Злая самка хочет лишь стать сильнее, а мужья-звери жаждут пылких поцелуев

Это доводило психику Цзеланя до ручки. Раньше он всегда думал лишь о том, как убить врага с одного удара, а теперь…

Лапа Цзеланя ненадолго потеряла контроль над силой и в очередной раз пронзила тушку птицы.

Ло Синьюэ с криком прибежала обратно: курица еще не околела, и она торопливо применила способность исцеления, чтобы спасти пернатой жизнь.

Стоявший рядом Цзелань едва не рассмеялся от злости.

Впервые в жизни он видел, чтобы кто-то тратил столь драгоценную способность на какую-то курицу!Неужели она вообще не соображает, что творит?Или все еще считает себя вседозволенной госпожой-женой? Чего он вообще ждал?

Переполненный злостью, которую некуда было деть, Цзелань резко повернулся, заприметил в реке рыбу и единым ударом лапы вышвырнул ее на берег. Та даже хвостом махнуть не успела, как подохла окончательно.

Увидев это, Ло Синьюэ восторженно завизжала: ─ У нас будет рыба!

Такой шумной и болтливой Ло Синьюэ он видел впервые. У него даже в голове зашумело, и он с досадой бросил: ─ Эта невкусная.

─ Вот увидишь, я гарантирую, тебе понравится, – с абсолютно уверенным видом отозвалась она.

Цзелань уже собирался возразить, но вспомнив последние два приема пищи, решил, что лучше не рисковать собственной репутацией, и слова сорвались с языка сами собой: ─ Тогда наловить еще парочку?

─ Давай.

Цзелань принялся размахивать лапами: то слева удар, то справа – рыбины полетели во все стороны. Как же это расслабляло!

Пожалуй, можно взять на вооружение: в следующий раз, когда Ло Синьюэ доведет его до белого каления, он придет сюда лупить рыбу.

Ло Синьюэ связала всю рыбу лианами, которыми до этого связывала кур, и при мысли о жареной рыбе, тушеной в соусе и рыбном супе у нее едва ли не слюнки текли.

У кромки воды Ло Синьюэ обнаружила лук-скороду: на северо-востоке его называют мелким чесночком, в Шэньси – маленьким чесноком, в Гуйчжоу – горьким чесноком. С виду он походил на зеленый лук, формой напоминал лук-порей, а корешками – чеснок, сочетая в себе уникальный аромат всех трех растений. Как бы его ни звали, он идеально решал проблему с приправами: один продукт, а пользы на троих. Ло Синьюэ была готова взвыть от счастья до небес.

Цзелань снова наблюдал за странной Ло Синьюэ, которая смеялась так лучезарно. В его снах младшая сестренка улыбалась точно так же…

Ло Синьюэ не ведала, о чем думает Цзелань, и с довольным видом складывала лук-скороду, даже предусмотрительно оставив луковицы с корнями, собираясь посадить их по возвращении домой.

Разобравшись с этим, Цзелань собрался вести ее на поиски детенышей дикого кабана.

Стоило ему повернуться, как Ло Синьюэ вцепилась в его руку. Ощутив непривычное прикосновение к коже, Цзелань мгновенно напрягся всем телом.

Указывая на красную сыпь, она произнесла: ─ Тебя покусали насекомые. Погоди, я сейчас все исправлю.

С этими словами она достала из корзины корень сапожниковии – только что выкопанный: молодые побеги годятся в пищу как зелень, а старый корень служит лекарственным сырьем, отличная вещь.

─ Моя госпожа разбирается в травах?