Конец света неизбежен, а я просто жду

— Нет, я не пытаюсь тебя подколоть… Ань-цзы, ты хоть понимаешь, сколько стоит один столетний женьшень?

Су Юньань по-прежнему игнорировал Сюэ Жаня. А собеседник на том конце, быстро сверившись с базой данных, ответил вполне серьезно:

— Господин, у нас на складе осталось не так много столетних корней, всего четыре штуки. Не желаете приехать лично, чтобы оценить их качество?

— Качество меня не волнует, главное — чтобы им было больше ста лет. Назовите общую цену, — прямо сказал Су Юньань.

— Примерно два миллиона четыреста тысяч, господин.

— Понял. Доставьте в Шанчэн в течение трех дней, я сам заберу.

— Хватит нести чушь, Ань-цзы! — Сюэ Жань перестал смеяться, придвинулся к телефону и заговорил: — Брат Чэн, это Сяо Жань, я устроился к вам на прошлой неделе!

— Сюэ Жань?

— Да-да! Вы меня помните? Как приятно! Слушайте, этот человек со мной — мой одноклассник. Прошу прощения, у него, кажется, проблемы с головой, вы не принимайте его слова всерьез…

Су Юньаня окончательно вывела из себя эта выходка. Он пнул Сюэ Жаня, отчего тот повалился на стул.

— Я совершаю покупку, какое тебе дело? Проваливай отсюда, а!

Сюэ Жань опешил.

— Ань-цзы! Не будь неблагодарным! Я же пытаюсь тебя спасти! Если контракт подпишут, а у тебя не окажется денег, ты загремишь в тюрьму!

Су Юньань не стал тратить время на пустые разговоры и спросил менеджера:

— Какой размер задатка?

— Э-э… С двумя корнями проблем нет, но два других уже заявлены на аукцион. Если мы привезем их вам сейчас, нам придется выплатить неустойку, мы берем на себя риски. Поэтому задаток будет немного выше — как насчет восьмисот тысяч?

— Приезжайте подписывать договор. Место — отель Вина Интернешнл, зал Пион.

— Хорошо, я велю секретарю подготовить бумаги. Будем через полчаса, господин, прошу, не беспокойтесь.

— И не забудьте сертификаты подлинности с указанием возраста каждого корня.

— Понял.

Су Юньань положил трубку. Сюэ Жань остолбенел. Окружающие тоже начали наперебой уговаривать:

— Юньань, прекрати! Сюэ Жань, конечно, ведет себя навязчиво, но не стоит же из-за желания порисоваться садиться в тюрьму!

— Позвони обратно и извинись! Юньань, не нужно идти на поводу у тщеславия, остынь!

Су Юньань лишь закатил глаза.

— Почему вы все такие болтливые? У меня просто простуда, захотел купить пару корешков для супа, что в этом такого? Хотел даже вас угостить, но раз вы отказываетесь, то и ладно.

— …

Присутствующие лишились дара речи. Корни по шестьсот тысяч за штуку — для супа?!

Сюэ Жань, сидя в стороне, усмехнулся:

— Су Юньань, даже не думай, что я буду за тебя заступаться. Раздул из себя невесть что, а в итоге только опозоришься!

— Эх, — Су Юньань вздохнул и развел руками. — Жань-эр, ну почему ты как собака, которая лает на небожителя Люй Дунбиня, — добра не помнишь? Посмотри на себя, какой ты бледный, совсем истощен. Я ведь эти четыре корня, в том числе, и для тебя покупал!

— А? — Сюэ Жань завис. — Покупал для меня? Не… не может быть?

— Жаль, что ты теперь другой, человек высшего сорта. За год зарабатываешь пять шестых стоимости одного корня. Наверное, мой подарок тебе уже не нужен… — Су Юньань выглядел искренне расстроенным. — Ладно, ладно, раз вы все отказываетесь, оставлю себе.