Исчез на летних каникулах, а к началу учебы вернулся предком стадии Зарождающейся Души!

«Много на себя берет»

Толстяк Ван стоял у входа в аудиторию, и сердце его переполнялось диким восторгом.

Видя, как эта безупречно прекрасная фигура приближается всё ближе, он глубоко вздохнул, одернул одежду и выдавил из себя самую чувственную и чарующую, по его мнению, улыбку.

─ Цзян…

Но стоило ему лишь раскрыть рот,

как Цзян Ино опередила его: ─ Одногруппник, извини, не мог бы ты отойти?

Толстяк Ван так и замер на месте.

Улыбка окаменела. Он тупо смотрел на Цзян Ино, и волна липкого стыда и неловкости накрыла его с головой.

Отойти?

Выходит, она шла вовсе не к нему, а просто направлялась в первую аудиторию первого курса управления!

─ Мелкий пузатик, чего застыл? Освободи проход, ты нам дорогу загораживаешь, ─ поторопила его шедшая рядом Су Сяомэн.

─ Т… так точно, ─ выдавил из себя Толстяк Ван, скорчив улыбку, которая выглядела куда хуже слез.

Обе девушки прошли внутрь.

Ясные глаза Цзян Ино тревожно заскользили по толпе, лихорадочно пытаясь вычленить знакомый силуэт.

Вся аудитория, парни в которой до этого предавались полуденному отдыху или болтали о пустяках, при виде Цзян Ино мгновенно взбудоражилась.

─ Охренеть! Мне не мерещится? Это же Цзян Ино!

─ Точно она! Родная младшая сестра университетской красавицы Цзян Цинюэ с третьего курса, наша новая первокурсница-богиня!

─ Какая же она красотка! Эта грация – вживую в десять раз сногсшибательнее, чем на фото! С какого перепугу её занесло к нам в группу?

Парни в один миг загорелись, их глаза сверкали, словно они нанюхались адреналина.

Однако Цзян Ино осталась совершенно глуха к этим восторженным взглядам.

Она внимательно, круг за кругом, обошла всю аудиторию, заглядывая в каждый угол.

Пусто.

Брата Чэнь Мо не было и в помине.

В тот же миг её полные надежды глаза потускнели.

На бледном личике промелькнула тень разочарования.

Шедшая следом подруга Су Сяомэн подошла и мягко дернула её за рукав: ─ Ино, наверное, его просто нет в аудитории.

─ Может, пойдем пока, а после обеда заглянем еще раз?

Цзян Ино прикусила пухлую губу, переполненная досадным несогласием.

Но она понимала, что просто стоять здесь бессмысленно, и в конце концов с тяжелым сердцем кивнула: ─ Ладно… зайдем попозже.

С этими словами они с Су Сяомэн покинули аудиторию, оставив позади шлейф волнующих душу духов.

Стоило Цзян Ино скрыться за дверью, как в аудитории начался настоящий переполох.

─ Боже мой, судя по её виду, она определенно приходила к кому-то из наших!

─ Видали её растерянный и такой печальный взгляд? Уж не зазнобу ли она свою искала?

─ А ведь похоже, черт побери.

─ Кто?! Кто это, мать вашу?! У какого ублюдка в нашей группе хватило наглости стать зазнобой самой богини Цзян?

Слушая бурные споры сокурсников,

Толстяк Ван поплелся к своему месту и с глухим стуком

плюхнулся на стул, точь-в-точь как сдувшийся мяч.

Ему сейчас было совсем не до сплетен.

Это ощущение можно было сравнить разве что с моментом, когда судьба распахивает перед тобой двери рая, заставляя уверовать в чудо, а потом с размаху бьет кувалдой, вбивая тебя вместе с этой дверью прямиком в преисподнюю.