Из каньона в бесконечность: Реквием Пастыря Душ

Бах!

Тёмная фигура отлетела назад на два шага, после чего замерла на месте, глядя на них и склонив голову набок, будто над чем-то раздумывая.

— Бежим! — рявкнула Тань Цзиншань.

Сюй Хэ в панике подобрался и тоже пустился наутек со всех ног.

— Хи-хи-хи…

Шорох! Тёмная фигура взмахнула рукой, и из её ладони вылетел квадратный коробок. Упав на землю, он мгновенно начал становиться прозрачным.

Проводив взглядом две фигуры, исчезнувшие за поворотом коридора, тёмная фигура уже собралась броситься в погоню. Но стоило ей сделать лишь один шаг, как с какой-то стороны раздался глухой стук: бух-бух-бух.

Подумав немного, тёмная фигура развернулась, и её лицо полностью открылось в свете ламп.

Мертвенно-бледное, похожее на маску лицо, ярко-красные загнутые вверх уголки нарисованного рта, алый шарообразный нос, шутовской колпак с шахматным узором и зазубренные острые клыки. За этой уродливой и комичной маской скрывался взгляд, полный бесконечной жестокости и холоднокровного равнодушия.

Это был Демонический Клоун, Сако!

— Пошли!

Широко расставив ноги, он шагал по цементному полу в остроносых ботинках с помпонами на концах. Его руки покачивались в такт шагам, но не раздавалось ни звука.

Сделав два шага в этой странной позе, Сако под тихий хлопок растворился в сумраке коридора.

— Черт побери, откройся же…

— Я не хочу умирать!

Фан Чэнь швырял подобранный с пола складной табурет, ударяя им по деревянной двери снова и снова.

Но сколько бы он ни пытался, на вид ветхая деревянная дверь по-прежнему оставалась запертой намертво.

— Черт… во всем виновата ты, У Цзяхуэй! Вот ведь блин, дверь не открывается, теперь нам всем крышка…

Фан Чэнь с размаху ударил кулаком по стене. Позади него У Цзяхуэй испуганно пролепетала:

— Всё в порядке… раз мы не можем выйти отсюда, то и этот тип не сможет войти… Главное… главное просто дождаться завтрашнего открытия парка, и всё образуется, да? Староста и Сюй Хэ ведь побежали наружу? Может быть… кто-нибудь придет на помощь!

Глядя на её перепуганное лицо, Фан Чэнь почувствовал, как внутри закипает ярость. Последние слова девушки задели какую-то неведомую струнку в его душе: он резко развернулся, в одно мгновение вцепился в её горло и прижал к белой стене.

— Всё в порядке?.. Ты вообще видела, насколько этот безумец опасен?! У него нож, и кто знает, сможет ли он пробраться внутрь… К тому же, если провести ночь в таком проклятом месте, я сойду с ума!

Ты говоришь, кто-то придет? И кто же, по-твоему, придет? Этот толстяк Сюй позвонил только Чэнь Сяочуаню… Говори, ты до сих пор с ним общаешься?! Отвечай!

Лицо Фан Чэня исказилось от дикой злобы.

Его глаза под очками были полностью залиты кровью. Он и раньше страдал бессонницей, а случившееся сегодня и вовсе довело его до сильнейшего нервного истощения!

— Н-нет, не общаюсь… С чего бы мне с ним связываться? Мы с ним вообще люди из совершенно разных миров!

И правда, по мнению У Цзяхуэй, её увлечение Чэнь Сяочуанем на первом и втором курсах было не просто юношеским порывом, а скорее проявлением наивности.

Да, он неплохо выглядел, но при этом отличался замкнутым характером, не имел за душой ни богатых родственников, ни связей в обществе. Его привычный круг общения и рядом не стоял с тем, в котором вращался Фан Чэнь.