Мир вращается вокруг меня: Восхождение всемогущего нарцисса

«Монета падает орлом двадцать раз подряд»

Глава четырнадцатая: Монета падает орлом двадцать раз подряд

Одинокий проблеск света

Ночной Кусимото казался гораздо тише Ханчжоу.

Здесь не звенели двери круглосуточных магазинов, не гудели моторы электроскутеров доставщиков, не доносилось из утренней забегаловки под окнами радио с местными мелодиями. Слышен был лишь рокот волн, разбивающихся о берег – мерный, монотонный, который странным образом резонировал с пульсацией земных недр на частоте 0,5 герца.

Обсерваторию построили на небольшом холме у самого побережья: двухэтажное здание из белого камня, чьи внешние стены покрылась тонкой паутиной трещин от разъедающего морского ветра. Доктор Ямада провел их на второй этаж к трем небольшим комнатам – по одной на каждого, – откуда стоило лишь распахнуть дверь, как открывался вид на просторы Тихого океана. Лунный свет серебрился на водной глади, рассыпаясь мириадами белых искр.

─ Наблюдательное оборудование находится на первом этаже, там установлены три широкополосных сейсмографа и один гравиметр, ─ произнес доктор Ямада на ломаном английском. ─ Завтра утром мы начнем установку вашего временного оборудования. А пока отдохните.

Су Муцин перевела слова японца, после чего тот поклонился и удалился.

Трое застыли в коридоре, и ни у кого из них не было ни малейшего намерения отправляться спать.

─ Я хочу провести тест, ─ произнес Линь Ифань. ─ Прямо сейчас.

Су Муцин взглянула на часы: девять сорок вечера. ─ Какой еще тест?

─ С монетой. ─ Он выудил из кармана монету в один юань. Ее он предусмотрительно разменял в магазинчике аэропорта Ханчжоу перед вылетом в Японию – не иены, а именно родные юани, поскольку физические свойства этой монеты были ему знакомы до мельчайших деталей.

Чжоу Ваньтин прислонилась спиной к коридорной стене, скрестив руки на груди: ─ Ты же уже баловался дома с игральной костью, выбивая шестерку с вероятностью в семьдесят три процента. Теперь решил повторить фокус в Японии?

─ Все иначе. Кость – это лишь отклонение вероятностей, а не точный контроль. Сейчас мне нужна именно точность: результат должен задаваться каждый раз без малейших погрешностей. ─ Линь Ифань подошел к окну в конце коридора и положил монету на подоконник.

Для поглощения сейсмической энергии требовалась точность согласования волновых форм в 99,9 процента. Это означало, что его навык искривления реальности должен эволюционировать от «склонения вероятностей на свою сторону» до «полной предопределенности результата». Обратная волна с точностью в 99,9% эквивалентна способности в тысяче попыток в 999 случаях безупречно скопировать целевой паттерн. Тест с монетой – лишь упрощенная версия подобной точности: ему требовалось раз за разом заставлять монету падать так, как он пожелает, и не иметь права на ошибку.

─ Сколько раз подряд? ─ спросила Су Муцин.

─ Двадцать, ─ ответил Линь Ифань.

─ Все до единого орлом. брови Чжоу Ваньтин едва заметно дрогнули. Вероятность выпадения орла двадцать раз подряд составляла один к двум в двадцатой степени, то есть примерно один к миллиону. Если он справится, речь пойдет уже не об отклонении вероятностей, а о детерминированном контроле.