Продолжал Лю Фань: – Тогда ответь мне, сколько всего рыбы ты поймала и какого они вида?
Цзя Чжанши даже думать не стала: ─ Всего одна, именно этот красный карп!
Ей хотелось назвать побольше.
Но стоило сказать лишнего, как ложь всплыла бы наружу – в конце концов, в наше время у каждой семьи пайков на мясо в обрез, одна рыба еще куда ни шло, а заявишь штуки три-пять, разве не значит это высечь себя собственным кнутом?
Пришлось стоять на своем до конца.
─ Именно этот красный карп, весом фунтов семь-восемь! – уперлась Цзя Чжанши. – Смотри, он самый и есть, у него даже плавники на спине красные!
─ Ладно!
Лю Фань даже возиться с ней не стал, прямо заявив: – Раз твоя, мне не нужна!
Улыбка на лице Цзя Чжанши распустилась цветочком, она протянула руку: – То-то же, давай быстрее, отдавай мне рыбу!
Лю Фань бросил на нее взгляд: – Отдать? С какой стати я тебе ее отдам?
Договорив, он взмахнул рукой.
─ Вух… – таз качнулся, и большая рыба полетела обратно в воду.
─ Ах ты… ─ лицо Цзя Чжанши позеленело от злости. – Ты что творишь? Зачем мою рыбу выбросил?
─ Вот еще новости, – неторопливо произнес Лю Фань. – Твоя рыба в воду упала, с какой стати я обязан ее вылавливать? Хочешь – лезь сама и вытаскивай.
И ведь не придерешься к словам.
Лю Фань ничего Цзя Чжанши не должен, и у него нет обязанности выуживать для нее рыбу.
Цзя Чжанши онемела от злости, ее лицо побагровело.
Дордо рядом заплакала от испуга: ─ Рыба… моя рыба… у-у… – Лю Фань поспешил успокоить ее: – Дордо, не плачь, пойдем, раз эту бабка забрала, она нам больше не нужна, я пойду и поймаю тебе другую.
Хлюп…
Лю Фань поставил таз у берега и снова полез в воду.
Уж в ком-ком, а в рыбе недостатка у него не было.
Разве ты не утверждала, что тот красный карп твой? Ладно, до змееголова-то тебе точно никакого дела нет?
Разумеется, в ту самую секунду, когда рыба полетела в воду, Лю Фань с помощью системы тихонько забрал красного карпа обратно.
Думала на мне поживиться? И не мечтай.
Окружающие зашептались: одни ругали Цзя Чжанши за бесстыдство, другие хвалили Лю Фаня за отличный поступок.
Но не успели люди закончить обсуждение, как в воде раздался всплеск, и Лю Фань снова вылез на берег, держа в руках крупную рыбину.
Черная, под два фута длиной, куда толще прежнего красного карпа.
─ Мать честная! ─ глаза Янь Цзечэна полезли на лоб. – Тут и правда рыба водится, да такая огромная?
─ Змееголов!
─ Да в этой туше фунтов пятнадцать будет, не меньше!
─ Тьфу ты… вот парень дает, настоящий мастак, как только такую здоровущую удержал?
Лю Фань вышел на берег с рыбой и направился прямо к Цзя Чжанши: ─ Цзя Чжанши, эта черная – часом не твоя?
Лицо Цзя Чжанши почернело пуще печной сажи, она молчала как рыба.
Но Лю Фань не унимался, продолжая допытываться: ─ Твоя или нет? Говори давай, бесстыжая ты душа, твоя это рыба?
Цзя Чжанши пришлось сквозь зубы выдавить: – Нет-нет, моя была красная, а черная к мне никакого отношения не имеет.
Только тогда Лю Фань, прихватив добычу и сестренку, вернулся в дом.
…
─ Бабушка… я хочу рыбу! ─ Сяодан дергала Цзя Чжанши за подол, засунув палец в рот.