Я стал слепым профессором, предсказывающим судьбу

— Ребята. Лекция ещё не началась, но шуметь в коридоре — это уже слишком.

— А, профессор!

Перепуганные студенты торопливо склонили головы, осыпая его извинениями.

Искреннее раскаяние без лишних оправданий сразу остудило раздражение Квон Мухёка.

Успокоившись, он понял: гудит весь коридор.

— Что за шум? Что-то случилось?

— Вы ещё не слышали? У главных ворот академии творится настоящий кошмар!

— Кошмар?

Несмотря на суету студентов, Квон Мухёк остался равнодушен.

Это Национальная академия охотников.

Место, где из-за сверхспособностей вечно происходило чёрт-те что.

— И что там? Опять кто-то взлетел в небо? Или разнёс машину бедного сотрудника?

— Да нет же! Профессор, вы ведь знаете тех придурков?

— Каких ещё?

— Ну, тех отморозков!

Лицо Квон Мухёка вмиг похолодело.

«Эти ублюдки».

Как и в любом учебном заведении, в академии водилась своя шайка хулиганов.

Мелкие пакостники, знавшие меру и не переходившие грань уголовщины.

Казалось бы, как в стенах Национальной академии охотников может существовать банда хулиганов?

Увы, вполне себе могла.

Даже в мире охотников, где решает сила, так называемые «связи» оставались непреодолимой стеной.

«Сын начальника полиции, родственник депутата горсовета, дочурка крупного бизнесмена, племянник члена парламента…»

С этим списком благодаря статусу охотника ещё можно было хоть как-то совладать.

Проблема крылась в их вожаке — птице слишком высокого полёта.

«Кажется, младший сын председателя Ассоциации охотников Кореи?»

Пойдёшь против Ассоциации — и карьере охотника настанет конец.

Даже профессора академии старались закрывать глаза на их выходки, лишь бы не наживать проблем.

Паршивцы тоже понимали последствия и держались в определённых рамках.

К тому же сынок председателя соображал неплохо и умело держал банду на поводке.

Но почему о них заговорили именно сейчас?

— Говорят, какой-то профессор только что уложил троих из них прямо у главных ворот!

— …Что?

Как уже говорилось, за каждым из них стояли влиятельные покровители.

К тому же эти связи переплетались между собой, создавая чудовищное давление.

По этой причине преподаватели без крайней нужды к ним не лезли.

«Каждый профессор об этом знает. Кто вообще посмел их тронуть?»

Ближайших лекций у Квон Мухёка не намечалось, и он направился к главному входу.

Нужно было оценить обстановку и понять, не требуется ли помощь.

— Вот же…

Добравшись до ворот, Квон Мухёк убедился: студенты не врали.

Двое парней из банды корчились на земле, постанывая от боли.

Девушка стояла на коленях с поднятыми руками, словно наказанный ребёнок.

«Дело дрянь. Декан узнает — орать будет на всю академию».

Он знал, что декан набрал от этой шайки немало дорогих подарков.

Потому при любых неприятностях декан первым бежал прикрывать их задницы.

«Носит звание профессора, а вместо наставничества только взятки жрёт».

Подавив рвущийся наружу тяжкий вздох, Квон Мухёк подошёл к виновнику переполоха.

— Прошу прощения.

*Тук.*

Первым, что бросилось в глаза, была выставленная вперёд белая трость.

«Трость?»

Почти весь преподавательский состав академии был относительно молод.