Переродившись пушечным мясом, няня с максимальным уровнем «младенческого языка» стала любимицей богатой семьи

Не успела она договорить, как Хо Цяхэ нахмурился, резко развернулся и зашагал к выходу.

─ Меня в офисе ждут документы на подпись, я поехал.

─ А ну стой! – старуха яростно хлопнула ладонью по резному подлокотнику из красного дерева.

─ Если семья Ван лично явилась ее переманивать, ты все еще считаешь ее дворовой кошкой, подорожной дворняжкой?

─ Да семье Ван просто заняться нечем, ─ бросил Хо Цяхэ на ходу, не оборачиваясь. ─ Суют свой нос куда не просят, уже и до нашей детской добрались.

Старуха окончательно лишилась дар речи.

─ Я тебе так скажу: с этой минуты прекращай корчить кислую минду, при встрече с Шинюань будь любезен и приветлив. Если спугнешь еще и ее, я посмотрю, чем ты будешь расплачиваться!

─ Сбежит так сбежит.

Хо Цяхэ даже не обернулся.

─ Если она уходит из-за денег, значит, изначально была ненадежной, да и наш дом не обеднеет от потери одной няньки. Не переживай, для невестки я сию же секунду подыщу кого понадежнее.

─ Ах ты, паршивец ты этакий! Того гляди, меня в могилу доведешь своими нервами!

Старуха кричала ему вслед, срывая голос.

Хо Цяхэ же захлопнул за собой дверь, вышел на парадное крыльцо и лишь тогда неторопливо извлек из кармана телефон, большим пальцем сделав вызов.

─ Алло, пробей-ка мне дельце: к семье Ван нянька нанималась – по какой процедуре они действовали?

В трубке раздался скороговоркой затараторивший голос.

─ Сколько сменилось нянек у этого ребенка?

Хо Цяхэ замер в тени ступеней.

─ Двадцать?!

Хо Цяхэ промолчал с пару секунд, дыхание его стало чуть тяжелее, а голос упал так низко, будто он боялся потревожить что-то хрупкое.

─ Угу, ясно.

Сбросив вызов, он поднял глаза и нос к носу столкнулся с дворецким, который как раз шел навстречу, неся на подносе только что заваренный «Билочунь».

─ Второй молодой господин? ─ дворецкий на мгновение замер, слегка поклонился, и на его лице застыла привычная почтительная улыбка.

─ Если она вдруг заикнется, что больше не намерена здесь оставаться… ─ тон Хо Цяхэ был ровным, словно он зачитывал служебную инструкцию.

─ Передай ей от меня: жалованье мы поднимаем – сразу на полтора раза. Выделим персональный автомобиль с водителем, отдельную квартиру и два дня оплачиваемого отпуска ежемесячно. Если у нее возникнут еще какие-то условия – пусть озвучивает: пока это не противоречит закону, не несет никому вреда и не нарушает семейного устава, всё будет исполнено.

Дворецкий опешил, руки его дрогнули, чайная волна перехлестнула через край и пятном впиталась в манжет.

─ А? Кому это?

─ Мне что, непременно нужно называть ее по имени и отчеству?

Бросив это, Хо Цяхэ зашагал вперед.

Дворецкий так и остался стоять со своим подносом посреди мощеной синим кирпичом аллеи, моргая глазами и чеша затылок, пока до него наконец не дошло.

Ах, да это же про Цинь Шинюань!‐то!

Он едва сдержал смех, плечи его затряслись, уголки рта поползли к ушам, но он тут же судорожно взял себя в руки.

Характер у этого второго молодого господина – сплошная запечатанная банка… так ведь и зачахнуть в себе недолго.

Семья Цинь.

Цинь Кэи лениво закинула ногу на ногу.