Внебрачный сын чеболя, оставшийся единственным наследником

И вот результат:

Захват контроля над общественным мнением.

Разрешение инцидента с похищением.

И даже выявление предателя.

Все это обычный старшеклассник выполнил всего за два дня.

Юн Чхансоп внезапно вспомнил далекое прошлое. День своей молодости, когда он впервые встретил председателя Кан Сончхоля.

Одно было очевидно: юноша и председатель Кан Сончхоль пугающе похожи. Конечно, и методы разнятся, и опыта не хватает. Даже сквозит некоторая грубость.

Однако…

«Решительность, действенность и способность с легкостью щелкать проблемы нестандартным, немыслимым для других путем».

Сама их суть была невероятно схожей.

А потому, если… Если вдруг… Парень по имени Кан Гон прочно пустит корни в кресле председателя, наберется времени и опыта…

«»Сонхва», несомненно, станет еще более великой».

Это не было трогательным умилением. И не иллюзией спасения. Юн Чхансоп просто пересчитал расклады. И пришел к выводу: то, что этот юноша возглавит «Сонхва», гораздо лучше любого подготовленного им альтернативного плана.

В тот момент, когда он пришел к этому, у Юн Чхансопа остался лишь один вариант. Ведь превыше всего для Юн Чхансопа всегда стояла «Сонхва». И ради нее он был готов на что угодно.

И тут юноша спросил: так к чему же он ведет?

— Это я стою за отравлением семьи владельцев. Так что сдайте меня полиции лично, председатель.

Юн Чхансоп произнес это совершенно будничным тоном.

— Общество пока не признает вас в полной мере.

Внебрачный сын. Старшеклассник. Внезапное наследование. Как ни крути, его положение было слишком шатким.

— Но если вы лично разоблачите виновника этого преступления, расклад кардинально изменится.

Председатель, который с помощью предоставленных Юн Чхансопом улик сам нашел убийцу, истребившего семью владельцев. К тому же всего за пару дней полностью вычистивший внутренних предателей.

— Тогда людям ничего не останется, кроме как признать вас. За вами закрепится образ человека, спасшего «Сонхва» в момент кризиса и продемонстрировавшего безграничный потенциал.

Юн Чхансоп едва заметно улыбнулся. Ради этого он был готов с радостью сыграть роль детонатора. Поскольку это был истинный путь на благо «Сонхва», в нем не было ни сожалений, ни страха.

Да вот только…

— Этот старый хрыч совсем из ума выжил? А, ну раз старик, то выжил-таки, все верно.

Все это было лишь идеальной картинкой в голове Юн Чхансопа. Глаза Юн Чхансопа слегка расширились от слов Кан Гона, из которых явно сквозило раздражение.

Однако вопреки этим словам Кан Гон расплылся в добродушной улыбке и продолжил:

— Устроили тут кавардак, а теперь решили спокойненько выйти из игры в одиночку?

Ни черта подобного. Я из-за кого тут так надрываюсь?

Почувствовав, что разговаривать больше не о чем, Кан Гон медленно поднялся с места.

— Вы ведь сказали, что готовы на все ради «Сонхва»?

Отличный настрой, я считаю. Что ж, в таком случае…

— Хм, тогда будете работать на «Сонхва» до конца своих дней.

Разве не долг председателя — выжимать из него все соки, пока тот не испустит дух?

Кан Гон пристально посмотрел на Юн Чхансопа. Взглядом, каким некий король взирал на Хван Хи.