Твои навыки отличные, и теперь они есть у меня

Глава 2: «Пошутил я»

У Гу Цзянин не было злого умысла – она просто хотела, чтобы братец перед смертью отведал порцию свежего дерьма.

Так что за ее языком без костей последовала лишь знатная трепка от разгневанной матушки, после чего девчонку отшвырнули в сторонку зализывать раны.

Впрочем, бурная реакция домочадцев, в один голос записавших Лу Чжао в покойники, была вполне естественной.

На каждого победителя приходятся горы безымянных костей.

В этом мире не слыхали ни о Тан, ни о Сун, ни о Мин, но изречения, которые впору появиться лишь в куда более поздние эпохи, всё равно находили дорогу к людям. И дело здесь крылось вовсе не в переплетении мировых линий или каких-то заумных теориях о проекциях – просто сама суть фразы неизменно оставалась верной.

А раз истина верна, ее нетрудно вывести.

Слава Великого похода принадлежала империи, но белые кости простого ратника – лишь скромному холмику земли.

«Неужели и мне достанется холмик?»

Сказать, что Лу Чжао совсем не боялся, было бы ложью.

Тем не менее панический ужас перед смертью его не парализовал: чего бояться человеку, который уже умирал единожды?

Он откашлялся и осторожно произнес:

— Отец, матушка, не стоит так убиваться. Глядишь, выживу, вернусь в следующий раз – глядишь, уже и в чине благородного мужа. Верно?

Под благородными мужами здесь подразумевались вовсе не изнеженные аристократы из стереотипных картинок, которым для утех в постели требуется посторонняя помощь, а особая ступень в иерархии Дацина.

Военная аристократия.

Пусть призывная система Дацина отличалась суровостью, а каждая кампания неизменно собирала жуткую жатву, императорские щедроты по крайней мере не знали границ.

Повезет выслужиться в армии хотя бы до командира пятерки или десятки, вернуться живым – и тебя пристроят в имперскую корпорацию, сразу на среднюю руководящую должность. А если сложишь голову – семье выдадут щедрое пособие, детям в учебе при поступлении накинут баллы, да и родителям положена солидная прибавка к пенсии.

Доберись до вершин, получи титул и генеральское звание – и несметные богатства с почестями тебе обеспечены.

Сумей он дойти до такого, Лу Чжао оставил бы в этом мире неизгладимый след. Кто знает, может, спустя тысячу лет следующий попаданцевый собрат обнаружит целый знатный род по фамилии Лу.

Однако дежурные утешения не вызвали у родни никакого отклика – их попросту проигнорировали.

Семья Гу уже в трех поколениях оставалась лишь простодушными обывателями. Боевыми искусствами никто из них не владел, за душой – ни родовой поддержки, ни связей. На передовой им уготовлена роль пушечного мяса, а о каких-то подвигах и мечтать не приходилось.

Гу Юн с решительным видом вытащил сигарету и впервые в жизни задымил прямо в гостиной:

— Жена, достань-ка мое вино. У меня есть старый товарищ – он инженер на заводе «Гучжун Хэви Индастриз», похоже, его тоже отправляют на войну. Завтра навещу его, потолкую, может, удастся что-то придумать.

— Ой! Ладно!

Чжан Шухуа на редкость не стала бранить мужа за курение в доме и опрометью бросилась в спальню.

С точки зрения Лу Чжао, искать завязки в такой момент не имело смысла.

Законы Дацина отличались суровостью. Пусть со временем они и стали мягче предзасциньских времен, суровое наказание в виде вырезания всей семьи никуда не делось.

Хорошая новость заключалась в том, что круг применения этой кары сузили до предела: схлопотать ее можно было разве что за государственную измену.

Плохая новость заключалась в том, что отказ от призыва приравнивался к измене.

Впрочем, вслух он ничего не сказал, чтобы лишний раз не тревожить родителей.

И тут Гу Цзянин меланхолично бросила:

— Пап, если искать заступников через такие связи, боюсь, эти связи окажутся жидковаты~

…

Уж кто бы говорил, а эта девчонка вечно норовила надавить на больное.

Лу Чжао едва не взвыл. Смерив сестру ледяным взглядом, он применил ультимативный старший навык:

— Уроки сделала?! А ну марш в комнату за учебники!

— У-у-у~ Папа, глянь на него!

Гу Юн грозно зыркнул на дочь:

— Шагом марш!

Раньше, стоило брату с сестрой затеять перепалку, родители порой пытались примирить стороны. Но с сегодняшнего дня и вплоть до отправки в армию Лу Чжао был здесь главным.

В конце концов, он же почти покойник.

Однако стоило девчонке повернуться и сделать шаг к двери, как Лу Чжао заметил: над ее макушкой вспыхнула строчка сияющих голубых символов.

Одновременно с этим прозвучал долгожданный глас спасения.

[Идет загрузка системы сбора эмоций…]

[Текущая эмоция: беспокойство.]

[Сбор целевой эмоции завершен, загрузка личного навыка цели.]

Лу Чжао вечно недоумевал: почему иные попаданцы при виде систем воро носом, капризничают и при малейшем поводе кроют всё трехэтажным матом?

У него в сердце сейчас жило ровно одно слово.

Батюшки родные!!

Не теряя ни секунды, он в два прыжка преодолел коридор и толкнул дверь в девичью светелку.

Гу Цзянин как раз присела на краешек кровати, украдкой утирая слезы. Завидев вошедшего братца, она тут же яростно смахнула дорожки влаги рукавом пижамы.

— Ты… чего это без стука ломишься!

Тьфу ты, на словах колючка, а за закрытой дверью сидит, жемчужные слезки льет.

Даже в Дацине от этого амплуа цундэрэ-сестренки никуда не деться.

Лу Чжао поднял взгляд на висящую над головой сестры надпись и озадачился: с какой стати у обычной старшеклассницы нашелся навык, пригодный для сканирования системой?

Он пригляделся.

[Дыхание Пса 1-го уровня.]

[Прогресс загрузки: 0%.]

…

С какого перепугу у сестренки боевой навык называется «Дыхание Пса»?!

Она что, собака сутулая?

Впрочем… судя по всему, да.

Отбросив лишние раздумья, Лу Чжао решил сначала заполучить способность, а разбираться со всем остальным – потом.

Система утверждала: заслужишь ее беспокойство – получишь сверхчеловеческую способность.

Лу Чжао осторожно начал:

— Нин-нин, честно говоря… Я родителям-то для успокоения соврал. По правде говоря, отправлюсь я туда – и живым мне оттуда уже не вернуться.

[Прогресс загрузки +10%.]

Жемчужные капли на глазах Гу Цзянин тут же превратились в крупный бисер.

Ого, работает.

Лу Чжао не испытывал ни капли умиления от девичьих слез.

— Но старики прожили вместе столько бурных лет, они быстро свыкнутся. Единственная, за кого я переживаю в этом доме, – это ты.

Крупные слезинки слились в сплошной ручеек.

[Прогресс загрузки +10%.]

Лу Чжао повысил ставки:

— Если я не вернусь, в нижнем ящике письменного стола спрятаны семьсот восемьдесят два юаня карманных денег – забери их себе. Больше брату дать тебе нечего.

[Прогресс загрузки +10%]

Ха-ха, доводить глупышку-сестру до слез оказалось на редкость весело.

— А за меня сильно не переживай. Сложить голову в бою – честь для уроженца Циня. В худшем случае меня просто разорвут на кусочки чужеродные твари.

[Прогресс загрузки +10%]

— Или инопланетные варвары бросят в кипящее масло.

[Прогресс загрузки +10%]

— Или буря Мертвленого Моря развеет мои кости по ветру.

[Прогресс загрузки +10%]

— Или бродячая демоница соблазнит меня красотой и выпьет всю янскую жизненную силу прямо в постели.

Гу Цзянин:

— Чего-сь?

[Прогресс загрузки +20%]

— Короче говоря, старики уже в возрасте, отныне дом держится на тебе. Забудь про детские капризы, стань надежной опорой и за меня… живи полной жизнью.

[Прогресс загрузки +30%]

[Навык успешно загружен: Дыхание Пса 1-го уровня.]

Внимательно изучать трофей времени не оставалось: Гу Цзянин, точно гигантский спрут, с размаху бросилась ему на шею.

— Братик-к-к! — Заревела она.

У-у-у.

Тело Лу Чжао окутал юный девичий аромат, но то ли по инерции организма, то ли из-за обрывков чужих воспоминаний сердце не дрогнуло ни единым пошлым порывом.

Раньше она числилась двоюродной сестрой, а фактически была родной, и впредь ничего не изменится.

— Братик! Ты что, правда не вернешься? — Гу Цзянин вскинула голову.

Лу Чжао взъерошил ей макушку:

— Пошутил я. Обязательно вернусь.

Гу Цзянин подняла на него заплаканное личико, выглядя совершенно ошарашенной.

Стоп. Ты только что нагнал такой жуткой жути, чуть ли не прощальную панихиду отслужил… и заявляешь, что пошутил?

…

Посреди ночи Чжан Шухуа все-таки отыскала две бутылки коллекционной дациньской цюйцзю. Тысяча с лишним юаней за бутылку – обязательный атрибут для визитов к нужным людям и подарков, ходовой товар на черном рынке, который Гу Юн в обычные дни зажимал пить.

Как ни уговаривал Лу Чжао, отменять поход к «старому товарищу» родители наотрез отказались.

Чжан Шухуа то и дело повторяла:

— От призыва всё равно никуда не деться, об этом даже не заикайся – сболтнешь лишнего, и они связываться побоятся. Главное, чтобы Сяо Чжао определили в тыловики, там всяко безопаснее, чем на передовой.

— Да-да, я понял.

Гу Юн смолил уже восьмую сигарету:

— Оставим в рембате – на самую линию огня не погонят.

Гу Цзянин вставила свое слово:

— А у нас в классе дед Ли Яна во время прошлого Великого похода как раз в рембате подорвался.

И за это тут же закономерно отхватила новую порцию затрещин.

Лишь когда домашние наконец угомонились и разошлись по постелям, Лу Чжао смог перевести дух.

Вернувшись в комнату, он приготовился испытать новоприобретенный «навык».

[Дыхание Пса 1-го уровня: при активации ускоряет частоту дыхания, позволяя развить «собачью скорость», а взрывная сила на две секунды возрастает до 300%.]