Цифрагент

Одна слева. Одна над входом. Ещё одна над выходом чуть дальше. И…

Пусто.

Квадрат в несколько метров выпадает из изображения.

Первый моргает.

Невозможно.

Он снова проверяет карту покрытия.

Два здания. Между ними технический проезд. Над проездом широкая конструкция, закрывающая участок от ближайших камер. Камера одного магазина повёрнута ко входу. Камера жилого дома смотрит в противоположную сторону.

Маленький участок метра четыре на четыре, не больше. Через него проходит много людей. Двадцать? Тридцать? Мысль пытается родиться, но распадается.

Что-то важное. Почему это кажется таким знакомым? Разве он уже не был в похожей ситуации?

Мир исчезает.

Белая аудитория.

Ровные ряды столов уходят вниз амфитеатром. На каждом студенте одинаковая тёмная форма с высоким воротником, в которой жарко и неудобно. Кондиционеры работают слабо. Впереди огромный экран с картой какого-то Контурного города.

Он сидит на третьем ряду. Точнее, не он. Руки слишком крепкие для него, и на правой длинный тонкий шрам.

Молодой Фишер. Наверное, лет семнадцать.

«Академия подготовки операторов».

Откуда Первый это знает?

На экране двигаются сотни точек.

Преподаватель — высокая женщина с серебристой полосой на воротнике — ведёт указкой по маршруту одной из них.

— Никогда не доверяйте одной биометрии. Лицо — лишь один из признаков. Наша задача — сохранять непрерывность объекта, учитывая не только внешность, но и привычки, походку и даже психомоторику. Это так называемая поведенческая сигнатура.

Изображение меняется.

Камера № 1.

Человек из примера с мороженым в руке идёт вдоль шоссе по тротуару и заворачивает за угол, где камера не видит.

Камера № 2.

Тот же человек поворачивает и входит в зону видимости второй камеры.

— Пока объект находится под непрерывным наблюдением, система знает, что А остаётся А. Но что происходит, если наблюдение прерывается?

Студенты молчат.

Фишер поднимает руку и отвечает:

— Повторная идентификация.

— Именно. После разрыва наблюдения объект приходится собирать заново: одежда, рост, походка, скорость, маршрут, лицо, прочие паттерны. Поэтому так важно сплошное покрытие. В Контуре почти нет слепых зон именно для того, чтобы системе не приходилось заново сопоставлять объект с его биопрофилем и поведенческой сигнатурой.

На экране десять человек входят в зону одной камеры. Через несколько секунд исчезают, но они уже есть в области второй камеры.

— Таким образом, А — всегда А. Б — Б. В — В. Г — Г.

Белая аудитория рассыпается пикселями. Дождь. Люди. Боль. Первый резко останавливается. Кто-то врезается в него сзади.

— Эй!

— Пошёл к чёрту! Эй, Пеки…

— Пользователю нельзя останавливаться!

— Сколько человек сейчас войдут в эту слепую зону?

— Уточни запрос.

— Вот эти четыре метра впереди, где камеры теряют людей! Сколько?

Пауза. Первый медленно оглядывается, передавая Пеки изображение всех людей вокруг для его расчётов.

— В течение ближайших пяти секунд — двадцать восемь человек.

Первый улыбается. Ему не весело — просто мозг решил, что сейчас самое время улыбнуться.

— Мы их рассыпем.