Простой смертный на краю света

Чжан Тяньи в эту теорию не верил: если сейчас я решу потереть нос или не тереть, это породит два разных параллельных мира? Бред какой-то. Именно поэтому Чжан Тяньи в неё и не верил. Согласно этой теории, сколько же миров должно возникать из-за беспрерывных выборов бесчисленных живых существ на Земле за сотни миллионов лет? Это ненаучно.

Однако логотип на компьютере, логотип на машине и, в особенности, порядок букв на компьютерной клавиатуре заставили научное мировоззрение Чжан Тяньи вновь подвергнуться жесточайшему удару — оно уже трещало по швам и почти разваливалось. Поначалу какой-то однокурсник просветил Чжан Тяньи, что порядок букв на компьютере придумал тот, кто создал первую клавиатуру, просто расположив их как попало, поэтому в нем нет никакой логики. Позже, чтобы доказать однокласснику, у кого кругозор шире, он заглянул в поисковик и узнал, что там на самом деле есть строгая закономерность: научно обоснованная сортировка в зависимости от частоты использования букв. Проиграв все дни напролет в университете в League of Legends, он, естественно, знал множество историй о любви и ненависти, связанных с четырьмя клавишами Q, E и R. Но теперь появление вместо них qas заставляло человека испытать полное крушение всех устоев.

Кажется, это я сидел на дне колодца и глядел на небо. Оказывается, люди еще много лет назад глубоко осознали истину Вселенной и выдвинули теорию параллельных миров, просто это мой уровень был низковат. Однако это предположение заставило Чжан Тяньи впасть в полное отчаяние: он ведь еще не присутствовал на трехлетии дочери, еще планировал завести второго ребенка! Чжан Тяньи всегда был домашним человеком.

— Малыш, жена… На этот раз вышло как-то далековато…

Глаза Чжан Тяньи слегка покраснели, в носу защемило, и слезы все-таки покатились по щекам. Не зря говорят, что благородный муж осторожен, когда одинок: когда он остался один, его слезы предназначались только для него самого — это по крайней мере искренне. Если бы рядом кто-то был, еще бабушка надвое сказала, были ли эти слезы настоящими или наигранными.

Чжан Тяньи молча утер слезы. Настоящий страх и слезы вызывали у него вовсе не логические выкладки и умозаключения, а интуиция в самом глубоком уголке души. Рассудок мог сколько угодно убеждать его, что это всего лишь злая шутка, похожая на Шоу Трумана, но голос из глубин души не желал слушать никаких доводов. Он просто и прямо говорил ему: это уже параллельный мир, и он больше прежний.

Чжан Тяньи снова взял в руки кошелек:

— Чжан Тяньцы… Куда уж тебе до скромности моего былого имени Таньи. Это меня угораздило угодить в этот мир, а тебе, бедолага, не повезло — мое сознание вселилось в твое тело, да и имя тебе досталось ненамного лучше. Раз уж я занял твое тело, то по законам романов в жанре сянься это называется великой кармической связью, так что отныне зваться мне Тяньцы.

На самом деле Чжан Тяньи просто немного струхнул, столкнувшись с таким жутковатым явлением, и в глубине души всерьез засомневался: уж не показалось ли какому-нибудь высшему божеству его прежнее имя слишком уж заносчивым, из-за чего его и забросили в этот мир? Сцена перед самой смертью снова промелькнула в памяти: ощущение, будто его за руки затащили куда-то внутрь, до боли напоминало сюжеты сетевых романов, где все события заранее расписаны великим божеством. Конечно, нельзя исключать и того, что ему просто казалось слишком хлопотным и бессмысленным идти менять имя в удостоверении личности. В конце концов, ни в одном романе попаданцы первым делом не бегут менять паспорта — неужели кто-то думает, что система регистрации домохозяйств в Китае с древних времен — это шутка?