Простой смертный на краю света

Шаг назад — и откроется море и небо, терпение же только распаляет гнев!

Очевидно, уровень духовного развития Чжан Тяньцы был еще недостаточно высок: читая комментарии, он всё же испытывал непреодолимый зум превратиться в интернет-тролля и прокричать: «Явись, клавиатура!».

Нельзя рушить созданный образ! Брату Розе стоило немалых трудов вылепить этот имидж. Глубокий вдох, не обращай на них внимания, пойдем проверим, что там оставили у других!

Чжан Тяньцы глянул в окно. Судя по времени, приближалось одиннадцать часов, и небо должно было погрузиться во тьму. Но из-за космической бури Чжан Тяньцы воочию ощутил: если и существует переливающаяся черняга, то она выглядит именно так — очень красиво, очень грандиозно и вместе с тем крайне опасно.

В действительности после пробуждения его физическое состояние становилось всё лучше и лучше, что казалось ему крайне странным. Мало того, что он совсем не чувствовал сонливости, так еще и отчетливо ощущал, как с каждым мгновением становится сильнее и моложе. Вглядываясь в самую глубь небес, он даже испытывал зуд от желания попробовать свои силы. Достигнув среднего возраста, когда от тебя мало что зависит и приходится пить чай с ягодами годжи из термоса, Чжан Тяньцы уже давно не чувствовал себя настолько здоровым. Это было то самое состояние, когда можно просидеть всю ночь напролет в интернет-кафе, резаться в игры до рассвета, а потом спокойно пойти на занятия — после восемнадцати лет такое удавалось редко. Подобное состояние, хотя он и не превратился в супермена, давало ему внутреннюю уверенность перед лицом этого незнакомого мира. Это был типичный случай влияния физического состояния на психическое.

Набравшись храбрости, Чжан Тяньцы отворил дверь и вышел из крошечной комнатки, в которой провел больше пяти часов после своего пробуждения.

Глава 5

Чжан Тяньцы открыл дверь квартиры, а затем — защитную решетку, открывающуюся наружу. Замок оказался с трехрядным механизмом, а изнутри были дополнительно установлены два засова — похоже, хозяин подготовился основательно. Выйдя в коридор, он сразу увидел табличку 1203. Опустив взгляд, он заметил коврик из диатомита с нарисованным черепом — довольно эксцентричный выбор.

Он огляделся: 1204 была прямо напротив, еще две двери справа, а слева — около восьми или девяти. Похоже, это был дом с однокомнатными квартирами коридорного типа. Между жилыми помещениями располагались два лифта, а прямо по центру — широкая пожарная лестница. В коридоре стояла тишина: то ли все попрятались из-за шторма, то ли квартиры пустовали.

Приподняв коврик, он обнаружил под ним два ключа. Осмотрев защитную дверь 1204, идентичную его собственной, он увидел, что на ключах заботливо наклеены бирки: «защитная дверь» и «межкомнатная дверь».

Открыв дверь, он увидел аккуратно сложенные картонные коробки. Судя по надписям, это были припасы. В восьмиметровой комнате не было ни мебели, ни зонирования. У левой стены стоял стеллаж, на котором сверху вниз были разложены: длинное копье, состоящее из двух частей с резьбовым соединением; четыре меча танхэн в ножнах разного размера; два меча без ножен, по виду — восьмигранные мечи хань; два ретро-лука с железными плечами, четыре колчана и около двухсот оперенных стрел; механический арбалет с сорока короткими болтами. На самой нижней полке лежала копия Ледяной Скорби. Луки он узнал, потому что видел их в роликах в сети, а Ледяную Скорбь знал как фанат — от DotA до World of Warcraft. Столкнувшись с этим огромным мечом общей длиной больше метра и шириной лезвия свыше десяти сантиметров, Чжан Тяньцы не смог сдержать восторга. Все горы еды и напитков в комнате сразу отошли на второй план: еда — это просто еда, а Ледяная Скорбь — это святое.