Путь из бездны

Вот оно что, так вот почему…

Вот почему мне нужно было опередить призрака и убить одного человека первой.

Тон Лу Нин изменился.

Если действовал не призрак, а человек, разве тогда не исчезала вероятность превращения в призрака? Это была лишь вероятность пятьдесят на пятьдесят, но раз уж шанс существовал, почему бы не попытаться? Хуже-то всё равно уже быть не могло, верно?

Ты… вовсе не счастливый человек. Сздохом произнесла Юнь Лянь.

Лу Нин на мгновение остолбенела, не понимая, к чему та заговорила об этом, но тут же поспешно ответила: Нет, в тот день я говорила чистую правду, у меня не было причин лгать о подобном…

Я же не говорю, что ты лгала, Лу Нин. Юнь Лянь махнула рукой, жестом показывая, что хочет продолжить: Твой склад ума, твое спокойное отношение к мертвецам и нынешнее равнодушие к убийству — всё это доказывает, что на самом деле твоя жизнь была вовсе не такой счастливой, как тебе помнится. Возможно, ты и не лгала, но ведь ты сама говорила, что в твоей памяти зияет множество провалов…

Я…

Ах, меня это уже давно смущало. Впрочем, окружение — это еще не единственный фактор, определяющий человека, Лу Нин. Тебе бы для начала выяснить, кто ты вообще такая.

Лу Нин замолчала.

Как бы то ни было, человек, которого ты убила, уже мертв. У меня нет никакого права требовать, чтобы ты расплатилась за это своей жизнью, но я не считаю, что люди должны умирать понапрасну.

У меня не было выбора, это было решение, принятое в доли секунды. Лу Нин чувствовала, как её покидают последние силы. Он был предателем, я должна была помешать призраку убивать людей, раз уж представилась такая прекрасная возможность…

Предатель? Что же на самом деле произошло в ту ночь? Когда ты пошла за лекарством, снотворное ведь уже было у тебя, а что было потом?

Лу Нин надавила на виски и горько усмехнулась: В ту ночь у меня действительно был жар, и единственной мыслью было опередить призрака во время его нападения, заодно выяснив его слабые места, поэтому я подсыпала в еду немного снотворного… Но меня всё равно грызло чувство, что я что-то упустила. Когда все заснули, я заколебалась, а поднявшись со стула, просто притаилась в темноте, не в силах принять решение.

О?

Но тот человек не спал крепко… Тот нувориш. Даже те, кто должен был нести дежурство, незаметно заснули, а он украдкой достал телефон и начал снимать тех, чьи лица можно было разглядеть в свете свечей. Именно в этот момент пламя стало синим.

Тогда голова Лу Нин была тяжелой от жара, но подсознательное чувство тревоги заставило её тайком подкрасться к нуворишу со спины. В этот момент она как раз увидела, что на телефоне включен режим видеокамеры: в объективе мирно спавшие при свете огня люди совершали движения, которых в реальности не делали.

Затем, словно повторяя какое-то заученное множество раз действие, Лу Нин стремительно протянула руку и закрыла объектив телефона, а второй рукой крепко сжала заготовленный заранее канцелярский нож и полоснула нувориша по горлу.

Условие для убийства было разрушено, и зеркальный призрак больше не мог никого убить. Однако тогда Лу Нин не смогла по одной лишь этой детали понять суть методов убийства нечисти и решила, что призрак таится прямо в телефоне. Втайне сломав гаджет нувориша, она бросилась обратно на своё место. На ней и так была окровавленная одежда, так что новые пятна затерялись бы среди старых, нужно было лишь прикрыть их пиджаком Юнь Лянь, и, разумеется, свежая кровь неминуемо испачкала бы ткань — об этом знала лишь Юнь Лянь, переодевавшаяся позже.