Трупы монстров несъедобны? Добро Пожаловать в мой крематорий!

Это была профессия, которую одновременно и любили, и ненавидели. Любили за шальные деньги, а ненавидели за клеймо, которое ложилось и на потомков.

Цзян Пин сегодня совсем голову потерял от радости и позабыл об этом. Все вокруг строили планы на его светлое будущее, подсознательно игнорируя его происхождение.

— Батя, ты к чему клонишь? — Уточнил он.

Цзян Ваньли немного подумал и нерешительно произнес:

— Может, я пока продолжу работать, а сам попробую через связи устроить тебя в академию? Чтобы без этих экзаменов, просто учиться, а? Как думаешь?

Цзян Пин, не желая расстраивать отца, расплылся в улыбке в восемь зубов:

— Я не против. Как скажешь, так и будет.

Стоявшей рядом Яо Юйцзин стало не по себе. Сын едва поправился, а они уже становятся для него обузой, не давая нормально учиться.

— Может, спросим старого ректора? — Предложила она. — Он человек опытный, повидавший мир, вдруг что подскажет?

У Цзян Ваньли загорелись глаза:

— И то верно!

Он тут же кинулся к телефону. Но стоило ему заикнуться о деле, как старый ректор разразился площадной бранью.

— Цзян Ваньли, щенок ты эдакий, совсем страх потерял?! Надо было тебя еще в школе до смерти запороть! Сам никчемным вырос, так еще и Бутылку за собой тащишь? Даже не думай!

— …Ну и что, что крематорий? Это тоже очки вклада в пользу Тринадцати городов! А то, о чем ты лопочешь – лишь предрассудки, кто посмеет сказать об этом вслух?

Глава 20

— …Всё, не забивай себе голову, я сам всё устрою, болван. Дай трубку Юйцзин.Цзян Ваньли стоял, не смея поднять глаз, словно его только что высекли. И он, и Яо Юйцзин в свое время были учениками старого ректора – тогда он еще не был таким уж старым.Яо Юйцзин взяла трубку с замиранием сердца – она слышала, как досталось мужу. Набравшись смелости, она пролепетала:— Учитель! Это Сяо Цзин. Как ваше здоровье?Цзян Пин, глядя на родителей, которые съежились, словно напроказившие первоклашки, не выдержал и тихонько прыснул в кулак.Тон старого ректора заметно смягчился:— Хм, пока не помер от ваших выходок. О Бутылке не беспокойся, я сам разберусь. У твоей старшей сокурсницы был похожий случай: парень ушел добровольцем на фронт, а потом армия рекомендовала его в академию. Будь спокойна, я Пинни в обиду не дам.— …Переговорю со старшей, послушаю, что она скажет.Яо Юйцзин была тронута до глубины души – учитель ради них лез из кожи вон. Слезы подступили к глазам, но старый ректор на том конце провода буркнул:— Не смей реветь! Я старый, мне на это смотреть тошно. А ну, вобрала слезы обратно!И Яо Юйцзин послушно заморгала, не давая слезинке упасть. Разговор затянулся, и когда трубку наконец повесили, вся семья облегченно переглянулась.Мать погладила Цзян Пина по голове:— Бутылочка, будь всегда благодарным. Твоя жизнь спасена стараниями всех добрых людей Южного Города. Никогда об этом не забывай.— Угу, — кивнул он.В честь чудесного исцеления сына устроили пир горой. Цзян Ваньли даже разрешил сыну пригубить немного вина.Лишь к десяти вечера все разошлись по кроватям. С этого дня дом словно ожил.Цзян Пин с приятной тяжестью в голове завалился на кровать. Хоть он весь день и не ел мяса монстров, привычного сосущего голода не было. Он решил, что, должно быть, за последние дни наелся впрок, и один пропущенный прием пищи погоды не сделает. В прежнем мире люди тоже могли пропустить обед-другой без вреда, если до этого питались сытно.Вот только одна проблема: на будущее ему нужно найти секретное убежище и потихоньку «присваивать» туши монстров, пока работает на семейном подряде. Иначе как он будет набивать утробу?Размышляя о всякой всячине, он незаметно провалился в сон.В полузабытьи Цзян Пин словно вновь оказался на Горе Тысячи Будд. Все монастырские постройки лежали в руинах, и лишь Павильон Скрытых Сутр стоял незыблемо, вопреки разрухе.Хмельной Цзян Пин бродил по своему сновидению.— А ведь выглядит как по-настоящему, — бормотал он во сне. — Надо же, как сознание всё прорисовало.— Неужели и впрямь – «что днем на уме, то ночью во сне»?Повинуясь памяти, он решил хорошенько поразвлечься в этом грезоподобном мире. В прошлый раз, когда он читал о всяких чудесах и диковинах, старый монах выставил его прежде, чем он успел закончить. Обида грызла его до сих пор. Интересно, удастся ли продолжить чтение во сне?Он подошел к заветной полке и только открыл книгу, как снова услышал тот странный звук.Цзян Пин ухмыльнулся:— Ого, какая детализация! Даже это предусмотрели?Разве в