Что?! Наша семья оказалась потомками злого бога?

Значит, это был не сон?

Увидев, что стоящий перед ней младший совсем никак не отреагировал на её слова, она нахмурила своё маленькое личико:

─ Так что, младший, заключишь со мной контракт?

─ А? Заключу, конечно заключу, как я могу не заключить.

Опомнившийся Эрос был вне себя от радости – всего лишь наблюдать за собой, какая же это проблема.

─ Но как его заключить?

─ Дай мне руку!

Эрос послушно протянул руку, и черноволосая девушка прижала к ней свою белую тонкую ладонь. Когда их пальцы соприкоснулись, черноволосая девушка тихо прошептала.

─ Моим телом – твоими глазами.

После этих слов всё её тело слегка замерцало, и в следующий миг Эрос почувствовал, как его левую глазницу обожгло.

А затем пришла резкая боль, и он, внезапно проснувшись, зажал левый глаз ладонью.

Если бы кто-нибудь в этот момент увидел его левый глаз, он бы заметил, что его изначально бирюзово-голубой, словно драгоценный камень, сияющий глаз уже стал совершенно чёрным – той чистой и глубокой чернотой, сквозь которую не может пробиться даже свет.

Боль пришла так же быстро, как и ушла, и вскоре та чистая глубокая чернота из его левого глаза исчезла, и вновь проявился тот бирюзово-голубой, словно драгоценный камень, сияющий глаз.

В то же время в его голове раздался звонкий и приятный голос черноволосой девушки.

─ Я немного посплю.

Сказав это, она затихла, и Эрос, прислушавшись к своему левому глазу, ощутил, что с ним будто бы что-то изменилось.

Однако он не решился снова опробовать это вслепую, ведь он до сих пор ощущал пустоту в своём теле.

Судя по всему, последствия от того, что он вслепую опробовал навыки, ещё не прошли, и в комнате сейчас никого не было.

Эрос взглянул на небо за окном – солнце уже село, и лучи заката падали на комнатные растения на подоконнике, добавляя их листьям золотистую пыльцу.

Уже время ужина, как же хочется есть, хочется пойти поесть.

Но из-за того, что тело сейчас ощущалось будто бы опустошённым, совсем не хотелось шевелиться.

И он снова лёг, ладно, поем завтра.

Как раз в этот момент дверь тихо приоткрылась, и вошла Эстель в сопровождении двух служанок, а в руках служанок как раз стояли тарелки с изысканно приготовленными блюдами.

Увидев это, глаза Эроса загорелись, и его прежде унылое настроение вмиг развеялось.

─ Готов поклясться, ты точно самая лучшая мама на свете! ─ радостно воскликнул он.

Эстель улыбнулась – к иногда несуразным словам своего младшего сына она, очевидно, уже привыкла.

Ночью, лёжа на кровати, Эрос смотрел на сидящую у его кровати Эстель.

─ Эстель, днём мне приснился сон, я думал, что навсегда покину вас. ─ тихо произнёс он.

Он в этот раз не назвал её мамой, а обратился по имени – очевидно, он действительно был напуган.

Разумеется, речь шла о том щупальцевом монстре, что приснился днём; когда он увидел то щупальце, его сердце чуть не остановилось, и он впервые почувствовал себя так близко к смерти.

Главным образом потому, что потрясение от первой встречи с телом того щупальцевого монстра было слишком велико.

Та огромная тварь, расположившаяся над морем, те жуткие глазные яблоки, те извивающиеся щупальца – трудно было не запомнить это.