Глобальная игра: смена профессии на Короля Магии, неограниченное добавление навыков

— Хе-хе, братец Ан, ты и не представляешь: на самом деле с того первого похода мы выиграли всего около шестисот тысяч.

— Но ты ведь не остановился и пошел зачищать дальше? Я продолжил принимать ставки, но уже не на простую победу – это было бы слишком мелко. Я поставил условие: побьешь ли ты рекорд или нет!

— Хоть твоя сила в первом подземелье многих и поразила, большинство списало это либо на удачу, либо на то, что ты просто идеально подходишь против того конкретного типа монстров.

— Так что они продолжили ставить против тебя. В итоге мы открывали тотализатор четыре раза подряд!

— Правда, на последних двух подземельях люди наконец начали верить в тебя и ставить на твою победу. Пришлось сменить коэффициент: уже не один к десяти, а всего один к одному и одной десятой.

— В общем, так и набежала эта сумма.

Чжао Жуйтянь хитро улыбнулся.

Хотя Ан Бай договаривался с ним только о первой ставке, и по логике старина Чжао мог забрать остальное себе, он не был близоруким человеком.

Такой мастер рядом!

Расположение такого человека куда важнее сиюминутной прибыли.

И пусть он не понимал, почему боевой маг из великого клана заботится о таких грошах, он решил, что это просто своеобразное хобби богатого наследника.

— Ладно, спасибо, старина Чжао. Возьми это за труды – всё-таки ты возился со ставками весь день и не мог брать обычные заказы.

Ан Бай перевел на свой счет миллион восемьсот тысяч, а оставшиеся сто восемьдесят тысяч оставил на карте Чжао Жуйтяню.

Он не был черствым человеком: если кто-то помог, нужно отблагодарить.

— Ого, так много! Ну как-то даже неловко! — Чжао Жуйтянь расплылся в улыбке, принимая карту. Для него это были приличные деньги.

Однако затем его лицо стало серьезным, и он, наклонившись к самому уху Ан Бая, прошептал:

— Слушай, братец Ан, видишь того парня? Почти половина из этих двух миллионов – его проигрыш. Будь с ним осторожнее.

Ан Бай проследил за взглядом спутника.

В углу сидел мрачный мужчина с тяжелым взглядом и одну за другой глушил кружки с элем. Было очевидно, что он пытается залить горечь от крупного проигрыша.

Не успел Ан Бай спросить, кто это такой, как Чжао Жуйтянь сам всё пояснил:

— Это Цзян Лэй из Гильдии Теневого Жала, ассасин двадцатого уровня.

— У Теневого Жала с моим Братским Союзом натянутые отношения. Сегодня он увидел, что я принимаю ставки на такие немыслимые условия, и решил сорвать куш, поставив огромную сумму.

— Причем ставил все четыре раза подряд, надеясь отыграться и заодно поиздеваться надо мной.

— В итоге… — Чжао Жуйтянь не договорил.

Но и так было ясно: парень проигрался в пух и прах.

— Но ты не волнуйся, братец Ан. Что Теневое Жало, что наш Братский Союз – это гроза только для обычных людей. Ты же из семьи Ан, тебе бояться нечего. Я просто предупреждаю.

Ан Бай кивнул и пообещал, что в следующий раз, если представится случай, снова обратится к старине Чжао.

На этом они распрощались.

Ан Бай снова направился на торговую улицу для профессионалов.

С миллионом восемьюстами тысячами в кармане он чувствовал себя в магазинах куда увереннее – по крайней мере, теперь не нужно было бояться, что если он случайно что-то заденет и разобьет, ему придется отрабатывать долг десять лет.