Четыре бандита на пути к Западному раю

Император Тайцзун смотрел на все это во все глаза, лихорадочно размышляя: Если удастся заключить партнерство с бодхисаттвой, разве наша корпорация Великая Тан не станет номером один во всей вселенной? Про все корпоративные неурядицы он давно позабыл и выбросил их из головы. Топ-менеджеры тоже растеряли остатки приличия: каждый стоял с разинутым ртом, едва ли не пуская слюни на землю. Все присутствующие безумно скандировали: Намо Авалокитешвара бодхисаттва, и эта сцена походила на толпу зомби, вопящих мозги, — шум стоял такой, что от него планета могла содрогнуться трижды.

Опомнившись, император Тайцзун во всю мочь легких заорал: Эй там, позовите мне У Даоцзы из дизайн-отдела, пусть запечатлит момент проявления бодхисаттвы, а если намалюет плохо — лишу премии! Этот самый У Даоцзы был истинным гуру отдела дизайна, и рекламные постеры, которые он раньше создавал для компании, привлекали клиентов с другого конца планеты ради заключения сделок. Получив приказ, У Даоцзы примчался мелкой рысцой, схватил кисть, и на его лице застыла такая сосредоточенная гримаса, будто геймер рубится с финальным боссом, а глаза выкатились из орбит словно медные колокола. Стоило ему взмахнуть кистью, как драгоценный лик бодхисаттвы ожил на холсте во всей красе; рисунок получился настолько реалистичным, что походил на фотографию, на нем даже крошечные веснушки на лице бодхисаттвы проявились.

Полюбовавшись результатами, император Тайцзун подпрыгнул от радости на три аршина в высоту и тут же объявил о временной приостановке мероприятия, завопив на всю округу: Я решил отправить людей на Запад за истинными сутрами Махаяны. Как только писания окажутся у нас, компания взлетит до небес, а стоимость акций устремится в открытый космос! Топ-менеджеры согласно закивали, думая про себя: Пока босс счастлив, у нас есть шанс получить премии. Император Тайцзун продолжал допрос: Кто готов взяться за это поручение и отправиться на Запад поклоняться Будде и добывать сутры? За успешное выполнение — повышение по служде и прибавка к жалованию, а за провал — лишу всех премий до копейки!

Едва замолкли эти слова, вперед выступил мастер Сюаньцзан, который до этого скромно стоял в сторонке, словно бледная тень. В корпорации Великая Тан Сюаньцзан был простым, усердным офисным работягой, что целыми днями либо яростно стучал по клавишам перед монитором в кабинете, либо страдал от пыток бесконечными совещаниями — словом, являл собой эталонного трудоголика. С глубоким почтением он обратился к императору Тайцзуну: Босс, я готов отправиться в путь! Надеюсь внести свой вклад в благополучие компании, а заодно, быть может, удастся выбить прибавку к зарплате и улучшить условия жизни.

Услышав это, император Тайцзун расчувствовался так, будто нашел сокровище, лично подбежал к Сюаньцзану, схватил его за руки и с улыбкой произнес: Если мастеру и впрямь удастся воротить это дело, я повышу тебя на три ступени сразу, а годовой бонус удвою! Мы с тобой станем побратимами, и впредь любое хорошее начинание в компании будет в первую очередь ради тебя! Сюаньцзан от избытка чувств едва не расплакался и принялся усердно кланяться в знак благодарности. Император Тайцзун тут же перед статуей Будды совершил с Сюаньцзаном четыре поклона и ласково нарек его Святым монахом — императорским братом. Сюаньцзан умывался соплями и слезами от умиления, поклявшись громко: Босс, раз вы так мне доверились, я костьми лягу, но раздобуду истинные сутры. Если задание провалю — уволюсь по собственному желанию, не требуя ни единой монеты! С этими словами он воскурил благовоние перед Буддой, и поднимавшийся от него дымок казался воплощением трагической решимости Сюаньцзана.