Хочу спрятать тебя и время

Сян Цяньцянь она видеть не хотела. Какой смысл слушать чьи-то извинения? Она не из тех, кому нужно, чтобы другие перед ней прогибались, дабы поднять свой социальный статус и подтвердить собственную значимость. Будь у нее это время, лучше бы взглянуть на каких-нибудь свеженьких мальчиков — и то глазу приятней.

Пришла такая мысль в голову — и на душе чуть потеплело. Она приоткрыла глаза и спросила Су Цзаня:

— На сегодняшний ужин во сколько?

В последнее время Шэнь Цяньчжань занималась подготовкой «юбилейного» сериала, запуск которого планировался на следующий год. Это была та самая показательная программа, за право снимать которую десятки кинокомпаний готовы были перегрызть друг другу глотки, да так и не смогли заполучить.

Ужин, на который она сегодня собиралась, устраивала именно производящая сторона. Помимо обсуждения текущего прогресса в подготовке проекта, главной целью было познакомить Шэнь Цяньчжань с новым инвестором, который присоединился к проекту.

От этого зависели ход и перспективы проекта, так что уклониться Шэнь Цяньчжань, естественно, не могла.

— В семь. — Су Цзань приподнял запястье, взглянул на часы. — Если мы поедем сейчас, даже с пробками будем вовремя.

Шэнь Цяньчжань медленно протянула неопределенное «м-м», а затем спросила снова:

— А как думаешь, может, взять с собой Эйса, Бэйби, Си-Си…?

Су Цзань с полуслова понял, что у нее на уме. Про себя посетовав на то, что женщине в тридцать лет только дай волю — тигрицей станет, он безжалостно разбил ее мечты в пух и прах:

— Думаю, это очень неуместно, и советую тебе даже не заикаться о своих шашнях. Те, кто сегодня ужинают — продюсеры, инвесторы, платформы, — все люди серьезные, не чета тебе. Я заранее разузнал: нынешний представитель инвестора больше всего на свете не выносит, когда на деловых ужинах атмосфера, как в дыму коромыслом. Так что сегодня, кроме обязательных членов команды, не то что посторонних — мухе не дадут пролететь.

Услышав это, Шэнь Цяньчжань прониклась глубоким сожалением:

— Какая жалость. Этот представитель инвесторов, видно, не знает, что такое, когда «красота заменяет еду»*.

Су Цзань: «…»

Ему сейчас до жути захотелось лайкнуть те самые посты в соцсетях, где писали, что Шэнь Цяньчжань заполучила этот юбилейный сериал только благодаря связям и сводничеству. До чего же жизненно!

Шэнь Цяньчжань все еще пребывала в печали от того, что сегодняшний ужин пройдет без Эйса, Бэйби и Си-Си, и совершенно не замечала опасных мыслей, бродящих в голове Су Цзаня. Она продолжала прощупывать почву:

— А Чжоу Яня позвать можно? Он же артист нашей компании, под понятие «член команды» вроде подходит?

Су Цзань несколько секунд хранил странное молчание.

Ему очень хотелось посоветовать Шэнь Цяньчжань не выставлять напоказ свою ненасытность, но слова так и застревали в горле — боялся, что отрубит. Помявшись, он наконец выдал:

— Сестра Чжань, скажи-ка мне, почему ты, человек без всякого любовного опыта, так любишь корчить из себя прожженную сердцеедку, меняющую мужиков как перчатки?

Шэнь Цяньчжань возмутилась: