Братья-мажоры теряют голову из-за меня

Поднять шумиху: Разве это называется насильным сводничеством? Это обоснованные предположения на основе фактов! Это я благодаря своей чуткости догадался, что они испытывают друг к другу симпатию, и свел их вместе!

Надежда всей деревни: …Шумиха, с тебя хватит.

Тема постепенно отклонилась от курса и в итоге сошла на нет благодаря шуточкам нескольких человек.

Сюй Жэньдун ничего не знала о происходящем наверху.

Лишь когда после школы она увидела Сян Янъян, которая сидела, уткнувшись в телефон и глупо улыбаясь, в ее сердце смутно зародилось предчувствие беды.

— Янъян… — с опаской начала она. — Ты ведь не выложила на форум какую-нибудь ерунду?

Сян Янъян подняла голову с совершенно невозмутимым видом.

— Помилуй, с чего бы! — она сунула телефон в карман. — Клянусь, в этот раз я ничего лишнего не говорила. Подумай сама, это же председатель. Напиши я глупость, и, когда он об этом узнает, мне точно несдобровать.

Сюй Жэньдун подумала и сочла эти слова разумными.

Шэнь Юйчжу казался холодным, неприступным и чистым, словно горный хрусталь, но если кто-то действительно переходил ему дорогу, он умел расправляться с обидчиками быстрее и жестче кого бы то ни было.

Хотя Сян Янъян любила пошалить, чувство меры у нее все же было.

После неоднократных уверений Сян Янъян Сюй Жэньдун наконец успокоилась.

У ворот школы они расстались, и Сюй Жэньдун направилась в сторону дома семьи Гу.

Только толкнув входную дверь, она почувствовала, что атмосфера какая-то странная.

Гу Цзянли как раз присел на корточки в прихожей, торопливо переобуваясь, он даже толком не завязал шнурки.

Выражение его лица тоже было ненормальным: брови нахмурены, весь вид выражал крайнюю встревоженность.

Сюй Жэньдун еще не успела снять рюкзак, как он уже вскочил на ноги, схватил куртку, висевшую на диване, и бросился к выходу.

— Что случилось? — Сюй Жэньдун слегка отступила в сторону, давая ему дорогу.

— Лу Наньсин попал в беду.

Голос Гу Цзянли звучал гораздо быстрее, чем обычно.

Сюй Жэньдун замерла.

Семью Лу вполне можно было считать новой силой среди богатеев города С.

Впрочем, если подумать, семья Лу никогда и не была слабой — просто их дела прежних лет никогда не выносили на свет: черное, серое, они марались абсолютно во всем.

Лишь поколение деда Лу Наньсина постепенно начало отмывать руки от грязи, подчищая всю теневую деятельность, и благодаря этому они медленно вышли из тени, открыто появляясь на всевозможных светских раутах.

Однако этот бандитский дух будто въелся им в кости, и вытравить его было невозможно.

Хотя лицо Лу Наньсина было тонким и миловидным, словно у сошедшего со страниц манги юноши, в душе он оставался махровым хулиганом, который боготворил драки и верил, что кулаки — это высшая истина. Мало кто из осмелившихся перейти ему дорогу отделывался легким испугом.

И вот на этот раз он влип в неприятности?

Гу Цзянли на ходу надевал куртку и тараторил со страшной скоростью:

— Он сцепился с пареньком из семьи Ли. Тот заявил, что его девушка положила глаз на Лу Наньсина, и он идет мстить за оскорбление и наставленные рога.