Этот киллер — зять-примыш

Но вот эту словесную шелуху, дешевые понты и истеричные крики еще до начала схватки он терпеть не мог на дух.

Медленной, размеренной походкой он поднялся на помост.

Не дожидаясь судейского сигнала, японец яростно застучал перчатками о перчатки, сверкнув налитыми кровью глазами, словно намереваясь разорвать Цзян Хао на части в ту же секунду, как прозвучит команда.

Судья целиком и полностью подчинялся Черной Пантере. Ещё до начала боя босс отдал ему четкий приказ: гонг прозвучит, но останавливать поединок нельзя ни под каким предлогом – до тех пор, пока Цзян Хао не забьют до смерти.

Наверху, развалившись в кресле и закинув ногу на ногу, Черная Пантера с предвкушающей усмешкой наблюдал за происходящим, ожидая, когда столичного гостя начнут методично втаптывать в грязь.

Чжан Миншэн, напротив, смотрел на ринг с тяжелым чувством жалости.

А Чжан Куй с Сунь Синь и вовсе отвернулись в сторону, зажмурившись от страха.

─ Начали! ─ рявкнул судья.

Едва сорвалась с губ судейская команда, как японец издал дикий вопль и бросился на Цзян Хао свирепым зверем.

Сократив дистанцию до минимума, он вложил всю разрушительную мощь в правый кулак и нацелил сокрушительный удар прямо в лицо противнику.

Он намеревался размозжить Цзян Хао лицевые кости, чтобы брызнула кровь и бой сразу же завершился нокаутом.

Однако произошло то, чего заморский мастер никак не мог ожидать: прежде чем его кулак достиг цели, нога Цзян Хао со страшной силой врезалась ему в живот.

Удар был стремительным, как молния. Японец даже моргнуть не успел, как тупой, сокрушительный импульс протаранил его брюшную полость.

Бац!

Адская, пронзительная боль мгновенно прошила тело бойца от макушки до пят, сопровождаемая зловещим хрустом ломающихся ребер и внутренних органов.

Чудовищная кинетическая энергия отбросила японца назад. Перелетев через канаты, его безвольное тело рухнуло на бетонный пол в десятке метров от ринга.

Внутренности и грудная клетка бойца были превращены в кашу. Обильные потоки крови вперемешку с ошметками разорванных органов хлынули из его рта и носа.

Судорожно дергаясь, японец попытался приподнять голову, остекленевшим от ужаса взглядом уставившись на стоявшего на ринге Цзян Хао, и что-то бессвязно забулькал окровавленным ртом.

Секунду спустя из его горла вырвался новый плевок алой жижи, голова безвольно свесилась набок, и жизнь окончательно покинула его тело.

─ Тьфу. И этот мусор, не сумевший даже пробудить внутреннюю ци, тоже мнит себя мастером? ─ презрительно процедил Цзян Хао.

Он бросил брезгливый взгляд на оцепеневшего судью, у которого от изумления глаза едва не вылезли из орбит, заложил руки за спину и неторопливо направился к выходу с ринга.

В мире боевых искусств Хуася бойцов принято делить на две основные категории: мастера внешней мощи и адепты внутренней энергии.

Внешняя мощь опирается исключительно на чистую мускулатуру и физическое ускорение – в боевой среде это презрительно называют «грубой силой мышц».

Внутренняя энергия рождается за счет циркуляции жизненной силы и крови – это уровень, именуемый «кровью и ци».