Безграничная игра: Игрок вне системы

Дзынь-дон.

Лежавший на столе телефон девушки зазвонил, и Фан Хань поднял на нее взгляд.

Выражение лица девушки мгновенно застыло, алые губы так и остались приоткрытыми.

Фан Хань озадаченно выгнул брови, а затем неуверенно спросил: — И Шэн Чжи Мэн?

— Гуй Цзяньчоу?

Озвучила девушка, совершенно забыв, что акустика в этой кофейне способна многократно усиливать голоса.

В этот момент все посетители, наслаждавшиеся кофе, повернули головы, желая посмотреть, кто же это называет себя столь резким и эксцентричным именем.

Улыбка на лице Фан Ханя исчезла. Что за черт тут творится?

Его клиентка, кажется, выглядела не слишком ума с палатой.

Все присутствующие в кофейне уставились на Фан Ханя. Столкнувшись с таким внезапным, всеобщим и любопытным вниманием, кто-то другой наверняка почувствовал бы себя крайне неуютно и захотел провалиться сквозь землю.

Но он был Фан Хань — психопат с патологическим складом личности.

Фан Хань вновь озарил всех теплой улыбкой, не выказав ни капли смущения, — от нее веяло весенним теплом, и произнес он это чрезвычайно вежливо:

— Я ее не знаю, вы ошиблись дверью.

С этими словами он крутанулся на каблуках и зашагал к выходу.

— Эй, не уходи, Гуй Цзяньчоу!

Девушка торопливо отставила кофе, закинула за плечи маленький рюкзачок и бросилась за ним.

Выйдя на улицу, Фан Хань подумал про себя, что всё-таки стоило заняться грабежом богатых ради помощи бедным.

— Не уходи же!

Голос девушки донесся сзади, в нем звучала тревога.

Фан Хань обернулся, его лицо оставалось беспристрастным, а взгляд выражал полнейшее равнодушии:

— Барышня, вы ошиблись человеком, я не Гуй Цзяньчоу.

— Я же отчетливо слышала, как ты назвал мой ник, и после этого ты говоришь, что не Гуй Цзяньчоу?

Выражение лица девушки было встревоженным, на красивом личике не осталось и следа улыбки — лишь беспокойство и напряжение, а на дне глаз таился страх.

— Ты обязательно должен мне помочь!

Глядя на столь взволнованную девушку, Фан Хань промолчал и просто зашагал вперед.

Пройдя мимо нее, он бросил на ходу фразу и снова скрылся в кофейне:

— С тебя кофе.

В кофейне стояла тишина. Фан Хань устроился за столиком и принялся сосредоточенно разглядывать самый дорогой кофе, сваренный из зерен ручного помола, лично отобранных хозяином заведения.

Он медленно помешивал напиток, то и дело принюхиваясь, и ленивым тоном произнес:

— По сравнению с обычными кофейными зернами, этот сорт обладает типичным лимонно-цитрусовым ароматом в сочетании с богатым цветочным букетом, от которого веет дыханием весны… и вкусом разбитого сердца.

Девушка: — ……

Знаешь ли ты, что за такое поведение хочется врезать?

Сделав глоток, Фан Хань почему-то нахмурился, поднял глаза на девушку, которая неотрывно смотрела на него, и спросил:

— Я ведь так и не узнал, как тебя зовут.

— Ань Мэн.

Девушка приоткрыла алые губы и тихо ответила.

— Хм, Ань Мэн. А теперь давай поговорим о том самом деле, о котором ты упоминала, но сразу оговорим: это не бесплатно.

Фан Хань поднес чашку к губам, снова отпил глоток, и брови его сошлись еще сильнее.

Глава 26

Проклятый малый осмелился продать ему залежавшиеся кофейные зёрна.