Гейзел медленно просыпался, на его красивой щеке виднелась тонкая отметина от кулака.

Глядя на напряженную Тистие, он наконец заговорил:

— …Какое облегчение.

— Ваше Величество?

— …Гейзел. Нет, сейчас это неважно.

Убедившись, что это действительно настоящий Гейзел, Тистие наконец расслабилась. Гейзел, с другой стороны, казалось, организовывал в своей голове то, что с ним произошло.

— В тот момент, когда я увидел тебя, я почувствовал, что меня настиг кто-то другой. Мое сознание исчезло куда-то еще, и этот человек манипулировал моим телом, как хотел… даже мои эмоции тоже, как будто…

— Лорд Гейзел, может ли это быть…

— Да, та же ситуация, в которую попал Ван.

Тистие невольно вздрогнула от его слов.

Не только Ван, но и Его Величество… кто бы это мог быть?

Если это злонамеренный человек, то какова его цель?

В тот день Гейзел передвигался только по королевскому дворцу и главной резиденции. То же самое относилось и к Вану, — существовала высокая вероятность, что это было внутреннее преступление. Но цель была слишком загадочной.

Даже если существовала реальная стратегия и план был выполнен, время и противник были вполне конкретными. Даже если этот план и существовал, он не был ясен.

Если человек хочет встряхнуть Верси изнутри, должно быть много других альтернатив, кроме использования Вана и Его Величества… значит, у него на уме другая цель?

Тистие вспомнила недавнюю ситуацию. Было ли какое-нибудь сходство в те дни, когда Ван и Гейзел оказались под чьим-то контролем? Конечно, поскольку у них могли быть дела и по работе, она не могла сказать наверняка…

— В чем дело?

— Нет, но есть кое-что, что я хотел бы подтвердить…

— Я не возражаю, говори.

— Лорд Гейзел впервые увидел леванит сегодня, верно?

— Да.

— На днях Ван тоже стал странным после того, как впервые увидел этот камень.

— Это правда, но главный церемониймейстер и ты тоже его видели.

— Вы правы…

Как и сказал Гейзел, Тистие и главна церемонии тоже видели леванит. Но ни один из них не пережил никакого инцидента. Она подозревала, что это также имеет какое-то отношение к полу и возрасту, но она никогда не слышала о случаях, когда кто-то вел себя странно, просто взглянув на драгоценность.

Несмотря на это, Гейзел все еще рассматривал такую возможность и, прикрыв рот рукой, задумался. В конце концов, он решил.

— Хочешь завтра снова увидеть этот камень?

— Э!? Это нормально?! Если вдруг вы снова станете одержимым…

— Тогда я сделаю это снова.

Тистие взглянул на Гейзела, указывающего на свою щеку. Она невольно рассмеялась. Извиняясь перед Гейзелом, который выглядел немного угрюмым, она провела кончиками пальцев по опухшему месту. Казалось, что он ударил себя без колебаний, так как щека все еще покалывала.

Глава 11: Глава 38. Свадебная церемония — довольно сложная задача (11)

— Принести что-нибудь остудить?

— Все в порядке. Это мой просто-десерт.

— Лорд Гейзел ни в чем не виноват…

Стоя перед подавленной Тистие, Гейзел мягко улыбнулся. Он накрыл ее ладонь, лежавшую у него на щеке, своей.

— У тебя холодная рука.

— Правда что ли?

— Да, и поэтому она приятна.

То, что только что сказал Гейзел, было ребячеством, и сердце Тистие защекотало. Чувствуя себя игривой, она потянулась к другой щеке Гейзела. Гейзел, чье лицо держали руки Тистие, мягко опустил голову и криво улыбнулся.

На это нежное выражение его лица Тистие улыбнулась в ответ.

Ах, я…

…В конце концов Тистие приблизилась к лицу Гейзела. Она наклонила голову и накрыла лицо Гейзела своим.

Гейзел опешил, а Тистие в этот самый момент закрыла глаза. Когда она положила руки, лежавшие на щеках Гейзела, на кровать, Гейзел притянул ее к себе. Как будто яростно объявляя о своем существовании, ее сердце громко застучало в груди.

Я, я, я целую Его Величество, прямо сейчас…!

Она не могла этого сделать, как бы ни старалась, но теперь все произошло само собой. От нахлынувших на нее неведомых эмоций Тистие, наконец, взорвалась от смущения и отстранилась.

Гейзел же, напротив, был совершенно ошеломлен. Как будто боль в щеке полностью исчезла. Казалось, он даже не заметил, что Тистие исчезла из его объятий.

Воспользовавшись его растерянностью, Тистие обманным путем опрокинула Гейзела лечь спать.

— Тогда давайте на сегодня отправимся спать!

— Да…

Придя наконец в себя, Гейзел повесил пальто рядом с кроватью и сел рядом с Тистие. Прежде чем он успел что-то сказать, она завернулась в одеяло и легла к нему спиной. Когда звук движения продолжился, Тистие почувствовала облегчение. Похоже, Гейзел тоже готовился лечь спать.

Однако довольно скоро она услышала за спиной смятение Гейзела — вероятно, потому что он полностью осознал, что только что произошло.

[—Невольно я перестал думать, но что же произошло только что!?]

[—Даже если я помню, что произошло, мое сердце все еще бьется…]

[—М-может быть, я все еще одержим?! Неужели я сплю?!]

Пусть он не произнес ни слова, Тистие начала охватывать бесконечная тревога Гейзела.

Хотя она и не знала, почему поцеловала его только что, Тистие крепко зажмурилась. Она боялась Гейзела, находившегося рядом с ней. Если он будет продолжать подчеркивать это еще больше, она не будет знать, что делать.

Однако ее желание не было исполнено. Гейзел тихо позвал ее.

— Тистие, м…

— Ч-ч-что такое?!

— Нет, э-э, ничего такого…

Прошла секунда, прежде чем Гейзел решительно открыл рот.

— Я могу…

— Да?

— Могу я обнять тебя?

— Э… — Тистие могла ответить только вяло. В глубине души она поняла, что проговорилась неправильно.

[Как я и думал… после такого нападения кто бы не испугался? Если это возможно, я хочу начать все сначала… но разве это невозможно? Даже несмотря на то, что мужество Тистие завело ее так далеко… Я заставил ее чувствовать себя неловко…]

Лорд Гейзел…

Очевидно, ее нерешительный ответ ранее был более разрушительным для Гейзела, чем она полагала. Она чувствовала, что голос его сердца становится все более и более подавленным. Тистие не удержалась, встала и посмотрела на Гейзела.

Перед Гейзелом, который был явно подавлен, Тистие развела руками. Она была уверена, что сильно покраснела, но все же.

— Вы можете…

— …Тистие—

В то же время Гейзел произнес это замечание, которое, казалось, исходило из глубины его сердца, его сильные руки крепко обняли тело Тистие. Они улеглись на одеяло и тихонько рассмеялись.

Так как температура тела повысилась, чтобы соответствовать друг другу, Гейзел тихо спросил Тистие—

— —ты, ты не боишься?

— …Нет.

— …Какое облегчение.

Сказав это, Гейзел осторожно погладил Тистие по волосам. Ей было так приятно, когда ее гладила такая большая ладонь, что Тистие невольно прищурилась. Гейзел, казалось, почувствовал облегчение, возможно, поняв, что она не испугалась этого жеста. Видимо, тот день и впрямь закончился всего лишь объятиями.

Наконец Тистие закрыла глаза, уткнувшись в сильную грудь Гейзела. Возможно, из-за сонливости голос Гейзела вырвался наружу.

[Спрошу… Рэнди… можно ли церемонию… просто перенести на завтра…]

Выслушав столь неразумную просьбу, Тистие радостно улыбнулась.

Глава 12: Глава 39. Свадебная церемония — довольно сложная задача (12)

На рассвете после полудня.

Гейзел отвез Тистие в королевский дворец. Конечно, их целью было казначейство.

Поскольку королевский дворец был местом, где министры и аристократы управляли делами государства, кроме тех случаев, когда она была приглашена Гейзелом, Тистие редко посещала это место.

Специальные церемонии, такие как церемония открытия и свадебная церемония, которые готовились, обычно проводились в помещениях, связанных с королевским дворцом.

Когда Тистие прошла дальше по длинному коридору, они подошли к большому строению. У входа была крепкая железная дверь, охраняемая несколькими стражниками.

Там стоял мужчина с выдающимся телосложением. При виде его Тистие невольно повысила голос.

— Сэр Дита! Почему вы здесь?

— В почтении нет необходимости. Давно не виделись, Ваше Величество Императрица.

Дита был их благодетелем. Он помог Гейзелу и Тистие, когда их изгнали из королевской столицы.

Он был сторонником покойного императора Дилфа, но в конце концов оказался не в состоянии выдержать бесконечные войны и удалился в глубины Исириса.

— Как поживает Анри?

— Она сейчас где-то поблизости, за ней присматривает сосед. Она сказала, что хочет приехать сюда в ближайшее время.

Во время вторжения в Йензи Дита также упорно трудился, чтобы спасти Гейзела. После этого Дита вернулся в Исирис. Однако он вернулся после того, как Гейзел и Тистие попросили его присоединиться к вновь созданной администрации.

Сначала это было трудно. Однако уговорить его стоило усилий. Через полгода он появился в качестве советника рыцаря.

На самом деле они хотели попросить его снова стать рыцарем-капитаном, но в деревне, где жил Дита, было мало рабочих, и зимой условия жизни мгновенно становились суровыми. Поэтому условием его вступления было разрешение вернуться зимой.

Разумеется, Тистие и Гейзел, более других знакомые с положением жителей деревни, немедленно согласились на условия Диты.

— Я вижу, вы сегодня здесь работаете.

— Нет, Его Величество вызвал меня на всякий случай.

— На всякий случай?

Сколько бы она ни думала об этом, все было слишком расплывчато. В конце концов она оглянулась на Гейзела.

— Э-э, на всякий случай — это если что-то вроде вчерашнего должно было случиться снова, и теперь здесь будет кто-то, чтобы остановить меня.

— Э-это уж точно…

В то время отчаянное сопротивление Гейзела помогло ситуации закончиться ничем, но не всегда можно было решить вопрос снова тем же методом.

Если Гейзел не сумеет выбраться самостоятельно, кулак Диты поможет ему — просто представив себе это, Тистие вздрогнула.

Пусть ничего не случится…

У входа, пока Гейзел объяснял ситуацию, показался главный церемониймейстер. Дверь сокровищницы открылась после того, как все четверо собрались.

Пространство внутри при входе было хорошо упорядочено. Тяжелые предметы, такие как доспехи, щиты, церемониальные мечи и топоры, были выстроены в ряд. Дальше появились картины, посуда и роскошно украшенная мебель. Тистие твердо следила за своим шагом.

Если я сломаю хотя бы один предмет, я не смогу компенсировать это…

Это была сокровищница всемогущей Верси.

Конечно, внутри хранилось также много добычи и изящных искусств из других стран. Цена … Нет, вполне вероятно, что ценник не мог быть установлен ни на одном из этих предметов. Кроме того, здесь же был и заметный сейф.

На нем был большой замок и ручка с цифрами. Когда главный церемониймейстер шагнул вперед, он профессионально вставил ключ.

После того, как он несколько раз повернул ручку, послышался слабый щелчок, и толстая железная дверь слегка приоткрылась.

Гигхи — в сейфе, издававшем старомодный звук, лежал драгоценный камень, о котором шла речь.

— Ваше Величество, пожалуйста.

— Да.

Перед шкатулкой, которую ему поднесли, Гейзел, казалось, пребывал в глубоком раздумии. Он подал знак руководителю церемонии и Дите отступить, чтобы они случайно не взглянули на камень. Взглянув на Тистие, он осторожно открыл крышку.

Внутри хранился «Леванит», который выглядел так же, как и вчера. Даже в сокровищнице, где было мало света, он испускал слабое свечение.

— Как я и думал, в нем нет ничего странного…

Она подкралась поближе к Гейзелу, но в его лице не было никаких видимых изменений — его темно-синие глаза спокойно отражали голубизну драгоценного камня. Гейзел закрыл шкатулку и вернул ее главному церемониймейстеру.

— Ты получил этот камень из Леварии?

— Совершенно верно.

— …

Гейзел некоторое время держал руку у рта, прежде чем спросить Тистие.

— Тистие, у тебя есть какие-нибудь планы после этого?

— А? Нет, не особо…

После того, как Гейзел подтвердил это, он сказал Дите.

— Пожалуйста, приготовьте мою лошадь, мы отправляемся в Леварию сейчас же.

Через час после внезапного заявления Гейзела Тистие, уже одетая, покачивалась на спине вороного коня. Конечно, Гейзел, взявший вожжи, сел позади нее. Еще дальше стояли несколько сопровождающих.

— Л-Лорд Гейзел, с чего вдруг?

— Первоначально я намеревался отправиться в Леварию.

[Но этот парень Рэнди продолжал толкать работу в мою сторону… как и в случае с Исирисом, разве он не знает значения слов забота и соображение?…]

Слушая его жалобы, Тистие почувствовала некоторое облегчение.

Я собиралась разбираться одной, но никогда не думала, что Его Величество будет со мной…

Как бы она ни беспокоилась о драгоценном камне, с таким же успехом она могла хвататься за соломинку. Не желая никого впутывать в свои преждевременные предположения, Тистие намеревалась собрать информацию о Леваните самостоятельно.

Однако, поскольку Гейзел поверил рассуждениям Тистие, он решил, что лучше всего будет немедленно отправиться в Леварию.

В Лэйси никому не было дела до моих слов…

Чтобы выразить свою благодарность, Тистие осторожно прислонилась затылком к груди Гейзела. Гейзел, заметив это, затаил дыхание — неужели он засмущался?

До Леварии можно было добраться за пять дней на конной повозке. Если бы он путешествовал один, то наверняка смог бы добраться туда за три дня. Однако Гейзел позаботился о том, чтобы отдохнуть в некоторых городах по пути.

Пока Тистие ждала на виллах или в гостинице для королевской семьи Верси, Гейзел работал — в некоторых случаях он работал довольно долго.

Казалось, что их поездка была довольно неожиданной, даже если она и была запланирована. Тистие не знала, чем она может помочь ему.

Однако Гейзел не стал рассказывать ей о своих трудностях и просто продолжал путешествие, продолжая выполнять свои обязанности в городах. В полдень четвертого дня они прибыли в Леварию. Светило солнце, и сухой воздух приятно ласкал кожу. Поскольку в этом районе было очень мало растений, в отличие от пышных гор Верси, красная почва простиралась широко и далеко.

Глава 13: Глава 40. Свадебная церемония — довольно сложная задача (13)

— Это Левария…

Город, расположенный к востоку от Верси, первоначально считался бесплодной землей.

Однако в какой-то момент была обнаружена жила редкой руды. С тех пор город значительно вырос благодаря шахтерам, жильцам, а также собирательству ювелиров — Тистие вспомнила, что читала в книге.

Как она чувствовала, когда была в Исирисе, степень отличия между чтением написанного и видением реального была подобна разнице между небом и землей.

Поскольку это был шахтерский город, он не был таким великолепным, как Утака — город, предназначенный для туризма. Однако вид шахтеров, которые, казалось, были уверены в своих силах, прогуливаясь по улице и подогревая дневной эль под карнизами магазинов, был наполнен другой энергией.

Гейзел направился прямо куда-то, в то время как глаза Тистие заблестели при виде драгоценных камней, выстроившихся в ряд у прилавков.

Тистие последовала за ним, и в конце концов они добрались до огромного ювелирного магазина. Это был очень известный бренд — у него даже был главный магазин в королевской столице.

— Ваше Величество, это место…

— Это магазин, который продает этот камень.

Пройдя через великолепные каменные ворота, один из прислужников поклонился Гейзелу. Пройдя через вестибюль и ожидая в приемной, из задней двери появился ювелир.

Темно-каштановые волосы мужчины были аккуратно причесаны. На нем был прекрасный костюм, а на руке — кольцо из обсидиана. Подойдя к Гейзелу, он почтительно приветствовал его.

— Если это не Его Величество Император, то я польщен вашим присутствием.

— Можешь пропустить приветствие, мне нужно кое-что подтвердить.

— Я понимаю. Кажется, вы хотели узнать о наших драгоценностях.

Очевидно, Гейзел отправил гонца одновременно с их отъездом. Тистие вдруг повернулась к Гейзелу. В последнее время он начал демонстрировать свои навыки не только в тактике, но и в дипломатических и внутренних делах — она чувствовала, что он день ото дня совершенствует различные способности.

Не понимая восхищения Тистие, Гейзел упомянул о леваните. Ювелир, сидевший на противоположном конце дивана, задумчиво пробормотал:

— Конечно, этот камень был извлечен из шахты этого города. Он был тяжелее обычного и отличного цвета, поэтому был тщательно вырезан первоклассным мастером. Однако я также позаботился о том, чтобы дать лучшее из лучшего, так как этот драгоценный камень был запрошен самой Императрицей…

— Кто-нибудь из тех, кто прикасался к камню или видел его, испытывал какие-то изменения?

— Ни о чем подобном не сообщалось…

Ювелир вдруг что-то вспомнил.

— До меня дошли странные слухи, однако они касаются не только леванита.

— Слухи?

— Да. В шахте Леварии обитают духи. Особенно хорошие камни имеют могущественных духов, дремлющих в них — это поверие передавалось с древних времен.

По словам ювелира, все мастера, которые долгое время обрабатывали необработанные камни, говорили: «Я что-то слышал от камня.»

Сначала ювелир думал, что это метафорическое выражение, но оказалось, что чем искуснее был мастер, тем яснее был слышен голос. Чем более блестящим и тонким был камень, тем выше была вероятность услышать этот голос.

Услышав это, Тистие невольно спросила ювелира:

— Может быть, ремесленник, который обрабатывал этот Леванит, тоже испытал то же самое?

— Конечно, вы можете спросить его. Он был старым мастером, так что вы, возможно, слышали о нем. Однако этот камень был высечен несколько лет назад, и с тех пор он уже вышел на пенсию и вернулся в сельскую местность.

В камне живет дух… Я не могу в это поверить, но, учитывая перемены в Его Величестве и Ване в то время, я могу только думать, что здесь происходит что-то особенное…

Однако этот огромный леванит был раскопан очень давно. Вряд ли что-то, что было нормальным до недавнего времени, могло вызвать такое явление. Выражение лица Тистие помрачнело, она гадала, не ошиблась ли она в своих выводах.

Затем ювелир продолжал говорить легко, как будто пребывал в хорошем настроении.

— Не знаю, поможет ли это, но не хотите ли ты увидеть наш леванит вместе с другими камнями?

Ювелир провел их в специальную галерею в подвале магазина. Казалось, что это место использовалось для демонстрации редких камней и дорогих аксессуаров, которые не продавались на рынке, и только приглашенные клиенты могли войти.

— Пожалуйста, не стесняйтесь осмотреться.

— У-ух ты, потрясающе…

Неудивительно, что Тистие нервничала. Стеклянный ящик был помещен на заранее установленный подводящий провод. Внутри футляра блестели эффектные украшения.

Ожерелье из крупных бриллиантов и молочно-белый браслет цвета радуги. Там было больше двадцати колец, и все они были украшены драгоценными камнями величиной с ее ноготь.

Огранки были самых разных форм, включая бриллиант, кабошон и барион, что говорило о том, что в Леварии были великие мастера.

— Кстати об этом… — неожиданно вмешался ювелир, увидев, что Тистие смотрит на мерцающий поток света сияющими глазами.

Глава 14: Глава 41. Свадебная церемония — довольно сложная задача (14)

— Ее Высочество обожает драгоценности, верно?

— А?

— Я говорю не только о том, что у вас есть глаз на «леванит», но и о украшении, которое вы сейчас носите.

Как знаток ювелирного дела, Тистие носила очень редкий драгоценный камень, который можно было найти только в Йензи. Это было то, что Гейзел специально приготовил для нее. Гейзел не только сам надел это кольцо на палец, но и помог ей справиться с трудной ситуацией. Для Тистие это было незаменимое сокровище.

В ответ на слова ювелира Тистие застенчиво улыбнулась и ласково погладила свое кольцо.

— Да, это очень важное кольцо, которое я получила от своего возлюбленного.

И тут у нее за спиной закашлялся Гейзел. Чувствуя, что он, возможно, велит ей ничего не трогать, она послала ювелиру неопределенную улыбку. С другой стороны, не проявляются ли у него симптомы простуды?

В конце концов, после посещения примерно половины экспонатов, один из них привлек внимание Тистие. Там стоял белый мягкий пьедестал, но в центре его ничего не было.

Вместо этого на краю пьедестала выстроились небольшие украшения.

— Что здесь?

— О, это та самая витрина, в которой находился леванит. Рядом — серьги из того же камня.

— Из того же леванита…?

— Да. Они были сделаны из кусков, оставшихся после того, как камень был вырезан. Мастер сделал эти украшения, потому что даже кусочки очень ценны.

Прислушиваясь к словам ювелира, Тистие разглядывала серьги на краю стеклянной витрины.

Та часть, которая касалась уха, была сделана из серебра, и с нее свисал каплевидный драгоценный камень. Он был довольно маленьким, но темно-синий цвет определенно принадлежал леваниту.

Так красиво.

Конечно, все драгоценности, которые она видела до приезда сюда, были прекрасны. Но по какой-то причине Тистие не могла отвести глаз от этих сережек. Затем в ушах Тистие раздался слабый звенящий звук.

Только что, а, что…?

Это голос сердца, которого я никогда раньше не слышала…

Она подумала, что, возможно, сможет еще раз послушать его. Тистие обратила свои пылающие глаза к серьгам. Не успела она опомниться, как Гейзел, стоявший рядом с ней, пробормотал, скрестив руки на груди. Он искоса взглянул на Тистие, которая была прикована к ящику.

— Ты их хочешь?

— А? Нет, я просто немного обеспокоена!

Тистие покачала головой. На них не было ценника, но, вероятно, пара сережек и не нуждалась в нем. Это украшение было просто бесценно.

Не сводя глаз с Гейзела, Тистие искала звук. Однако, сколько бы она ни прислушивалась, все вокруг оставалось тихим.

Мне было интересно, было ли это только в моем уме…

Оставив витрину, Тистие и Гейзел осмотрели оставшиеся минералы.

Слушая вежливые объяснения ювелира, она смогла досконально насладиться каждым из них — например, необработанными камнями весом в пять килограммов и камнями-близнецами, предназначенными для колец, подаренных бывшей королевой.

Осмотрев все экспонаты, Тистие глубоко вздохнула и поблагодарила ювелира.

— Большое вам спасибо. Благодаря вам я многому научилась.

— Не за что. Если у вас есть что-то, что вам нравится, дайте нам знать в любое время.

После этого ювелир и Гейзел что-то обсуждали, но через несколько минут все было закончено. По дороге к их дому Тистие также поблагодарила Гейзела.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что верите в меня. Вы сразу же пришли сюда без дальнейших расспросов.

— Это потому, что я изначально собирался посетить это место. Я делаю это не ради тебя…

Гейзел немного поколебался, прежде чем продолжить свой холодный ответ. Увидев, что он неестественно кашляет, она улыбнулась.

— …Пока ты счастлива, все в порядке.

На этот ответ Тистие почувствовала тепло в груди.

Как она недавно заметила, Гейзел, казалось, старался смягчить свои слова. Когда он был с другими, он часто говорил с ней холодным тоном.

Конечно, Тистие уже знала об истинных чувствах и намерениях Гейзела, поэтому не придавала особого значения словам, которые он произносит. Тем не менее, Гейзел, казалось, искал способ, как относиться к Тистие по-своему.

Наконец они добрались до дома.

Это было тяжелое каменное здание, которое обычно предназначалось для королевской семьи. Двухэтажное здание с белыми стенами, и хотя оно было далеко от главной резиденции в городе Левария, оно, возможно, было самым большим среди остальных домиков.

Когда они прошли через ворота, ее встретил обширный двор и фонтан. Следуя за ведущим слугой, она подошла к великолепной парадной двери. Вскоре после того, как в особняк зашла только Тистие, Гейзел повернулся к ней.

— У меня еще есть кое-какие дела. Сначала отдохни.

— Да, я понимаю.

— Я вернусь сегодня вечером.

Гейзел улыбнулся и вернулся в город. Провожая его взглядом, Тистие радостно прищурилась.

Глава 15: Глава 42. Свадебная церемония — довольно сложная задача (15)

В ту ночь Тистие ждала, когда Гейзел вернется в свою комнату. Подготовленная комната представляла собой комбинацию спальни и комнаты для гостей. Тистие сидела на диване в гостиной и читала книгу об истории Леварии.

Понятно… слухи верны…

Все было так, как сказал ювелир; сказание о духах, дремлющих внутри драгоценностей, казалось, был относительно известной историей в Леварии.

Были записи, что кто-то слышал голос духа, но не было никаких доказательств, подтверждающих это. На самом деле, более распространенная теория заключалась в том, что таинственное очарование драгоценностей просто выражалось как «дух».

Интересно, если духи на самом деле не существуют…

Если драгоценность не имеет отношения к делу, то в чем же причина инцидента с участием Гейзела и Вана? Когда Тистие наклонила голову, она услышала ненавязчивый стук в дверь.

— Значит, ты еще не спишь.

— Ваше Величество!

Тистие встала, как только увидела Гейзела. Он слегка расслабился, когда она взяла его пальто.

— Мне очень жаль. Жаль, что я не вернулся домой чуть раньше.

— Н-нет, вовсе нет! Мне нравится ждать вас!

Гейзел облегченно улыбнулся. Посидев на диване, попив чаю и немного успокоившись, Гейзел достал маленькую коробочку. Тистие взяла коробку и почему-то испугалась, открывая ее.

— Лорд Гейзел, это…

— Что? Ты их не хочешь?

В коробке лежала пара сережек. Темно-синие каплевидные камни определенно принадлежали к драгоценностям из леванита, который она видела в галерее.

— Н-но как…

— После этого я поговорил с ювелиром. Я подумал, что это будет хорошо сочетаться с тиарой. Тебе не нравится?

Она наконец поняла, к чему влекла беседа Гейзела с ювелиром. Он не слишком много говорил об этом, но ей было интересно, сколько это стоит.

Маленькая коробочка, в которой должны были быть только серьги, становилась все тяжелее и тяжелее в руках Тистие.

…Но, действительно, я продолжаю смотреть на них, так что…

Он изо всех сил старался сделать Тистие счастливой. Вспомнив о его инициативе, Тистие подумала, что серьги стоят денег.

— Я очень счастлива, спасибо!

Гейзел с улыбкой уставился на счастливую Тистие. Держа коробку в ее руках, он наклонил голову перед улыбающейся Тистие.

— Ты их не наденешь?

— Э!? Н-но я могу случайно их сломать…

— Дай их мне, — Гейзел забрал у Тистие коробочку, взял одну из сережек и протянул палец к уху Тистие. Прикосновение пальца Гейзела было очень щекотливым.

— Л-лорд Гейзел…?

— Прости, как же оно…

Послышалось покачивание серебра, но рука Гейзела все еще была прижата к шее Тистие. Правда, ей самой было бы трудно застегнуть серьги.

Большая рука Гейзела, привыкшая держать меч, должно быть, не была знакома со всем этим процессом. Она представила себе медведя, пытающегося сорвать ягоду.

— Немного ниже…

— Подожди… здесь?

— Хья, немного больно…

— Я немного отодвину ниже, как насчет этого?

— …Думаю, все в порядке.

[Прежде чем что-то еще может случиться, я могу скорее сойти с ума…]

После некоторых проб и ошибок одна серьга замерцала рядом со щекой Тистие. Гейзел провел пальцем по покрасневшему уху Тистие.

— …Прости меня.

— Это не ваша вина!

Из-за смущения, которое она испытала, Тистие подумала, что было бы лучше, если бы она все-таки застегнула их сама. Но легкая тяжесть, свисавшая с ее уха, подняла ее сердце.

Встав с дивана, она бросилась к туалетному столику и наклонилась. Красивый голубой камень сиял между ее серебряными волосами. Тистие повернулась к Гейзелу и улыбнулась.

— Благодарю вас, Лорд Гейзел.

— Да. Уже поздно, пойдем спать.

В спальне, через дверь, стояли две кровати. Одна кровать была достаточно широкой, чтобы на ней могли улечься трое. Гейзел, одетый в белую рубашку, сел на одну из кроватей. Тистие последовала его примеру и повернулась к другой кровати.

—риин.

В это время снова раздался пронзительный шум. Этот звук, похожий на звон колокола, зазвучал в ушах Тистие и многократно отдавался эхом в ее голове.

…Ч-что это.

Это не было обычной «сердечностью».

Тистие изо всех сил старалась не чувствовать дискомфорта — словно кто-то заставлял ее слушать. Постепенно ее мысли заполнились, и Тистие повернулась к Гейзелу, чтобы попросить о помощи.

Что мне делать…

Черные блестящие волосы. Белая кожа. Плотно сжатые губы. И прежде всего эти холодные, острые, металлические голубые глаза. Как и прежде, она была в тесном контакте с ним. Однако в тот момент, как только она увидела Гейзела, Тистие почувствовала такую сильную любовь, какой она никогда раньше не испытывала.

— Тистие?

Гейзел в замешательстве наклонил голову. В конце концов, Тистие просто продолжала стоять.

Затем, вместо того чтобы лечь на свободную кровать, Тистие присоединилась к Гейзелу. Она села рядом с ним. Тистие удивилась больше всех.

М-мое тело не слушается меня!?

Прежде чем она заметила это, расстояние между ней и Гейзелом было почти нулевым. Тистие прижалась к нему.

Возможно, заметив, что что-то не так, Гейзел нахмурил брови.

Глава 16: Глава 43. Свадебная церемония — довольно сложная задача (16)

— Тистие, может быть, ты заболела?

— Нет, я просто хочу быть ближе к тебе…

Ч-что я говорю!

Тистие была потрясена словами, произнесенными ее собственными устами.

«Фальшивая» Тистие страстно уставилась на Гейзела, нежно потянувшись к его плечам. В тот момент, когда она применила силу, она упала на него сверху.

Нет!? Что, черт возьми, я делаю?!

Отчаянное сопротивление Тистие было напрасным. «Фальшивая» Тистие навалилась на Гейзела, лежавшего на спине, и завороженно смотрела на него.

— …Я люблю тебя.

— …

Лорд Гейзел, нет!! Пожалуйста, бегите!!

Хотя формально это была она, Тистие чувствовала себя так, словно ею овладело неведомое существо. Тистие проливала беззвучные слезы. Тем временем расстояние между ними сузилось, и их губы соприкоснулись — в этот момент Гейзел ухмыльнулся.

— …Ты не Тистие.

— …!

Гейзел схватил «Фальшивую» Тистие за подбородок и прижал ее к кровати. Их позиции поменялись местами. Придавив ее тело, не давая шанса вырваться, он быстро схватил раскачивающийся драгоценный камень в ушах Тистие.

— И в этом причина?

Он снял металлическую оправу и вынул серьгу из ушей Тистие. Сознание Тистие внезапно прояснилось. Чувство вернулось к рукам и ногам. С облегчением Тистие наконец заговорила. Именно тогда она заметила тяжесть на своей талии.

— Лорд Гейзел…

— Тистие, ты в порядке?

— Да! Но, если вы можете, пожалуйста, отодвиньтесь…

По отношению к Тистие, говорившей с совершенно покрасневшим лицом и отрывистыми словами, Гейзел некоторое время молчал. Заметив, что он лежит на Тистие, он с огромной силой отринул к краю кровати.

— П-прости меня, я не хотел… У меня не было другого выбора, кроме как сдержать тебя.

— Я, я понимаю! Большое спасибо…

После некоторого неловкого молчания, воцарившегося между ними, Тистие боязливо подошла к Гейзелу. Взглянув на сережку в его руке, она с любопытством посмотрела на Гейзела.

В тот момент, когда он снял сережку, все мои чувства вернулись… должно быть, что-то произошло…

Нахмурившись, Тистие осторожно позвала драгоценность, чтобы проверить ее.

— Эм… Мистер или миссис дух, если вы хотите мне что-то сказать, я бы хотела, чтобы вы это сказали.

Однако, как само собой разумеющееся, ответа не последовало.

— П-простите, — крикнула Тистие, сразу же смутившись. Она закрыла лицо обеими руками. Увидев такую сцену, Гейзел подошел к окну, держа в руке серьгу.

— Лорд Гейзел?

Хотя Тистие погналась за ним, Гейзел не остановился. Открыв окно, он вышел на балкон. Ночь была тихая, с полумесяцем, почти без ветра.

Однако, не для наслаждения спокойной сценой, Гейзел подошел к перилам. Внизу виднелся красиво устроенный двор и фонтан, в котором постоянно плясала вода. Особняк был окружен забором. Конечно, в это время поблизости никого не было.

Рядом с Тистие, которой было интересно что он задумал, Гейзел расслабил плечи — прежде чем внезапно замахнуться рукой назад, готовясь швырнуть серьгу с предельной силой.

Не было никакой гарантии, что серьга останется невредимой, когда ее бросят с такой высоты. Не говоря уже о том, что у сил в руках у Гейзела было премного. От удивления у Тистие отвисла челюсть. Внезапно сережка издала пронзительный женский голос.

— Неееет! Просто невиданно…! Кто-нибудь, остановите этого парня…!

— Л-л-л-лорд Гейзел, пожалуйста, подождите минутку!

Услышав голос, Тистие сразу же пошла остановить Гейзела. он опустил руку, как будто ничего не произошло. Очевидно, он с самого начала не собирался выбрасывать сережку.

— Ты наконец решил раскрыть свою истинную личность?

— Надо ли было прибегать к такому способу!? Чтобы ты вдруг решил меня швырнуть!

— Э, ты…

Все еще не понимая, в чем дело, растерянная Тистие поманила к себе сережку, которую держал в руках Гейзел. Затем из куска леванита поднялся легкий пурпурный дым.

— Э!?

Мелкие частицы сошлись и в конце концов приняли форму маленького человека. У нее были мягкие волосы, разделенные надвое пробором, и красивое лицо. Однако в данный момент ее щеки были надуты. В конце концов она заговорила о своем ужасном недовольстве.

— Прошу прощения, что переборщила, но я действительно хочу встретиться со своим дорогушей!

— Д-дорогушей…?

— Это верно, так что одолжите мне свое сотрудничество!

Услышав протест женщины, Тистие неловко посмотрела на Гейзела. На лице Гейзела тоже появилось слегка разочарованное выражение.

— …Хотя это может показаться немного невероятным, она, вероятно, дух. Возможно, она овладевает людьми, чьи длины волн совпадают с ее собственными через камень, и контролирует их.

Действительно. Тистие, должно быть, была во власти упомянутой одержимости. Осознавая, что камни действительно вмещали в себе духов, инцидент в королевском дворце наконец обрел смысл.

— Значит, лорд Гейзел и Ван…

— Верно. В этих камнях обитают духи. Другими словами, есть большая вероятность, что дух также обитает в другом драгоценном камне. Что означает…

Тистие и Гейзел пришли к тому же выводу. Он кивнул, как только увидел убежденное выражение лица Тистие.

— Тот, кого разыскивает этот дух, вероятно, обитает в камне, предназначенном для тиары.

Глава 17: Глава 44. Свадебная церемония — довольно сложная задача (17)

Поскольку у них не было никаких дел по дороге домой, они прибыли в королевскую столицу примерно на полдня раньше, чем ожидалось.

Вечером Тистие вернулась в главную резиденцию, прошла в отдельную комнату Гейзела и, сидя на диване, стала ждать его. В руках она держала коробочку с серьгами из леванита.

— Прости за опоздание.

Вскоре после окончания доклада появился Гейзел, вернувшийся из королевского дворца. В руке он держал шкатулку. По-видимому, ситуация была должным образом доведена до сведения церемониймейстера.

Поставив две шкатулки рядом, Тистие сначала сняла крышку шкатулки с серьгами.

— Мой любимый рядом! Где он?!

Послышался веселый женский голос. Женский дух энергично выскочил наружу. Тистие просигналила взглядом. Гейзелу открыл другую коробку.

В тот момент, когда появился пугающий драгоценный камень, дух в руках Тистие был поражен.

— Любимый мой! Я так скучала по тебе!

— Как я и думал, второй камень — ее «любимый»…

В то время как Тистие вздохнула с облегчением, Гейзел хмуро смотрел на шумного духа.

— Под «любимым»… Я так понимаю, вы оба женаты? — мягко спросила Тистие у духа.

— Это отличается от того, что люди называют «браком» или быть «парой». Изначально мы были единым целым, но разделились на две части.

Согласно духу, изначально у них не было отдельного самосознания. Однако, когда грубый камень был раскопан и обработан, часть его отделилась. По-видимому, это и было причиной формирования двух духов.

— Это моя вторая половина! Я не могу не любить его! Я не могу не хотеть воссоединиться с ним! Но вместо этого мне придали такую форму. Но пока мой дорогой рядом, все в порядке!

— Но однажды он исчез.

— Вот именно! Так что даже ты это понимаешь!

Морщины между бровями Гейзела стали глубже из-за легкомысленного духа.

Торопясь, Тистие призвала духа продолжать.

— А что именно произошло?

— Вдруг шкатулка открылась, но унесли только моего любимого! Перемена произошла так внезапно. Сколько бы я ни ждала, он так и не возвращался… Я подумала, что с ним что-то случилось, и забеспокоилась…

— Вот как…

— Тогда вы, ребята, пришли и дали мне возможность уйти! Вот почему я должна была во что бы то ни стало найти любимого!

— И поэтому ты решила овладеть Тистие?

— Простите за это! Но разве вы, ребята, не пара?

— …Как я и думал, ты заслуживаешь того, чтобы тебя выбросили.

Пронзительный крик духа был слышен прежде, чем тишина, наконец, вернулась в комнату. Гейзел потер лоб и выдохнул.

— Может быть, у другого камня было такое же намерение. Чтобы попытаться найти свою вторую половину, он овладел нами.

— …»Овладел»?

— Да. Когда я потерял свою свободу движений, я также почувствовал изменение в своих эмоциях. Возможно, это было связано с их сильным желанием найти друг друга.

Тистие вспомнила ту ночь в Леварии. Она, конечно, впомнила и как тосковало ее сердце по Гейзелу, когда ее лишили свободы воли. Это были чувства не Тистие, а духов, которые искали друг друга.

Я, я понимаю… хорошо… Я думала, что меня переполняют мои собственные чувства к Его Величеству…

Тистие приложила руку к груди, смутилась и втайне взяла себя в руки. С другой стороны, Гейзел не сводил глаз с камня леванита.

— Тогда почему этот парень молчит?

— Хм… Дорогой, кажется, не способен разговаривать? Может быть, я единственная, кто наделен этой способностью…

— Как скажешь. Просто общайтесь как можете.

В ответ на унылый голос женского духа звон чего-то похожего на колокол продолжался еще некоторое время.

Казалось, что это был не тот язык, который люди могли бы понять. Даже Тистие не могла уловить, о чем говорят драгоценности. Потом дух пробормотал извиняющимся тоном, возможно, потому, что конфликт был разрешен.

— У моего любимого, кажется, есть просьба…

— Продолжай.

— Потому что он наконец-то увиделся со мной… он хочет прикоснуться ко мне… по крайней мере, поцеловать…

Гейзел, услышав это, сразу помрачнел. Плечи Тистие тоже задрожали. Дух неуклонно продолжал.

— Так почему бы вам, хотя бы ненадолго, вы не одолжите нам свои тела~?

— Тистие, подай мне эти серьги.

Тистие и дух отчаянно удерживали Гейзела от попытки выбросить украшения в окно.

Серьги были национальным достоянием, как и камень леванита. Если он бросит их, репутация Гейзела, которая улучшилась, может вернуться к «Его Величеству Ледяному Императору».

— У-успокойтесь, лорд Гейзел. Давайте еще немного послушаем их историю!

— Что ты пытаешься сделать?! Если ты посмеешь поднять руку на моего любимую, я никогда тебе этого не прощу!

Почувствовав кризис, голос духа дрогнул. Ее предыдущее желание, казалось, было срочным, когда она продолжила свои объяснения.

— Это потому, что мы не можем вернуться к жизни, несмотря ни на что… и хотя мы близки, мы не можем прикоснуться…

— …

Глава 18: Глава 45. Свадебная церемония — довольно сложная задача (18)

Что-то было в словах феи.

Эти двое, которые были вместе столько, сколько себя помнили, внезапно разъединились из-за чужих рук. Когда-то Тистие покинула Гейзела по собственной инициативе, но в то же время она чувствовала, что ее разрывают на части.

Это был нежелательный итог — и одновременно тот, что был вызван другими. Печаль, должно быть, ранила еще глубже.

— Лорд Гейзел, я тоже. Прошу вас.

— …

— Я, я понимаю ее желание быть с любимым, иметь возможность прикоснуться к этому человеку…

— Как я и думала! Только девушки могут понять девичий дух! Эй, пожалуйста! Только сегодня вечером, потом, я больше никогда не побеспокою вас!

— …

Гейзел потер лоб, услышав предложение Тистие.

Он что-то подтвердил духам. Его тон был тяжелым, как будто он проводил перекрестный допрос.

— Ты сама это сказала — только один раз.

— Конечно, и не только это, мы также обещаем, что не будем овладевать вами, ребята, в будущем!

— Как только вы будете удовлетворены, вы покинете наши тела. Этого должно хватить, верно?

— Обещаем, обещаем!

— А другого чуловека не будет достаточно? Я не хочу вовлекать Тистие.

— Хм… пока длина волны совпадает, я могу это сделать. Но вероятность того, что кто-то обладает такой же длиной волны, довольно мала. Милый сказал, что нет других девушек, которые кажутся подходящими, кроме Тистие… о, кроме того, если ты так против этого возражаешь, Ван бы… как насчет него?

— Нет, все в порядке. Это всего лишь вопрос.

Стоя перед Тистие, которая наблюдала за разговором между ними, Гейзел снова глубоко вздохнул. Вздох, казалось, исходил из глубины его сердца.

— Поцелуи — это все, что вам разрешается. Кроме этого, ничего абсолютно непростительно.

В этот момент «Ура!» — дух вспыхнул от радости. Увидев, что Тистие тоже улыбается, Гейзел трижды наморщил брови.

— Ты готова?

Они перешли в хозяйскую спальню. В данный момент они сидели на кровати. В ответ на слова Гейзела Тистие надела серьги. Точно так же Гейзел взял леванит.

Я, я немного нервничаю…

Услышав сухой металлический звук, Тистие сосредоточилась. Затем, после трепетного ощущения, она поняла, что ее разум и тело разделились. Дух, овладевший Тистие, управлял ее пальцами, мягко протягивая их к груди Гейзела.

— Дорогой…?

Затем Гейзел, долгое время молчавший, наконец поднял голову. Схватив Тистие за руку, он мгновенно обнял ее.

— Милая! Я так хотел с тобой увидеться…!

Хотя лицо принадлежало Гейзелу, слова, которые он произносил, веселая улыбка, реакция — все это не принадлежало ему. Тистие, наблюдавшая за таким Гейзелом, чувствовала себя странно.

Е-Его Величество так широко улыбается, и даже если это адресовано не мне, все равно…! Он сказал «милая».

О чем же думал настоящий Гейзел, видевший такую сцену?

Несмотря на беспокойство Тистие, духи, которые впервые за долгое время воссоединились, крепко обнялись, словно никогда не отпустят.

В конце концов, Гейзел прошептал.

— Милая, покажи мне свое милое личико.

На что Тистие ответила.

— Мне очень жаль…! Я пыталась найти тебя, но не смогла использовать свою силу. Я все время попадаю не в того человека, не говоря уже о том, что меня дважды чуть не убили…!

— Боже мой! Некоторые люди действительно ужасны!

— Но все в порядке, дорогой. Пока ты рядом, мне ничего не нужно.

Гейзел большой рукой погладил волосы Тистие. Как будто он держал в руках шелковую нить. Это ощущение передалось и настоящей Тистие. От таинственного переживания, вызванного ненастоящим Гейзелом, у нее по спине побежали мурашки.

Тем не менее, она не только была напугана, ее сердце также было переполнено счастьем. Она была уверена, что эмоции духа также влияют на нее.

— Милая…

Наконец она почувствовала руку Гейзела на своей шее. Он осторожно приподнял ее лицо. Когда она закрыла глаза, ожидая поцелуя, их губы мгновенно коснулись друг друга.

Раз, два…

Тистие была крайне смущена тем, как он целовал ее с разных сторон. Однако на этом они не остановились. В тот момент, когда Тистие слегка приоткрыла рот, язык Гейзела скользнул внутрь.

—!?

Тистие так удивилась, что отчаянно попыталась отвести лицо. Но ее тело оставалось под контролем духа, который был скорее готов принять Гейзела.

Задняя часть ее тела задрожала, и Тистие невольно начала слабеть. Гейзел, стоявший перед ней, скорчил горькую гримасу. Он дразняще улыбнулся, сразу же отстранившись.

— Дорогой?

— …Ты прикусила мне язык. Ты хочешь, чтобы я остановился?

Тистие не помнила, чтобы когда-нибудь кусала его. Вероятно, это было сопротивление самого Гейзела. Поскольку ничего нельзя было поделать, духи вернулись к обмену легкими поцелуями. Оказалось, что Тистие постепенно откидывается назад.

А? Так или иначе, я…

Когда она заметила это, Гейзел уже крепко навалился на нее. Тистие была в оцепенении. Конечно, она не могла убежать, потому что была одержима духом. Тем не менее, целоваться в такой позе было очень приятно—

— Милая…

Однако, несмотря на смущение Тистие, Гейзел все же много раз поцеловал ее в ключицу.

Как далеко они намерены зайти…?

От жары кожа Тистие стала еще более чувствительной. Тистие терпела — задаваясь вопросом, было ли это все еще в пределах поцелуя. Наконец Гейзел поднялся.

Когда Тистие почувствовала облегчение, он положил руку ей на бедро.

Н-не может быть?! Они сказали, что просто собираются поцеловаться…

Глава 19: Глава 46. Свадебная церемония — довольно сложная задача (19)

Теперь, когда она подумала об этом, это не было похоже на то, что она уточнила, «где целовать».

Тистие побледнела, но его рука лишь коснулась подола ее ночного платья. Он попытался еще раз скользнуть рукой по ее бедру — внезапно раздался приглушенный голос.

А?

Когда она открыла глаза, Гейзел держал свою руку странным образом. Он схватился левой рукой за правую.

На первый взгляд это казалось непостижимым. Однако в тот момент, когда она увидела, что его руки дрожат, она поняла, что они борятся. Оба, казалось, были в полном отчаянии.

— Гх, этот парень…!

Тем не менее, казалось, что сила Гейзела превосходила духа. Затем он отдалился от Тистие. Застигнутая врасплох, она могла только опуститься на кровать.

Гейзел подошел к окну тяжелыми шагами, открыл его и вышел на балкон.

— Эй, подожди, остановись—

Попытки слышались из уст Гейзела, изреченные духом. Тем не менее, его тело направилось прямо к перилам. К тому времени, как Тистие добралась до него, он уже собирался поставить ногу на перила. От двух духов, овладевших Гейзелом и Тистие, донеслись крики.

— Нет!? Дорогой…!

— Пожалуйста, сделай что-нибудь с этим парнем! Он сейчас спрыгнет!

Когда духи запаниковали, Тистие бросилась к Гейзелу. Под ним был забор для предотвращения проникновения посторонних, который мог оказаться для него смертельным.

Возможно, из-за чрезмерной паники дух, овладевший Тистие, удалился. К ней тут же вернулись чувства.

— Лорд Гейзел, нет!

— !

Тистие обняла тело Гейзела, удерживая его. Она чуть не плакала. Дух, понявший, что Гейзел говорит серьезно, тоже освободил его.

Как только Гейзел пришел в себя, он спустил ногу с перил.

— Тистие, теперь все в порядке.

— П-правда?

— Да.

Гейзел, увидев, что у Тистие слезы на глазах, потому что она думала, что он действительно собирается прыгнуть, обнял ее и погладил по голове.

Почувствовав прикосновение его большой ладони, Тистие подняла лицо, возможно, немного успокоившись. Заметив пристальный взгляд Тистие, Гейзел застенчиво пробормотал: «Моя вина». Тистие почувствовала облегчение оттого, что вернулся настоящий Гейзел.

Повернувшись к камню, а также к серьгам, оставленным на столе в комнате, Гейзел заговорил голосом, от которого мог бы замереть весь мир.

— Это отличается от того, что было обещано?

И камень, и серьги лежали на столике у кровати. Под леванитом была записка, в которой говорилось: «Я признаю, что нарушила свое обещание.»

— Какие-нибудь последние слова?

— Подожди минутку!! Разве я не извинилась уже давно?! Я, эм, извиняюсь!!»

— Прости меня, Тистие, но не волнуйся, я куплю тебе новые.

— А-а-а! Прости, пожалуйста, прости меня!

Тистие невольно разразилась смехом из-за комедийного обмена репликами. Это было еще интереснее, потому что Гейзел говорил в своей обычной недружелюбной манере. Дух, который начал плакать, вскоре извинился.

— Милый тоже признал свою ошибку. Я действительно думала, что он умрет!

— Если это только второй этаж, я не умру.

— Эй, а твой муж действительно человек!?

— Д-да.

Гейзел, возможно, и был немного необычным, но Тистие этого не сказала. Дух глубоко вздохнул, вероятно, удивленная тем, что человек, который мог сопротивляться одержимости, существовал.

— Но я искренне сожалею. Нас поглотила атмосфера…

— Дух…

— Как и обещала, отныне я буду молчать. Я счастлива, что смогла увидеть моего любимого, хотя бы один раз…

Слова духа заставили Тистие задуматься. Это почему-то звучало одиноко.

Эти двое смогли встретиться снова, но драгоценный камень, который женский дух называл «Дорогушей», позже будет обработан в тиару. Она подумала о том, чтобы не использовать его в ней, но один леванит стоил много денег. Не говоря уже о том, что мастера, возможно, уже начали его обрабатывать. Она не могла просто так внезапно решить переключиться на другую драгоценность.

Однако когда дело доходило до тиар, их редко вынимали из сундуков с сокровищами. У нее будет возможность использовать его на вечеринках, но если она воздержится от посещения любой из них, тиара может оказаться спрятанной на долгие годы. Другими словами, было неизвестно, когда они снова увидятся.

— Э-то всего лишь предложение…

— Что?

— Если хочешь, почему бы нам время от времени не навещать твоего любимого?

Дух воскликнул.

— Было бы трудно вытащить его из сокровищницы без особого повода, но я думаю, что смогу отводить тебя туда, чтобы вы виделись…

— Если это не слишком многое для просьбы… но, ты согласна с этим? Я тебя напугала…

— Действительно, я была в ужасе, но… если ты пообещаешь мне, что больше не будешь этого делать, я хочу надеть тебя. Ты выглядишь очень мило.

Кроме того, это были серьги, которые Гейзел подарил ей. Она была удивлена, что в них дремлет дух, но все равно хотела лелеять их.

Дух, слушавший Тистие, некоторое время молчал. В конце концов, после разговора духов, женский дух кротко произнес:

— Дорогой согласен, и я от всего сердца прошу тебя!

— Да. Тогда, с этого момента, я буду на вашем попечении.

— Спасибо… Тистие?

— Всегда пожалуйста… ну, а как мне тебя называть…?

— Хм, у меня нет имени. Обращайся ко мне как хочешь.

С этими словами Тистие наклонила голову.

«Милая»? Но этот тип прозвища зарезервирован для ее Любимого… кроме того, мне кажется, что я не смогу отличить, кто есть кто, когда они вместе… как мне назвать серьги… лева… нит, лева…

Возможно, наконец придумав что-то, Тистие слегка сжала руки.

— Как насчет «Леви»?

— Звучит мило! Меня вполне устраивает, когда меня называют «Леви»!

— Да, еще раз спасибо, Леви!

Леви всплыла и опустилась на плечи Тистие. Оба счастливо рассмеялись, в то время как похожий на колокольчик звук «Рииин…» отозвался эхом одновременно.

Глава 20: Глава 47. Свадебная церемония — довольно сложная задача (20)

Как только разговор был окончательно улажен, леванитовый камень и серьги были помещены в небольшой сейф в комнате Гейзела. Воссоединившись после стольких лет, духи наслаждались ночью в полном одиночестве.

— Боже мой… какая утомительная компания.

— Спасибо за вашу тяжелую работу.

Вернувшись в спальню, Гейзел сел на край кровати и расслабил плечи. После короткой паузы Тистие тоже присела рядышком с ним.

Сразу после возвращения из Леварии он работал в королевском дворце до поздней ночи. Более того, он также должен был решить вопрос с драгоценным камнем. Неудивительно, что Гейзел был измотан.

— Надеюсь, это поможет им повзрослеть.

— Да! Это действительно здорово! Леви тоже счастлива!

Гейзел улыбнулась при виде сияющей Тистиье. Он нежно потянулся к ней и погладил ее длинные волосы, прикосновением полным любви.

— Прости, что напугал тебя.

— Н-не переживайте, я действительно в… порядке…

Сначала Тистие покачала головой, но слова Гейзела напомнили ей о том, что произошло.

Что было на кровати, на которой она сейчас сидела, живо ожило в ее воспоминаниях. Постепенно ее голос переходил в шепот и развеялся

Н-ничего экстремального не произошло благодаря вмешательству Его Величества…

Но, в самом начале…

После того, как Гейзел пару раз слегка поцеловал ее, отдав свое тело духу, последовал поцелуй, которого она никогда раньше не испытывала.

В отличие от обычного, где их губы просто касаются друг друга, когда она слегка приоткрыла рот… Тистие сразу покраснела.

П-похоже, что Леви и другой дух привыкли к этому… может быть, поцелуи, которые делают настоящие возлюбленные, похожи на это…!?

Она слышала, что в некоторых странах поцелуи в щеку считались формой приветствия. Конечно, был еще один, который делился только между парами. По-видимому, было несколько видов поцелуев…

Какое-то время она была взволнована, но не осмелилась спросить Гейзела.

— …Эм, лорд Гейзел, я хотела бы спросить вас кое о чем…

— В чем дело

— Н-ну, а поцелуй между возлюбленными, в не м используется язык…?

Если бы Ван сейчас был рядом, он бы наверняка сказал:

— Значит, Его Величество тоже может делать такое выражение лица!

Посидев некоторое время в рассеянности, Гейзел закрыл глаза и откашлялся. В конце концов, она услышала неловкий ответ. Последовала короткая пауза, разделяющая каждое его слово.

— …Что, ты имеешь в виду?

— Ну, э-э, я подумала, что поцелуй Леви и ее партнера — это настоящий поцелуй между возлюбленными… Может быть, причина, по которой лорд Гейзел воздержался от этого со мной, заключается в том, что я ничего не знаю о таких вещах…

Тистие долго собиралась с духом, чтобы сказать это. Гейзел опустил голову, закрыв лицо обеими руками. В конце концов, послышался голос сердца Гейзела, недовольного чем-то.

[Эти духи… Я уничтожу их!]

В-Ваше Величество!?

Не зная причины, по которой гнев Гейзела вспыхнул с новой силой, Тистие вспотела. Он наконец поднял голову и вздохнул так громко, как только мог.

— …Все не так. Но спешить не стоит.

— Лорд Гейзел…

— Но… если ты так этого хочешь, тогда, может быть, мы сможем продолжить, понемногу…

Металлические голубые глаза Гейзела спокойно смотрели на Тистие. Этот его взгляд показался ей знакомым. Тистие вспомнила Гейзела в начале их брака.

Это верно… Его вВеличество ждал, что я отвечу взаимностью на его чувства…

Будь то на их вилле или во время их медового месяца, если Тистие проявит хоть малейший признак страха, он немедленно остановится.

Даже сегодня вечером он вернул себе свое тело только для того, чтобы защитить ее невинность.

Я…

Некоторое время обдумывая слова Гейзела, Тистие в конце концов открыла глаза, как будто приняла решение. Глядя прямо на Гейзела, сидевшего рядом с ней, она кротко проговорила:

— Эм, лорд Гейзел, я… я хочу…

— Тистие? Что ты—

— Поцелуя, между возлюбленными…

Выслушав, что она сказала, Гейзел застыла, как каменная статуя. Тистие была совершенно смущена, даже уши у нее покраснели.

Через мгновение Гейзел моргнул и начал двигаться. Когда она подумала, что он вот-вот начнет действовать, он прищурился.

— …Моя вина.

— А?

— …Чтобы ты говорила мне это, я сделаю в точности то, чего ты просишь.

Гейзел сократила расстояние между ними, потянувшись к ее тонкой шее. Его холодные длинные пальцы коснулись уха Тистие, а затем ее подбородку, прежде чем он, наконец, погладил ее губы большим пальцем.

Прекрасные радужки Гейзела, которые сияли, как драгоценные камни, в освещенной луной комнате, остались единственными в ее глазах.

— Я тоже хочу это сделать… все в порядке?

Когда Тистие кивнула, все еще глядя прямо на него, Гейзел немного расширил глаза. Когда он прищурился, Тистие закрыла глаза.

Сначала это было просто прикосновение. Однако контакт длился дольше, чем обычно. Поцелуй повторился под разными углами. Затем, после короткого времени, язык Гейзела слегка облизнул губы Тистие.

Несколько удивленная, Тистие слегка раздвинула губы. Гейзел воспользовался этой возможностью, чтобы скользнуть внутрь языком.

Глава 21: Глава 48. Свадебная церемония — довольно сложная задача (21)

—!?

Это было совершенно не похоже на то, когда ее целовал дух.

Он был горячим и скользким. Ее веки затрепетали. Она почувствовала, как другая рука Гейзела обхватила ее за талию, крепко обнимая.

К-куда мне положить свою руку!?

У Тистие не было другого выбора, кроме как положить руки на грудь Гейзелу. Может быть, он воспринял это как знак продолжать? Гейзел наклонился еще ближе.

Постепенно все ее тело ослабело, когда она прислонилась к нему. Несмотря на это, Гейзел так и не разжала губ. Его дыхание коснулось языка Тистие. Постепенно их температура и границы их тел размывались.

Температура в комнате не должна была быть слишком высокой, но она чувствовала себя так, словно находилась в душной оранжерее.

—, —!

Во время долгого поцелуя Тистие пыталась соответствовать его движениям, но совершенно не могла выносить ласк Гейзела. В конце концов их языки разошлись, и Тистие наконец закрыла полуоткрытый рот. В то же самое время она заставила себя открыть глаза, и перед ней появилось лицо Гейзела.

Сердце Тистие тут же затрепетало.

— Ваше Величество?

Тистие была мгновенно очарована его торжественным, величественным видом.

Может быть, потому, что у него было такое редкое выражение лица. Может быть, это побочный эффект одержимости? По неизвестной причине Тистие почувствовала, как ее сердце пищит от восторга.

Всего мгновение назад их тела лежали друг на друге, но… ей хотелось еще больше прикасаться к Гейзелу. Ее сердце побуждало ее сказать ему, «Я люблю тебя». Однако прежде, чем она успела это сделать…

— Прости. Ты в порядке?

— Д, да…

Казалось, она в любой момент может упасть в обморок. Вскоре Гейзел пришел в норму. Однако, похоже, он беспокоился о ней. Как мило с его стороны, — Тистие ободряюще улыбнулась ему. Гейзел прищурился и пробормотал:

— …Я его перебил?

— Пере…бил?

Тистие могла только повторить то, что произнес Гейзел. Наконец она вспомнила о поцелуе духа, и ее щеки сразу же стали пунцовыми.

Гейзел, случайно, не был обеспокоен из-за этого?

— Д-да! От поцелуя духа не осталось и следа!

Ее слова говорили безошибочную правду. Тистие совершенно забыла о духах и могла вспоминать только поцелуй, который у нее только что был с Гейзелом.

Возможно, удовлетворенный, Гейзел снова поцеловал Тистие в губы — на этот раз нежно.

— Запомни его хорошенько.

Затем он забрался в постель, приподняла одеяло и уставился на Тистие. Она на мгновение застыла на месте, глядя на Гейзела, держащего одеяло.

Теперь, когда она подумала об этом, в главной спальне была только одна кровать.

Единственное место, где Тистие могла спать, было рядом с Гейзелом.

Я-я снова должна спать в таком положении?

Когда Тистие легла рядом с Гейзелом, он укрыл ее одеялом.

Его мягкие волосы щекотали щеки Тистие. Она чувствовала себя счастливой, но в то же время ее сердце бешено колотилось. С другой стороны, Гейзел спокойно лежал. Вероятно, потому, что он совершенно не знал о дилемме Тистие.

Он нежно погладил челку Тистие и обнял ее из-под одеяла. В этот момент они лежали лицом друг к другу.

— Спокойной ночи.

— Да. Спокойной ночи, лорд Гейзел.

Гейзел нежно поцеловал Тистие в лоб, прежде чем немедленно закрыть глаза. Менее чем через несколько мгновений послышался тихий вздох. Тистие нахмурила брови, словно встревоженная.

Его Величество, конечно, быстро заснул…

Поскольку он был солдатом, тренировался ли он спать в любое время и в любом месте?

Гейзел уже заснул, и Тистие вздохнула в одиночестве. В дополнение к ее первого поцелую с возлюбленным, ее разум был также заполнен видом груди Гейзела, поднимающейся и опускающейся перед ней от равномерного дыхания.

Глава 22: Глава 49. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (1)

После того как дело с леванитом было улажено, вернулся некоторый покой.

До свадьбы оставалось меньше трех месяцев. Таким образом, Тистие должна была изучить информацию о приглашенных гостях.

У семьи герцога есть свои связи и статус…

Лэйси было очень маленьким королевством, поэтому, хотя в нем существовали большие фракции — такие как королевская семья, рыцари, священники, аристократы и торговцы, — не было много сложных политических связей или во власти.

С другой стороны, в Верси было много домов, у каждого из которых была своя долгая аристократическая история. Также имели место быть запутанные отношения, касающиеся их семейный ветвей и родственников.

В прошлом многие аристократы жили исключительно за счет территориального управления. Но в последнее время некоторые дома сколотили огромные состояния, занимаясь бизнесом и торговлей. Однако было много людей, которые выступали против такого порядка, потому что это считалось нетрадиционным. Таким образом, возникло множество невидимых конфликтов.

Если я не изучу их должным образом, я опозорю Его Величество…

Тистие просматривала огромную кипу документов, но остановилась, услышав стук в дверь. После того, как Тистие поприветствовала Лиззи, она вошла с улыбкой.

— Ваше Величество, уже почти назначенное время.

— Ах, точно! Мне пора идти!

Посещение гостиной на втором этаже стало обычным делом с тех пор, как начались приготовления к свадебной церемонии. К тому времени, как Тистие вошла, церемониймейстер вместе с мужчиной и женщиной сидели на диване. Ей было жаль, что она опоздала. После нескольких приветствий Тистие села перед посетителями.

У обоих были красные волосы. Их глаза тоже были карими. Они были похожи — может быть, близнецы? В конце концов, церемониймейстер открыл рот.

— Прошу прощения за причиненные неудобства, Ваше Величество. Сегодняшняя встреча касается вашего наряда.

Мужчина повернулся к Тистие.

— Приятно познакомиться, Ваше Величество. Меня зовут Лука Шнайдер, а это моя сестра Елена.

У человека, который назвал себя Лукой, был умный взгляд. Он также носил очки. Стоя перед Тистие, он щедро улыбался, что производило о нем приятное впечатление.

Елена, с другой стороны, казалась несколько беспокойной и неловкой. В отличие от Луки, который привел в порядок свои волосы, длинная челка Елены закрывала ее лицо. Кроме того, она почти все время сидела с опущенной головой.

Они выглядят похожими, но в то же время разными…

Затем Тистие вспомнила их фамилию — Шнайдер. Она только что читала о них… Наконец-то она вспомнила.

— Может быть, из семьи графа Астиль?

Церемониймейстер выразил свое восхищение.

— Значит, вы знаете о них! Граф Астиль известен тем, что разрабатывает платья и костюмы.

Граф Астиль был одним из первых, кто принял новый образ аристократии.

Первоначально на их территории процветали овцеводство и выращивание хлопка, и, сделав первые капитальные вложения, они поднялись на вершину прядильной промышленности.

Эта семья также оказывала большую поддержку гильдиям портных, отраслям изготовления шерстяных тканей и красильной промышленности. Они упорно трудились, чтобы произвести на свет талантливых мастеров.

Тот факт, что они были выбраны для подготовки свадебного платья для Императрицы не был неожиданностью.

Перейдя сразу к делу, Лука оборвал рассказ церемониймейстера.

— Все верно. На самом деле я дизайнер студии.

— Д-дизайнер?

— Да, часто говорят, что это редкость для аристократа.

Конечно, было много аристократов, которые оказывали финансовую поддержку конкретным отраслям промышленности. Однако, когда дело доходило до аристократов, которые действительно занимали ту или иную должность, их было немного.

По словам церемониймейстера, платья, разработанные Лукой, были чрезвычайно популярны. Любая благородная леди готова умереть за такую возможность.

— Первоначально, предзаказ должен быть сделан по крайней мере за три года… но, поскольку это платье для Императрицы, я хотел бы подготовить его сам.

— Э-это нормально?! Есть много людей, зарезервировавших раньше меня…

— …Скорее, я польщен. Это добавит престижа нашей мастерской, — с улыбкой Лука сразу же выложил свои рисунки на стол.

Все платья были белыми, но с разными фасонами. Каждое из них было уникальным — одни с рукавами, другие спереди доходили до колен, но сзади подол касался пола, другие — с лентами, закрывающими запястья.

— Ух ты… Я никогда раньше не видела таких платьев!!

— Конечно, мы также делаем обычные, но единственный в своем роде дизайн — это наша торговая марка. Мы также готовы принять любую просьбу Вашего Величества.

Просматривая рисунки, которые понравились Тистие, Лука начал задавать вопросы. Тистие не была уверена в своем вкусе в одежде, но, отвечая на его вопросы, она каким-то образом придумала свой любимый дизайн.

Елена, сидевшая рядом с ней, спокойно смотрела на редкие кивки Луки.

— Тогда самое время для примерки. Мне очень жаль, но я хотел бы занять отдельную комнату.

Дворецкий, который ждал рядом с ними, проводил Тистие. Она задавалась вопросом, будет ли Лука тем, кто сделает замеры, но вместо этого Елена пошла с ней.

Комната, в которую они перешли, была отделена только дверью. По прибытии дворецкий покинул их. Оставшись одни, Тистие улыбнулась молчавшей Елене.

— Понятно, значит, измерения будешь проводить ты.

— Верно…

Голос Елены, который Тистие услышала впервые, был мимолетным. И все же Тистие была довольна ее ответом. Она продолжала говорить как можно мягче.

— Может, мне снять всю одежду?

— Н-нет, все в порядке…

Заикаясь, Елена открыла сумку и достала измерительную ленту. Она выглядела изношенной, возможно, из-за частого использования. Возможно, она нервничала, и Елена уронила ленту на ковер.

Елена продолжала кланяться много раз, извиняясь, когда Тистие сразу же подняла ее.

— Простите меня, благодарю вас, Ваше Величество…!

— Все в порядке. Прости, что заставила тебя нервничать.

Вспомнив прежнюю Лиззи, Тистие слегка улыбнулась.

— Это дорогой для тебя инструмент, верно?

— Э-это…

— Понятно, значит, ты очень любишь свою работу. Должно быть, ты хотела этим заниматься в течение очень долгого времени.

— Нет! — раздался внезапный ответ Елены.

Тистие широко раскрыла глаза — в конце концов, в отличие от ее предыдущих кротких ответов, Елена повысила голос. Заметив такую реакцию Тистие, Елена тут же покачала головой.

Глава 23: Глава 50. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (2)

— Я, я всего лишь помощница… для того, чтобы это называлось работой…

— Мне очень жаль…

В ответ на внезапную реакцию Тистие вспомнила список приглашенных гостей.

В то время как Луке, казалось, было все равно, в Верси было распространено понимание, что «дворяне не работают».

Особенно это касалось женщин. За исключением тех случаев, когда женщина — глава семьи действовала от имени своего покойного мужа, большую часть времени такие женщины, как Елена, тратили свое время на уроки и танцы. Это считалось их свадебным обучением.

Для леди работать как мужчина было необычно.

Я, наверное, сказала что-то неуместное…

Тистие просто небрежно спросила, но для Елены было бы оскорбительно, если бы ее считали работающей.

Неловкое молчание повисло между ними. Наконец, началось измерение ширины ее плеч.

— …

Работа Елены была быстрой. Казалось, она очень привыкла к этому. Она начала с плеч Тистие, затем измерила расстояния до ее рук и локтей, обхват — каждый раз Елена записывала цифры. Как только она закончила, она перешла к следующей части.

Тистие превратили в манекен. Все это время она могла только наблюдать за Еленой, стоя неподвижно.

Ничего себе, она к этому привыкла…

В конце концов, закончив все измерения, Елена выдохнула.

— С-спасибо… Я сразу подгоню под вас размер, чтобы вы могли примерить его, и мы сможем внести любые необходимые коррективы…

— Я поняла, спасибо.

Елена снова замолчала. Таким образом, Тистие вернулась в гостиную.

Гейзел, которого раньше не было, сидел на диване. Тистие спросила:

— Ваше Величество, почему вы здесь? Ваше расписание сегодня немного освободилось…

— У меня есть немного свободного времени.

Просматривая дизайн Луки, Гейзел вкратце дал ответ. Похоже, у остальных сложилось впечатление, что «Его Величество любит свою жену до такой степени, что найдет время повидаться с ней».

Однако на самом деле все было немного по-другому.

[Какое облегчение… так как я услышал, что дизайнер — мужчина, я подумал, что он собирается измерять Тистие, поэтому я сразу же направился сюда… оказывается, он привел помощницу…]

Ваше Величество…

Его причина была неожиданно… тривиальной. Ради чести Гейзела Тистие решила сохранить это в тайне.

После этого встреча закончилась. Как только будет определена дата следующей примерки, у них состоится еще одна встреча. Перед тем как выйти из комнаты, Лука пробормотал:

— Ваше Величество явится на вечеринку на следующей неделе?

— Несомненно.

— Хорошо. Мы планируем принять участие, поэтому с нетерпением ждем встречи с вами.

После того, как глава церемонии исчез, Тистие снова уставилась на Гейзела.

— …Ваше Величество, что за вечеринка?

— Прости, я забыл тебе сказать. На самом деле, семья герцога устраивает вечеринку на следующей неделе… — Гейзел слегка нахмурился. — Я думал, что откажусь, но он тоже приглашенный гость. Поэтому мы должны относиться к нему уважительно.

С точки зрения королевской семьи, в дополнение к обычным общественным делам, некоторые общественные мероприятия будут проводиться в дни отдыха. Гейзел, похоже, отклонил немало, но приглашение герцога было совсем другой историей.

— Это, должно быть, трудно…

— Верно. Прости меня, но, пожалуйста, держи свое расписание открытым.

Не в силах понять его слов, Тистие наклонила голову. Затем она сразу же спросила:

— М-может ли это быть… Я должна присутствовать?

— Разве это не очевидно?

Ну к-конечно…

Прошло много времени с тех пор, как они поженились, но половина этого времени была потрачена на снежную гору и на подготовку. Короче говоря, она не делала ничего подобного со времени церемонии.

Однако, если хорошенько подумать, это была грандиозная вечеринка. Естественно, Гейзелу было необходимо участвовать вместе с партнером.

Поскольку Его Величество собирается присутствовать со мной, я должна убедиться, что он не столкнется с какими-либо трудностями!

Возможно, заметив, что Тистие замолчала, Гейзел взял ее за руку. Он продолжал медленно поглаживать ее руку, успокаивая.

— Я на твоей стороне.

— Ваше Величество.

Он заметил ее беспокойство — от этого у нее потеплело в груди.

Оказалось, у Гейзела тоже была своя тревога.

[Честно говоря, я не хочу брать ее с собой… Что, если другие мужчины поймут, насколько очаровательна Тистие? Но это также большая возможность объявить, что она моя жена… Ну, я могу тайно вырубить всех подозрительных людей. Кроме того, Ван и Рэнди тоже будут там…]

— Я, я с нетерпением жду этой вечеринки!

Если она и дальше будет молчать, голос сердца Гэйзел наверняка вновь начнет рассуждать в не том направлении. Тистие тут же оборвала его мысли.

Ух… Я нервничаю…

. . . . . .

В ночь этого события Тистие была одета в малиновое платье. На нем был широкий вырез, открывавший ключицу и доходивший до плеч. Он показывал изгиб ее верхней части тела.

Юбка спадала естественно, без каких-либо выпуклостей. Черная атласная ткань была соткана в двух местах сбоку и сзади.

На ее тонкой шее также сияло рубиновое ожерелье с шестью звездами.

Рядом с ней Гейзел, также одетый для вечернего бала, тоже был очень красив, несмотря на то, что на нем был простой черный как смоль вечерний сюртук, серебристый жилет и белая рубашка.

Поскольку лишних украшений не было, длинные ноги и красивое лицо Гейзела были явно подчеркнуты. На груди у него был малиновый карманный платок, такого же оттенка, как и платье Тистие.

Глава 24: Глава 51. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (3)

Из-за внезапного появления красивых гостей окружение стало шумным.

Его Величество становится главным центром внимания…

С самого начала не только одинокие благородные леди, но и замужние женщины и молодые аристократы были ослеплены Гейзелом. На мгновение Тистие забеспокоилась.

Она чувствовала себя недостойной стоять рядом с ним… однако голос его сердца подбодрил ее.

[Гхх, волки все разом уставились на Тистие! Я хотел платье с меньшей экспозицией, но если это нравится Тистие, я должен уважать этот выбор… На самом деле, она действительно выглядит великолепно и красиво… как будто Королева Ночи удостоила меня своим появлением…]

Ваше Величество, все в порядке… они все сосредоточены на вас, а не на мне… Я рада, что вы похвалили меня, но мне интересно, действительно ли вы смотрите на меня…

Она взглянула на лицо Гейзела, но оно было таким же непроницаемым, как и всегда. Трудно было поверить, что он на самом деле хвалил ее. Он, казалось, не возражал против того, подходит ли она для того, чтобы стоять рядом с ним.

В конце концов вечеринка началась. Гости начали беседовать со стаканом в руках.

— …Рад вас видеть, Ваше Величество! Раньше вы были таким маленьким…

— Глен, о чем ты говоришь?

— Честно говоря, дети тоже хотят познакомиться с вами!

Гейзел, казалось, чувствовал себя несколько неловко рядом со счастливо смеющейся парой. Когда Тистие поинтересовалась, что случилось, Гейзел снова представил их друг другу.

— Давным-давно герцог Халида позаботился обо мне.

— Давным-давно, то есть после того, как Его Величество покинул королевскую столицу и приехал в Лэйси?

— Совершенно верно. Однако я жил не в столице.

Большинство влиятельных аристократов имели резиденции и территории в королевской столице. Говорили, что Гейзел провел свое детство в поместье дома герцога Халиды.

Затем Сара радостно поговорила с Тистие.

— Хотя Его Величество был тогда так юн, он никогда не вел себя по-детски.

Да. Он все делал сам. Он не плакал и не злился. Напротив, он делал все возможное, чтобы не быть обузой. Никогда бы я не подумала, что он вступит в битву за престолонаследие Императора…

— …Сара, не начинай.

— Знаете что, может, он и хорош в учебе и боевых искусствах, но у него не было ни малейшего интереса к политике. Однажды я обнаружил, что мой меч и лошадь пропали. Очевидно, он преследовал Прозерпину, Богиню Весны—

— Глен, хватит.

…Где был обычный Гейзел, который мог заставить своих вассалов дрожать от одного слова?

— По правде говоря, когда этот ребенок пришел в наш дом, он каждый день с энтузиазмом занимался исследованиями. Я спросила его о цели его исследований, но он отказался рассказывать. После того, как я настойчиво продолжала расспрашивать его, причиной оказалась девочка…

— Девочка…?

— Да, девочка, с которой он познакомился в королевском дворце Лэйси. Он сказал, что она помогла ему — помогла растопить его сердце. Впервые мы увидели, как он счастливо улыбается—

— Сара!

— Ахаха, мне очень жаль.

Лицо Тистие раскраснелось, а Сара мягко улыбнулась.

Девочка, которую он встретил в Лэйси, та, которая растопила его сердце…

…Она не помнила, чтобы была Богиней Весны, но, вероятно, именно это имя он придумал для нее. Кстати, Тистие вспомнила, как ее сравнивали с богиней и феей, когда они впервые встретились.

Казалось, когда Гейзел был юн, он был намного честнее. Возможно, из-за того, что прибыл еще один гость, пара сказала Тистие, чтобы он наслаждался вечеринкой. Они исчезли в главных воротах. Тистие осторожно взглянула на Гейзела.

— Какая прекрасная пара.

— Что ж, верно…

[Это одна из причин, по которой я не хотел, чтобы Тистие участвовала…]

После боевой подготовки Гейзел, казалось, был в три раза более измотан. Стакан, который он держал в руке, слегка поник. С другой стороны, Тистие смогла узнать о новой стороне Гейзела, что сделало ее счастливой.

— Я дам тебе знать, что никогда не говорил таких вещей.

— Ч-что?

— Это, Богиня Весны…

Тистие снова разволновалась.

— Глен просто говорил метафорически… ну, хотя я не буду отрицать того, что он сказал.

— Поняла…

Опустив глаза, Гейзел больше ничего не произнес. Тистие почему-то было слишком неловко, чтобы отвести взгляд. Затем знакомый голос окликнул ее.

— Ваше Величество, вы, кажется, в хорошем настроении.

— Сэр Астил…

Это были братья и сестры Шнайдер, с которыми она познакомилась на встрече по поводу одежды. Лука, который был дизайнером, был одет в серебристый официальный наряд. Галстук цвета индиго придавал ему элегантности.

Елена стояла немного позади него. На ней было пастельно-зеленое платье с белым кружевом ручной вязки. Это был послушный цвет для незамужней женщины, но, тем не менее, он все еще хорошо смотрелся на ней.

— Скоро будет еще одна встреча, так что вы сможете опробовать прототип. Кстати, есть кое-что, на что я хотел бы, чтобы вы взглянули.

Лука достал из внутреннего кармана пальто листок бумаги.

«Сьель Этуаль» было написано серебряными чернилами на малиновом фоне.

— На самом деле, я подумываю о запуске нового бренда.

— Бренда?

— Да, он будет специализироваться на женских платьях. Мы планируем, чтобы все делалось на заказ.

Причина, по-видимому, заключалась в том, что проекты Луки стали настолько популярными, что идти в ногу с заказами в их нынешнем масштабе было трудно.

Они сказали, что собираются собрать несколько мастеров и открыть еще одну мастерскую. Бренд будет специализироваться на одежде для женщин, чьи заказы увеличились.

— Кстати, я бы хотел использовать платье, которое я разрабатываю для Императрицы, в качестве одного из наших основных моментов для нового бренда.

— Мое… платье…?

— Да, имея возможность утверждать, что мы работали над платьем Императрицы, матери нации, женщины будут жаждать нашего бренда еще больше.

Тистие, которая сначала не могла понять эту тему, уверенно объяснял Лука.

Он был не аристократом, а скорее бизнесменом. Затем, пока Гейзел разговаривал с Лукой, Тистие заговорила с Еленой, которая пряталась за его спиной.

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, Ваше Величество.

— Это очень красивое платье. Его сделала ваша мастерская?

— Нет, это…

Тистие слегка нахмурила брови. Казалось, что разговор с Еленой только заставит ее нервничать еще больше.

Прошло много времени с тех пор, как Тистие встречала женщину такого же возраста, кроме Лиззи. Поэтому она хотела поладить. Но, учитывая их положение, казалось, что это будет нелегко.

Глава 25: Глава 52. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (4)

Приближалась ночь, и волнение было на пике.

Число гостей продолжало увеличиваться, и окружение было заполнено знаменитыми лордами и их детьми. Каждый раз, когда они двигались, Гейзела часто окликали, поэтому им приходилось останавливаться.

Поздоровавшись с Гейзелом, гости, а в основном мужчины, делали комплименты Тистие. Это происходило несколько раз. Разочарование Гейзела достигло пика вместе с этим. Тистие продолжала вести себя как можно более официально, про себя она гадала, когда же Гейзел взорвется.

Тем временем она заметила особенно великолепную группу в зале.

Группа состояла из молодых леди. Они были одеты в яркие цвета, такие как желтый, розовый и светло-голубой — они собрались как букет.

В центре стояла женщина в ярко-красном платье, с блестящими черными волосами — у нее было красивое, но волевое лицо. Оказалось, что она дочь герцога.

Какая красивая…

У Тистие тоже были сестры, но им никогда не нравилось вместе одеваться и наносить макияж.

Лиззи отлично справилась с ее макияжем, но обращение к ней как к подруге ошеломило бы ее. Наблюдая за счастливо резвящимися девушками, Тистие прищурилась.

Однако ситуация была странной.

Когда угол обзора изменился, показалось, что они окружили некую благородную леди. Тистие была поражена…

…Е-Елена…!?

Тистие наблюдала за ситуацией. Может быть, она веселилась со своими друзьями? Группа все больше и больше продвигалась к краю сада. Было слышно, как дочь герцога, одетая в красное, разговаривала с Еленой.

— Тебе не стыдно так выглядеть?

— …

— Знаешь, тебе не обязательно было приходить.

— М-моему брату, нужен был партнер…

Когда Елена заговорила в ответ, дочь герцога неприятно нахмурила брови.

— Ты? Партнер Луки?

Из окружения Елены послышались смешки. Тистие, тайно наблюдавшая за разворачивающейся сценой, поняла, что происходит что-то странное. В конце концов, одна из леди наклонила свой бокал с вином.

С плеском на груди Елены появилось большое темно-красное пятно.

— Извините за это~

— Боже, вы будете привлекать внимание, если будете так ходить!

— Не лучше ли вам немедленно вернуться домой?

Хихиканье переросло в смех. Не только по отношению к платью, они также начали оскорблять Елену. Но она не стала спорить. По-видимому, сдавшись, она уставилась на свой грязный наряд опустив взгляд.

Нехорошо! Я должна что-то с этим сделать!

Тистие торопливо что-то искала — оказалось, что она не захватила ни шали, ни пальто. Не в силах снять платье, Тистие оглянулась на Гейзела и заметила, что на нем был плащ.

После того, как Гейзел закончил говорить, Тистие попросила:

— Ваше Величество, здесь холодно, не могли бы вы одолжить мне свой плащ?

— Конечно…

Гейзел был немного сбит с толку, но он снял плащ и протянул его Тистие.

Энергично поблагодарив его, Тистие покинула это место.

— Простите, Ваше Величество, мне нужен перерыв!

— Т-Тистие?

Как только она это сказала, она побежала, не дожидаясь ответа Гейзела.

К тому времени, когда Тистие вернулась на место происшествия, благородные леди уже ушли.

Елена забилась в угол сада, пытаясь скрыть и себя, и пятно. Тистие осторожно накинула плащ на ее плечи. В шоке Елена обернулась. Ее глаза широко распахнулись.

— Ваше Величество…

— Мне очень жаль! С тобой все в порядке?

Она, казалось, не плакала, что успокоило Тистие. Однако пребывание здесь ничего не решит. Тистие заметила Сару и обратилась к ней, повев Елену за руку.

— Герцогиня Карида, мне очень жаль, но не могли бы вы выделить мне комнату?

— О боже!

Внезапное появление Тистие потрясло Сару. Однако, когда она увидела состояние Елены, она сразу поняла ситуацию. Затем Сара велела слуге проводить Тистие и Елену в особняк.

По прибытии Тистие отдыхала в гостиной. Елена села на диван напротив нее. За все это время она не произнесла ни слова.

Что мне делать, она не может пойти домой в таком виде…

Должна ли Тистие связаться с королевским дворцом для смены одежды? Или, может, ей стоит рассказать об этом Луке?

Внезапно Елена начала тщательно раздеваться. Тистие поспешно остановила ее.

— Н-нет! Твое платье порвется!

— Все в порядке. В конце концов, мое платье ничего не стоит.

— Это неправда! Оно очень красивое!

Когда Тистие начала отрицать это, Елена выглядела еще более обиженной. Она выглядела еще более печальной, чем когда над ней издевались благородные леди. Тистие смутилась.

Раздался стук, и появилась Сара. Ее сопровождали несколько служанок. В их руках было видно несколько платьев.

— Простите, что заставила вас ждать… Это мои старые платья, если вы не возражаете.

— Герцогиня Карида…

— Зовите меня Сарой, ваше величество.

Сара одолжила Елене платье, которое носила в молодости, надеясь, что размер подойдет. Все они имели изящный дизайн. Они будут хорошо смотреться на Елене.

Елена некоторое время молчала, но в конце концов выбрала платье. Получив инструкции, слуга Сары отвел Елену в отдельную комнату.

Ожидая, пока Елена переоденется, Тистие осталась наедине с Сарой, она снова склонила голову.

— Большое вам спасибо, вы не только предоставили нам комнату, но и платье…

— Нет проблем. Более того, это старое платье…

Обрадованная веселым ответом Сары, Тистие инстинктивно улыбнулась. Сара нежно посмотрела в лицо Тистие и с ностальгией произнесла:

— Все так, как сказал тот ребенок — вы действительно богиня.

— Э-это…

— Не нужно стесняться. Я уверена, что вы — единственная причина, по которой он стал Императором.

Это было действительно неловко, и Тистие отпрянула. Сара рассмеялась и эмоционально сузила глаза.

— Уже довольно поздно, но я должна поблагодарить вас… спасибо, что помогли ему.

— Помогла ему…? Я?

— Да, я уверена, что тот факт, что он выжил по сей день — это благодаря вам.

Когда супруги решили позаботиться о Гейзеле, они беспокоились. Хотя Гейзел имел право унаследовать трон, у него не было поддержки. Но мало того, что его мастерство в фехтовании было наравне со взрослым, пара также слышала, что он не проронил ни слезинки во время смерти своей матери.

Они знали, что люди называют его монстром.

Глава 26: Глава 53. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (5)

— Когда я впервые встретила его, я нервничала. Однако он был не так страшен, как я слышала…

Конечно, Гейзел был гораздо спокойнее, чем другие дети того же возраста. Тем не менее, хотя он был беден в самовыражении, говорили, что он мог правильно понимать, что говорят люди. Он также время от времени показывал проблеск своих эмоций.

Однако Гейзел ни к чему не проявлял привязанности.

Он качал головой, когда его спрашивали, чего он хочет, и не проявлял никакого интереса к тому, что она могла предложить. Сара сказала, что это было так, как если бы Гейзел оборвал всякую связь с миром.

— Мне казалось, будто когда-нибудь он исчезнет… пока я не услышала о вас.

Девочка, с которой он познакомился в Лэйси. Она оказалась членом королевской семьи. Несмотря на это, Глен вздохнул, когда услышал о сложившейся ситуации, так как королевство было далеким. Воссоединение Гейзела с этой девочкой могло оказаться трудным делом.

Только когда до него доходили слухи и информация о Тистие, глаза Гейзела сияли. В конце концов, он стал называть эту девочку в честь мифа — «Богиней весны».

— Я действительно счастлива, что смогла встретиться с вами сегодня.

— То же самое касается и меня, спасибо…

О том, как жил Гейзел в детстве, Тистие знала совсем немного. Он, похоже, не очень-то любил об этом говорить. И еще не похоже, что он хотел это рассказывать именно ей.

Тистие просто вообразила, что он прожил трудную жизнь, судя по тому, что она могла собрать воедино в то время. Но, глядя на Гейзела в тот день, Тистие поняла, что отношения Гейзела с семьей герцога были теплыми вместо того, чтобы быть скалистыми.

— Я быстро поняла, что Его Величество важен для вас обоих. В конце концов, вы выглядите как настоящие родители со своим ребенком…

— Фуфу, в самом деле. Но думаю, нам также стоит измениться.

— Мне кажется, вашего отношения к нему как сейчас уже достаточно. Большое вам спасибо за защиту Его Величества.

Тистие еще раз поблагодарила Сару. Медленно подняв лицо, она увидела, что Сара плачет.

Затем Сара застенчиво встала с дивана.

— Я сожалею о своих коротких прощальных словах. Ах верно, я с нетерпением жду вашей свадьбы.

— Д-да! Спасибо!

В конце концов, Сара покинула гостиную со счастливой улыбкой. Когда ее слуги последовали за ней, Елена появилась в неловкой манере в сменной одежде. Тистие бросилась к ней.

— Как ты себя чувствуешь, Елена?

— Я в порядке…

Елена, вероятно, немного успокоилась. Она уже не казалась такой взволнованной, как раньше. На какое-то время Тистие почувствовала облегчение. Елена вцепилась в свое испачканное платье, и глядя на это, Тистие почувствовала себя обескураженной.

— …То, что случилось с твоим платьем, прискорбно…

— На самом деле ничего особенного.

Елена произнесла эти слова, пытаясь скрыться от взгляда. Однако в этот момент голос сердца Елены достиг Тистие.

[Платье, которое я сшила… ничего не стоит…]

Платье… она его сделала?

— …

Елена поджала губы и замолчала. Глядя на Елену, у которой было страдальческое выражение лица, Тистие не знала, что сказать.

Затем в тихой приемной раздался сильный стук. Дверь распахнулась прежде, чем она успела ответить.

— Елена! — появился молодой человек. У него были каштановые волосы и такие же глаза. На нем был типичный официальный наряд.

Ужасно расстроенный молодой человек бросился к Елене, как только ее заметил.

— Я волновался! Ты исчезла с места встречи прежде, чем я это заметил…

— Прости, кое-что случилось…

— Ты в порядке?

Когда молодой человек поспешно проверил состояние Елене, он, наконец, повернулся к Тистие. Удивленной ей молодой человек поклонился так низко, что его лоб, вероятно, мог коснуться колен.

— Спасибо, что помогли Елене!

— Н-нет, я ничего не сделала…

— Большое вам спасибо! Елена, я отправлю тебя домой. Поэтому давай вернемся.

Как только молодой человек взял Елену за руку, он утащил ее, и в мгновение ока эти двое исчезли.

Кто это был…

В то время как Тистие была внезапно ошеломлена, из недавно закрытой двери раздался довольно скромный стук. Тистие все еще пребывала в изумлении, но сразу же почувствовала облегчение, как только увидела человека, появившегося в проеме.

— Ты здесь?

— Лорд Гейзел…

Гейзел, который был в рубашке из-за того, что снял плащ, бесстрастно вошел в гостиную. Сначала Тистие почувствовала облегчение, однако вскоре она поняла кое-что — и запаниковала.

Я, я одолжила его плащ, и не только это, я оставила его…

Отчаянно желая помочь Елене, она совершенно забыла о сопровождении Гейзела. Когда он проходил мимо Тистие, у которой на лбу выступил пот, Гейзел сел на диван.

— В-Ваше Величество, простите меня…

— За что?

— Ну, приветствия, я их пропустила…

Глава 27: Глава 54. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (6)

Слушая слабеющий голос Тистие, Гейзел скрестил длинные ноги и вздохнул. Он просунул пальцы под тугой галстук и ослабил его, порастягивав его влево и вправо.

Тистие смотрела на него издалека. Пристальным взглядом Гейзел подал знак Тистие сесть рядом. Она должна была быть рядом с ним…

Тистие, которая не могла отказать, повиновалась, как собака, и присела.

— Ты так и не вернула мне плащ.

— …Простите.

— Ты сказала, что хочешь отдохнуть, но так и не вернулась.

— …Простите.

Гейзел говорил ровным тоном. Она не слышала голоса его сердца. Тистие крепко зажмурилась — казалось, ей вот-вот сделают выговор. Гейзел, должно быть, сейчас был так зол…

Однако Гейзел перестал обвинять ее. Вместо этого на голову Тистие упала тяжелая ткань.

Она поспешно открыла глаза, но оказалась будто в кромешной тьме. Подняв лицо, она увидела через щель, как Гейзел сдерживает смех.

— Э!? Э!?

Она потянулась за ткань, покрывающую ее голову. Текстура показалась знакомой — это было не что иное, как плащ Гейзела. По-видимому, он заметил то, что было сложено на диване, и накинула его на Тистие.

Гейзел наконец ей улыбнулся Тистие, которая напряглась, когда ее накрыли тканью.

— Я все слышал от Сары.

— А?

— Похоже, ты кому-то помогла.

Очевидно, Гейзел уже все знал. Тистие опустила голову.

— Мне очень жаль…

Молча прищурившись, Гейзел погладил Тистие по голове поверх плаща.

— Не беспокойся о приветствиях. В любом случае, это была всего лишь светская беседа.

— Ах, но…

— Я рад, что мне не пришлось показывать тебя кому-то еще. Если бы ты ходила в таком виде, я бы точно взорвался.

Хотя она не знала, имел ли в виду Гейзел именно то что говорит или нет, Тистие все еще смеялась. Затем он наклонился, чтобы нежно заглянуть ей в глаза.

— Как я и думал, плащ тебе велик.

Пробормотав это, он нежно поцеловал Тистие.

Многие приглашенные гости все еще наслаждались вечеринкой на улице, выступлением оркестра и оживленными голосами. Однако в тот момент вокруг Тистие царила тишина.

Гейзел разжал губы и встал. Тистие, которая покраснела под цвет ее платья, натянула на голову плащ, словно желая скрыть свое смущение. Ее нынешний вид не подходил Императрице. Тистие поджала губы.

За то, что ее дразнили, Тистие хотела его отругать. Однако она вдруг кое-что заметила и осторожно еще немного натянула плащ. Неужели Гейзел снова ведет себя странно? Она начала что-то подозревать.

— Почему бы тебе не скинуть плащ? — вдруг сказал он.

— Не хочу, чтобы вы видели мое лицо… также…

— Также?

— …Он пахнет, как лорд Гейзел, так что…

Как только он увидел, как Тистие застенчиво посмеивается, лицо Гейзела каким-то образом вернулось к «Ледяному Императору».

— …Я думал, что мне удалось подавить взрыв… но, возможно, все будет только хуже…

В-Ваше Величество!?

Очевидно, Тистие нажала не на тот переключатель.

Подхватив ее снизу, он дико поцеловал ее. Его руки, лежавшие на плечах Тистие, поддерживали ее руки и бедра, когда накренилась назад. В конце концов, со съехавшим за спину плащом, Тистие посмотрела на Гейзела.

Из-за узкого дивана Гейзел одной ногой стоял на колене на полу. Его темно-синие глаза были прищурены, в то время как люстра освещала сзади его черные волосы.

— …По сравнению с этим плащом, разве оригинал не лучше?

— В-Ваше Величество…

— «Гейзел».

Рука Гейзела скользнула по щеке Тистие. Он приблизился к ней. Тистие непреодолимо закрыла глаза в попытке принять его…

—Тук! Тук!

В гостиной раздался стук.

— Ваше Величество, вы здесь?

Мистер и миссис Фостер, которые, казалось, закончили свои приветствия, вернулись. Они увидели Тистие и Гейзела, сидящих рядышком на диване со склоненными головами.

— Что здесь произошло?

— Н-ничего!

Лицо Тистие покраснело, а волосы были слегка растрепаны

Гейзел, напротив, был одет в рубашку и пиджак в обтяжку. У него было суровое выражение лица. Тистие удивлялась, как ему удалось так быстро привести себя в порядок. Гейзел неохотно отвел глаза.

— Кстати, интересно, с вашей подругой все в порядке?

— Ах, да! Мне очень жаль, большое вам спасибо за все!

— Все в порядке, пожалуйста, скажите мне, если что-то случится снова.

Тистие была неописуемо благодарна Саре за ее смех. В то же время она вспомнила о Елене.

Елена, как она…?

Тистай беспокоилась, что другие леди снова будут издеваться над ней. С другой стороны, она также была обеспокоена реакцией Елены на испачканное платье. Особенно голос ее сердца, который Тистие один раз услышала.

При следующей встрече стоит узнать как у нее обстоят дела!

Тистие тихо сжала руки.

Глава 28: Глава 55. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (7)

Через несколько дней после вечеринки брат с сестрой семьи Шенайдер посетили их главную резиденцию, сказав, что платье готово к пошиву. Гейзел все еще отсутствовал из-за своей работы.

— Пожалуйста, примерьте, чтобы мы могли идеально подогнать по замерам. После этого мы приступим к пошиву основного платья.

Тистие и Елена перешли в соседнюю комнату по указанию Луки. Когда Елена помогла Тистие надеть белое платье, она сосредоточилась на линиях ее тела — таких как грудь и бедра.

Т-так или иначе, я выгляжу как настоящая невеста…

Хотя это был всего лишь прототип, он выглядел так же, как обычное свадебное платье. Единственным исключением было то, что здесь не было ни броских украшений, ни кружев.

Вид колышущейся, пушистой юбки тоже был очарователен. Глядя на свое отражение, Тистие почувствовала легкое волнение. Вскоре Елена перестала записывать. Это был намек на то, что Тистие должна что-то сказать.

— Прости, я сожалею о том, что произошло вчера.

— …Н-ничего страшного.

— Я сделала кое-что, что заставило тебя чувствовать себя неловко.

Елена отрицательно покачала головой.

— То есть, вы не… спасибо. Спасибо.

— С твоим платьем все в порядке?

— Нет, оно… уже…

Елена опустила голову, скрывая выражение лица своей длинной челкой. Наблюдая за ней, Тистие задумалась.

Должно быть, она очень им дорожила…

Но если бы Тистие снова спросила о платье, Елена, несомненно, отрицала бы это.

Поэтому…

— Елена, на самом деле, у меня есть просьба.

— В-в чем дело?

— Где ты сшила это платье? Я хочу посетить вашу мастерскую.

Елена была сбита с толку ее внезапным предложением. Тистие, задаваясь вопросом, не была ли она слишком прямой, ожидая ответа Елены, внутренне закричала.

После долгих размышлений Елена, наконец, открыла рот.

— Я, я спрошу своего брата… он мог бы вам показать.

— Правда?!

Тистие радостно обняла Елену. Затем глаза Елены, которые, как правило, она держала опущенными, расширились, после чего она отвела взгляд.

Тистие, увидев реакцию Елены, смутилась и поспешно отпустила ее. Пора было возвращаться к Луке и остальным, чтобы он мог поработать над платьем Тистие. Затем из коридора донесся громкий голос.

— …Ваше Величество, у вас действительно нет на это времени.

— Я знаю, но только ненадолго…

Судя по всему, шум подняли Гейзел и Ван. И все это происходило, видимо, из-за Гейзела, которому не следовало здесь появляться. Тистие наклонила голову.

Вместо приемной рядом с ними была энергично открыта дверь в отдельную комнату, где в данный момент находились Тистие и остальные.

— Ваше Величество, вы ошиблись комнатой.

— В любом случае, в основном комната одна, так что нет разницы.

Взгляды Тистие и Гейзела встретились.

Гейзел, как обычно, оставался бесстрастным, в то время как Тистие была похожа на оленя с широко раскрытыми глазами.

— …

Оба они потеряли голос. Воцарилось неловкое молчание, пока они смотрели друг на друга.

В конце концов, взгляд Гейзела несколько раз прошелся от лица Тистие к ее ногам. Когда его взгляд вернулся к ее лицу, Гейзел густо покраснел.

— …Мне очень жаль.

— Все в порядке…

Сумев выдавить это, Гейзел с ужасающей неловкостью закрыл дверь. Когда алый цвет вспыхнул на лице Тистие, из коридора донесся звук разрушения. Сразу же после этого раздался крик Вана.

— Ваше Величество!? Что вы делаете?! Теперь в стене дыра!

Прислушиваясь к грохочущим шагам слуг и крикам, которые они издавали, Тистие поспешно переоделась, в то время как ее лицо оставалось ярко-пунцовым.

. . . . . .

Через несколько дней, с согласия Луки, Тистие посетила их мастерскую.

— Мне жаль, что все произошло так внезапно…

— Нет, это несомненно хорошая возможность посмотреть, как мы работаем?

Хотя она находилась в той же королевской столице и в относительно безопасном районе с охраной, Лука взял на себя труд забрать ее с королевского дворца. Кроме того, он сам весь день должен был ее сопровождать.

Поначалу Тистие беспокоилась из-за этого. Однако она слышала, что граф Астиль однажды пережил период больших страданий. С тех пор количество слуг было сведено к минимуму.

Поэтому было решено, что и Луки, и Елены будет достаточно.

Через несколько минут после езды в карете, Тистие наконец прибыла в резиденцию графа Астиля. Два великолепных здания выстроились вдоль помещения, одно из которых было главной резиденцией, где жили Лука и другие. Другой была мастерская, по крайней мере, так он сказал.

Когда они вышли из кареты и вошли в мастерскую, рабочие, увидевшие Луку, разом сердечно поприветствовали его.

Внутренняя часть, казалось, была разделена на несколько отделов в зависимости от рабочего процесса. Лука объяснил назначение каждой комнаты.

— Мы обычно режем ткань здесь и шьем ее в швейной комнате.

— Вау, потрясающе…

В комнате, которую они впервые прошли, дизайн переносился на ткань на основе рисунка, сделанного дизайнером. После этого они аккуратно срезали его.

Полки, доходившие до потолка, были заложены тканями, обернутыми вокруг сердцевины, от тяжелых до глянцевых.

В соседней комнате мастера перед швейными машинами огромной скоростью занимались шитьем. Казалось, что было много деталей, которые не могли быть обработаны машинами, и все эти детали должны были быть сделаны вручную.

— Как только платье будет готово, мы украсим его и уравновесим другими аксессуарами.

— Это ожерелье?

— Да, мы проектируем его, ссылаясь на тиару и обувь Императрицы. Важно подогнать его к платью, чтобы оно не слишком выделялось. В то же время мы должны убедиться, что оно не будет слишком простым.

Когда они двинулись к задней части, они могли видеть завершенную форму платья.

Лука улыбнулся, сказав, что тонкая вышивка может быть сделана только человеческими руками. Если бы оно было сложным, на то, чтобы украсить платье, могло уйти до двух месяцев.

После того, как они медленно осмотрели мастерскую, Лука пригласил ее в отдельную комнату в главной резиденции, чтобы Тистие могла отдохнуть.

Большие офисные столы и книжные полки были расставлены без пылинки, как будто для представления дотошной личности Луки. Лука, сидевший на диване напротив Тистие, смотрел на нее, пока она пила поданный чай.

— Кто бы мог подумать, что Ее Величество Императрица заинтересуется нашей работой. Вам не скучно?

— Нет! Это отличная возможность для обучения. Впервые я вижу нечто подобное!

— …Это очень любезно с вашей стороны, Ваше Величество.

Внезапно глаза Луки за стеклами очков заострились.

— Многим аристократам не нравится, что мы делаем. Как мы зарабатываем деньги; какое им до этого дело?

— …

— Но у нас есть свой метод. По этой причине я использую все, что угодно.

В комнате воцарилась тишина. Слушая слова Луки, которые были наполнены сильной решимостью, Тисите вспомнила список приглашенных гостей.

—Лука Шнайдер, граф Астиль.

Он был несчастным графом, который потерял своих родителей в результате несчастного случая и унаследовал свою семью в молодом возрасте. Его единственной родственницей была сестра Елена. Они были единственным наследием своих родителей.

Когда-то он рисковал потерять свой титул, но его бизнес по пошиву одежды возымел огромный успех, и он сколотил огромное состояние. Если Гейзел был военным гением, то Лука был бизнес-гением. Тот факт, что он также занимался проектированием, стал для Тистие неожиданностью.

Если я не буду осторожна, мне кажется, что он прочтет мое сердце…

С легким чувством напряжения Тистие продолжала разговаривать с Лукой. Затем появилась Елена, вероятно, по вызову Луки.

— Наконец-то ты решила прийти.

— …Прошу прощения.

— Ваше Величество, если хотите, почему бы вам немного не поговорить с Еленой? Эта девушка редко выходит. Поскольку вы почти одного возраста, она могла бы стать хорошим собеседником.

Слова Луки заставили ее забеспокоиться. Тистие посмотрела на лицо Елены. Елена молчала и не спорила ни в малейшей степени.

Глава 29: Глава 56. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (8)

Комната Елены находилась в конце коридора. Хотя комнаты были меньше, чем комната Луки, были соединены два помещения, и места, которое они предлагали, было более чем достаточно. Однако на столе и на полу было разбросано огромное количество сумок.

Из-за того, что у них было мало сотрудников, уборка осуществлялась по их собственному усмотрению.

— Простите… здесь грязно…

— Нет, не волнуйся.

Наблюдая за Еленой, спешащей убрать беспорядок, Тистие заметила куклу в натуральную величину рядом с ее столом.

Это был человеческий торс. Разбросанные кусочки бумаги, разрезанные, искаженные треугольники, и тонкие кусочки прозрачной бумаги были разбросаны вокруг ее ног. Тистие помогала ей поднимать эти вещи.

Затем она заметила один рисунок под заваленными документами на столе.

Это…

На нем было изображено платье, в котором Елена появилась на вечеринке.

На многослойной бумаге под ним было нарисовано несколько разных платьев. Все они характеризовлись сложным дизайном. Детали были на таком уровне, что их можно было неотрывно рассматривать в течении долгого времени.

— Эм, это…

— …!!

Елена широко раскрыла глаза, как только Тистие упомянула о случившемся. Она тут же убрала рисунки. Тистие, удивленная ее сильной реакцией, извинилась.

— Прости…

Может быть, ей было стыдно за то, что Елена расстроилась.

Пока Тистие сидела на диване, Елена ушла за чаем. Тистие вспоминала увиденный рисунок.

Это платье… наверняка…

Темно-зеленый костюм, нарисованный на второй бумаге…

Он был таким же, что и на Саре Фостер на вечеринке.

Но бумага старая, и она больше походила на собственный рисунок Елены, чем на имитацию…

Елена, которая презирала свое собственное платье, также упрямо отрицала свое участие в пошиве одежды. Однако, судя по атмосфере комнаты, Тистие была уверена. Елена была «мастером», который шил одежду.

Чувствуя, что она наконец-то может понять причину несоответствия, которое она чувствовала от Елены, Тистие спокойно ждала ее возвращения.

Однако внезапно из-за двери донесся голос сердца, полный эмоций.

[Я просто хочу защитить тебя… так почему же—]

Голос сердца был полон смятения и тоски. Тистие поспешно встала и неловко открыла дверь.

Кто-то спорил с Еленой посреди коридора. Это был не кто иной, как молодой человек, который забрал Елену с вечеринки на днях.

— Елена, подумай еще раз. Тебя просто используют в своих интересах.

— Я знаю это, но…

— Он создал новый бренд! Он просто хочет поживиться твоим мастерством! Но все же, даже сейчас, ты…!!

— Орбит, все в порядке…

Перед Еленой замолчал молодой человек, чье имя она назвала. Елена смотрела в пол. Она выглядела сильно уязвленной. Тистие, слышавшая весь разговор, осторожно вернулась в комнату, пытаясь не издать ни звука.

Неосознанно пот покрыл ее лоб.

Я увидела то, чего не должна была видеть…

В конце концов, Елена вернулась с чайным сервизом. Тистие немного растерялась, но решила спросить о том, что она услышала.

— А, ты в порядке? У тебя, кажется, была назначена встреча с другим человеком…

— …Не совсем.

— Но, мистер Обит…

Взгляд Елены дрогнул. Сделав глоток чая, она тут же вздохнула.

— Значит, вы увидели. Извините за шум.

— Нет, прости. Мне было интересно, если это пришел твой друг.

Елена снова посмотрела на стол, а Тистие засмеялась, не зная, что сказать.

— Орбит — мой друг детства, а также… мой бывший кандидат в женихи.

— Бывший?

— Да, но я отказалась, — Елена опустила руку и поставила чашку на колени. — К счастью, я смогла сохранить титул графини, не выходя замуж… Я просто хочу продолжать помогать своему брату.

Тистие, прислушиваясь к ее словам, пришла к выводу.

Она задумалась, можно ли ей что-то сказать. Однако она помнила, как расстроилась Елена, когда ее платье было испачкано. Поэтому Тистие перевела дух.

— Елена, прости, если я ошибаюсь. Но ты настоящий дизайнер?

Елена тут же поджала губы. В то же время Тистие осознала — в этом не было никаких сомнений.

Она улишь убедилась.

— Рисунки в твоей комнате — это готовые изделия… ты не просто помогаешь своему брату. Все платья, которые Лука, как говорят, разработал до этого момента… ты ведь та, кто их разработал на самом деле, верно?

— …

В комнате воцарилась долгая и тяжелая тишина. В конце концов, Елена открыла рот, словно поднимая белый флаг.

— …Верно. Я отвечаю за все индивидуальные проекты.

…спусковой крючок был тривиальным делом.

Елена, наблюдавшая за работой дизайнеров в студии до того, как бизнес начал набирать обороты, сказала, что пыталась сама нарисовать платье. Когда ее брат Лука заметил и коммерциализировал его, одна известная знатная дама очень полюбила его. Затем слухи начали распостраняться.

Платья Елены стали популярными, так как ее брат снова и снова просил ее больше проектировать. В результате поступало много запросов. Тем не менее, Лука был назван дизайнером, несмотря ни на что.

— Почему вместо этого все под именем Луки?

— Мой брат сказал: «То, что создано женщиной, не может продаваться».

В Верси, где сохранились древние аристократические обычаи, было легко думать, что дом, который зарабатывал деньги на управлении бизнесом, был второсортным. Причина, по которой семья Шнайдер сражалась в таком мире, вероятно, заключалась в том, что на имя Луки обусловливали массу заслуг. Однако дизайнер, стоявший в центре всего этого, на самом деле был женщиной.

В королевской столице, где грани межуд мужчинами и женщинами все еще были четко определены, доверие к ним изменится так же сильно, как еслиб ы перевернулись Небо и Земля. На самом деле, независимо от того, насколько хороши были ее проекты, если бы дизайнера с самого начала звали Еленой, бренд не взлетел бы так.

— Я тоже так думаю. То, что все хотят — это не мое платье, а платье, разработанное моим братом…

Тистие вспомнила голос сердца Елены, сокрушавшейся о том, что то, что она сделала, ничего не стоит.

Хотя они были разработаны Еленой, люди, которые их купили, сделали это лишь потому что на них была прикреплена бирка «сделано Лукой». С другой стороны, платье Елены было безжалостно испачкано и над ним смеялись. Елена, должно быть, чувствовала себя по-настоящему беспомощной.

— Кто-нибудь еще знает об этом?

— Люди в мастерской. Но они все понимают…

— Вот как…

Возможно, молодой человек по имени Орбит знал правду и хотел посмотреть, сможет ли он что-нибудь с этим сделать.

Не зная, как продолжить разговор, Елена смиренно сидела рядом с Тистие.

— Все в порядке, даже если на них не мое имя, пока все счастливы носить эти платья…

— Елена…

В конце концов в дверь постучали. Появился слуга, чтобы сообщить им о чьем-то прибытии, чтобы забрать Тистие. В конце концов, у нее не было другого выбора, кроме как уйти.

На всем обратном пути она продолжала вспоминать одинокое лицо Елены.

Глава 30: Глава 57. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (9)

Той ночью Тистие читала книгу в спальне. Гейзел, который до вчерашнего дня находился в командировке, вернулся. Прошло много времени с тех пор, как муж и жена спали вместе.

Пока Гейзел снимал пальто, Тистие была погружена в книгу. В конце концов, она с шумом закрыла ее.

— Как я и думала, неужели знатной леди нельзя работать?

— Что это за внезапный вопрос?

Гейзел сел на край кровати и посмотрел на Тистие, странно нахмурившую брови. Для того, кто собирался лечь спать, она выглядела изможденной.

— Нет, я имею в виду… даже если вы будете выполнять ту же работу, что и мужчина, впечатление изменится только из-за разницы в полу. Мне интересно, сможем ли мы как-нибудь изменить это мышление…

— Верно. Не говоря уже об аристократах, есть много желающих работать…

— Действительно…

В ее родной стране, маленьком королевстве Лэйси, работало много аристократов. Если она не ошибалась, ее старшие сестры, которые были членами королевской семьи, должны были стать моделями.

Так было не только в Лэйси. В Исирисе все женщины работали. Если бы они лишь отсиживались, жители не смогли бы пережить суровые зимы.

Это потому, что Верси — богатое королевство…?

Конечно, согласно идиоме «нужный человек в нужном месте» были вещи, которые просто не работали. Однако нельзя отказываться от таланта Елены только на том основании, что она женщина.

Гейзел слегка склонил голову, возможно, чувствуя, что Тистие чем-то озабочена.

— Ты хочешь работать?

— Н-нет! Я сделаю все возможное, чтобы быть хорошей королевой! Я просто хочу, чтобы люди могли работать более свободно, будь то аристократки или женщины…

Затем Гейзел скрестил ноги и скрестил руки, будто что-то созерцал.

— Я тоже думал об этом.

— А?

— До сих пор, пока улучшается военная служба, наша территория будет расширяться. Но если я буду придерживаться своей политики, число аристократов, которые не смогут продолжать выживать, имея только доход от ренты, увеличится.

Если бы территории не расширялись, они не могли бы получать новый доход. Однако с каждым поколением земля делилась по наследству.

Конечно, был способ сделать так, чтобы наследство получал только старший сын, но не без риска.

— Чтобы компенсировать это, я хочу развивать национальную экономику и открывать бизнесы. В идеале герцоги должны первыми проверять. Конечно, это касается только тех, кто не хочет отказываться от своей стабильности.

— Трудно начинать что-то новое…

— Действительно. Я должен подумать о том, куда королевский дворец будет двигаться в будущем.

По словам Гейзела, нынешним королевским дворцом управляли влиятельные аристократы из каждого региона. Были случаи, когда дом переходил непосредственно к главе семьи, второму или третьему сыну. Однако только мужчинам, не женщинам.

— …Можно ли женщинам заниматься политикой…? — уточнила Тистие.

— Это правда, что многие люди недовольны тем, что политика организовывается исключительно мужчинами, но я думаю, что независимо от пола дверь должна быть открыта для талантливых.

Слушая Гейзела, Тистие думала о Верси из далекого будущего.

Промышленность станет более процветающей, чем сейчас, торговля будет развиваться, а мужчины и женщины будут работать на равных. Город будет оживленнее. Некоторые женщины работали бы в королевском дворце. Они будут ценить друг друга в культуре и технологиях, а не в территориальных схватках или правах на грабеж.

Мир без конфликтов — внутри такого мира Тистие могла представить себе счастливую улыбающуюся Елену.

Если королевство изменится, мне интересно, сможет ли Елена шить платья, используя свое собственное имя в качестве бренда…

Однако плечи Тистие тут же опустились. Дело не в том, что она не поддерживала или не надеялась на видение будущего Гейзела.

Однако для этого, вероятно, потребуется много времени. Требовалось много сотрудников, а также понимание людей. Какую поддержку мог бы получить Гейзел, обратившись к нынешней аристократии Верси? Видение Гейзела опередило свое время.

Тистие была разочарована, когда поняла, что потребуется некоторое время, чтобы избавиться от принципов и концепций, которыми было пронизано общество.

Гейзел мягко положил руку ей на голову, возможно, заметив мрачность Тистие. Он погладил ее по голове, как бы утешая.

— Мне жаль. Я не хотел рассказывать тебе такую ​​печальную историю.

— Нет, я хочу услышать больше! Что хочет сделать Ваше Величество в будущем?

— Ты изменилась…

Гейзел снова улыбнулся, медленно встал, перевернул одеяло и скользнул своим телом рядом с Тистие.

Как только температура тела Гейзела приблизилась к ней, Тистие небрежно закрыла лицо книгой. Однако, как бы говоря, что это препятствие, он отобрал книгу. Тистие потеряла средство защиты.

Гейзел обнял ее. Как обычно, Тистие плотно сидела в его объятиях. Она хотела привыкнуть к этому положению, но нервничала всякий раз, когда видела его красоту.

Если бы я смотрела через его спину, мне не пришлось бы смотреть прямо в лицо Его Величества.

Полный любви Гейзел гладил ее пушистые волосы. Но вскоре он посмотрел на нее и заговорил.

Глава 31: Глава 58. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (10)

— Кстати.

— Что такое?

— Слышал, что во время моей поездки ты ходила в мастерскую графа Астеля.

— Я хотела посмотреть, как они шили платья…

На самом деле, для нее это было просто поводом увидеть Елену, чтобы не волноваться за нее, но Гейзел этого не знал. Он перевел взгляд на Тистие. Послышался голос его сердца.

[Разве граф Астель не неженат? Однако мне не о чем беспокоиться. В любом случае, почему она не сказала ни слова? Она могла бы предложить мне поехать с ней…]

Его Величество звучит одиноко…

Она почувствовала смесь раскаяния и обожания. Тистие невольно улыбнулась.

Когда Гейзел увидел это, его взгляд стал более острым. Он внезапно вложил в свои объятия много сил.

— Л-лорд Гейзел!?

— Чего смеешься?

— Я не смеюсь!

Гейзел прищурился и лицо Тистие покраснело. В итоге он закрыл глаза, поднял подбородок Тистие и поцеловал ее в губы.

Мм…!

Сначала поцелуй был долгим. Затем, после небольшого паузы, он прижался к ее слегка приоткрытым губам. Его язык скользнул в рот Тистие, чтобы прикоснуться к ней ближе. Затем их языки переплелись.

— !? — !?

Тистие отчаянно жаждала кислорода, она словно разучилась дышать. Дыша через ее слегка приоткрытый рот, Гейзел выдохнул тающее, горячее дыхание.

Вскоре этот перерыв закончился, и Тистие вновь придавила широкая грудь и губы Гейзела. Затем он наконец встал. Со слезами на глазах и покрасневшим лицом Тистие смотрела на Гейзела, который удовлетворенно вытирал рот тыльной стороной ладони.

— Л-лорд Гейзеь, это было больно…

— Это наказание, — засмеялся он и снова обнял Тистие.

Тистие, увидевша, что Гейзел в хорошем настроении, растрепала ему челку в знак протеста.

— …

Выражение лица Гайзеля внезапно похолодело.

Когда Тистие забеспокоилась, гадая, не сердится ли он, убийственный голос сердца Гейзел отозвался эхом.

[Я не могу… она милая, что бы она ни делала… для меня это невозможно… В таком случае, стоит ли заказать перешив ее платья?]

Ч-что он имеет в виду? Платье нужно переделать!?

В этот момент она представила себе их свадебную церемонию. Она также заметила, что всякий раз, когда Гейзел оказывался перед дилеммой, выражение его лица становилось нечитаемым. Возможно, поэтому он всегда показывал такие устрашающие выражения во время регулярных встреч.

Он наконец улыбнулся Тистие, которая сожалела о своем поступке.

Его спокойная, святая улыбка тоже была необычной — Тистие, которая впервые увидела эту улыбку, была в ужасе. Его красивые губы произнесли опасные для жизни слова.

— Что случилось? Ты недовольна?

— Нет! Нет, Ваше Величество, дело не в этом!!!

— «Гейзел».

После этой обычной реплики из главной спальни донесся только мимолетный вскрик Тистие.

Через несколько дней руководитель церемонии сообщил, что тиара готова.

— Работа действительно замечательная. Мастера заявили, что это их лучшая отделка на свете.

— Правда? Тогда действительно жду с нетерпением.

Изначально предполагалось, что ее немедленно доставят в руки Тистие. Но из-за того, что место обработки находилось в далеком городе, а процесс немного задерживался, диадема сначала была доставлена ​​в мастерскую графа Астеля.

Верно, Лука сказал, что хочет сделать так, чтобы тиара сочеталась с другими аксессуарами…

Платье нужно было закончить до того, как будет назначен день церемонии. Леви может быть одиноко, но она могла встретиться со своим возлюбленным в другой день.

Тистие согласилась и просто поблагодарила за работу главу церемонии.

. . . . . .

— …Тиару украли!?

Однако в тот день ее неожиданно вызвали в гостиную. По прибытии Тисите повторила слова главы церемонии.

По его словам, в мастерскую графа Астеля проник вор. Они воспользовались возможностью украсть тиару, пока та не была заперта в сейфе и использовали в качестве ориентира. Там не было ни наличных денег, ни других драгоценностей — только тиара.

Лука стоял рядом с главой церемонии. Он выглядел опустошенно.

— Мне искренне жаль… что такая грубая ошибка произошла прямо у нас под носом…

Тистие покачала головой Луке. Он казался готовым отказаться от своей жизни.

— Что еще более важно, вас не ранили?

— …Нет. К счастью, другие мастера тоже в безопасности. И моя сестра была в отдельной комнате.

— Это хорошо…

Скрытое благословение — как назвала это Тистие.

Она с облегчением приложила руки к груди. Однако вскоре она забеспокоилась. Разве отсутствие тиары, сыгравшей важную роль в церемонии, не поставит под угрозу ее свадьбу?

Я не против заменить ее, но на карту поставлен престиж Королевства…

Луку и остальных тоже могут не оправдать.

Даже если никто не пострадает, если инцидент станет достоянием общественности, доверие и достижения Луки и других будут разрушены. В результате мастера, работавшие в мастерской, даже надежда Елены будут потеряны.

Хотя она старалась изо всех сил… это просто…

Выражение лица главы церемонии было особенно свирепым. Он то и дело поднимал и опускал пушистые брови, возможно, потому, что был в шоке. Сжимая кулак, он подтвердил.

— Все в порядке, Ваше Величество Императрица. Рыцари расследуют инцидент. Мы сразу же найдем виновного!

— Ах, хорошо…

Тистие ничего не оставалось, как молиться о скорейшем обнаружении тиары.

Глава 32: Глава 59. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (11)

Пронзительный звон заставил Тистие прекратить разговор с разъяренным главой церемонии и вернуться в свою комнату.

Что произошло?

Когда она открыла шкатулку с драгоценностями, серьги того же цвета, что и глаза Гейзела, зашумели.

— Тистые! Мой милый!

— Леви, успокойся. Что не так?

— Я, я не могу чувствовать его присутствие со вчерашнего дня… что мне делать!?

Успокаивая плаксивую Леви, Тистие осторожно взяла серьги в руки.

Может, Леви сможет узнать, где тиара…?

Серьги сделаны из того же драгоценного камня.

Хотя расстояние было ограничено, кажется, что они могли отследить позицию недоброжелателя. Только Тистие, Гейзел и некоторые другие люди могли слышать голоса этих драгоценностей.

Что мне делать…? Если драгоценный камень будет продан в другую страну, мы не успеем…

На мгновение Тистие растерялась, но вскоре решила.

Она надела синие серьги на уши и села в карету до дома графа Астеля. Удивленные слуги предложили сопровождать ее, но Тистие вежливо отказалась, так как у них тоже были свои обязанности.

Не хочу, чтобы распространялись слухи о том, что я разговариваю со своими серьгами… Это помешает Его Величеству…

На случай, если Гейзел или Ван придут в главную резиденцию, Тистие оставила записку.

Прошу прощения, Ваше Величество, но мне нужно спешить…

Карета легко помчалась по улице, пересекла оросительный канал, проходивший через центр, и за несколько минут добралась до резиденции графа Астеля. К тому времени, как приехала Тистие, рыцари уже закончили расследование, и улица была пуста.

Она прокралась в сад, но увидела только следы рыцарей.

Оконное стекло чистое… Не думаю, что что-либо взламывали, чтобы проникнуть внутрь…

Скрываясь за воротами, Тистие осторожно обратила внимание на свои уши. Она также была осторожна, чтобы мастера не обнаружили ее внутри.

— Леви, ты чувствуешь присутствие своего любимого? — тихо она пробормотала.

— Есть его след! Но… похоже, что его сейчас здесь нет. Его куда-то везут…

— Можешь его отследить?

— Оставь это мне!

Попросив карету подождать на месте, Тистие пошла на поводу у Леви.

Тистие сожалела о том, что уехала одна. Учитывая, что она собиралась подобраться к преступнику, ей следовало взять с собой пару слуг или даже Вана.

Однако возвращаться в королевский дворец у нее не было времени. Это была ее единственная возможность вернуть утерянную тиару.

Если я смогу как-то определить точное местоположение… потом я могу рассказать об этом рыцарям …

Инструкции Леви были быстрыми, Тистие в спешке пробралась через весь город. Наблюдая за изменившимся окружающим пейзажем, она выдохнула.

Она прошла по улице, где находился дом графа Астеля, в относительно тихий жилой район, а затем — в обычное место, где жили горожане. Думая, что она направляется на черный рынок и в трущобы, Тистье осторожно огляделась.

В конце концов-

— Он здесь!!! — радостно воскликнула Леви.

Тистие, подняв запыхавшееся лицо, внезапно заговорила.

— Здесь обычный дом…?

Леви привела Тистие к обычному дому. Конечно, он был немного больше других, но не выглядел как место, где будут проживать бандиты или злая организация.

Она попыталась узнать, не сделали ли что-нибудь с его первоначальными обитателями.

Затем внезапно открылась входная дверь. Тистие поразило лицо только что появившегося человека.

…Орбит!?

Там стоял человек, которого Тистие видела в доме Елены. Мужчина, которого считали другом ее детства. Несколько раз осмотревшись, он направился к главным воротам. Тистие поспешно спряталась, но его внезапное появление все же смутило ее.

Это дом Орбита? Но почему тиара…

Внезапно, словно чтобы прервать мысли Тистие, Леви вскрикнула:

— Любимый с ним!

— Подожди, Леви, что ты имеешь в виду?

Словно в поддержку смелого заявления Леви, Орбит взволнованно зашагал. Тистие инстинктивно окликнула его. Она решила пока прислушаться к его объяснениям.

— Эм, извиняюсь…

— !?

Внезапно Орбит начала бежать.

Сильный голос донесся до ушей Тистие.

— Тистие, в погоню за этим парнем!

— Ох, ладно!

Тистие начала делать то, что ей сказали.

Орбит принялся увеличивать свою скорость.

Это плохо! — мысленно воскликнула Тистие.

Мне следовало больше тренироваться…!

Под руководством вспыльчивого тренера Леви Тистие изо всех сил старалась преследовать Орбита.

Однако, возможно, из-за разницы в физической силе и длине шага расстояние между ними постепенно увеличивалось. Когда она миновала жилой район и вернулась на главную улицу, Тистие перевела дыхание.

Он возвращается в мастерскую…?

Она уже ездила туда в карете ранее, пейзаж стал для нее знаком. Однако ее выносливость достигла своего предела. Ноги Тистие пошатнулись, когда она выдавила из себя: «Подожди…»

Затем Орбит, который на мгновение оглянулся, почему-то выглядел сбитым с толку. Их взгляды встретились. Умоляя, Тистие его позвала:

— Пожалуйста, подожди… Я хочу поговорить с тобой…

В этот момент короткое бормотание Леви дошло до ушей Тистие.

При этом она на что-то наткнулась. Ее тело охватило странное чувство парения.

А?

К тому времени, как она это заметила, она падала в оросительный канал.

К сожалению, Тистие совершенно не умела плавать.

Глава 33: Глава 60. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (12)

В следующий момент, когда Тистие открыла глаза, она оказалась в ветхой хижине.

Земля была обнажена, а конструкция состояла просто из стен и крыши. Перед ней горел потрескивающий огонь. Кто-то, скорее всего, обогревал этим комнату.

Плечи Тистие были накрыты старым одеялом, и она облокачивалась на стену. Ее одежда была полностью промокшей. С ее серебряных волос капала вода.

Я… упала в воду…

Теперь, когда она подумала об этом, это было безрассудно с ее стороны. Кто бы мог подумать, что, бегая по городу, она упадет в водный путь? Если бы Гейзел узнал об этом, он, вероятно, нахмурил бы брови и спросил: «Сколько тебе сейчас лет?»

Чувствуя смущение, Тистие хотела закрыть лицо. Однако, приметив кое-что, она положила руку на правое ухо.

— Н-нет, я ее уронила…?

Казалось, что одна из сережек отвалилась. Она не знала, упала ли серьга, когда она бежала, или когда она оказалась в воде. Лицо Тистие в одно мгновение посинело.

Когда открылась дверь хижины, раздался дребезжащий звук. Появился Орбит, и их взгляды тут же встретились. Увидев, что Тистие в сознании, он почувствовал облегчение.

— Слава богу, я вас увидел…

— М-может быть, это вы мне помогли?

— …Я не могу бросить подругу Елены.

Увидев горькую улыбку Орбита, Тистие поджала губы. Если Леви была права, вполне вероятно, что Орбит украл тиару. Неудивительно, что когда Тистие окликнула его, он мгновенно подался в бега.

Но кроме того, он помог мне…

Вместо того, чтобы бросить ее, Орбит спас ее от утопления. Он даже приглядел за ней после этого.

Судя по его предыдущему поведению, он не казался изначально плохим человеком.

— Орбит… это ты украл тиару из дома графа Астеля, не так ли? — тихо спросила Тистие у Орбита, выглядящего удрученным.

— …

— Почему ты так поступил?

— Это…

В тот момент, когда Орбит попытался заговорить, Тисите охватил озноб. Ей казалось, что в ее голову вторгается огромная масса эмоций. Гнев. Нетерпение. Из-за невероятной напряженности Тистие инстинктивно искала, где бы спрятаться.

— Чт-что случилось?

— У меня просто очень плохое предчувствие…

Обеспокоенный Орбит протянул руку Тистие, которая начала дрожать не только от холода, но и по другим причинам. В этот момент обшарпанный вход хижины был выбит ногой. После громкого звука дверь упала на землю, как будто она держалась на клее.

Орбит оглянулся на внезапный громкий шум.

Однако в следующий момент «Хии…» оказалось единственным, что он успел выпалить. Тистие смиренно закрыла глаза.

…На лбу три вертикальные морщинки…

Мужчина, который выломал дверь, медленно убрал ногу. Там стоял не Король Преисподней, а Его Величество Император — Гейзел.С ярко блестящими глазами.

— …Мне очень жаль. Я подумал, какой это замечательный предмет, но оказалось, что он принадлежит Ее Величеству…

После нападения — нет, обнаружения Гейзелем, Тистие и Орбит были доставлены обратно в главную резиденцию. Тистие сказали немедленно принять ванну и переодеться. После этого она села рядом с Гейзелом. Она украдкой взглянула на него. Казалось, что Гейзел стал собой.

…Боюсь… Орбит умрет?

Выражение лица Гейзела, когда он увидел, как Орбит тянется к промокшей Тистие… было таким же страшным, как при вторжении Йензи.

Неудивительно, что Орбит был напуган. Он сразу же признался в своих преступлениях, потирая головой землю. Однако гнев Гейзела не утих. Он обнажил меч, висевший у него на поясе. К счастью, Ван, который вовремя его догнал, остановил его.

Орбит, испытавший на себе как страшен Гейзел, в ужасе сел на диван.

Перед таким бедным ягненком сидел Ледяной Император, тот, кто заморозил всю Верси своим правлением, Гейзел. Он сидел, положив одну ногу на другую, а руки удобно лежали на подлокотниках.

— Орбит Лизар, старший сын семьи барона Лето.

— …Да.

— Я слышал о ситуации от Тистие. Спасибо, что помог ей. Но я не поблагодарю тебя за тиару.

— …Я понимаю.

Орбит даже не знала, что Тистие была Императрицей.

Однако с тех пор, как он узнал об этом, он боялся Тистие.

— …В чем была причина? — тихо спросила Тистие Орбита, который был так напуган оттого, что мог столкнуться с Богом Смерти.

— Я пытаюсь доставить неприятности Луке.

Он знал, что мастерская графа Астеля одалживает аксессуары у клиента. Он думал, что если один из аксессуаров исчезнет, ​​о графе Астеле распространятся дурные слухи.

— Но я собирался вернуть ее в ближайшее время. Я просто пытался немного его встряхнуть. Однако прибыли рыцари. Я не смог войти в мастерскую. Я вызвал больший беспорядок, чем ожидал…

— Это естественно. Ты знаешь, насколько ценна тиара?

— Простите…

— Ты ведь друг Елены? Неужели ты не думал, что она пострадает, если репутация графа Астеля упадет? — сказала ему Тистие, разочарованная извинениями Орбита.

— Э-это…

В это время послышался шум приближающихся шагов, бегущих по коридору. Когда Тистие подняла голову, дверь гостиной резко распахнулась. Плечи Елены поднимались и опускались на вдохах. Тистие взглянула на Орбита. Он был напуган еще больше, чем раньше.

— Е-Елена…?

Среди изумления Орбита Елена бросилась к нему. Испугавшись ее, он поспешно встал. Елена сжала кулак и без малейшего колебания ударила его по щеке.

— Гха!

Э!?

Великолепный железный кулак ударил Орбита в лицо. Его тело комично отбросило на ковер.

Гейзел, наблюдавший за всей сценой, одобрительно кивнул.

— Это был хороший прямой удар, — заметил он, скрестив руки. С другой стороны, Тистие была удивлена ​​и не знала, как реагировать.

— Орбит, ты понимаешь, какое преступление совершил!?

— Мне очень жаль, прости! Я просто хочу спасти тебя…

— Меня…?

Орбит опустился на колени перед Еленой, которой было не по себе.

— Потому что все хвалят только Луку! Даже если ты дизайнер, он действует так, как будто это его собственное достижение! Из-за этого ты…

— …Орбит.

— Его бизнес не стал бы таким большим без тебя! Тем не менее, Лука воспользовался тобой… Я так зол на него… Меня тошнит от того, как он обращается с тобой как с инструментом, чтобы заработать больше денег…

Елена тихонько смотрела на Орбита, который обмакивал ковер слезами. Через некоторое время она выдохнула и вернулась к своему обычному спокойствию.

— …Понятно, вот какова причина. Все хорошо. Пока я могу шить платья, я уже довольна.

— Елена, но…

— Это не твое де

Крик Елены задел грудь Тистие. Вероятно, боль исходила от голоса Еленыиз самого сердца. Это нанесло мощный удар по Тистие.

Голос сердца человека, который действительно в чем-то убежден, обычно был таким.

Голос ее сердца так яро кричит… он отличается от голоса сердца Его Величества, тогда Елена определенно…

Кроме того, ничто из того, что сказала Елена, не отражало ее истинных чувств. Тистие подумала, понимает ли это Елена. Она мягко шагнула вперед и перевела дыхание.

Глава 34: Глава 61. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (13)

— Елена… Я могу немного согласиться с Орбитом…

— Ваше Величество Императрица…

— Каждый эскиз, который ты нарисовала, очень хорош. Когда ты измеряла мое платье, ты всегда была серьезна… Таким образом, я осознала, насколько тебе нравится шить платья.

— …

— Конечно, не все в мире оценят это по достоинству. Однако я считаю, что трудолюбие само по себе хорошо.

Тистие было стыдно признаться, что поначалу она смирилась с тем, что Елену, как женщину-дизайнера, будут избегать в Верси.

Однако Верси вот-вот преобразится ничем иным, как руками Гейзела.

Когда я услышала точку зрения Его Величества, я подумала, что это безрассудно… но что я за Императрица, если не верю в перемены?

Не имело значения, сколько времени это займет или сколько людей отвергнет такую идею. Не было смысла создавать бесконфликтный мир, который представлял себе Гейзел, если она сейчас не сделает первый шаг.

Тистие крепко сжала подол своего платья.

— Это королевство изменится. Мы изменимся. А пока я хочу, чтобы Елена не разочаровывалась в своих истинных чувствах…

Тистие понимала, что ее желание тоже можно было счесть жестоким.

В мире, где женщинам не разрешалось работать, бороться с абсурдностью мира было все равно, что оказаться на передовой войны. Елена, прислушавшаяся к словам Тистие, опустила взгляд — как будто она страдала. Орбит, смотревший на нее, тоже был полон боли. Он выглядел готовым заплакать.

Затем из двери раздался голос Луки.

— Простите меня. Атмосфера была тяжелой, поэтому я воздержался от входа.

— Лука, ты…

Выражение лица Орбиты изменилось.

С другой стороны, Лука продолжал плавно вертеть слова, как будто ничего не произошло.

— …Как надоедливо. Ваша помолвка аннулирована, но ты по-прежнему настаиваешь на том, чтобы оставаться рядом с ней.

— Это аннулирование было односторонним! Теперь, когда я знаю правду!

— Это наша проблема. Ты не имеешь права высказывать свое мнение. Не говоря уже о том, что ты даже изобразил вора и инсценировал кражу со взломом — ты такой хлопотный.

— Черт!

В отличие от Орбита, который был раздражен, Елена была в страхе от появления Луки. Лука прищурился, глядя на нее, все еще держащую голову опущенной, кусая губы.

— Елена, благодаря тебе преступник сознался в своем преступлении. Кроме того, вмешалась и Императрица. Какое время — позвольте мне пояснить это здесь.

— …

— Что ты хочешь делать? Чего ты действительно хочешь?

— Я…

Мимолетный голос Елены походил на мерцающую свечу, которая была готова исчезнуть в любой момент. Тистие тоже с надеждой смотрела на нее.

На мгновение глаза Елены встретились с глазами Тистие. Однако она тут же их снова опустила.

Елена, не отступай…

После долгого молчания Елена наконец открыла рот.

— Я… на этот раз я хочу бороться.

— Уу…

— Уверена, что он не будет так популярна, как мой брат, я не думаю, что мои платья вообще будут продаваться. Тем не менее, я хочу создать платье под своим именем…

Казалось, каждое слово состояло из слез.

Представьте, сколько смелости понадобилось Елене, чтобы сказать, что это будет несложно. Годы накопленных Еленой страданий и печали, казалось, постепенно таяли.

Слова Елены достигли своего предела и в конце концов затихли.

Лука молча размышлял. Елена ждала его следующего ответа. Достаточно скоро он открыл глаза и показал красивую улыбку.

— Тогда попробуй.

— А?

Короткий голос был не Елены, а Орбита и плачущей Тистие. Лука прищурился, глядя на восторженные реакции двоих.

— Чтобы быть точным, я оставлю позицию дизайнера для бренда, который скоро будет запущен, для тебя.

— Почему так внезапно, брат…?

— Это совсем не внезапно. Я с самого начала планировал так сделать.

Затем Лука вынул из нагрудного кармана небольшой листок бумаги. Это была визитная карточка Сиель Этуаль, которую Тистие видела раньше. На оборотной стороне четко выгравированы слова «Дизайнер / Елена Шнайдер».

— Работа женщины в этом королевстве до сих пор терпит неудачи. Фактически, если бы я не продавал их под своим именем, я бы не смог выставить ее первое платье в моем магазине.

Но… Лука закрыл рот карточкой.

— Платья, которые ты кропотливо шила, стали популярными в социальных кругах. Каждый хочет заполучить их. В такое время уже не имеет значения, женщина дизайнер или нет. Никто не откажется от них, эти чудесные платья уже в гардеробах многих женщин.

Платья из мастерской покупали только аристократы и влиятельные люди. Таким образом, не было никого, достаточно храброго, чтобы критиковать то, что они любили. Лука не только разрабатывал мастерскую, но и закладывал основу дизайнерской карьеры Елены.

В то время как Тистие восхищалась мастерством Луки, Елена внезапно казалась неспособной понять ситуацию.

— Конечно, я также сообщу, что ты была дизайнером платьев, которые я до сих пор успешно продал. Мне нужно быть готовым к некоторой негативной реакции, но, несомненно, это станет горячей темой. Неплохо для дебюта, а?

— Старший брат…

— …Мне очень хотелось поскорее подготовить твой выход в свет. Мне искренне жаль, что так поздно.

Увидев его горькую улыбку, Елена заплакала. Когда она отчаянно пыталась стереть слезы, Лука нежно обнял ее. Елена продолжала тихо плакать в грудь брата, возможно, потому, что больше не могла сдерживать свои эмоции.

Глядя на этих двоих, Тистие тоже не удержалась.

Глава 35: Глава 62. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (14)

Извинившись, Елена вышла из комнаты. После этого Орбита отвели к рыцарям. Поскольку тиару вернули неповрежденной, Тистие отчаянно прсоила Гейзела. В итоге было решено, что Орбит получит только строгий выговор.

— Мне очень жаль, что вас втянули в дела моей семьи, — Лука низко поклонился. Тистие тоже поблагодарила его.

— Простите, что я забегаю вперед… Я не знала, что ты пытался подготовиться к будущему Елены… Я просто поступила так, как мне заблагорассудилось…

— Нет, благодаря вам она сумела разобраться в себе раньше, чем я ожидал. Поэтому я вам благодарен.

А?

Тистие склонила голову.

— На самом деле, это было немного авантюрой.

— Авантюрой?

— Да. Я собираюсь сделать Елену дизайнером моей новой коллекции, но я не знал, что буду делать, если она будет в себе неуверена.

— …

— Изначально я подумывал поднять с ней эту тему, когда будет доделано платье Императрицы. Но, судя по предыдущему мышлению Елены «Я не могу продавать платья под своим именем», весьма вероятно, что она отказалась бы от моего предложения.

Как сказал Лука, если бы Елена продолжала скрывать свое истинное желание, она, скорее всего, отказалась бы, даже если это была карьера ее мечты.

Но, благодаря вмешательству Тистие и Орбита, ей удалось добиться решимости.

— Эта девушка добрая. Скрывая свои истинные чувства, она изо всех сил старалась оправдать ожидания других… Как ее брат, который зарабатывает деньги, используя ее талант, вполне естественно, что меня будут критиковать.

— Лука… сан…

У Тистие тоже было время, когда она подозревала, что Лука использует Елену в своих интересах. Но на самом деле Лука был неуклюжим человеком, готовым испортить собственную репутацию ради своей дорогой сестры — вместо того, чтобы делать что-либо в выгоду своему делу.

Грудь Тистие сжалась от радости, и она чуть не расплакалась. Но как только она увидела яркое, смеющееся лицо Луки, она моргнула.

— Я думаю… отчасти это также благодаря Орбиту.

— …А?

— Благодарю Ваше Величество Императрицу за помощь.

— Т-ты меня благодаришь?

— Да, как подруга Елены, вы поддержите меня и станете ее свидетелем? Она определенно настоящий дизайнер.

Услышав это, Тистие почувствовала ужасную дрожь.

— …П-поэтому ты привел Елену на встречу со мной?

— Я попросил ее сопровождать меня для ваших мерок, потому что я считаю, что как дизайнер Елена сама должна поддерживать контакт со своим клиентом, Императрицей. После этого вы посетили мастерскую и пошли в ее комнату. Это было благословением.

Э-этот человек… такой страшный!

Тистие слышала, что Лука обычно не разрешал посещать мастерскую, потому что держал в секрете личность дизайнера — Елены. Конечно, это могло быть также связано с тем, что Тистие была Императрицей, из-за чего Лука не осмелился отказать. И все же Лука, вероятно, с самого начала намеревался сделать это ради Елены. Разумеется-

Помимо Тистие, которая хмурилась, Лука изящно поблагодарил Верси Гейзела, который раньше спокойно наблюдал за этой суматохой.

— Ваше Величество, я глубоко извиняюсь за то, что расстроили вас.

— Это больше не имеет значения. Обязательно приходи на церемонию.

— Конечно.

Несмотря на то, насколько устрашающе выглядел Гейзел, Лука все еще мог улыбаться. В очередной раз Тистие осознала, насколько страшным был этот человек.

Судя по всему, и Тистие, и Орбит танцевали на ладони Луки. Это не должно вызывать удивления, но… Тистие подняла голову.

— …Благодаря этому Елене удалось взять себя в руки. Это хороший результат.

— Нет, совсем не хороший.

При словах Гейзела Тистие повернулась к нему. Затем, несмотря на то, что они двое были одни, Гейзел превратился в «Ледяного Императора».

Обильно вспотев, Тистие размышляла о своих прежних действиях.

Не успев вспомнить, она услышала как Гейзел разочарованно заговорил.

— Несмотря на то, что церемония близка, даже если горожане не знают твоего лица… что Императрица делала в городе одна?

— Я-я же сговорила тебе — я собиралась на семинар.

— Слышал, что ты отказалась от сопровождения горничной, не говоря уже об эскорте.

— Я просто не хотела мешать твоей работе… Я также не хотела выделяться среди толпы…

— Это письмо — лучшее, что ты можешь сделать?

— Мне жаль…

В спешке Тистие оставила письмо обеспокоенному дворецкому, которое затем перешло к Вану.

Когда Ван был поражен содержанием, внезапно появился Гейзел. И будто с ловкостью хищника он выскочил из королевского дворца.

Глава 36: Глава 63. Дома аристократов и родителей — еще одна задача (15)

Вот почему он прибыл так скоро…

Однако Гейзел был прав.

Когда она была в Лэйси, ее сестры могли относительно свободно гулять по городу. Таким образом, Тистие не думала, что это слишком серьезное дело. Она была беспечна и, не говоря уже о том, что оставила себя уязвимой в королевской столице.

В настоящее время она была Императрицей.

В том маловероятном случае, если что-то случится с ней, не только Тистие, все вокруг нее тоже понесут ответственность. Гейзел радостно улыбнулся, когда Тистие наконец поняла, насколько она важна.

— Ну, раньше ты даже письма не оставила бы. Тебе стало комфортнее.

— Мне правда, очень жаль…!

Склонив голову от похвалы, Тистие вдруг удивилась. Независимо от того, как быстро Гейзел покинул дворец, как он обнаружил, что она находится в той хижине?

Когда она подняла глаза, ее взгляд встретился с глазами Гейзела. Он выглядел немного мягче, чем раньше.

— В-Ваше Величество, как вы узнали, где я была? — со страхом спросила Тистие.

— Из-за этого.

Тистие была поражена тем, что он показал. Это была серьга, которую, как она думала, она где-то уронила.

— Я подобрал ее у водного пути.

— Тистие, извини! — Леви будто дымилась в руке Гейзела. Она перелетела к плечу Тистие, заливаясь слезами.

Тистие моргнула:

— Эм… — и указала на левое ухо. Постепенно она начала осознавать серьезность ситуации.

Что мне делать… я уронила сережку, которую получила от Его Величества…

Она даже не могла слышать голос его сердца. Этот инцидент мог привести и к разводу. Тистие почувствовала слабость.

Итак, ее третье извинение.

— Ваше Величество, это не то, что вы думаете, мне просто нужна была помощь Леви… Я не специально ее бросила…

— Я знаю. Скорее, ты этим помогла, уронив ее.

Что?

Гейзел продолжил в сторону растерянной Тистье.

— Через эту штуку я слышу твой голос. Вскоре после этого шумный парень сказал мне, где тебя искать.

— Прошу прощения!?

— Мой голос…?

Гейзел прошептал серьге в руке. Затем, почти в то же время, его голос достиг уха Тистие. Она покраснела и заткнула уши.

— Г-голос Вашего Величества был…!?

— Вероятно, это механизм, который позволяет обмениваться словами через две серьги.

Вот как?

Леви внезапно рассмеялась.

— Это моя сила! Если у вас есть одна из сережек, вы можете достучаться друг до друга! Конечно, слышать могут только люди, которые могут слышать голоса духов!

— Вау, это удивительно, Леви!

Увидев изумленное выражение лица Тистие, Гейзел вздохнул. Затем его пальцы потянулись к ней.

Тистие застыла, думая, что он зол. Гейзел осторожно надел ей сережку. Она с радостью посмотрела на него.

— Спасибо, Ваше Величество.

— …

Гейзел молча смотрел на счастливую Тистие.

Затем он внезапно поднял ее и усадил к себе на колени.

— В-Ваше Величество!?

Хотя других людей рядом не было, Тистие поспешно посмотрела на Гейзела. В конце концов, позиция была довольно неловкой.

Однако он промолчал. Когда он обвил рукой талию Тистие, его движения были действительно осторожными. В конце концов, слова, которые Гейзел не смог произнести, стали слышны.

[Я так рад, что с ней ничего не случилось… Если бы что-то случилось, я бы не смог простить себя.]

Ваше Величество…

Тистие смутилась внезапной сменой тона Гейзела, прижавшегося лбом к ее плечу. Тем не менее, он не ослабил своих объятий, как если бы подтверждал ее существование.

[Если возможно, я не хочу, чтобы она выходила из дома. Но это лишит Тистие свободы. Я не могу этого сказать ей, это слишком эгоистично…]

Гайзел одиноко вздохнул. Тистие потянулась к его черным волосам, чувствуя силу его крепких рук, соответствующих его телосложению.

Неожиданно Гейзел закрыл глаза, принимая прикосновения Тистие.