Верховный Владыка: Семь Чи Силы

Глава 24

Е Чэнь души не чаял в своей единственной дочери, которую не видел целых четыре года. Он был готов носить её на руках, беречь от любого дуновения ветерка. А эта женщина посмела поднять на неё руку.

Если бы Лю Фэйфэй была хоть в чём-то виновата, он бы ещё стерпел. Но сейчас было ясно как день: воспитательница явно выгораживала мальчишку по имени Сунь Сяоган. Не разобравшись в ситуации, она набросилась на Лю Фэйфэй, да ещё и позволила себе оскорбления в адрес Лю Чаньцзюань.

Кто стерпит такое? Кто сможет промолчать?

— Ты… ты кто такой? — молодая женщина по имени Чжэн Хун, воспитательница группы, в которой были дети, вздрогнула, услышав голос Е Чэня, и испуганно обернулась.

Лю Фэйфэй же тут же бросилась к Е Чэню:

— Папа!

При виде отца все накопленные обиды вырвались наружу. Слёзы градом покатились из её глаз, словно рассыпался жемчуг.

— Папа, Фэйфэй правда никого не била. Это Сунь Сяоган сказал, что мама нашла себе любовника. Но это неправда, мама не такая, и ты не любовник! Я попросила его извиниться, а он ударил меня.

Е Чэнь бережно поднял дочь на руки, погладил её по щеке и мягко прошептал:

— Не бойся, папа здесь. Никто больше не посмеет тебя обидеть.

Только теперь Чжэн Хун пришла в себя. Поняв, кто перед ней, она вместо страха ощутила злорадство и насмешливо произнесла:

— Так это и есть тот самый любовник Лю Чаньцзюань, папаша Лю Фэйфэй…

Ей не дали закончить. Е Чэнь внезапно сорвался с места. В одно мгновение он оказался прямо перед ней.

Хлёсткие удары — раз, два, три!

Е Чэнь отвесил ей три пощёчины, вложив в них всю силу. Лицо Чжэн Хун превратилось в кровавое месиво, несколько зубов вылетело изо рта. Она была в шоке: никто и подумать не мог, что Е Чэнь посмеет поднять на неё руку.

Через мгновение она взревела:

— Ты посмел ударить меня! Как ты посмел!

— Ударить? Я и убить тебя могу! — в глазах Е Чэня вспыхнула ярость.

Если бы не присутствие дочери, он бы уже расправился с ней. Встретившись с его взглядом, Чжэн Хун почувствовала, как по спине пробежал холодок, а ледяная дрожь пронзила всё тело. Она ни на секунду не усомнилась: этот человек действительно способен на убийство.

Убедившись, что воспитательница притихла, Е Чэнь перевёл взгляд на Сунь Сяогана. Обычно он не вмешивался в детские ссоры, но этот мальчишка с ранних лет привык хамить и пользоваться властью своей семьи, чтобы обижать других. И теперь он перешёл дорогу его дочери. Е Чэнь не собирался это спускать.

— Фэйфэй, как он тебя ударил, так и ты ударь его в ответ, — сказал Е Чэнь.

Но прежде чем девочка успела пошевелиться, лицо Сунь Сяогана исказилось от ярости:

— Ты смеешь?! Мой папа — Сунь Инсюн, мой дед — Сунь Чжэньху! Если тронешь меня, Клан Сунь вас в порошок сотрёт!

— Клан Сунь? — Е Чэнь презрительно усмехнулся.

Если бы он захотел, одного движения его мизинца хватило бы, чтобы стереть с лица земли сотню таких кланов.

Лю Фэйфэй заколебалась и покачала головой:

— Папа, мне уже не больно. Пойдём домой.

Несмотря на юный возраст, она понимала, что семья Сунь опасна, иначе даже воспитательница не стала бы так явно вставать на их сторону. Она не хотела, чтобы из-за неё у родителей были неприятности.

Е Чэнь с нежностью погладил её по голове:

— Хорошо, пойдём домой.

Он бросил ледяной взгляд на Сунь Сяогана:

— Передай своим родителям: завтра пусть приходят и лично просят прощения у моей дочери. Иначе я сам наведаюсь в Клан Сунь.

Под взглядом Е Чэня ноги мальчика подкосились, он рухнул на землю, и в тот же миг его штаны намокли — он обмочился от страха.

Но как только Е Чэнь собрался уходить, неподалёку раздалось холодное фырканье:

— Что ты за ничтожество, раз думаешь, что Клан Сунь будет извиняться перед твоей дочерью?

К ним подошла богато одетая женщина лет тридцати. Она была довольно красива, но сейчас смотрела на Е Чэня и Лю Фэйфэй с нескрываемым презрением.

Увидев её, Сунь Сяоган радостно закричал:

— Мама, они меня били!

Он злобно ткнул пальцем в сторону Е Чэня:

— Эта маленькая дрянь Лю Фэйфэй ударила меня первой, а её отец-любовник, не разобравшись, ударил учительницу Чжэн и толкнул меня на землю!

На его лице торжествовало злорадство. Чжэн Хун, всё ещё приходя в себя после пощёчин, поспешила поддакнуть:

— Госпожа Сунь, вы наконец пришли! Сунь Сяоган говорит чистую правду, я могу подтвердить.

Она с ненавистью посмотрела на Е Чэня. Теперь, когда здесь молодая госпожа Клана Сунь, посмотрим, хватит ли у него дерзости вести себя так же нагло.

Женщина нахмурилась и приказала:

— Вы двое, живо на колени! Будете просить прощения у моего сына. Клан Сунь не тот, с кем можно играть в игры.

— Вот как? — Е Чэнь изначально хотел замять дело, не желая связываться с ними, но теперь понял — не стоит.

Он опустил Лю Фэйфэй на землю, сделал шаг вперёд и, схватив Сунь Сяогана, поднял его в воздух.

— Ты сказал, что мы тебя били? Что ж, я исполню твоё желание!

Огромная ладонь Е Чэня обрушилась на лицо мальчика. Раз, два, три! От серии пощёчин у Сунь Сяогана искры посыпались из глаз.

— Прекрати! — вскрикнула женщина, остолбенев от ярости и ужаса. Она и представить не могла, что кто-то посмеет поднять руку на её сына прямо у неё на глазах. — Ты понимаешь, что делаешь?! Тронуть человека из Клана Сунь — ты смерти ищешь?

Е Чэнь остановился, швырнул потерявшего сознание мальчика на землю и посмотрел на женщину. Под его взглядом она ощутила невольный трепет, но, опираясь на гордость за статус Клана Сунь, попыталась сохранить самообладание:

— Ты… что ты задумал? Я предупреждаю тебя…

Е Чэнь не дал ей договорить. Он сделал шаг вперёд, и его холодный голос прозвучал, как приговор:

— Тебе так нравится заставлять других вставать на колени? Тогда я покажу тебе, каково это!

Е Чэнь положил руку ей на плечо и слегка надавил. Женщина почувствовала, что на неё опустилась не рука, а целая гора.

Раздался хруст костей. С глухим стуком женщина рухнула на колени, а бетон под ними пошёл трещинами. От невыносимой боли мысли в её голове помутились.

А Чжэн Хун, которая только собралась подняться с пола, снова рухнула вниз, не в силах пошевелиться от животного ужаса. Она застыла, не в силах вымолвить ни слова.