Висевший за спиной Непобедимый безмолвно протестовал.
Для покорения Трех Миров хозяйке хватит и его одного! А если он вернет былую силу, то эта побрякушка даже в камни для заточки не годится!
─ У меня уже есть один меч. Если хочешь остаться, придется уменьшиться и висеть на мне как украшение. А что до заключения договора… ─ она вспомнила, каково это – заключать узы с Непобедимым.
Даже тот кусок металлолома при привязке едва не угробил её, а уж этот…
─ Сначала спрошу учителя, можно ли его оседлать, ─ Цзян Цинтянь сглотнула вязкую слюну, разглядывая сияющее сокровище. ─ Ну что, ты всё еще хочешь со мной?
Меч промолчал, но наглядно продемонстрировал свое согласие.
Уменьшившись до размеров ладони, он послушно повесился на шею девочке вместо амулета.
─ Раз ты такое красное и яркое, буду звать тебя… Танхулу!
Третий старший брат обещал в следующий выходной купить ей обновы и угостить засахаренными фруктами.
Цзян Цинтянь легонько похлопала по висевшему на груди клинку и почувствовала, как тот едва заметно дрогнул, принимая имя.
За спиной успокоился и Непобедимый.
Без официального договора эта штука всё равно останется бродяжкой, не ровня ему, имеющему имя.
Танхулу? Смешное название, разве оно сравнится с гордым «Непобедимым»?
Хм.
Глава 8
Ранним утром Цзян Цинтянь проснулась от шума.
Она полночи утешала две упрямые железяки и в итоге заснула от усталости.
А теперь, услышав доносившееся снаружи гулкое «ух-ха», девочка ощутила самый настоящий приступ утренней хмурости.
Спрыгнув с кровати и топая ногами, она выбежала из пещеры.
Первое, что она увидела – Ю Сыфана, который с сосредоточенным лицом отрабатывал удары мечом прямо перед ее жильем.
Цзян Цинтянь с трудом увязывала этот сосредоточенный образ с привычным непоседливым третьим братом.
Сейчас его глаза горели решимостью, движения казались простыми, но каждый удар выверен с точностью до миллиметра, с одинаковым усилием, углом и частотой.
─ Девятьсот девяносто восемь, девятьсот девяносто девять, тысяча, ─ отсчитав тысячный взмах, Ю Сыфан шумно выдохнул, закрутил красивую «мельницу» и спрятал Чжуйфэн в ножны, после чего стер со лба капельки пота и озарил Цзян Цинтянь открытой улыбкой. ─ Младшая сестренка, доброе утро.
─ Доброе утро, третий старший брат.
─ Я за тобой, пойдем в столовую. Как спалось? Может, всё-таки сменим пещеру? У меня сегодня есть время, погуляем, я покажу тебе еще парочку свободных мест.
─ Не нужно, третий старший брат, мне здесь безумно нравится! Только каменная кровать жестковата, ─ она потерла плечо. ─ Скажи, у нас здесь где-нибудь можно раздобыть мягкую подстилку?
─ На складе наверняка что-то завалялось, поищу и к вечеру заброшу.
─ Отлично, спасибо, третий старший брат!
Цзян Цинтянь считала сон вопросом первостепенной важности.
Если с вечера не выспишься, наутро всё тело ломит. Разве так можно постигать секретные техники бессмертных и претворять в жизнь план «использовать их же методы против них самих»?
Будущее Мира Демонов держалось исключительно на её хрупких плечах!
Столовая секты Цанцюн пряталась за бамбуковой рощей, в тихом и живописном уголке.