Хочу спрятать тебя и время

Шэнь Цяньчжань молчала.

В этот момент она глубоко раскаивалась в том, зачем потратила столько времени на занятие, которое было заведомо бесполезным — ни отдачи по работе, ни искры вдохновения.

Действительно, пустая трата времени и денег.

Она уже потеряла интерес к разговору и мысленно составляла в уме прощальную фразу, готовясь повесить трубку, как вдруг собеседник произнёс:

— Погодите.

Пробка никуда не делась, всё равно не уедешь, так что Шэнь Цяньчжань было всё равно, ждать или нет.

Из динамиков донёсся шаркающий звук тапок по полу, затем скрип открываемой деревянной двери, и трубку передали в другие руки:

— Тут клиент, хочет поговорить о реставрации часов. Присмотришь?

В наступившей тишине Шэнь Цяньчжань — то ли предчувствие сработало, то ли женская интуиция — почувствовала, как сердце её, словно кто-то сжал в кулаке, вдруг ухнуло куда-то вверх.

И только когда в трубке раздался молодой, немного ленивый, с оттенком недовольства, лишённый эмоций голос, её сердце, наконец, сорвалось и рухнуло в другую, бескрайнюю, бездонную пропасть.

Цзи Цинхэ спросил:

— О чём поговорим?

Непонятно было, к кому он обращается, но терпения в голосе явно не хватало:

— Молчите — кладу трубку.

И правда, от судьбы не уйдёшь.

В душе Шэнь Цяньчжань бушевала буря эмоций такой сложности и насыщенности, что если подбирать сравнение — это было сборище альпак, устроивших вечеринку прямо у неё в голове… Нет, не альпак, а целое стадо этих… как их… ну, вы поняли.

Она уже молча согласилась на то, что он повесит трубку, как вдруг Цзи Цинхэ замер. Повисла трёхсекундная пауза, а затем он спросил:

— Шэнь Цяньчжань?

Твою ж дивизию?

Она же молчала! Как он понял, что это она?

Словно прочитав её мысли, на том конце провода раздался тихий смешок, и он сказал:

— Дыхание знакомое.

Глава 13

По дороге в «Часовую мастерскую» Шэнь Цяньчжань не раз корила себя за то, что в тот момент в голове образовалась пустота и она не нашлась, что ответить, позволив этому кобелю одержать надо ней верх в словесной перепалке!

И это — её, прирождённого оратора, ходячую энциклопедию китайской словесности в продюсерских кругах?!

Шэнь Цяньчжань закусила губу, покосилась на навигатор, без умолку тараторивший о том, что нужно повернуть направо, и её захлестнуло унылое чувство бессилия.

Двадцать минут назад.

Цзи Цинхэ, закончив фразу про «знакомое дыхание», тут же спросил:

— Ты ищешь реставратора часов?

Шэнь Цяньчжань заподозрила, что он пытается замять тему, прикрыть свои домогательства в адрес зрелой привлекательной женщины. Но странное дело: она вовсе не почувствовала себя оскорблённой. Наоборот — уши защипало, а по затылку и шее разлилась горячая волна.

Половина мозга, та, что чувственная, рисовала картины той ночи, когда он, покусывая её мочку, на ухо выдыхал, и она теряла голову от этого пьянящего чувства невесомости. Другая же половина, рассудочная, лихорадочно подбирала слова, которые могли бы уязвить его мужское самолюбие до глубины души.

Не успела она додумать эту многообещающую мысль, как Цзи Цинхэ, словно провидец, нанёс упреждающий удар: