Я просто инвестирую! С чего вы взяли, что я воспитываю смертников?

Хоть все и проклинали чужие семьи, но в душе мы все хорошие дети, а виноваты во всём эти «старые хрычи»

…

Были ли вчерашние сетевые баталии до того, как Чжао Е возглавил шествие, попыткой «вразумить оппонентов», как он сам это преподнёс?

Очевидно, что это была чистой воды ложь.

Этих людей довели до того, что они собирались устроить деанонимизацию Чжао Е. Как они могли вести себя мирно с этими «стариканами»?

Просто тот факт, что сам Чжао Е не показывался, был их «ахиллесовой пятой». Стоило им сорваться на мат, как их тут же обвиняли в бескультурье, и им нечего было возразить.

Это общая черта многих людей – «уязвимость высокого морального облика». Суть в том, что даже когда плохой человек делает что-то плохое, он в глубине души понимает, что это плохо.

Из-за этого до того, как Чжао Е взял знамя в свои руки, все ругались крайне скованно и неудовлетворённо.

Но когда Чжао Е гордо поднял флаг «бескультурья» и лично бросился в атаку…

Это мгновенно развязало всем руки. Удары стали жестче, а настрой – боевым.

Проще говоря, это была разница между «законным походом» и «самоуправством».

Но Чжао Е сказал именно так.

— Вся вина лежит на мне, Чжао Е, а вы – просто хорошие дети!

Что на это могли сказать зрители?

Разумеется, они с радостью приняли это подношение.

Всем нравится такой благородный способ перекладывания ответственности.

«Точно-точно, мы не плохие дети! Нас просто слишком сильно обижали, вот мы и дали сдачи!»

«Ха-ха, ну не такие уж мы и хорошие».

«Да-да, просто дома строго воспитывали, ругаться не разрешали».

«Верно! Стример дело говорит, гармоничную сетевую среду должны строить мы сами!»

«Именно. Если есть возможность договориться по-хорошему, лучше так и делать. В споре рождается истина!»

«Да! Если бы те… те люди не перегибали палку, мы бы не стали так люто материться!»

В этот момент ректор тоже смотрел трансляцию.

Услышав слова Чжао Е, он невольно рассмеялся:

— Надо же, заявляет, что у него нет морали, а сам использует моральный шантаж на полную катушку.

Он был готов поклясться: после этого эфира накал сетевых войн упадет в разы.

Просто потому, что Чжао Е «возвысил» их. Далеко не каждый может, как Чжао Е, открыто заявить: «У меня нет совести и воспитания». Если бы все могли так делать, инцидент бы не раздулся до таких масштабов.

В следующую секунду в его кабинете зазвонил телефон.

— Хорош, старый друг! В твоем университете действительно выросла выдающаяся личность, — раздался голос ректора другого вуза.

— Ха-ха-ха, мелочи, обычные молодежные шалости, они сами там развлекаются, — ректор смеялся от всей души.

— Да неужели? Может, переведешь его ко мне? Мне парень приглянулся.

— Пошел ты! Тебе-то какое дело?

Когда все дружно и весело переложили вину и снова почувствовали себя чистыми и невинными юношами, трансляция продолжилась.

— Теперь перейдем к третьему вопросу, — заговорил Чжао Е. — Раз уж у меня нет ни манер, ни морали, то и денег у меня тоже нет.

— Поэтому я заодно взял рекламный контракт на лайв-стрим продажи.

Чжао Е отодвинул телефон подальше, показывая свою одежду:

— Вот, на мне сейчас эта вещь. Кому интересно – можете купить и примерить.