Меня выгнали из универа — я включил стрим и в первом же эфире избил акулу-людоеда

Стоило ему это сказать, как кумушки покатились со смеху:

— Ой, ну и сказочник! В наших краях улиток сто лет никто не видел, а тут надо же — ему повезло!

— Ты хоть знаешь, как тот групер выглядит? Врет и не краснеет.

— Обычное дело для молодежи. Слишком гордый, чтобы признать свое поражение.

— В университет нечестно поступил, выгнали с позором. Теперь еще и про улов врет. Тьфу, что за человек…

Задавший вопрос мужик нахмурился:

— Вы же старшие, постыдились бы так говорить. Сяо Чэн, не обращай внимания на этих балаболок.

Но на сей раз Цзян Чэн не собирался терпеть оскорбления:

— Тетушка Лю, вы до сих пор поливаете меня грязью только потому, что я тогда отказался сдавать экзамен за вашего оболтуса? В отличие от вашего сыночка, я не имею привычки врать.

Лицо женщины пошло красными пятнами ярости. Провал сына на экзаменах был для нее самой больной темой. В её больном воображении отличник Цзян Чэн был просто обязан выручить односельчанина. Из-за его отказа её кровиночка не поступил в старшую школу и связался с дурной компанией — и во всем этом она винила исключительно гордого соседа. Окончательно потеряв самоконтроль, она ткнула в парня дрожащим пальцем и завизжала:

— Да у тебя просто гнилая натура, вот тебя из универа и поперли! Врешь про свой улов, как дышишь! Откуда у тебя, нищеброда, красный групер?! А ну, покажи всем, если не брешешь!

Цзян Чэн лишь холодно усмехнулся:

— Покажи да покажи… А если от перепада температуры рыба сдохнет, вы мне ущерб возместите? — Живой групер стоил на порядок дороже мертвого.

Женщина брезгливо скривилась:

— Да ты просто блефуешь, щенок. Ни черта ты не поймал. Да если у тебя там хоть одна такая рыбина, я тебе всё до копейки возмещу!

Остальные рыбаки на пристани тоже смотрели на парня с нескрываемым скепсисом. Даже опытным морским волкам с профессиональными снастями поймать дикого групера удавалось крайне редко. Что уж говорить о книжном черве, впервые вышедшем в море. Тяжело вздыхая, мужики лишь качали головами — пацан просто не хотел ударить в грязь лицом.

Зрители на трансляции, слыша эти издевки, были готовы рвать и метать:

«Вот же старые клячи! Да наш стример тысячу очков вперед даст этим "профессионалам"».

«Братик, это нельзя так оставлять! Доставай рыбу, пусть умоются!»

«Она же сама вызвалась платить, грех не воспользоваться!»

«Вы реально верите, что такая мерзкая баба сдержит слово? Из-за экзамена жизнь парню отравляет, вот же биомусор».

Цзян Чэн мельком глянул на экран телефона — покупатель от Чэня пока не звонил. Ждать дальше было рискованно: места в отсеке с водой было в обрез, и ценная рыба могла просто задохнуться. Обернувшись к добродушному мужику, он попросил:

— Брат Лэй, одолжи пару контейнеров для рыбы!

Мужчину звали Цзян Хунлэй. Он принадлежал к тому же поколению, что и Цзян Чэн, и их семьи всегда поддерживали теплые отношения. Именно он, не раздумывая, одолжил 30 000 юаней на лечение родителей. Притащив пластиковые емкости, Цзян Хунлэй с легким любопытством произнес:

— Сяо Чэн, судя по всему, ты и впрямь не с пустыми руками.