Проказник, не проказничай!

И когда он скитался аномальным духом в тайных обителях, и когда бродил по свету после их запечатывания.

К слову, о прошлом: воспоминания Шэнь Чжао о временах пребывания в обителях были невероятно отрывочными. Он помнил лишь то, что произошло после их закрытия. Как он медленно падал из звенящей пустоты ─ не с неба,

и не откуда-либо еще. Это состояние невозможно было описать или облечь в слова. Истощение, голод, леденящее одиночество и первобытный страх сжали его со всех сторон.

Казалось, он превратился в сгусток тумана, который рассыпался от малейшего прикосновения. И вот так он плыл, кружился в пространстве… Бог весть сколько времени прошло, прежде чем Шэнь Чжао очнулся.

─ Кто я? Где я?..

Шэнь Чжао вытянул руки перед собой и сделала осторожный шаг вперед. Вокруг расстилалась бескрайняя, молочно-белая пелена, у которой не было ни конца ни края. Весь этот мир озарял ровный дневной свет.

Он просто брел куда глаза глядят. Сначала пытался вспомнить, откуда взялся, и разгадать тайну этого странного места. Но пока он шел, само понятие времени улетучилось.

Шел и шел, без конца и края…

«Иди. Иди туда, где твое место».

Неизвестно откуда взявшийся голос заполнил уши Шэнь Чжао со всех сторон.

«Иди… Иди… Иди…»

Звуки накладывались друг на друга, накатывая непрерывными волнами.

Голос звучал тихо, но повторялся вновь и вновь ─ сотни, тысячи, десятки тысяч раз. Ни тембр, ни громкость не менялись ни на йоту; в нем не ощущалось ни капли эмоций, невозможно было даже разобрать, мужской он или женский.

Он просто методично твердил эти две фразы.

И то, что нечто столь бессмысленное и нелогичное возникло в мире, где само понятие смысла отсутствовало, казалось по-своему логичным.

Прямо под ногами Шэнь Чжао в пространстве образовалась трещина. Хотя трещиной это назвать было трудно ─ скорее, грязной сточной канавой.

Черная, мутная жижа заполняла этот провал, похожий на речное русло. Шэнь Чжао постепенно погрузился в нее с головой.

А когда снова пришел в себя, то уже скитался по улицам города. На улицах было много людей ─ так много, что этому маленькому существу стало невыносимо одиноко.

Большинство аномальных духов лишены чувств. Даже высшие духи не способны на полноту эмоций, у них есть лишь одна-единственная навязчивая идея в каком-то одном направлении.

Именно эта идея и заставляет некоторых духов существовать дальше.

Шэнь Чжао, будучи совсем мелкой сошкой, прекрасно это понимал.

Он и сам не знал, откуда в нем взялось это чувство одиночества. Он лишь сознавал, что сейчас ему паршиво ─ совершенно новое, неиспытанное прежде ощущение.

Для аномального духа подобное казалось абсолютно невозможным. И именно поэтому из его несуществующего сердца вдруг брызнула капелька тихой радости.

─ Эй, сопляк, хватит мне тут зубы заговаривать! Отвечай, откуда штуковина?! ─ Лэй Чи вернулся к своему прежнему рявкающему тону.

Шэнь Чжао на секунду опешил. Он и сам понятия не имел о собственном происхождении, не говоря уже об истории этого кулона, так что как он мог что-то объяснить Лэй Чи?

Однако по тону и словам Лэй Чи Шэнь Чжао уловил: у этого кулона явно имелось непростое двойное дно.