Меня обезглавили на старте, но мой чит отменяет цену бессмертия

Глава 30

«Да уж, старший У Мин, ну и несладко же тебе пришлось».

«Да уж, старший У Мин, ну и несладко же тебе пришлось».

С мысленным вздохом Тао Цянь шагнул в торговые ряды.

С мысленным вздохом Тао Цянь шагнул в торговые ряды.

Тут же к нему устремились блуждающие огоньки — каждый норовил услужливо осветить ему путь. Другие практики и заклинатели, вошедшие почти одновременно с ним, остались обделены вниманием.

Тут же к нему устремились блуждающие огоньки — каждый норовил услужливо осветить ему путь. Другие практики и заклинатели, вошедшие почти одновременно с ним, остались обделены вниманием.

Один из них, круглолицый и растрепанный, недовольно сплюнул:

Один из них, круглолицый и растрепанный, недовольно сплюнул:

— Ну и времена пошли! Даже эти зеленые фосфорные твари погрязли в подхалимстве. Стоит показаться кому посимпатичнее — и все, летят как миленькие. Тьфу!

— Ну и времена пошли! Даже эти зеленые фосфорные твари погрязли в подхалимстве. Стоит показаться кому посимпатичнее — и все, летят как миленькие. Тьфу!

Стоявшая рядом пышнотелая заклинательница, укутанная в несколько слоев одежд, с лицом, припудренным желтой пыльцой, окинула Тао Цяня оценивающим взглядом и все поняла.

Стоявшая рядом пышнотелая заклинательница, укутанная в несколько слоев одежд, с лицом, припудренным желтой пыльцой, окинула Тао Цяня оценивающим взглядом и все поняла.

— Много ты смыслишь! — заговорила она с певучим южным говорком. — От этого молодца драконьим духом веет. Фосфорные бесенята нутром чуют силу, вот и льнут. Которые посмелее, небось, мечтают хоть капельку этой ауры отхлебнуть. Хотя и правда твоя — уж больно он хорош собой, прямо загляденье!

— Много ты смыслишь! — заговорила она с певучим южным говорком. — От этого молодца драконьим духом веет. Фосфорные бесенята нутром чуют силу, вот и льнут. Которые посмелее, небось, мечтают хоть капельку этой ауры отхлебнуть. Хотя и правда твоя — уж больно он хорош собой, прямо загляденье!

Пока они судачили, самый шустрый огонек размером с человеческую голову вырвался вперед и завис прямо над макушкой Тао Цяня.

Пока они судачили, самый шустрый огонек размером с человеческую голову вырвался вперед и завис прямо над макушкой Тао Цяня.

Тао Цянь поднял глаза и разглядел в мертвенно-зеленом пламени крошечное уродливое личико. Оно то и дело проступало сквозь сполохи, расплываясь в заискивающей улыбке.

Тао Цянь поднял глаза и разглядел в мертвенно-зеленом пламени крошечное уродливое личико. Оно то и дело проступало сквозь сполохи, расплываясь в заискивающей улыбке.

Обычный смертный от такого зрелища наверняка лишился бы чувств, но Тао Цянь уже понемногу привыкал к быту практикующих.

Обычный смертный от такого зрелища наверняка лишился бы чувств, но Тао Цянь уже понемногу привыкал к быту практикующих.

Дают бесплатный свет — и ладно, а к ядовито-зеленому оттенку можно и привыкнуть.

Дают бесплатный свет — и ладно, а к ядовито-зеленому оттенку можно и привыкнуть.

Игнорируя шушуканье за спиной, Тао Цянь напустил на себя высокомерный вид и уверенно зашагал вглубь рынка.

Игнорируя шушуканье за спиной, Тао Цянь напустил на себя высокомерный вид и уверенно зашагал вглубь рынка.