Бессмертие сяньдао начинается с зятя и ведет к вечной жизни

Это вам не безрассудные бродячие практикователи, чья жизнь зависит от охоты на монстров и напоминает хождение по лезвию ножа.

Как попаданец, Цуй Чаншэн теперь окончательно смирился со своей судьбой. Двадцать лет под корень истребили все его наивные фантазии.

Прежде он свято верил, будто наделен великим удачливым роком – раз уж переродился, то везением точно не обделен. И хотя его духовный корень оказался худшим из возможных, он упорно полагал, будто небеса обязательно вознаградят его за труды.

И вот, отдав борьбе двадцать лет, он жил ничуть не лучше вьючного вола.

─ И толку с того… Всё пустые труды, ─ пробормотал Цуй Чаншэн, окончательно заполнив душу покоем. Растрачивать жизнь понапрасну глупо, лучше уж предаваться радостям, пока есть время.

Вскоре его тело полностью расслабилось, раздался легкий храп, и он снова погрузился в глубокий сон.

Бум! Бум! Бум!

В дверь снаружи постучали.

─ Брат Цуй! То, о чем я говорил тебе вчера… ты обдумал?

Стоило Цуй Чаншэну отворить дверь, как перед ним предстало красивое лицо Ли Гоуэра… точнее, Ли Го.

─ Брат Го! Я всё понял. Ты прав.

Подумаешь, стать «племенным быком» для клана Лю, набрать побольше жен и наплодить кучу детей? Что ж, эту чашу он готов испить до дна.

Увидев Ли Го, Цуй Чаншэн расплылся в улыбке.

Ли Гоуэр, едва попав на рынок Миньшань, сразу решил податься в зятья к семье культиваторов Лю с горы Цинсун. Будучи крестьянским сыном, Ли Гоуэр не питал высоких надежд: возможность взять жену и иметь верный кусок хлеба казалась ему куда привлекательнее прежней жизни в поле.

Спустя двадцать лет от прежней крестьянской простоты Ли Гоуэра не осталось и следа – теперь он звался Ли Го, находился на второй ступени Концентрации Ци, имел десятерых жен и уже успел наплодить полсотни ребятишек. Впрочем, роль племенного быка и впрямь дурно сказывалась на его культивации…

─ Брат Цуй, так ты согласился? Я же сразу твердил тебе, что надо идти в зятья к семье Лю с горы Цинсун! Ты даже не представляешь, какое это счастье, хе-хе…

Бродячие практикователи на рынке Миньшань, помимо платы за аренду, обязаны были отрабатывать трудовую повинность. Те, кто не желал гнуть спину на работах, могли откупиться духовными камнями.

За эти двадцать лет Цуй Чаншэн ни разу не ходил на эти работы – ведь за пределами рынка подстерегала опасность, а он смертельно боялся гибели.

А став зятем в семье Лю с горы Цинсун, он сэкономит и на аренде жилья, и на повинностях! В год удастся сохранять лишних шестнадцать духовных камней – сделка более чем выгодная.

─ Ли Го, давай сразу договоримся! Мне нужна молодая и красивая!

Пусть Цуй Чаншэн и решился стать «племенным быком», но все же хотел найти красавицу, способную пробудить в нем плотский пыл. А уж есть у нее духовный корень или нет, теперь ему было совершено без разницы.

Коли предаваться радостям жизни, то только с красавицей, иначе и начинать не стоит.

Ли Го извлек из пространственной сумки свиток с портретами, напоминавший объемную проекцию, где были изображены сотни девушек из клана Лю.

Цуй Чаншэн перелистывал образы один за другим, пока его глаза вдруг не вспыхнули от восторга: ─ Вот эта!