Лицо ее озарилось, она быстрыми шагами направилась навстречу и, не давя Вэй И и шанса раскрыть рот, протянула руку и ущипнула его за щеку.
─ Опять исхудал. Ты дома вообще не ешь?
Голос звучал сладко, словно растаявшая карамель, но хватка пальцев была самой что ни на есть суровой.
Вэй И инстинктивно отпрянул.
─ Чего это ты шарахаешься? ─ рассмеялась Чэнь Синьи, протягивая вторую руку и принимаясь вертеть его лицо туда-сюда. ─ Еще и смеешь уворачиваться. До такого истощения дошел, как мать тебя только откармливала?
─ Сестрёнка… отпусти, тут люди кругом, ─ пробормотал он глухим голосом.
Только тогда Чэнь Синьи разжала пальцы, а в глазах ее плескалось сплошное веселье. ─ Подумаешь, люди. Я за своего брата берусь, кому какое дело.
Вэй И потер щеку. Эта пара рук была ему до боли знакома; в прошлой жизни она щипала его бессчетное количество раз. Щипала, когда он радовался, и щипала, когда злился.
Щипала здесь, щипала там.
Стоявшая рядом Линь Сыянь шагнула вперед и с улыбкой поприветствовала его: ─ Вэй И, давно не виделись.
Голос ее звучал мягко и легко, совершенно не походя на приторные интонации Чэнь Синьи.
─ Сестрица Сыянь, ─ вежливо отозвался Вэй И.
В конце минувшего года, во время зимних каникул, Линь Сыянь приезжала вместе с Чэнь Синьи к нему на родину и погостила больше недели.
И эта тихая, отрешенная от мирской суеты женщина впоследствии тоже вплелась в их с сестрой жизни самым тесным, неразрывным образом.
Связь была куда сложнее обычной романтики. Впоследствии, по личному настоянию и плану самой Чэнь Синьи, она родила ему ребенка.
Дочь.
Малышку, чьи черты лица были точной копией его собственных, а вовсе не ее матери.
Вэй И до сих пор помнил, как впервые держал девочку на руках, в то время как сама роженица не смотрела ни на него, ни на ребенка.
Ее взгляд был прикован к старшей сестре и по совместительству главной матушке.
Линь Сыянь тогда полулежала на больничной койке, бледная, но улыбалась Чэнь Синьи, и произнесла слова, которые Вэй И позже не смог бы забыть, даже если бы захотел.
«Я родила ему ребенка, как ты и обещала – теперь ты не прогонишь меня до конца дней».
Пиздец.
Уже тогда Вэй И ощутил себя лишь пешкой в чужой игре двух этих женщин.
Позже воспитанием ребенка занималась Чэнь Синьи: девочка звала ее старшей мамой, Линь Сыянь – просто мамой, а его самого – папой.
Отношения в этой семье запутались хуже гордиева узла.
И вот теперь, стоя у выхода из столичного аэропорта и глядя на мягко улыбающуюся Линь Сыянь, Вэй И ощутил легкий холодок вдоль позвоночника.
Женщина перед ним.
И его сестра.
А также еще три особы в придачу составили тот самый отряд «Пяти тигровых генералов», который в конечном итоге и упек его в реанимацию.
─ Ты чего застыл? ─ Чэнь Синьи хлопнула его ниже спины. ─ Пошли.
Вэй И опомнился и зашагал следом. Линь Сыянь шла рядом с его сестрой, их спины – белая и серая – смотрелись на удивление гармонично.
Добрались до парковки, и Чэнь Синьи извлекла на свет связку ключей.
Вэй И бросил взгляд на брелок.
BMW X5.
2014 год, студентка третьего курса за рулем BMW X5.