Братья-мажоры теряют голову из-за меня

— Кто просил тебя столько жрать? — отчитывая его, она уже совершенно естественно придвинулась ближе, чтобы он мог опереться на нее, порылась в сумочке, достала апельсин, очистила от кожуры и поднесла дольку к его губам. — Понюхай апельсиновую корку, станет полегче.

Гу Цзянли взял корочку, вдохнул аромат, и ему действительно полегчало. Но его по-прежнему мутило, в голове кружилось, в глазах рябило, спина ныла, а ноги болели.

Он по инерции завалился на плечо Сюй Жэньдун, уткнулся в него головой и всем телом прижался к ней.

— Сюй Жэньдун, я сейчас помру, — слабым голосом проговорил он.

— Не помрешь, скоро приедем, — со вздохом усмехнулась Сюй Жэньдун.

Она протянула руку и ласково провела по его волосам — движение было настолько привычным, будто она проделывала это бесчисленное количество раз.

Гу Цзянли потерся о ее плечо, устраиваясь поудобнее, но всё равно остался недоволен.

Ему казалось, что вблизи нее ему становится легче: от нее исходил легкий приятный аромат, смешанный со свежими нотками апельсиновой цедры, от которого сразу становилось спокойно на душе.

Он забрался еще глубже ей в объятия, втискиваясь все сильнее.

— Эй?!

Сюй Жэньдун не успела и глазом моргнуть, как чья-то рука протянулась сбоку, ловко ухватила Гу Цзянли за воротник сзади и единым рывком оттащила от Сюй Жэньдун.

Гу Цзянли отлетел прямо к Шэнь Юйчжу, и его спина вреглась в плечо последнего, да так сильно, что он аж скривился от боли.

— Шэнь Юйчжу, ты чего творишь?!

Шэнь Юйчжу сидел с бесстрастным лицом, а голос его звучал холодно:

— Соблюдай приличия.

— Какие еще приличия, мне плохо! — Гу Цзянли заерзал, пытаясь забраться обратно.

Шэнь Юйчжу придавил его плечо рукой, не давая пошевелиться.

— Плохо — закрой глаза и отдыхай, — произнес Шэнь Юйчжу. — Чего ты к людям льнешь?

— Она же не чужой человек!

— Все равно девушка.

Гу Цзянли остолбенел, приоткрыл рот, но почему-то не нашелся, что возразить.

Он посмотрел на невозмутимое лицо Шэнь Юйчжу и смутно почувствовал, что что-то здесь не так.

С чего это вдруг этот ханжа Шэнь Юйчжу стал таким неравнодушным к чужим делам?

Гу Цзянли фыркнул и умолк.

Шэнь Юйчжу отпустил его, откинулся на спинку сиденья и отвернулся от Гу Цзянли, бросив украдкой взгляд на умиротворенный профиль Сюй Жэньдун.

Мысленно он усмехнулся, подумав, что этой девчонке, похоже, уже ничто не поможет.

Добравшись до вершины горы, стоило только распахнуть двери автобуса, как Гу Цзянли выскочил наружу первым.

Он жадно вдохнул прохладный горный воздух, словно обретя второе дыхание, широко потянулся и вновь превратился в живого и энергичного парня.

— Сюй Жэньдун! Пойдем вон туда, посмотрим! — крикнул он, обернувшись и указывая на просторную лужайку вдалеке.

Сюй Жэньдун вышла из автобуса, неся в руке его куртку, а на плече — свою сумочку. Отозвавшись, она перебросилась парой слов с Сян Янъян и побежала следом за ним.

Сян Янъян стояла у выхода из автобуса, глядя вслед удаляющейся парочке, а затем перевела взгляд на Шэнь Юйчжу, который как раз настраивал астрономический телескоп.

— Староста, — она подошла ближе, понизив голос. — Ты разве не пойдешь с ними?