Уборка мусора в мире зверей: злобная самка приручает вожака волков как собаку

Стоп, что?

До Цзи Минъи наконец дошло значение его слов:

─ Он что, всерьез собрался воевать с Федерацией? ─ Если так, то она, чего доброго, погибнет не от рук главного героя, а прямо в огне начавшейся войны.

─ Не собрался, ─ убежденно отозвался Вэй Цин. Заметив на себе её испуганный взгляд, он пояснил: ─ Федерация полагается на самооборону Буферной зоны, что экономит ей кучу средств на техническое обслуживание. К тому же это идеальное место для сбора наемников. Ни с точки зрения экономики, ни с точки зрения военной обороны Федерация не захочет воевать.

К тому же Буферная зона всегда выполняла роль федеральной свалки, причем как для мусора обычного, так и для «живого».

─ А если Льецзинь сам захочет развязать войну?

Вэй Цин тихо усмехнулся. Цзи Минъи аж обомлела: он всегда был скупился на эмоции, сохраняя холодное выражение лица, и она впервые видела на его физиономии легкое презрение, да еще и по отношению к незнакомцу.

─ Не посмеет. Да и кишка тонка. Буферная зона слишком узкая и протяженная, с однообразным рельефом. В случае войны снаружи ударят орды волн насекомых, а изнутри – отлично вооруженная Федерация. География – его самое уязвимое место.

─ Кроме того, у огромного числа наемников семьи живут в городах. Единства в умах нет, не говоря уже об оснащении и войсках…

Цзи Минъи поразилась: надо же, потерявший память Вэй Цин всего за один месяц сумел так четко проанализировать стратегическую обстановку между Буферной зоной и Федерацией!

Вот уж действительно – генерал! Взгляд Цзи Минъи моментально наполнился искренним восхищением:

─ Ничего себе, какой ты умный!

Размеренная речь Вэй Цина запнулась. Он как-то неуклюже поправил манжету:

─ Гм…

─ А он не боится вызвать бунт такими речами?

Не успели эти слова соскочить с её губ, как Цзи Минъи услышала, что Льецзинь перешел к резкой критике городских властей, односторонне закрывших пропускные пункты. Он пообещал вступить в активные переговоры, чтобы скорейшим образом решить вопрос с возвращением жителей домой, и призвал всех к спокойствию.

Теперь и до неё дошло: Льецзинь не столько добивался прав, сколько использовал поводы для раскачивания лодки. Не устрой он этот спектакль, в будущем любая мелкая сошка из Федерации могла бы приходить в Буферную зону и качать права.

Вот только…

─ Даже если он перехватит инициативу в информационном поле, неужели Федерация и вправду согласится на его условия?

Вэй Цин возразил:

─ Ему вовсе не нужно их согласие. Эта территория и так под его контролем, разницы с автономией никакой, ему просто нужна официальная легитимность.

Однако этот переломный момент наступил слишком уж удачно. Гармония и стабильность, сохранявшиеся годами, были нарушены каким-то главой инспекционной группы. Вэй Цин даже заподозрил, что Льецзинь сам подослал этого человека, разыграв перед всеми этот спектакль.

Неужели главы федеральных комиссий действительно настолько дураки, чтобы сами подставлять шею?

Находящийся в этот момент в далеком Зале военного трибунала столицы Вэй Муфэн громко и сочно чихнул.

Едва Льецзинь закончил свою пламенную речь, как на площади появилась целая орава головорезов, перекрывших все входы и выходы.