На ладони: Игры хищника

Дверь отворилась лишь спустя долгое время.

На пороге стоял высокий, худощавый и стройный юноша в черной обтягивающей майке с V-вырезом, обнажавшем крепкую грудь. Лицо его было бледноватым, словно он круглый год не видел солнечного света и покрылся тонким слоем льда, отчего казался несколько отрешенным и отстраненным. Однако черты его лица поражали своей глубиной: взметнувшиеся вверх брови, черные, глубокие и выразительные глаза. И при всей бледности в этом лице таилась какая-то удивительная, чарующая красота, напоминавшая прекрасные пейзажи озаренных закатным заревом гор и рек.

Неужели этому юноше всего чуть больше десяти лет?

Цин Хэ изо всех сил запрокинула голову, чтобы взглянуть на него.

Хотя раньше она видела его фотографию в школе, Цин Хэ все же была слегка потрясена. Это действительно было лицо, способное свести с ума представительниц противоположного пола — неудивительно, что школьницы вечно судачили о нем, щебеча без умолку на каждой перемене. Но с тех пор, как она стала вести у них уроки, он не появился в классе ни разу.

— Здравствуй, я… твоя…

— Учитель Цин Хэ? — юноша улыбнулся, быстрым взглядом окинул ее с головы до ног, отступил на шаг и развел руками, приглашая войти. — Я узнал вас.

— Узнал меня? — Цин Хэ удивилась, ведь они с этим юношей еще ни разу не виделись официально.

Бай Иянь произнес:

— Вы самая красивая и эрудированная учительница в нашей школе, приехавшая в прошлом году издалека. Один из одноклассников упоминал о вас, вот я и запомнил.

Цин Хэ слегка смутилась и опустила взгляд, поправляя прядь волос, падающую на плечо.

Внутри обнаружился просторный двор: на вешалках висели вязанки кукурузы, а у раковины громопилась замоченная одежда. Бросив взгляд на всё это, Цин Хэ мягко спросила:

— Ты живешь один?

Бай Иянь равнодушно кивнул, легко запрыгнул на табурет и единым движением собрал всю чистую одежду. Такая стремительность движений прямо-таки рябью пошла у нее в глазах.

Собираясь сюда, она намеревалась поговорить с кем-нибудь из его родственников. Теперь же, при таком раскладе, она даже растерялась, не зная, что и сказать.

— Учитель, наверное, жаждет? Заходите, выпейте воды.

Поблагодарив за вежливость, Цин Хэ последовала за ним в дом. С самого момента открытия двери его манера держаться была удивительно непринужденной, что застало ее врасплох. Изначально она полагала, что с таким проблемным учеником, вечно прогуливающим занятия, будет невероятно трудно сладить, и мысленно подготовила самые разные доводы для увещевания, но теперь ощутила себя так, будто ее удар пришелся в мягкую вату.

Внутри было чисто и очень светло.

Прямо от входа начинался большой зал, из которого вел коридор с выложенным красно-желто-синей плиткой полом. Слева находились две спальни с плотно закрытыми красными деревянными дверями, справа — плотно запертая уборная, а в глубине проступали бетонные ступени, уходившие вниз. Судя по всему, там располагалась кухня, у правого входа в которую виднелась небольшая дверь, запертая на проволочную петлю.

И Янь провел ее в первую спальню слева.