Этот киллер — зять-примыш

─ Идет! ─ бросил Цзян Хао, кивнул и повернулся в сторону ринга.

─ Брат Цзян, умоляю, не ходи туда! ─ глаза Сунь Синь наполнились слезами, она бросилась вперед и вцепилась ему в рукав. Девушка прекрасно понимала: Цзян Хао идет на верную смерть исключительно ради их безопасности.

Он хочет своей жертвой умилостивить Черную Пантеру, заставить его забыть обиду и освободить Сунь Лэя.

Цзян Хао легко похлопал Сунь Синь по руке: ─ Не переживай, этот вопрос решится в два счета. ─ С этими словами он аккуратно разжал вцепившиеся в его одежду пальцы девушки и уверенно вышел за дверь.

─ Черная Пантера, парень этот, конечно, берегов не видит, но смертной казни он не заслуживает. Вели своему человеку оставить его в живых, пусть просто покалечит, ─ поразмыслив немного, не выдержал и попытался смягчить ситуацию Чжан Миншэн.

Тот японский боец за последний месяц уже насмерть забил на ринге трех человек. Дрался он крайне жестоко, будто питая к жителям Хуася какую-то застарелую ненависть.

Черная Пантера с абсолютно пустыми, холодными глазами посмотрел на Чжан Миншэна, вытащил сигарету, чиркнул зажигалкой и, глубоко затянувшись, выпустил струю дыма прямо в лицо собеседнику: ─ Из уважения к тебе я зову тебя старик Чжан и позволяю сидеть в моем баре, попивая выпивку. Но если уважать перестану – грош тебе цена.

─ Черная Пантера, не зарывайся! ─ на лице Чжан Миншэна промелькнул гнев, но он сумел сохранить остатки рассудка. Понимая, что лезет в чужие семейные разборки, мужчина стиснул зубы и промолчал.

─ Запомни: сегодня живым отсюда уйдет только кто-то один из нас. Либо этот парень, либо я! ─ Черная Пантера ткнул пальцем вниз, где Цзян Хао как раз поднимался на ринг, а лицо его исказилось от звериной злобы.

Этот Цзян Хао оказался слишком надменным, слишком дерзким. Он задел Черную Пантеру за живое, довел до белого каления.

Сунь Синь отчаянно хотела броситься в ноги Черной Пантере с мольбами, но Чжан Куй вовремя удержал ее.

Сейчас Черная Пантера походил на кровожадного льва – кинься к нему кто угодно, разорвет в клочья.

……………………

Цзян Хао подошел к помосту и остановился в ожидании.

На самом ринге японский боец продолжал избивать тощего парня.

Правда, от прежнего сопротивления бедолаги не осталось и следа – он мог лишь принимать удары, полностью лишенный возможности защищаться.

Бац!

С очередным мощным ударом ноги японца худой парень вылетел за канаты и рухнул на жесткий пол. Из его носа и рта хлынула кровь; даже если он выживет, на больничной койке ему придется провести не меньше нескольких месяцев.

─ Лезь наверх! ─ приказал стоявший у ринга подручный, бросив косой взгляд на Цзян Хао.

Завидев нового «спарринг-партнера», японский боец на ринге радостно взревел и зашелся потоком яростной, совершенно непонятной для окружающих японской брани.

Цзян Хао хоть и понимал кое-что по-японски, но, судя по диким гримасам и жестам противника, тот наверняка изрыгал проклятия, оскорбления и презрительные насмешки. Впрочем, разбираться в деталях он не стал – не уловил ни слова!

Будучи профессиональным убийцей, лишившим жизни не один десяток людей, он придерживался простого правила: на ринге закон один – нет ни правых, ни виноватых, а у кого кишка тонка, тот сам виноват в своей гибели.