Академия аристократов: Скромнице тоже устроят шураяма?

Тогда он внимательно рассмотрел рану, и в ней было что-то неладное.

Судя по обстоятельствам травмы, стрела должна была по касательной на большой скорости пролететь мимо ее руки, и помимо пореза от оперения вокруг нее должны были остаться следы от трения.

Но рана на ее руке выглядела четкой, чистой и больше напоминала порез от ножа.

Правда, вскоре эти подозрения отошли на второй план, да и никаких доказательств не было.

Теперь же то зернышко сомнений постепенно пускало корни и прорастало.

Если не она, то кто же?

Стоявшая перед глазами Вэй Линхуэй вызывала у него предельное отвращение, и он перевел взгляд на спокойную фигуру Цзинь Еся в центре стрельбища.

Высокий рост, прямая осанка, а на губах — всё та же беззаботная улыбка.

Ее непринужденный и расслабленный вид напоминал человека, любующегося пейзажем в парке.

Когда летевшая на полной скорости стрела помчалась прямо к ней, она даже не моргнула и не сдвинулась с места, ее тело не напряглось ни на секунду.

Казалось, этот момент между жизнью и смертью был для нее обычным делом.

Стрела в итоге чиркнула по ее рукаву, оставив на ткани прорыв.

Яблоко на ее голове не упало.

Закончив стрельбу, Вэй Линхуэй схватилась за левое плечо, ее напряженные мышцы мгновенно расслабились, и она прижалась спиной к стене, чтобы не рухнуть на землю.

На ее лице отразилась неподдельная боль, а в глазах читалось полное раскаяние:

— Простите, председатель Хо, у меня разошлась рана.

— Технику тебе еще нужно подтянуть, — неторопливо прокомментировал Пэй Сыянь, отпивая чай.

Пальцы Линь Шэнли, судорожно впившиеся в обивку дивана за спиной, наконец разжались.

Хо Чжицюань не обращал внимания ни на кого, его глаза горели. Он выхватил лук и стрелу из рук Вэй Линхуэй.

Напрягшиеся под школьной формой мышцы бугром взметнулись вверх, натяжение тетивы и выстрел слились в единое целое.

Ему хотелось сокрушить этот взгляд, полный пренебрежения.

Уголки губ Цзинь Еся едва заметно дрогнули, обнажив насмешливую улыбку.

Эта секунда показалась бесконечно длинной.

Стрела рассекла воздух, налетел свирепый, пропитанный убийственным холодом ветер, взметнув растрепанные прядки волос у нее на лбу.

Стрела пронзила яблоко и, не теряя скорости, полетела дальше, вонзившись ровно в яблочко мишени за спиной Цзинь Еся, а хвост стрелы продолжал гулко вибрировать.

Яблоко раскололось надвое и упало на землю. Пряди волос Цзинь Еся тоже медленно опустились на плечи.

Хо Чжицюань замер в позе лучника, молча вступая в немое противостояние.

В его памяти вспыхнул момент судебного разбирательства, когда сквозь толпу он встретился взглядом с тем человеком — сейчас та картина и нынешняя наложились друг на друга.

Он поднес руку к лицу, прикрыв нижнюю часть лица Цзинь Еся и оставив на виду только ее глаза.

Глаза этого человека…

— Отличный выстрел, — небрежно похлопав в ладоши за спиной, Пэй Сыянь разрушил повисшую тишину.

Цзинь Еся опустила голову, смахнула брызги сока от яблока, перешагнула через ограждение стрельбища и направилась к выходу.

Проходя мимо привалившейся к стене Вэй Линхуэй, она не забыла украдкой подмигнуть ей, давая понять: «Беги».