Система в мире «Таинственного возрождения

Очертания ее черт лица под воздействием жара постепенно блекли и исчезали.

Человеческое лицо мало-помаду превращалось в неправильной формы квадратный лист бумаги из человеческой кожи.

Упал последний штрих.

Вспых-х!

Пламя взметнулось вверх.

Прежние кроваво-красные штрихи под воздействием жара сменились черно-красным цветом, словно чернила смешали с киноварью.

Изготовление этого талисмана, нарисованного на человеческой коже с помощью Крови Призрака, завершилось успехом.

Поверхность талисмана источала не поддающуюся описанию жуткую ауру.

Текстура человеческой кожи приобрела болезненную бледность, словно ее вырвали из глубин самой смерти.

Смешанная с пигментом Кровь Призрака растекалась по ней и после обжига образовала извилистые и зловещие узоры, похожие на проклятия из преисподней.

Каждая линия казалась изогнутой и извивающейся, словно обладающей собственной жизнью.

Переплетаясь друг с другом, эти линии образовывали сложный и таинственный узор.

Издалека он походил на талисман, но вблизи выглядел как лицо Злого Призрака, от одного взгляда на которое мороз подирал по коже и зарождался первобытный ужас.

В особенности если вглядываться в него: казалось, будто этот талисман наделен собственным сознанием и, подобно зрачкам злого духа, следит за всем, что осмелится подойти близко.

Глава 37

Стоило этой бумаге дорисоваться, как странная атмосфера, царившая до этого в лаборатории, постепенно рассеялась.

Ли Цзюнь убрал блуждавший в глазах призрачный огонь.

Ван Сяомин шагнул вперед, уставившись на бумажный талисман в руке Хуан И так, будто сладострастник увидел красавицу, а голодный — кусок хлеба.

Увидев, что Ван Сяомин, который всегда производил впечатление хладнокровного и помешанного ученика, впервые состроил такое выражение лица,

Хуан И почувствовал себя даже более жутко, чем при встрече со злым призраком.

— Каков эффект у этого талисмана? — спросил Ван Сяомин.

— Судя по всему, он подавляет злого призрака и заставляет его прекратить любые действия. Чтобы использовать его, достаточно прилепить этот замогильный узор прямо на лицо твари, — ответил Хуан И.

— Ли Цзюнь, — Ван Сяомин перевел взгляд на мужчину.

Тот подошел, поднял талисман и произнес:

— Я протестирую его, вы пока выйдите.

Все покинули лабораторию.

Между делом Хуан И поинтересовался:

— С чего это те черные чулки вдруг загорелись?

Ван Сяомин пояснил:

— Ты добавил туда немного фитиля от призрачной свечи в качестве последней страховки. Если Пробуждение Злого Призрака пойдет слишком быстро, его паранормальная сущность принудительно превратится в пламя свечи. И если чулки из человеческой кожи играют роль затычки для сверхъестественного, то этот фитиль работает как гребень.

Хуан И выслушал его и кивнул.

В этот момент все уже пришли в смотровую.

Через золотое стекло было видно, что Ли Цзюнь уже стоит перед злым призраком, скованным золотом, и готовится к действиям.

Ли Цзюнь сначала убрал золото, сдерживавшее тварь.

Призрак тут же очнулся и, неизвестно какое именно правило убийства у Ли Цзюня активировав, немедленно бросился на него.

Но Ли Цзюнь среагировал мгновенно, и бумажный талисман тут же прилип к лицу призрака.