Стать сильнейшим? Для бессмертного это слишком очевидно

Даже если весь мир узнает, что он бессмертен, что с того?

— Тогда я сначала выдам тебе комиссионные и базовую зарплату за эти два дня, — сказала Бай Мяо, переводя ему деньги. — Потом не уходи, пойдём вместе поужинаем, я угощаю.

Лу Инь взглянул на телефон. Бай Мяо перевела ему ровно триста тысяч юаней — это были его комиссионные за продажу алкоголя за несколько дней работы.

Прощальный ужин? Он ведь проработал всего несколько вечеров. Бай Мяо поступила по высшему разряду, позаботилась о нём.

— Хорошо, — Лу Инь улыбнулся. — Сестра Мяо, в некотором смысле это не прощание. Я, вероятно, и в будущем буду часто заходить сюда выпить.

Выпить?

Бай Мяо невольно рассмеялась. При его-то алкохолизме, говорить "выпить" — значит, скорее, прийти попить воды.

Неужели он приходить посмотреть на неё?

Думая об этом, лицо Бай Мяо слегка зарделось.

Глава 53

В это время явилась Бай Вэйвэй. На досуге официанты успели нашептать ей историю про Лу Иня и старую богачку Чжао Цзин.

Богатая дама положила глаз на Лу Иня, захотела его содержать; её сын пришёл предъявлять претензии — а мама заставила его назвать Лу Иня «дядей».

Прежде у Бай Вэйвэй было о Лу Ине мнение не то чтобы плохое, но теперь она невольно прикусила язык.

Молодой — а всё не тем путём идёт, только и думает, как бы попасть под покровительство богатой тётушки.

Симпатия, едва начавшая зарождаться, рухнула к нулю.

Вскоре она услышала новое: мол, Лу Иня какая-то белая и богатая красавица увела в приватную комнату — то ли выпивать, то ли ещё что; вина заказала кучу, будто деньгами сорит ради него.

Сплетники, понятно, сочились завистью, но Бай Вэйвэй всё равно отметила это про себя — и её мнение о Лу Ине стало ещё хуже.

Под конец смены Бай Мяо заглянула за сестрой: позвала на поздний ужин. Бай Вэйвэй ещё не знала, что завтра Лу Инь уходит.

Четыре утра. Шашлычная у бара. Бай Мяо пригласила лишь тех, кто за эти два дня успел сдружиться с Лу Инем.

— Брат Лу, ты правда увольняешься? — Чэнь Цзэ, пожалуй, был ближе всех к Лу Иню. Хотя знакомы всего пару дней, его восхищение лилось через край. Услышав о уходе, он расстроился.

Лу Инь кивнул:

— Да. Ухожу.

— Ты же ещё не научил меня играть в кости, — хихикнул Чэнь Цзэ. — Ладно, брат Лу, с твоим талантом ты всё равно скоро озолотишься. Только не забудь про маленького Чэня. Считай, я наполовину твой ученик.

Лу Инь не стал спорить:

— Разбогатеть — это и есть мечта всей жизни?

— А то! Лишь бы разбогатеть — остальное пустяки, — честно ответил молодой Чэнь Цзэ. Он не любил кривить душой: — Хотя… таким, как я, без особых способностей, богатство, наверное, не светит.

Лу Инь усмехнулся и промолчал.

Мечта о богатстве?

Да у скольких обычных людей она есть.

Он — словно лампа желаний: любые «раз в жизни» чудеса, вроде внезапного богатства, в его исполнении не выглядят фантастикой.

— Лу Инь, почему уходишь? — Бай Вэйвэй всё же поддерживала с ним отношения. Не ожидала, что тот бросит работу через два дня.

Зарплата у него, должно быть, немалая.

Судя по тому, что она увидела за эти дни, он ведь любит деньги, разве нет?

Скорее уж из тех, кто за деньги на всё готов.