Реинкарнация в мире бессмертных: Начиная со сдачи императорских экзаменов

Прежде приезжавшие в деревню служивые неизменно держались напыщенно или грозно.

Однако на сей раз отряд вел себя непривычно вежливо и ласково:

─ Почтенный, вы староста этой деревни? Мы прибыли с доброй вестью. Чжан Чаншэн из вашего селения сдал экзамены и занял десятое место среди сюцаев, мы здесь, чтобы поздравить семью.

Староста аж подпрыгнул от радости. Приветливо усадив гостей, он тут же послал сообразительного внука бежать к дому Чжанов с вестями.

Малец примчался к усадьбе как угорелый, когда три невестки все еще сидели у порога.

Запыхавшийся внук старосты орал на всю улицу: ─ Дядя Чаншэн сдал! Дядя Чаншэн стал сюцаем! – кричал он во всю мочь.

Полдеревни высыпало послушать.

Сунь Сюлань, услышав весть об успехе сына, вскочила с земли, ошарашенно глядя в сторону дороги.

Остальные невестки тоже радостно заахали.

Старшая, опомнившись первой среди всех, толкнула локтем вторую:

─ Хунмэй, беги живо в поле к отцу, Юэтяню и Юэляну, пусть бросают работу и возвращаются! Наш Шуаньцзы сдал экзамены!

Глава 9: «Праздничный пир»

В мгновение ока весть об успехе Чжан Чаншэна облетела всю Сяхэцунь.

Домочадцев тут же обступили односельчане, наперебой сыпавшие поздравлениями:

─ Ох, старик Чжан, внук твой и впрямь удался! Я ведь еще когда он родился говорил, что парень не простой!

─ Сюлань, сестрица, помню-помню, как сама малого нянчила, а гляди ты, каким орлом вырос!

─ Сюлань, мы ведь столько лет дружим. Как тебе моя толстушка в невесты для Шуаньцзы? Добтная же девка!

Кто-то тут же прикрикнул: ─ Побожйся, она ж тебе по роду дядей приходится, стыд потерял! – раздалось из толпы.

─ Не слушай его, Сюлань. Когда Шуаньцзы вернется? Моему Ваньтуню как раз семь лет исполнилось, ровно столько же, сколько твоему, когда тот за книги сел. Пусть научит и моего, глядишь, тоже в сюцаи выбьется.

Каждый норовил угодить, каждый стремился погреться в лучах чужой удачи.

В тот день члены семьи Чжан чувствовали себя так, словно вознеслись на небеса – ноги их буквально не касались земли.

А виновник всеобщего ликования, их дорогой сын и внук, в ту пору еще оставался в городе, где принимал участие в традиционном пиру «Олений клик».

Отпраздновав победу, Чаншэн не стал задерживаться в уезде и вместе с отцом и наставником тронулся в обратный путь. Распрощавшись с учителем в городке, они вдвоем вернулись в Сяхэцунь.

Стоило им ступить на деревенскую землю, как перемена в их положении стала очевидна.

Раньше, встречая Чаншэна, деревенские старшие и родня улыбались с ласковым одобрением и приветствовали по-простому.

Теперь же, хотя звание сюцая еще не делало его чиновником, сам статус означал коренной переход на новую ступень.

С этих пор ему не нужно было падать ниц перед властями, семья освобождалась от повинностей и части налогов, да и простые люди при встрече обязаны были почтительно называть его «господин сюцай».

Шедший по улице Чаншэн ловил на себе взгляды односельчан, в которых к радости примешивалось глубокое почтение – прежней простоты в глазах людей уже не было.

Впрочем, по мере приближения к родному двору эта отчужденность таяла: по соседству жили те, кто сроднился с ними и знал его с пеленок.