Театр гротеска: Смертельный сценарий

Его голос еще не затих, как невесть откуда взявшийся топор единым взмахом разрубил очкарика пополам.

Обе части тела с влажным стуком рухнули на пол, фонтаном хлынула кровь, забрызгав одежду окружающих.

Мужчины-новички держались еще сносно — за исключением школьника, большинство из них стиснули зубы и перебороли тошноту. Что же до женщин, то они сорвались окончательно, и комнату наполнили несмолкающие крики.

— Он что, вот так просто умер? — недоверчиво произнес Хань Чжи, указывая на одну из половин тела.

— Ничуть. Если бы он погиб по-настоящему, сценарий стало бы невозможно играть дальше. Это было всего лишь предупреждение!

В тот же миг очкарик материализовался вновь. Он весь обливался потом и тяжело, судорожно дышал, словно утопленник, которого вытащили на берег; от его прежней дерзости не осталось и следа.

Хань Чжи, отличавшийся особой наблюдательностью, заметил, как мертвец на полу внезапно испарился, и тихонько шепнул У Байю:

— Будь осторожен с этим очкариком. Похоже, он уже не человек.

— Угу, — тяжело отозвался У Бай.

Обратный отсчет на экране неумолимо приближался к нулю.

Глава 2

Помимо Хань Чжи и второго новичка, которые очнулись заблаговременно, остальные новички лишь бегло просмотрели сценарий, как время на экране подошло к концу.

Изображение на экране внезапно изменилось: из статичного текста оно превратилось в динамичную картинку. У всех на глазах появился туристический автобус, медленно ехавший по извилистой горной тропинке.

Картинка оказалась неожиданно чёткой, особенно сам автобус.

Стоявшие рядом новички-зрители отчетливо слышали радостный смех и болтовню пассажиров внутри автобуса, а их взволнованные и предвкушающие выражения лиц были видны как на ладони.

— Почему лица этих людей такие знакомые? Разве эти люди — не мы?

Матюкнувшись вполголоса, студент-мужчина с ужасом осознал открывшуюся правду.

Он только хотел вымолвить следующее слово, как они всей компанией уже сидели в том самом автобусе, их одежда полностью сменилась на летние повседневные наряды, а кое-кто даже предусмотрительно захватил солнцезащитные очки и панамы.

Но веселая атмосфера в салоне вмиг оборвалась.

Нацарило пугающее до жути молчание.

Спустя долгое время они наконец додумались назвать друг другу свои имена: очкарика звали Ся Ишань, в реальной жизни он работал финансовым менеджером в небольшой компании; студента звали Гао Чжэнвэй, он учился на втором курсе университета; пожилого мужчину, перешагнувшего пятидесятилетний рубеж, звали Гэ Хуайпин, в молодости он участвовал в кампании по отправке образованной молодежи в деревню; женщину средних лет звали Гэн Юэцзяо, она была обычной домохозяйкой с мужем и детьми дома; красавицу в форме звали Мяо Имань, она работала продавцом-консультантом в торговом центре.

Двое последних, казалось, были бывалыми людьми — они назвали лишь свои имена, а обо всем остальном умолчали: девушку звали Ся Де, а парня — Ци Жань.

Стоит отметить, что имена туристов в сценарии и имена игравших их актеров совпадали до последнего иероглифа.

После обмена именами в салоне снова воцарилась тишина.