Староста, пощади нас! Мы правда больше не хотим заниматься предпринимательством

Ли Хао легко покачал головой и ответил с абсолютной невозмутимостью: ─ Нет.

Лю Фан: «О_о»

…

Двор уездного народного правительства.

Кабинет главы уезда.

─ Глава уезда Юй! Я требую от вас объяснений!

Ци Шань швырнул бумаги на стол прямо перед Юй Шоуанем.

─ В вашем поселке Лицзя всего двадцать восемь деревень, а одна только эта деревня Лицзя за последние два года получала субсидии шесть раз!

─ Три месяца назад вы, товарищ Юй, снова выделили им партию щебня и гравия, и другие деревни уже начали жаловаться в уезд!

Юй Шоуань был готов заплакать: ─ Глава уезда Ци, да я и сам не рад!

─ Староста этой деревни Лицзя по имени Ли Хао – человек непробиваемый и при этом мастерски умеет изматывать людей. В прошлый раз, добиваясь субсидии на ремонт дороги, он ходил за мной по пятам от начала рабочего дня и до самого вечера, в обед ел со мной в столовой, вылавливая ложкой все куски мяса из моего супа, а вечером увязался за мной до самого дома и полночи караулил у моего свинарника, да так, что я потом несколько дней в туалет сходить не мог…

─ Хватит! ─

Ци Шань помрачнел. Он с самого начала ожидал, что Юй Шоуань попытается отделаться отговорками и переложить ответственность, но не думал, что оправдания окажутся настолько жалкими.

─ Товарищ Юй, вы меня за трехлетнего ребенка держите…

Слова Ци Шаня прервал громкий стук в дверь: тук-тук-тук. Не дожидаясь разрешения изнутри, тяжелая деревянная дверь распахнулась от толчка снаружи.

Ли Хао заглянул в кабинет, увидел сидевших там Юй Шоуаня и Ци Шаня, радостно засиял лицом и решительно шагнул через порог.

─ Глава поселка Юй! Какая встреча!

Услышав это, Юй Шоуань поморщился, поспешно отвернулся к окну и сделал вид, будто вообще не понимает, кто перед ним и знать его не знает.

─ Здравствуйте, глава уезда, я Ли Хао, староста деревни Лицзя в поселке Лицзя.

Увидев протянутую руку Ли Хао, Ци Шань машинально ответил на рукопожатие.

─ Э-э… Староста Ли, у вас ко мне какое-то дело?

Ли Хао тяжело вздохнул, достал удостоверение деда-ветерана и свидетельство о гибели родителей и положил их прямо перед Ци Шанем!

Глава уезда уставился на документы, и на его лице мгновенно отразилось глубочайшее уважение: ─ Оказывается, староста Ли – потомок павших героев. Прошу прощения за неосведомленность.

Сидевший рядом Юй Шоуань скривился: этот избитый прием был ему знаком до тошноты.

Классическое начало: сначала давить на жалость родством с героями, а следом начинать клянчить субсидии. Эту пластинку Ли Хао крутил перед ним уже раз пять не меньше!

─ Глава уезда, мой дед сражался на фронтах, родители отдали жизни за Родину, и я тоже хочу внести свой вклад в благополучие страны!

─ Но мои возможности скромны, и я просто ума не приложу, как именно мне послужить государству. Думал-думал и решил – пойду сдам крови! Скажите, где у нас в уезде кровь принимают?

У Ци Шаня отвисла челюсть: он что, пришел сюда медали за донорство выпрашивать?

─ Староста Ли, прямо у входа в уездную больницу есть специальный пункт переливания, можете обратиться туда.

─ Ладно. ─ Ли Хао кивнул, спрятал документы деда и родителей обратно в сумку и резко развернулся к выходу.