Простой смертный на краю света

— Брать, что он вообще делает? Копает уже больше двух часов, а выкопал всего двадцать шесть ям. Ловушки что ли ставит? — спросил один из пареньков лет шестнадцати-сем семнадцати, выглядывая из окна квартиры 506 в семнадцатом корпусе.

— Во-первых, он не медлит. Раньше в армии индивидуальный окоп был поменьше этого, да и саперная лопатка поудобнее его заступа. Предельная скорость — минуты три, а он копает примерно за четыре. Это уже очень быстро. Во-вторых, он ни разу не отдыхал. Два часа тяжелой физической работы под палящим солнцем, а выглядит не слишком уставшим. На военного он не похож, скорее всего, пробудившийся сверхчеловек. В-третьих, глубина ямы недостаточна. Вряд ли это остановит зомби, больше похоже на… — старший брат немного замялся, ведь его догадки, хоть и казались логичными, совершенно не вязались с нынешней реальностью. Он просто не мог этого понять или принять.

— На что?

— На могилы.

— … — Первой мыслью юноши было то, что брат шутит. Но он знал, что брат страшно скучный и никогда не шутит. В первый день апокалипсиса парень боялся будущего, воображал, как будет крошить зомби пачками в этом новом мире, но ему и в голову не приходило, что мертвецов придется хоронить.

Догадки братьев вскоре подтвердились. Чжан Тяньцы вытаскивал из подъезда трупы, укладывал их в выкопанные ямы и засыпал землей. Перед погребением он проверял, нет ли у тел документов, удостоверяющих личность, после чего с помощью дорожного бордюра и широкого тесака мастерил простенькое надгробие с именем, полом, датами рождения и смерти. Если же ничего при себе не было, приходилось писать безымянный, пол и дату смерти.

Чжан Тяньцы копал ямы и хоронил людей, а толпа выживших наблюдала за этим со стороны, глядя, как во дворе вырастают ряд за рядом новые могилы. В такое время уже никто не возмущался, что кладбище оказалось так близко. На дворе стоял конец света, так зачем тратить силы на надгробия и похороны? Инфицированных вокруг было пьете — разве всех перекопаешь? Люди не понимали мотивов этого парня и просто смотрели, как он копает, как хоронит. Он не отдыхал, и выжившие продолжали смотреть.

Старшего звали Жуань Тай. Он тоже долго стоял на балконе. Больше года назад он отслужил срочную, получил приказ о демобилизации, но понятия не имел, как этот приказ теперь выполнять. Он никогда не был элитным спецназовцем или непревзойденным бойцом, на тренировках не выделялся, в героях не ходил — сплошная муштра. Последний конфликт в Южно-Китайском море прошел мимо него. Армейская жизнь после окончания старшей школы дала ему разве что крепкое телосложение, а больше похвастаться было нечем.

С наступлением конца света он точно так же паниковал, переживал за безопасность родителей далеко на севере, точно так же боялся зомби. Он знал, что в схватке голыми руками или даже с холодным оружием вряд ли выживет. Но у него был младший брат. Как же хорошо, что в апокалипсисе рядом близкий человек! Какое прекрасное оправдание: я не могу геройствовать, потому что мне нужно кормить брата! Идеальная отговорка. Но от собственного сердца не уйдешь: он действительно боялся. Был слабохарактерным, трусливым, у него не хватало мужества противостоять монстрам. По правде говоря, в рукопашной у него был шанс разве что утащить одного гада за собой, разменяв жизнь в схватке один на один, но без ранений обойтись не выйдет. А бессмысленный размен жизней ни к чему не вел. Сегодня только первый день, и лучшее, что можно сделать — дожидаться помощи.