Быстрый проход сквозь миры: Я иду устраивать устраивать неприятности

Лица присутствующих мгновенно окаменели. В этот момент они вновь отчетливо вспомнили, какой сегодня день. Траур же. По старшим членам семьи.

Наконец старший господин Се оборвал балаган: ─ Хватит! Ты… Се Иньцзин, пусть слуги отведут тебя в приготовленные покои.

─ Се Иньцзы. Сама себе имя выбрала, а ваше оставьте себе.

В прошлой жизни, когда она только вернулась, ей дали имя Се Иньцзин – мол, так они созвучны с Се Вэньвапь, словно родные сестры. Но кому охотно становиться ее сестрой? К тому же она была уверена, что все ее злоключения в прошлые годы связаны именно с этим неудачным именем. Вот и назвалась в этот раз Иньцзы, надеясь, что в новой жизни у нее появится уйма денег и беззаботной радости.

─ Эй! Отведите вторую барышню в ее комнаты! ─ проревел старший господин Се, тяжело массируя пальцами виски. ─ Какая же невоспитанная девка.

Остальные члены семьи тоже сочли выбранное имя вульгарным. И только в пустом уголке, куда никто не смотрел, губы Се Вэньвапь тронула едва заметная улыбка.

Заметив это, Чжуюй милосердно послала в сторону Се Вэньвапь легкое заклинание. В тот же миг тихая злорадная усмешка девушки сменилась безудержным, гомерическим хохотом. Остановить его не получалось – смех рвался наружу так бурно, что от благопристойного образа утонченной барышни не осталось и следа.

Лицо старшего господина Се, и без того черное от гнева, сделалось угольным. Он рявкнул на слуг, приказав заткнуть девчонку кляпом и поволочь в ее покои: если слух о том, что внучка заливается смехом на похоронах дедушки и бабушки, просочится наружу, над ними будет смеяться весь Пекин. А ему ведь через пару дней предстояло принимать титул хоу и выходить на службу ко двору – как глядеть в глаза сановникам?

Убедившись, что главные действующие лица удалились, Чжуюй сочла свою миссию оконченной, вернулась в комнату и рассеяла заклинание призыва, вновь заняв свое место на кровати вместо деревянной марионетки.

Следующие несколько дней в резиденции стоял такой шум из-за разборок между истинной и фальшивой дочерьми, что даже ветви семейств, прежде спешившие поскорее разделить имущество, временно умерили свой пыл.

Поскольку Се Иньцзы в день своего возвращения при свидетелях вывалила правду о подлоге, провернуть старый трюк с «близнецами» на сей раз не представлялось возможным.

Чувствуя вину, старший господин с супругой накупили Се Вэньвапь горы нарядов и драгоценностей в качестве компенсации. Вот только Вэньвапь на людях изображала кротость, а втайне подослала людей распустить слухи, будто новоявленная наследница явилась в дом аккурат к моменту смерти дедушки с бабушкой и своей злой кармой «задавила» стариков.

Строго говоря, оба предка испустили дух задолго до появления истинной дочери в доме, так что ни о каком злом роке речи идти не могло. Но стоило недоброжелателям подхватить сплетню и пустить ее в народ, как совпадение превратилось в неоспоримый факт.

Глава 20: «Истинная и лжебарышня, ставшая пешкой. Часть 3»

Как бы ни кипели страсти в особняке хоу, стоило похоронам подойти к концу, как клан начал постепенно разъезжаться по новым домам, деля имущество. В старой резиденции в конце концов осталась лишь семья старшего господина Се.