Битва национальных судеб: Становясь сильнее благодаря миру miHoYo

Окинув взглядом Син Цю, Ро Мо скосил глаза на Чун Юня.

Тот носил шевелюру цвета речной воды с неизменной прядкой-антенной на макушке и обладал поразительно чистым, светлым лицом. Одетый в традиционный даосский халат, он предпочитал белый цвет как основной, дополненный синими и золотыми акцентами.

Уплетая еду за обе щеки, Син Цю вдруг лукаво прищурился: ─ Послушай, братец Ро, не желаешь ли перейти на работу поваром в мою торговую гильдию Фэйюнь? Жалованье назовешь сам.

Сян Лин замерла от неожиданности: это он у нее прямо из-под носа кадры переманивает?

Ро Мо рассмеялся в голос и ответил: ─ Благодарю за щедрое предложение, господин Син Цю, но я стремлюсь лишь к тому, чтобы мое кулинарное искусство обрело признание как можно большего числа людей, а в идеале – прославилось на весь свет.

Син Цю с одобрительным видом кивнул: ─ Похоже, братец Ро Мо обладает не только виртуозным мастерством, но и благородной душой истинного героя, достойной восхищения всех нас.

В теплой и веселой атмосфере трапеза подошла к концу.

Едва они покинули ресторан «Ваньминь», Ху Тао закинула руку на плечо Сян Лин и с озорной улыбкой произнесла: ─ Кажется, мне придется заглядывать в «Ваньминь» почаще. ─ Затем она перевела взгляд на Ро-Мо: ─ Будет время – заглядывай к нам в ритуальное бюро «Ваншэн» на огонек. ─ Ро Мо кивнул: ─ Обязательно загляну.

Ху Тао на прощание взмахнула рукой, Син Цю с Чун Юнем тоже попрощались и свернули в другую сторону, а Сян Лин вернулась внутрь ресторана – ее ждали не доделанные дела.

На улице остались лишь Ро Мо и Кэ Цин.

─ Похоже, твои дела здесь уладились, ─ заговорила Кэ Цин. ─ И как ощущения? —

Ро Мо оглянулся на вывеску ресторана: ─ Прекрасно. Было бы еще лучше, если бы госпожа Кэ Цин почаще удостаивала нас своим визитом.

На губах Кэ Цин мелькнула мягкая улыбка: ─ Непременно.

Направляясь к постоялому двору, Ро Мо не оборачивался. ─ Ну я пойду, ─ бросил он через плечо, взмахнув рукой. ─ А долг я обязательно верну. ─ Кэ Цин ничего не ответила; проводив взглядом удаляющуюся фигуру юноши, она направилась к Нефритовому дворцу.

…

Оказавшись в комнате постоялого двора, Ро Мо привел в порядок вещи, отключил трансляцию по таймеру и рухнул на кровать, чувствуя себя совершенно опустошенным.

По правде говоря, он все еще пребывал в некоем оцепенении, продолжая верить, будто происходящее – невероятно реалистичный сон, скроенный с начала и до конца специально для него.

Последовать совету и сигануть отсюда вниз? Но ведь внизу никаких кривых деревьев не наблюдается.

Достав телефон, Ро Мо открыл галерею и принялся листать снимки. Каждая фотография хранила частицу его жизни рядом с близкими – были там и улыбки, и слезы.

Он тихо всматривался в экраны, храня молчание. Долгое время спустя парень погасил дисплей и тяжело вздохнул, гадая, как же там его домочадцы. А в этот самый момент родители, дедушка с бабушкой, дядьки, тетки и прочая родня Ро Мо после долгих переговоров с официальными лицами дали согласие на переезд в Пекин под государственную защиту. Как только все формальности будут улажены, в ближайшие дни они должны были прибыть в пекинский жилой комплекс для семей военнослужащих.