Мои жёны из симуляции оказались реальными, и теперь мой же гарем охотится на меня! (ЗАВЕРШЁН)

души, я сделаю так, что число твоих возлюбленных снова станет двузначным.Ли Ли снова предложил отправиться домой, и на этот раз Ангелия не стала спорить. Но она была Рыцарем, а не кисейной барышней, и привыкла сама распоряжаться своей судьбой. Слова о «двузначном числе» не означали, что она пойдет резать соперниц. Нет, она просто уйдет сама. Исчезнет, оставив его коротать век с оставшимися девяноста девятью, а сама встретит старость в гордом одиночестве.— Хорошо, хорошо, только помолчи пока, — Ли Ли, даже не озаботившись тем, чтобы наколдовать себе новую рубаху, принялся скармливать Ангелии горсти драгоценных снадобий. Его суетливая забота заставила лед в сердце воительницы немного подтаять.Честно говоря, это был первый раз, когда Ли Ли запихивал ей в рот такие… полезные для здоровья сокровища. Раньше-то «сокровища» были совсем другого толка, но это уже совсем другая история…— Твоя грудь… — выдохнула Ангелия. Снадобья начали действовать, возвращая ей крохи сил, но истощение после [Раскалывающего звезды и луну] было слишком глубоким, чтобы исцелиться мгновением. Она всё еще бессильно прижималась к его груди.И тут её взгляд упал на обнаженный торс Ли Ли. Она вздрогнула. Несмотря на то, что её ультимативная атака не оставила на божественном теле и царапины, на груди Ли Ли, прямо над сердцем, виднелись странные шрамы.Кто мог сотворить такое? Ли Ли — истинное Божество! Она решилась на удар в полную силу лишь потому, что знала: она не сможет вырвать у него и волоска. Но эти отметины были реальны. Ангелия коснулась их пальцами, ощущая неровности кожи. Это не было галлюцинацией от усталости.— Пустяки, — усмехнулся Ли Ли, прижимая её к себе. — Это отметина от предыдущего человека, решившего потыкать в меня мечом. Я мог бы свести её, но не хочу, чтобы она поняла меня превратно.Ангелия коснулась того самого места, где Налань Юй некогда вывела острием клинка два изящных иероглифа: «Налань». Теперь понятно, почему она так вкрадчиво шептала ему «не забывать её», пока её меч гулял по его коже. Вырезать свою фамилию на груди мужа — это, конечно, надежный способ остаться в памяти. Выйдешь из душа, глянешь в зеркало — и вот она, любимая.Хотя, конечно, он мог бы и не мыться…Налань Юй, услышав, что речь зашла о её «творчестве», тут же навострила уши. А Янь Ии, которую Налань только что спустила с рук, моментально подскочила к Ли Ли, пытаясь рассмотреть диковинку.— Какие-то незнакомые закорючки… — пробормотала Янь Ии, вытягивая шею. Она долго разглядывала бледные следы, понимая, что это слова, но совершенно не узнавала письменности. Странно: её язык и наречие Налань Юй были полностью идентичны, но письменные знаки не имели ничего общего.Ли Ли же в любом из миров говорил на родном языке, и его понимали все. Любую грамоту он читал с ходу, писал на любом языке, словно на родном. Раньше он не придавал этому значения, считая чем-то само собой разумеющимся. Лишь недавний вопрос Су Яо заставил его задуматься. Теперь же, имея перед глазами Налань Юй и Янь Ии, он

окончательно убедился: здесь крылась какая-то тайна.— Ангелия, а ты узнаешь эти знаки? — спросил Ли Ли, глядя на воительницу. Хотя она и Налань Юй были выходцами из разных миров — один был миром восточного бессмертия, другой — западного фэнтези, — их речь не встречала преград. А что насчет письма?— Нет, не узнаю. Так это слова? Что же там написано?Предсказуемый ответ. Ли Ли лишь утвердился в своих подозрениях.Ему стоило обратить на это внимание еще в тот раз, когда его впервые зажали в угол сразу десять жен из разных миров, и все они прекрасно понимали друг друга. Но тогда он только-только вышел из состояния симуляции жизни, сознание еще не до конца вернулось в реальность, и он пропустил этот нюанс мимо ушей. В кругу семьи всё кажется привычным. Нужны были доказательства со стороны. И теперь, вспоминая слова Су Яо, он представил себе картину: если его жены — эльфийки или дракониды — заявятся сюда и заговорят, поймет ли их обычный человек вроде Су Яо? Если да, то дело точно пахнет керосином!