Мать с приданым: второй брак в 70х

В доме семьи Шэнь Шэнь Хуайшань и Чэнь Цюхэ сидели с Мяньмянь. Чэнь Цюхэ то и дело поглядывала на настенные часы, где стрелки подбирались к девяти. Дочь все не возвращалась. Чэнь Цюхэ забеспокоилась и, передав Мяньмянь мужу, сказала:

— Пойду-ка я к выходу из переулка, погляжу, почему Мэйюнь до сих пор нет.

— Пойду-ка я к выходу из переулка, погляжу, почему Мэйюнь до сих пор нет.

Дочка темноты боится, так она ее хоть встретит.

Дочка темноты боится, так она ее хоть встретит.

Только она это произнесла, как снаружи раздался громкий настойчивый стук. Супруги переглянулись, и в их глазах зажглась надежда.

Только она это произнесла, как снаружи раздался громкий настойчивый стук. Супруги переглянулись, и в их глазах зажглась надежда.

— Это Мэйюнь вернулась! — воскликнула Чэнь Цюхэ и поспешила открывать.

— Это Мэйюнь вернулась! — воскликнула Чэнь Цюхэ и поспешила открывать.

Но дверь распахнулась, и улыбка на ее лице мигом угасла:

Но дверь распахнулась, и улыбка на ее лице мигом угасла:

— Ах, это вы…

— Ах, это вы…

На пороге высилась вся семья Шэнь: старшая невестка Шэнь, старший брат Шэнь, их дети Шэнь Мэйцзюань и Шэнь Цзяньмин, а также незнакомая немолодая женщина в добротном пальто из тонкой шерсти, туфлях на толстом каблуке и с модной химической завивкой. Судя по всему, пожаловали все до единого.

На пороге высилась вся семья Шэнь: старшая невестка Шэнь, старший брат Шэнь, их дети Шэнь Мэйцзюань и Шэнь Цзяньмин, а также незнакомая немолодая женщина в добротном пальто из тонкой шерсти, туфлях на толстом каблуке и с модной химической завивкой. Судя по всему, пожаловали все до единого.

Старший брат Шэнь помрачнел. Они привели почтенную гостью, а их встречают с такой неохотой! Просто позор перед уважаемым человеком!

Старший брат Шэнь помрачнел. Они привели почтенную гостью, а их встречают с такой неохотой! Просто позор перед уважаемым человеком!

— Невестка, ну что же ты? Высокая гостья на пороге, а ты не то что не встречаешь, а еще и дорогу загораживаешь! Это что ж такое творится?!

— Невестка, ну что же ты? Высокая гостья на пороге, а ты не то что не встречаешь, а еще и дорогу загораживаешь! Это что ж такое творится?!

— Высокая гостья? — язвительно переспросила Чэнь Цюхэ. — Явились всей оравой с допросом — это и есть высокая гостья?

— Высокая гостья? — язвительно переспросила Чэнь Цюхэ. — Явились всей оравой с допросом — это и есть высокая гостья?

Старший брат Шэнь побагровел и проглотил язык. Ему только и оставалось, что рассерженно махнуть рукой.

Старший брат Шэнь побагровел и проглотил язык. Ему только и оставалось, что рассерженно махнуть рукой.

— Я не хочу препираться с женщиной, пусть Хуайшань выйдет!

— Я не хочу препираться с женщиной, пусть Хуайшань выйдет!

В общем дворе, где все уже давно угомонились, от этого крика одно за другим начали зажигаться окна. Кое-кто, приоткрыв ставни, с любопытством выглядывал наружу, а кто-то и вовсе вышел поглядеть на бесплатное представление.

В общем дворе, где все уже давно угомонились, от этого крика одно за другим начали зажигаться окна. Кое-кто, приоткрыв ставни, с любопытством выглядывал наружу, а кто-то и вовсе вышел поглядеть на бесплатное представление.