Трупы монстров несъедобны? Добро Пожаловать в мой крематорий!

Слова ударили по Ли Цзыму, словно раскаты грома. Он не мог поверить, что любимая девушка так поступает с ним. И ради кого? Ради никчемного слабака! Ради отброса, неспособного к культивации! Рассудок юноши помутился, кровь ударила в голову. — Почему?! — Взревел он, а затем сорвался на крик, глядя на Пина:

— Цзян Пин, ты мужчина или кто? Прятаться за женской спиной… Какой ты после этого мужик!

Глава 15

Стоя за спиной Дунфан Лань, Цзян Пин лишь усмехнулся. Подобные вопросы он считал ниже своего достоинства. Ткнув пальцем в случайного ученика с лепешкой, он с улыбкой произнес:— Сяо Хуан, растолкуй-ка нашему старшему молодому господину Ли, что к чему!Сяо Хуан торопливо проглотил последний кусок, вышел вперед и самодовольно поклонился публике. Толпа ответила свистом. Не обращая внимания на насмешки, Сяо Хуан пафосно начал:— Сразу видно, молодой господин Ли, что вы человек пришлый и местных порядков не знаете. В нашей школе… да что там в школе, во всем Южном Городе среди учеников есть неписаное правило.Он вел себя так, словно вершил судьбы мира. Ли Цзыму, сам того не замечая, поддался его тону и выпалил:— Что еще за правило?Сяо Хуан хитро прищурился и не спеша ответил:— Братец Пин – наше общее достояние. Его надо беречь! Кем бы ты ни был – крутым наследником или важной шишкой, но здесь, в Южном Городе, трогать братца Пина запрещено!Он указал на Дунфан Лань:— Сегодня тебе еще повезло, что Лань-Лань сама хочет тебя проучить. Посмей ты хоть волосок с Пина уронить – и я, и любой из этих ребят, кого ты видишь вокруг, тут же начистим тебе физиономию. Веришь?Слова Сяо Хуана произвели эффект разорвавшейся бомбы. Только что весело переговаривавшиеся ученики вдруг дружным шагом выступили вперед, молча вставая за спиной Дунфан Лань. Те, у кого сегодня были тренировки, сжимали в руках оружие. Остальные просто достали что-то тяжелое, что подвернулось под руку. Больше сотни человек выстроились единой стеной в защиту Цзян Пина. От такого зрелища Ли Цзыму в ужасе попятился.Он едва не лишился рассудка. В голове билась одна мысль: «Невозможно! Этого не может быть! За что?! С какой стати?!». — Я же наводил справки! Он просто никчемный калека! Почему вы все за него?! И ты, Дунфан Лань! Чем я хуже?! Почему ты даже не смотришь на меня?! Вы все… вы все ослепли!Сяо Хуан едва не согнулся пополам от хохота. — Молодой господин Ли, а у кого же вы эти справки наводили?Ли Цзыму округлил глаза:— Вы… вы все сговорились, чтобы меня обмануть?Он не был идиотом и, глядя на реакцию толпы, всё понял. Информацию о Цзян Пине он выпытывал у таких же учеников, даже прилично приплатил за это. Но если, как сказал Сяо Хуан, все его защищали, то грош цена была тем сведениям.Цзян Пин, наблюдая за происходящим, чувствовал гордость, но больше всего – трогательную благодарность. Это были его одноклассники, младшие, старшие… Но долго расчувствоваться было опасно для имиджа. Видя, что Ли Цзыму совсем потерялся, Пин понял – пора выходить на сцену. Нужно закончить этот фарс красиво.Только он собрался сделать шаг вперед, как зловещий, холодный голос заставил его втянуть голову в плечи:— Утро только началось, а вы вместо тренировок и чтений устроили тут сборище? Вы что, щенки, совсем страх потеряли? Цзян Пин! Это опять ты?! А ну выметайся сюда!Толпу как ветром сдуло. Сяо Хуан дезертировал первым. Следом, словно по команде, остальные бросились врассыпную, выкрикивая на бегу:— Братец Пин, извини!