Осколки забытых снов

— Ты только понаблюдай за мной, у меня всё получается ужасно вкусно.

Легкость в голосе Нин Ишэня всегда поднимала настроение.

Обменявшись еще несколькими легкими фразами, Нин Ишэнь убрал из голоса недавнюю игривость и серьезно произнес:

— С самого момента, как мы вышли, за нами по пятам идут трое.

— Ты же до такой степени близорукий, как умудрился заметить, что за нами следят? — удивленно воскликнула Ся Юйчжи.

— Разве это сейчас главное?! — Нин Ишэнь закатил глаза и недовольно фыркнул. Впрочем, почувствов, что на душе у Ся Юйчжи нет никакого беспокойства, он немного оттаял и продолжил: — Вопрос уже решен, может, потом я попрошу кого-нибудь заменить всё то, что приготовил Ли Су?

Ся Юйчжи была девушкой умной. В холодильнике и без того имелся полный набор свежайших продуктов, но Нин Ишэнь все равно потащил ее на рынок лично, да и те его вопросы… Разумеется, она прекрасно поняла скрытый смысл его слов.

— Хорошо.

Одно короткое слово — хорошо. Таков был ответ Ся Юйчжи.

А подтекст у слов Нин Ишэня был такой: я подозреваю, что Ли Су подсыпает тебе в еду какие-то лекарства, ты мне веришь?

Хорошо, хочешь сделать — делай.

Ся Юйчжи всегда казалось, что Нин Ишэню катастрофически не хватает чувства безопасности.

Иногда он переспрашивал по нескольку раз то, о чем уже говорилось раньше. Но ничего.

Пусть даже он хмур и тревожен, сколько бы раз он ни переспрашивал и ни проверял ее —

она каждый раз будет давать ему ответ.

Провозившись всю первую половину дня, они вдвоем насладились вкуснейшим обедом и теперь находились на кухне. Ся Юйчжи стояла у раковины и мыла посуду, а Нин Ишэнь прислонился спиной к кухонной тумбе неподалеку.

— Ну как? Вкусно? — на лице Нин Ишэня словно было написано: я такой молодец, ну похвали же меня скорее.

Ся Юйчжи сосредоточенно терла тарелку, но всё же отозвалась:

— Да-да-да, ты у нас самый крутой. Награда тебе — приготовить мне еще разок нынче вечером.

— Сегодня вечером, пожалуй, не выйдет. У меня там ужин-встреча с людьми из организации. Собираюсь поискать компромат на Ли Су, вдруг получится…

— Получится что?

Ся Юйчжи изначально собиралась расспросить про этот ужин, но, услышав имя Ли Су, сочла это дело более важным.

— Вдруг получится упрятать его за решетку? Я ведь законопослушный гражданин, что еще я могу сделать?

Нин Ишэнь очень любил отвечать вопросом на вопрос.

— Он… когда я была маленькой, он очень хорошо ко мне относился. Не надо… давай всё же не причинять вреда ни ему, ни его семье.

Ся Юйчжи продолжала мыть посуду, но голос ее дрогнул, и от былой сосредоточенности при упоминании Ли Су не осталось и следа.

Нин Ишэнь услышал это и приподнял брови, подумав про себя: «Похоже, та моя прошлая угроза Цзи Хэ произвела на нее неизгладимое впечатление». Но вслух объясняться не стал и лишь легко бросил:

— Хорошо.

Добрый он или злой? Ему было совершенно всё равно, что думают о нем окружающие и как они его воспринимают. Даже если это касалось Ся Юйчжи.

Глава 30

Ивэн — крупнейший бар в этом городе, открывающийся в шесть часов вечера. Здесь есть всё: и легальный алкоголь с развлечениями, и то, о чём в приличном обществе не говорят. Ивэн — это название бара, но те, кто вращается в определённых кругах, прекрасно понимают, что это имя также служит главным прикрытием заведения.